Глава 1: Новая глава
Новая глава
7
0
Гермиона Грейнджер сидела за гриффиндорским столом на праздничном ужине в честь начала своего второго года обучения в школе чародейства и волшебства «Хогвартс».
Слева от неё расположился её лучший друг — и предмет тайной влюблённости — Гарри Поттер. По другую сторону от Гарри сидел другой его «друг», Рон Уизли.
Гермиона Рона не особенно любила. Он был бездумным, грубым придурком по отношению ко всем, кто хотел поговорить о чём-нибудь, кроме еды, квиддича и шахмат. То есть за весь прошлый год с Гермионой он был любезен в общей сложности минут десять.
Честно говоря, она терпела этот рыжий желудок только потому, что Гарри он по какой-то причине нравился.
Почему — Гермиона до сих пор не понимала. С Гарри Рон вёл себя столь же грубо и бесцеремонно, как и со всеми остальными.
Впрочем, сейчас о Хорьке Уизли Гермиона не думала. По правде говоря, она старалась думать о нём как можно реже.
Покончив со своим сбалансированным ужином, пока Рон всё ещё загребал пятую порцию блюда под условным названием «Будущий инфаркт», она перебирала документы.
Всё лето Гермиона проверяла источники, читала и перечитывала школьные правила и теперь была уверена: к засаде она готова.
Выживший из ума старый козёл и понять ничего не успеет.
Возможность представилась, когда Альбус Дамблдор дошёл примерно до середины объявлений в конце ужина:
— А наш завхоз, мистер Филч, просит сообщить, что кусающиеся фрисби и неутомимые бумеранги пополнили его список запрещённых предметов…
— ЭТО ЛОЖЬ!
Даже Дамблдор потрясённо повернулся к второкурснице с Гриффиндора.
Ещё никто не перебивал директора.
И уж тем более не называл его лжецом.
— Устав Хогвартса, раздел третий, подраздел «Б», глава пятая, правило шестое: «Только действующий директор имеет право добавлять предметы в список запрещённых или исключать их из него». Так что либо мистер Филч годами грубо превышает полномочия, либо вы используете его как козла отпущения, чтобы запрещать вещи, сохраняя на публике образ «заботливого дедушки».
Альбус был потрясён.
Разумеется, это правило он знал.
И действительно использовал Аргуса как козла отпущения.
Но кто из преподавателей позволил ученице заполучить школьный устав?..
Внезапно догадавшись, он повернулся направо.
Примерно посередине преподавательского стола сидел Сэмюэл Глифс — бывший разрушитель проклятий и профессор древних рун — и совершенно открыто ухмылялся ему.
Альбус мысленно выругался.
Внук его брата был занозой в боку с тех пор, как Альбус практически шантажом заставил его занять преподавательскую должность. Из всех сотрудников школы именно он громче прочих выступал против Дамблдора, хотя сам по материнской линии тоже был Дамблдором.
Мисс Грейнджер вновь привлекла его внимание:
— И раз уж мы об этом заговорили: вы тридцать лет преподавали и сорок лет занимаете пост директора, но до сих пор не понимаете, что запрет куда-то ходить для подростков равнозначен открытому приглашению? Уже за первую неделю прошлого учебного года половина школы знала, что за дверью на третьем этаже находится цербер Пушок!
— ПУШОК? — хором переспросили близнецы Уизли.
Тут вмешался Гарри:
— Его Хагрид назвал. А вы чего ожидали?
Близнецы понимающе кивнули друг другу, а Гермиона продолжила:
— И вообще, что опасное существо первого класса делало в школе? Причём между ним и учениками даже запертой двери не было! В магловском мире одного этого хватило бы для тюремного заключения по нескольким обвинениям в создании угрозы жизни детей!
— Продолжая тему угрозы жизни детей: в прошлом году у нас преподавал защиту человек, одержимый бесплотным духом предположительно мёртвого Тёмного волшебника, который как минимум трижды пытался убить учеников!
— Для начала он выпустил в школе тролля, чтобы отвлечь внимание. И что сделали вы? Отправили учеников по коридорам… ДАЖЕ НЕ ПРОВЕРИВ, ЕСТЬ ЛИ ВООБЩЕ ТРОЛЛЬ И ГДЕ ОН НАХОДИТСЯ! Тем самым вы подвергли опасности детей, которым могло не повезти столкнуться с чудовищем! Особенно рисковали пуффендуйцы и слизеринцы, поскольку профессор Квиррелл сообщил, что тролль в подземельях… ТАМ ЖЕ, ГДЕ ИХ СПАЛЬНИ! Разумнее было бы запереть нас всех в Большом зале, пока призраки ищут тролля, а преподаватели с ним разбираются!
Почти весь преподавательский состав уже начинал получать удовольствие от происходящего.
Даже большинство сторонников Дамблдора понимали, что у старика не все дома и в последнее время его решения становятся всё более странными.
Только Хагрид, выглядевший растерянным, Трелони, заснувшая лицом в сосисках с пюре, и Бинс, отсутствующе смотревший в пространство, не позволяли себе хотя бы лёгкой усмешки.
Снейп, разумеется, ухмылялся с наибольшим превосходством.
В конце концов, практики у него было больше всех.
— Следующий случай — ноябрьский матч Гриффиндора со Слизерином. Игра была прервана, потому что кто-то проклинал метлу Гарри Поттера на глазах у всей школы! После матча кто-нибудь провёл расследование? Нет! Метлу Гарри даже не изъяли, чтобы проверить на посторонние чары, хотя она чуть его не убила! Все так восхищались «чудесной поимкой», что совершенно проигнорировали причину, по которой она вообще оказалась чудом!
Теперь Гарри смотрел на лучшую подругу с безграничным восхищением.
А ведь почему его метлу не проверили?
Они с Роном и Гермионой знали — или тогда думали, что знали, — что проклятие накладывал Снейп.
Но где было официальное школьное расследование происшествия?
Движение на краю поля зрения привлекло внимание Гарри к дальней части Большого зала.
Как раз вовремя, чтобы заметить шестерых взрослых, появившихся из ниоткуда после снятия дезиллюминационных чар.
Гермиона продолжала:
— А потом был предмет, который охранял Пушок! За Пушком — а пройти мимо него было легко, стоило лишь разговорить Хагрида и узнать, что от музыки пёс сразу засыпает, — находилась череда «ловушек», вполне подходящих для экзаменационной полосы препятствий первокурсников, но совершенно бесполезных против решительно настроенного Тёмного волшебника, стремящегося добраться до философского камня в конце! Дьявольские силки — травология первого курса! Летающие ключи — чары и полёты! Гигантские шахматы — трансфигурация и основы теории игр! Тролль — уроки защиты! Комната с зельями — зельеварение и логическая задачка! Задержать хоть кого-то старше второкурсника могли только Пушок и зеркало Еиналеж. Причём зеркало — лишь потому, что вы подошли к делу изобретательно. Но даже с ним Гарри разобрался меньше чем за минуту, хотя ему было одиннадцать и он не самый усидчивый или логично мыслящий человек! Без обид, Гарри, — добавила она, повернувшись к другу.
— Не обижаюсь, — ухмыльнулся тот. — Я согласен.
— Мисс Грейнджер… — начал директор.
Но его прервал голос из дальнего конца зала:
— Да, Альбус. Что происходит в этой школе?
Альбус повернулся и побледнел.
У входа стояли шестеро, очевидно успевшие услышать хотя бы часть гневной речи мисс Грейнджер.
Заговорившая Амелия Боунс, глава Департамента магического правопорядка.
Августа Лонгботтом, член Визенгамота и наиболее вероятная преемница Дамблдора на посту Верховного чародея, если его сместят.
Кассиус Томпкинс, действующий председатель попечительского совета Хогвартса.
Эдвард «Тед» Тонкс, самый безжалостный и успешный обвинитель во всей волшебной Европе.
Рита Скитер, величайшая любительница копаться в грязном белье и устраивать кампании по очернению, когда-либо выдававшая себя за добропорядочного журналиста.
И наконец, Ребекка дель Торо, нынешняя глава Департамента защиты волшебных детей.
Амелия направилась к преподавательскому столу.
Когда Сэмюэл Глифс связался с ней и сообщил, что Альбусу Дамблдору предъявят обвинения от преступной халатности до безрассудного создания угрозы жизни, она пришла главным образом из мрачного любопытства — посмотреть, что профессор придумал.
Но такого она никак не ожидала!
По закону обо всех этих происшествиях следовало сообщить в её ведомство для надлежащего беспристрастного расследования.
А она даже слухов не слышала!
Проклятые мётлы?
Коридоры с ловушками?
Цербер в школе?
— Альбус, что, во имя дьявола, здесь творится? Цербер и тролль в школе? Ты знаешь закон, Альбус. Ради Мерлина, ты сам составил его двадцать лет назад! Это…
Её прервал резкий писк наручных часов.
Встроенная сигнализация, которую Амелия всегда носила при себе, предупреждала о близости артефактов с Тёмной магией.
*Но я же далеко от слизеринского стола! Я между Гриффиндором и Пуффендуем!*
Медленно поворачиваясь с поднятой рукой, словно с поисковой лозой, она постепенно определила источник сигнала.
Робкая на вид рыжеволосая первокурсница Гриффиндора.
— Юная леди, как вас зовут? — мягко спросила Амелия.
Гриффиндорка покраснела.
— Джиневра Молли Уизли, мэм.
— Что ж, мисс Уизли, не могли бы вы высыпать содержимое сумочки на стол?
Джинни подняла залатанную сумку и вытряхнула немногочисленные вещи.
Она не понимала, что происходит, но у женщины был значок Департамента магического правопорядка.
А папа учил всегда слушаться людей с таким значком.
Женщина перебрала предметы и наконец остановилась на простом ежедневнике с надписью «Т. М. Реддл».
Рядом с ним часы Амелии буквально заходились в истерике, пока она не отключила сигнал.
— Мисс Уизли, откуда у вас это?
— Он был засунут в один из учебников, мэм. Когда мы вернулись домой с покупками, я нашла его в учебнике трансфигурации. Мой старый дневник совсем разваливался, вот я и решила взять этот и начать новый. Тот, кому он раньше принадлежал, вроде бы ничего в нём не написал, мэм.
— Нет, мисс Уизли. Зато, похоже, кто-то не поленился наложить на него Тёмные проклятия. Мне придётся его изъять.
— Да, мэм.
Амелия повернулась к Альбусу и нахмурилась настолько грозно, насколько вообще могла.
— Эта книга буквально сочится Тёмной магией, а школьные защитные чары тебе ничего не сообщили? Нам нужно серьёзно поговорить о происходящем здесь, Альбус. НЕМЕДЛЕННО!
Альбус потянул ворот мантии.
Защитные чары предупредили, что мисс Уизли несёт нечто Тёмное.
Но Альбус собирался посмотреть, как будут развиваться события.
— Хорошо, Амелия. Пройдём в мой кабинет.
И тут Сэмюэл — чтоб его с его отвратительно удачным выбором момента — решил вмешаться.
Американский акцент, как всегда, действовал Альбусу на нервы.
Обычно он означал неприятности и головную боль для его планов.
— Вообще-то, Альбус, насколько я помню, школьные правила запрещают преподавателю проводить совещание в собственном кабинете, если его обвиняют в нарушениях. Что-то о необходимости исключить даже видимость возможности манипуляций, применения «Империо» или стирания памяти. Полагаю, учительская на третьем этаже свободна, мадам Боунс.
Альбус сердито посмотрел на ухмыляющегося профессора, но поднялся с достоинством.
Попросил четверых деканов присоединиться к нему и направился к выходу вместе с Амелией и остальными участниками её маленькой делегации.
Мисс дель Торо задержалась у гриффиндорского стола ровно настолько, чтобы забрать документы Гермионы.
Когда они ушли, со своего места за преподавательским столом поднялся профессор ухода за магическими существами Кеттлберн.
— Что ж, поскольку я здесь самый старший из преподавателей, полагаю, мне и отпускать вас. Старосты, проводите учеников в спальни и помогите устроиться.
С громким скрежетом отодвигаемых скамеек почти четыреста детей и подростков поднялись, чтобы отправиться спать.
По дороге из Большого зала Гарри шепнул Гермионе:
— Это было потрясающе! Где ты всё это нашла?
Гермиона усмехнулась.
— Профессор Глифс, преподаватель рун, подсказал, где искать, и даже одолжил свои экземпляры школьного устава и руководства для преподавателей. Ты бы видел, что у меня ещё было! Та женщина, мисс дель Торо, из министерской службы защиты детей. Она пришла в крайнее возмущение, когда узнала от меня о твоей жизни у Дурслей. Ничего не обещаю, но не уверена, что ты вообще ещё когда-нибудь увидишь этих ужасных людей.
На мгновение Гарри ушёл в себя.
По его лицу медленно расплылась блаженная улыбка.
По другую сторону от него Рон пробормотал:
— Всезнайка.
И сердито посмотрел на Гермиону.
Гарри, в свою очередь, нахмурился на Рона.
Словно впервые по-настоящему увидел, какой тот придурок.
* * *
В следующие три недели дела Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора становились всё хуже.
Руководитель Отдела тайн Кроукер определил, что изъятый у мисс Уизли дневник — крестраж.
А именно крестраж некоего Тома Марволо Реддла, также известного как Волдеморт.
Пытаясь выглядеть мудрым, Альбус признался, что подозревал о существовании крестражей.
К несчастью для него, Амелия и Августа после этого совместными усилиями разразились гневной тирадой о выживших из ума старых дураках, которые слишком многое держат при себе.
И вообще, что он предпринял по этому поводу?
Происшествия с крестражем, Пушком, философским камнем и проклятой метлой привели к увольнению Альбуса Дамблдора из Хогвартса.
Попечительский совет и служба защиты детей признали его непригодным не только для заботы о детях, но и вообще для нахождения рядом с ними.
Расследуя дело Гарри Поттера, мисс дель Торо обнаружила, что совместное завещание его родителей было засекречено Верховным чародеем Визенгамота.
Неким Альбусом Дамблдором.
На чрезвычайном заседании Визенгамота его сместили и заменили Августой Лонгботтом.
Та немедленно приказала вскрыть завещание.
Выяснилось, что родители Гарри прямо запретили даже знакомить сына с Верноном и Петуньей Дурсль.
После этого Альбус Дамблдор оказался в камере предварительного заключения Министерства.
Кроме того, в завещании указывалось, что настоящим Хранителем тайны Поттеров был Питер Петтигрю.
Ему оставили наследство в тридцать серебряных сиклей — символическое разоблачение предателя.
Это заставило Амелию Боунс внимательнее изучить дело Сириуса Блэка.
Выяснилось, что того бросили в Азкабан, даже официально не предъявив обвинений, не говоря уже о суде и приговоре.
Амелия потребовала вывезти Блэка из Азкабана и арестовать Бартемиуса Крауча-старшего, чья подпись стояла на документах о переводе Блэка в тюрьму.
Когда Блэка допросили под сывороткой правды, всё сокрытие преступления рухнуло.
То, что Крауч и Дамблдор отправили невиновного человека в Азкабан почти на одиннадцать лет даже без суда, оказалось настолько сенсационным, что Рите Скитер не пришлось ничего приукрашивать.
Блэка оправдали по всем обвинениям, выплатили миллион галеонов компенсации и освободили.
Со своим крестником Гарри Поттером он встретился в первые октябрьские выходные.
Когда мракоборцы пришли за Барти Краучем для допроса, тот оказал сопротивление при аресте.
Это дало достаточные основания для обыска дома.
Внутри старший мракоборец Кингсли Шеклболт обнаружил «покойного» сына Крауча — Барти-младшего.
Родной отец держал его под «Империо», пряча под мантией-невидимкой.
Когда вся грязная история побега из тюрьмы раскрылась, и отца, и сына отправили в Азкабан до конца жизни.
После смерти их тела проверили на следы оборотного зелья, чтобы окончательно удостовериться: Краучей похоронили под правильными именами.
В последующие годы такая процедура стала стандартной частью посмертного исследования в волшебном мире.
По совету Амелии Боунс и Августы Лонгботтом министр Корнелиус Фадж приказал провести полное обследование замка, в котором размещалась школа чародейства и волшебства «Хогвартс».
А заодно всестороннюю проверку преподавателей и их профессиональной пригодности.
При обследовании нашли несколько Тёмных предметов.
В том числе утраченную диадему Когтевран, в которой обнаружились признаки превращения в очередной крестраж Волдеморта.
Испытав и усовершенствовав метод на дневнике, которым было не так жалко пожертвовать, невыразимцы из Отдела тайн смогли уничтожить крестраж, не повредив сам предмет.
Через неделю этот метод пригодился снова.
Сириус Блэк появился в кабинете Амелии с медальоном Слизерина и пересказал историю, услышанную от Кикимера, домового эльфа покойного брата, — о мерах, к которым прибег Волдеморт, чтобы его спрятать.
Медальон проверили.
Он оказался крестражем.
И его «очистили» от скверны.
Кроме того, после тысячи лет поисков обследование школы позволило обнаружить вход в легендарную Тайную комнату.
Наняли уважаемого змееуста из Индии, придерживавшегося Светлой стороны, — Бакула Патиля, двоюродного брата Парвати и Падмы.
Комнату осторожно открыли и вошли внутрь.
Там Бакул коротко побеседовал с тысячелетним василиском.
Тот объяснил, что его истинное предназначение, определённое Салазаром Слизерином, — защищать Хогвартс в случае нападения немагических армий.
А в те времена такие нападения случались нередко.
Василиск по имени Асмодей затем указал Бакулу и министерской группе на тайную библиотеку Салазара.
Помимо прочего, там нашлись личные дневники всех четверых Основателей.
Материала для счастливой работы учёных хватило бы на годы.
Особенно с учётом открытия, подтверждённого и Асмодеем, и собственным дневником Салазара: Слизерин был не Тёмным волшебником, каким его часто изображали, а охотником на Тёмных волшебников.
Он изучал Тёмные искусства, чтобы совершенствовать способы борьбы с ними.
В некотором смысле Салазар Слизерин был первым настоящим мракоборцем Британии.
Изучив воспоминание Джинни Уизли о том дне в книжном магазине, Амелия установила, что дневник-крестраж подбросил ей Люциус Малфой.
Его арестовали в тот же день и обыскали поместье.
По приказу хозяйки Нарциссы домовой эльф Люциуса Добби «случайно» оставил открытыми несколько панелей, обнаружив тайник с Тёмными предметами.
Люциуса Малфоя быстро судили, признали виновным и приговорили к тридцати годам Азкабана.
Чернила на приговоре ещё не высохли, когда Нарцисса подала на развод.
Она отказалась от всех притязаний на совместное имущество и опеку над сыном Драко.
К Рождеству она снова стала Нарциссой Блэк.
Драко взяла к себе семья его невесты, Панси Паркинсон.
Там немедленно принялись избавлять его от привычки дерзить и привлекать ненужное внимание.
Харвуд Паркинсон был настоящим слизеринцем — хитрым и терпеливым.
Двух этих качеств Драко отчаянно не хватало.
Для нескольких преподавателей проверка закончилась плохо.
Чарити Бербидж, преподавательница магловедения, насколько сама могла припомнить, ни разу даже не встречала магла.
А потому понимала в их жизни очень мало.
Её немедленно уволили.
По рекомендации директрисы Макгонагалл заменой стала сквиб Арабелла Фигг, десятилетиями жившая среди маглов.
Сивиллу Трелони уволили из школы, а прорицания отменили.
Основание было простым: человек либо рождается провидцем, либо нет.
Обучение в этой области ничего не меняет.
Поскольку школьный устав требовал наличия пяти факультативных предметов, Минерва связалась с бывшей ученицей, Капеллой Забини, всемирно известной художницей волшебного мира.
Ей предложили разработать курс магического искусства и культуры, чтобы заполнить пробел.
Лоуренс Кеттлберн оказался хорошим преподавателем, но твёрдо решил уйти на пенсию в конце учебного года.
Попечительский совет выдал особое разрешение, и профессор Кеттлберн начал обучать своего будущего преемника — Рубеуса Хагрида — правильному и безопасному преподаванию ухода за магическими существами.
Проверка знаний Златопуста Локонса выявила в нём полного мошенника.
Допрос под сывороткой правды показал: Локонс присваивал чужие достижения, сначала узнавая всю историю, а затем стирая рассказчикам память.
Его судили по многочисленным обвинениям в тяжких посягательствах на личность.
Остаток дней ему предстояло провести в Азкабане.
Управление мракоборцев назначило старшего мракоборца Гавейна Робардса преподавателем защиты от Тёмных искусств.
Этот пост он занимал следующие двенадцать лет, разрушив «проклятие» должности.
Катберт Бинс — который, как выяснилось, не знал, что умер, — был уволен за мертвящую скуку на уроках.
*Примечание автора: простите, не удержалась.*
Вместо него Минерва Макгонагалл наняла Римуса Люпина, бывшего старосту Гриффиндора и близкого друга Сириуса Блэка и Джеймса Поттера.
Многие субботние дни того года профессор Люпин проводил, рассказывая Гарри и Гермионе — а позднее и Фреду, Джорджу и Джинни Уизли — истории о школьных приключениях их дружеской компании, с любовью прозванной «Мародёрами».
После заключения Альбуса Дамблдора Северус Снейп освободился от обязательств перед ним.
И уволился раньше, чем его успели выгнать.
По его словам, он «вообще никогда не хотел учить этих хнычущих сопляков».
Вскоре Снейпа приняли в исследовательскую лабораторию больницы Святого Мунго.
За следующие десять лет он нашёл настоящее лекарство от ликантропии и сумел вывести Фрэнка и Алису Лонгботтом из комы как раз к пятнадцатилетию Невилла.
В Хогвартсе Минерва наняла мастера зелий Андромеду Тонкс преподавать зельеварение.
А преподавательницу астрономии Аврору Синистру назначила новым деканом Слизерина.
Став директрисой и назначив Филиуса Флитвика своим заместителем, Минерва была вынуждена сократить преподавательскую нагрузку.
Теперь у неё оставалось время только на два курса уровня ЖАБА.
Для обучения младших курсов и руководства Гриффиндором она пригласила Молли Уизли, которой было нечем себя занять: все дети либо выросли, либо учились в школе.
Молли оказалась превосходным преподавателем, и гриффиндорцы её очень полюбили.
Даже близнецы, которым теперь не сходила с рук и четверть прежних проделок.
После небольшой травмы головы на квиддичной тренировке Гарри осмотрела Поппи Помфри.
В шраме от проклятия она обнаружила незначительную одержимость.
Одно простое изгнание — и заблудший осколок души был уничтожен.
Гарри почувствовал себя гораздо легче.
За следующие два месяца уровень его магической силы почти удвоился.
Словно осколок души подавлял естественное развитие.
По распоряжению директора Боунс старший мракоборец Аластор Грюм, которому оставалось три месяца до пенсии, изучил прошлое Тома Марволо Реддла, также известного как Волдеморт.
Обнаружив его корни в маленькой деревне Литтл-Хэнглтон, старый Грозный Глаз решил проверить догадку.
На день он нанял разрушителя проклятий из «Гринготтса» — некоего Уильяма Уизли.
Вдвоём они успешно проникли в старую лачугу Мраксов и забрали фамильное кольцо.
Ещё один крестраж Волдеморта.
Кольцо передали главному невыразимцу Кроукеру.
Крестраж уничтожили.
По запросу Министерства «Гринготтс» провёл полную проверку хранилищ всех известных и предполагаемых Пожирателей смерти.
Помимо многочисленных Тёмных предметов, за которые выписали крупные штрафы, в хранилище Лестрейнджей нашёлся артефакт «сомнительного происхождения».
А именно — чаша Пенелопы Пуффендуй, последняя запись о которой сообщала о краже у законного владельца.
Дальнейшее исследование показало, что чаша — тоже крестраж.
Её передали невыразимцам для уничтожения.
В албанском лесу изодранная душа, прежде известная как Тёмный Лорд, завизжала от боли, когда уничтожили её последний крестраж.
А затем остатки её сущности уволокло в огненную бездну.
Проведя несколько дней за освоением более полезных учебных привычек под руководством Гермионы, Гарри устал от словесных выпадов Рона и сказал ему:
— Если не можешь сказать ничего хорошего, лучше вообще молчи.
Сам того не заметив, он подкрепил слова магией, превратив их в приказ.
Когда прошло почти две недели и все поняли, что Рон за это время не произнёс ни слова, его осмотрела мадам Помфри и установила причину «проклятия».
Смущённый тем, что случайно натворил, Гарри с виноватым видом снял с Рона магическое обязательство.
Однако после случившегося Рон изменился.
Две недели вынужденного молчания заставили его осознать, насколько обидным было большинство его высказываний.
Он начал думать, прежде чем говорить.
Постепенно превратился в заботливого, чуткого парня, с которым хотели познакомиться все девушки.
Со временем он стал встречаться с лучшей подругой сестры, Полумной Лавгуд.
Впоследствии женился на ней и присоединился к её работе по изучению магической природы.
Гарри в конце концов набрался храбрости пригласить Гермиону на свидание.
К концу второго курса она стала его девушкой.
А впоследствии — женой.
Гермиона со временем возглавила министерский Департамент магических животных и существ.
На этом посту она всегда добивалась справедливого и равноправного — в разумных пределах — отношения к другим разумным волшебным существам.
Гарри же после нескольких лет изучения нумерологии и древних рун обнаружил талант к созданию заклинаний и зачарованию предметов.
На жизнь он зарабатывал, продавая свои изобретения в магазине в Косом переулке.
В общем, счастливый конец.
И начался он с того, что Альбус Дамблдор оступился на приветственном пиру.
**Конец.**
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!