Глава 1: Глава 1
42
0
Гарри Поттер краем глаза заметил движение и вздохнул. Джинни была совершенно не знакома с таким понятием, как скрытность. Гарри и Гермионе пришлось бы ослепнуть, чтобы не заметить, как Джинни подливает что-то в тыквенный сок Гарри. Бросив взгляд на свою настоящую девушку, он кивнул, получил кивок в ответ и снова повернулся к своей еде, в то время как палочка из виноградной лозы с сердечной жилой дракона сделала взмах, и Гермиона произнесла:
— Акцио флакон с приворотным зельем!
Маленький пузырек вырвался из руки Джинни на глазах у всего гриффиндорского стола прямо во время обеда. Гарри ловко поймал его как раз в тот момент, когда к ним подбежала профессор МакГонагалл.
— Мистер Поттер, мисс Грейнджер, что здесь происходит?
Гермиона повернулась к декану своего факультета и сказала:
— Ну, профессор, мы с Гарри только что поймали Джиневру, — она ухмыльнулась рыжей гриффиндорке, зная, как сильно та ненавидит свое полное имя, — когда она пыталась подлить приворотное зелье в тыквенный сок Гарри. К счастью, она так же тонка в своих интригах, как и ее брат Рональд.
Профессор МакГонагалл повернулась к покрасневшей Уизли и уже открыла рот, чтобы разразиться гневной тирадой, как вдруг ее прервал совершенно неожиданный звук:
Смех.
А точнее, смех Гарри Поттера.
Весь гриффиндорский стол обернулся, чтобы посмотреть на Мальчика-Который-Хихикал, разглядывающего этикетку на маленьком пузырьке в своей руке. Подняв глаза, он заметил направленные на него взгляды и поискал за столом два конкретных лица.
— Эй! Фред! Джордж! Идите сюда! Вы не поверите, пока сами не увидите!
Близнецы Уизли, семикурсники, встали и подошли к ним с озадаченным видом. Когда они приблизились, Гарри повернул пузырек так, чтобы близнецы могли прочесть этикетку. Меньше чем через секунду оба близнеца уже хихикали, затем расхохотались в голос, а потом и вовсе вцепились друг в друга, чтобы удержаться (хотя бы относительно) на ногах.
Несмотря на продолжающиеся суровые взгляды МакГонагалл и Гермионы, Гарри достаточно успокоился, чтобы произнести:
— Это флакон «Безотказного приворотного зелья "Чудо-ведьма", бьющего наповал». Чего малышка Джин-Джин, похоже, не знает, так это того, что, во-первых, это сувенир-прикол, в котором вообще нет ингредиентов приворотного зелья. Если внимательно прочитать их рекламу в «Ведьмотен», там даже можно найти мелкий шрифт с предупреждением. Во-вторых, Джинни, похоже, не осознает, что бренд «Чудо-ведьма» — это дочерняя компания, полностью принадлежащая «Всевозможным волшебным вредилкам Уизли». Она заказала по почте фальшивое приворотное зелье у собственных братьев! Они не могли разыграть ее с тех пор, как ей исполнилось пять лет, и вот теперь она идет и разыгрывает саму себя их же продукцией!
По сей день ни один гриффиндорец не смог бы сказать вам, кто первым смешливо фыркнул. Но этот смешок пустил волну по столу, которая быстро охватила весь факультет Гриффиндор. Следующим сдался Пуффендуй, за ним Когтевран, и даже слизеринцы начали смеяться. Преподавательский стол тоже не остался в стороне: Флитвик, Стебль, Хагрид, Вектор, Синистра и Бербидж, которые всё еще были на обеде, тоже хохотали. Даже у Снейпа было такое выражение лица, которое ясно давало понять, что он отчаянно пытается не рассмеяться (потому что это показало бы его человечность, следовательно — эмоции, а следовательно — слабость).
Джинни огляделась и поняла, что весь Большой зал смеется над ней, даже ее собственные братья-придурки. Даже Драко Малфой — который всегда обожал видеть, как кого-то из Уизли ставят на место, — чуть ли не писался со смеху от ее публичного позора. Даже МакГонагалл изо всех сил боролась с улыбкой.
Гарри встал, посмотрел на Джинни с ухмылкой на лице и сказал достаточно громко, чтобы его услышали сквозь шум:
— Джиневра Молли Уизли, тебя разыграли «Волшебные вредилки Уизли»!
После этого заявления Джинни поняла, что всё ее оставшееся время в Хогвартсе будет заполнено шутками про приворотные зелья и что любые дальнейшие попытки опоить Гарри Поттера обречены на провал. Даже если бы ей это удалось, любой гриффиндорец немедленно отвел бы его к мадам Помфри на проверку, прояви он хоть каплю романтического интереса к младшей Уизли.
А затем Гарри Поттер закрепил результат. Он повернулся к сидящей рядом Гермионе, привлек ее к себе и страстно поцеловал. Никто из зрителей не мог не заметить любви между этими двумя.
Но хуже всего стало, когда Грег Гойл подошел к близнецам Уизли и сказал:
— Я ставил в тотализаторе на сегодняшний день: они только что публично объявили о своих отношениях, гоните денежки!
Фред залез в мантию, достал кусок пергамента, сверился с ним и произнес:
— Он прав, старина Джордж. Он ставил на сегодняшний день. Плати этому человеку.
Джордж, нацепив фальшиво-сварливое выражение лица, сунул руку в мантию и передал более рослому приспешнику Малфоя пухлый мешочек с галеонами. Гойл скривился (большинство решило, что это была улыбка) и вернулся за слизеринский стол, высоко подняв свой выигрыш.
Джинни в слезах выбежала из зала и помчалась прямо в свою спальню, где спряталась за пологом кровати.
Профессор МакГонагалл уже собиралась пойти за своей заблудшей гриффиндоркой, но рука Гарри, опустившаяся на ее предплечье, остановила ее. Когда она повернулась к нему, он сказал:
— Оставьте это, профессор. Никакое наказание, которое вы ей назначите, не может быть хуже, чем публичное разоблачение в использовании приворотных зелий, особенно если учесть, что ее одурачили фальшивкой ее собственные братья!
Минерва МакГонагалл посмотрела на Гарри Поттера, и по ее лицу скользнула тень улыбки. Да, с этого момента Джинни и так придется несладко, отработки здесь были бы излишни. Она развернулась и направилась обратно к своему недоеденному обеду.
КОНЕЦ
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!