Глава 1: 1.

1.

29

0

Mот Molwe
Поделиться

Среда, 19 июня 1996 года

В больничном крыле Хогвартса, школы чародейства и волшебства, было довольно многолюдно — особенно учитывая, что до конца учебного года оставалось совсем немного, а межфакультетские матчи по квиддичу закончились ещё несколько недель назад.

За небольшим столом тихо беседовали заместитель директора Хогвартса Минерва Макгонагалл и целительница Поппи Помфри, а также ученики Рон Уизли, Полумна Лавгуд, Джинни Уизли и Невилл Долгопупс. Вместе с ними сидели Артур и Молли Уизли и двое людей, довольно необычных для Хогвартса: оба были маглами. Это были Чарльз и Сабрина Грейнджер, родители гриффиндорки Гермионы Грейнджер.

Сама Гермиона сидела неподалёку, рядом с кроватью, предназначенной для Гарри Поттера — главного объекта их ожидания. Гарри был без сознания уже восемнадцать часов. Это случилось после того, что уже успели назвать «Битвой в Отделе тайн», и гибели одного из величайших Тёмных лордов всех времён — лорда Волдеморта.

Разговор на мгновение стих. Все собравшиеся посмотрели на кровать Гарри, услышав, как Гермиона тихо говорит с ним:

— Всё уже закончилось, Гарри. Всё позади, милый. Ты покончил с ним навсегда. Теперь можешь жить дальше, Гарри. Всё закончилось.

Минерва и Поппи улыбнулись, услышав слова Гермионы. Чарльз Грейнджер беззвучно произнёс жене: «Милый?» Сабрина усмехнулась и покачала головой. Когда дело касалось его принцессы, Чарльз порой бывал поразительно слеп.

— Профессор Макгонагалл, — сказал Чарльз, — не могли бы вы ещё раз объяснить, что именно произошло прошлой ночью? Судя по всему, что мы читали о магии за эти годы и что рассказывала нам Гермиона, такое не должно было быть возможным.

Прежде чем декан Гриффиндора успела ответить, раздался другой голос:

— Именно это и было самым поразительным в событиях прошлой ночи, доктор Грейнджер. То, что произошло с вашей дочерью в Отделе тайн, было невозможно. И всё же это случилось.

Все подняли глаза: к столу подошёл директор Альбус Дамблдор и, создав себе стул, присоединился к ним.

— Что касается того, как именно всё произошло, думаю, у меня есть ответ. Изучив воспоминания вашей замечательной дочери и этих выдающихся юных волшебников, я смог восстановить ход событий.

Все присутствующие смотрели на престарелого директора, пока он рассеянно наливал себе чай из стоявшего на столе чайника и делал глоток. Наконец терпение Макгонагалл лопнуло.

— Ну, Альбус, ты собираешься просветить нас или нам самим идти изучать воспоминания?

Дамблдор удивлённо поднял голову.

— Что? Ах, прошу прощения.

Старик принялся объяснять, почему подростки оказались в Министерстве магии и как они туда добрались. Рассказав о том, как они получили пророчество, и изложив его содержание — которое теперь уже не имело значения, — он заговорил тише, переходя к невероятным событиям, последовавшим за этим.

— В этот момент шестеро разделились, чтобы легче было скрыться от Пожирателей смерти: они считали, что противник превосходит их числом и силой. В одну группу вошли мистер Уизли, мисс Уизли и мисс Лавгуд. В другую — мистер Долгопупс, мисс Грейнджер и Гарри. Группа Гарри добралась до бокового помещения при Зале Смерти, где наткнулась на Пожирателя смерти по имени Антонин Долохов. Он поразил всех троих заклятиями «Импедимента». Когда Долохов начал оповещать остальных Пожирателей о местонахождении группы Гарри, мисс Грейнджер попыталась заставить его замолчать заклинанием «Силенцио». Однако Долохов блокировал его и поразил мисс Грейнджер проклятием, с которым мне прежде не доводилось сталкиваться. Оно поразило не только её тело, но и магическое ядро. Прежде чем кто-либо успел что-то предпринять, мисс Грейнджер пала жертвой тёмной магии и умерла.

Увидев ужас на лицах пожилых Грейнджеров и остальных собравшихся, Дамблдор продолжил:

— А вот теперь начинается самое интересное. Именно тогда произошло невозможное — проявился фактор Поттера.

Воспоминание

Гарри смотрел на происходящее, совершенно не веря своим глазам. Гермиону поразило заклинание. Она просто лежала на полу, не шевелясь.

Гарри не мог пошевелиться. Не мог отвести взгляд. Даже дышать не мог. Хуже всего было то, что он просто не мог в это поверить. Гермиону поразило заклинание. Он стоял, застыв на месте.

Он подозревал, что впадает в шок. Но слова Невилла вывели его из оцепенения — и вытолкнули за грань здравомыслия.

— Гарри, я не могу нащупать пульс! О нет, нет, нет! Кажется… Гарри, кажется, она… она умерла!

В этот момент с Гарри впервые случилось внетелесное переживание. Он видел всё вокруг, в том числе и самого себя. Его тело просто стояло и в полном потрясении смотрело на Гермиону.

Он заметил, как в его тело ударяют вспышки света, и понял, что Долохов посылает в него проклятия. Ни одно из них не действовало — ни «Круциатус», ни смертельные проклятия. Казалось, все они поглощались собственной магией Гарри.

Он заметил, что его голова и губы шевелятся. Голова медленно моталась из стороны в сторону, а губы беззвучно повторяли: «Нет. Нет. Нет. Нет».

Когда Гарри запрокинул голову и закричал это слово, его внезапно втянуло обратно в собственное тело и вернуло к реальности.

Не отдавая себе отчёта в своих действиях, он бросился к Гермионе и опустился рядом с ней на колени. Поднял её и прижал к себе, всё ещё повторяя одно и то же слово. Повторение превратилось в рыдания. Он раскачивался вместе с ней взад-вперёд.

Пока он держал её и плакал, вокруг него возникло голубое сияние. Гарри посмотрел в её невидящие глаза, снова запрокинул голову и закричал от горя. Затем поцеловал Гермиону в губы и осторожно уложил её на пол.

Гарри поднялся и огляделся. Невилла уже не было: тот убежал, когда к Долохову присоединились Люциус Малфой и Беллатриса Лестрейндж. Двое мужчин смотрели на Гарри с изумлением.

Глаза Гарри были неестественно широко раскрыты и буквально пылали изумрудным пламенем. Если бы оба мужчины пережили ту ночь, они описали бы ощущение от взгляда Гарри так: будто он видел их души нагими и считал их недостойными жизни.

Всё это время Гарри продолжал качать головой и повторять: «Нет. Нет. Нет. Нет». Безумная Белла обрушивала на него одно за другим смертельные проклятия, но все они поглощались голубым сиянием, по-прежнему окружавшим тела Гарри и Гермионы.

Гарри снова посмотрел на Гермиону, а затем с нечеловеческим криком закричал:

— НЕТ!!!

Сжав левую руку в кулак у левой стороны груди, он протянул правую и ухватился за… что-то. Ни трое Пожирателей смерти, ни кто-либо из тех, кто позже изучал его воспоминания, не могли увидеть, за что именно он ухватился.

Но то, что произошло дальше, стало одним из самых поразительных событий, когда-либо занесённых в магические летописи.

Гарри Поттер потянул — и тем самым повернул вспять само течение времени.

На его лице отразилось неимоверное напряжение. Он притянул сжатую в кулак руку к груди. Когда всё закончилось, рядом с ним стояла Гермиона Грейнджер — здоровая, невредимая и в безопасности.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 3