Глава 9: Глава 8 «Секреты друг от друга»

Глава 8 «Секреты друг от друга»

13

0

4от 4Ray6Rail4
Поделиться

Хэн всё ещё стоял над очками — они лежали на столе, под голографической проекцией, которая медленно вращалась в воздухе. Тонкие линии на линзах, выстроенные в схему, соседствовали теперь с другим изображением: наброском символа, который Акира восстановила по словам брата — как могла, по памяти.

— Сопоставление завершено, — тихо произнёс Хэн, и его оптика мигнула мягким янтарём. — Совпадение структур — восемьдесят семь процентов. Гравировка на линзах и символ, описанный Сэмом, принадлежат одной системе обозначений.

Акира застыла у стола. Она вернулась домой, уложила брата спать под предлогом «займусь поисками машины» — и вот теперь стояла здесь, в тишине, глядя, как две проекции медленно сближаются, пока не складываются в единое целое.

— Значит… — медленно произнесла она. — Очки прапрадеда и эта машина связаны. Через символ.

— Не только, — Хэн развернул ещё одну проекцию: страницу старого архива, пожелтевшую, с машинописным текстом. — Я завершил расшифровку метки на краю линзы. Это номер серии проекта «Эклипс». Но самое интересное — сопроводительная запись. Линзы были изготовлены как прототипы… для исследования объектов, которые называются «динамические автономные механизмы».

— Машины, которые… оживают, — тихо закончила за него Акира. Горло пересохло.

— Более точная формулировка: механизмы, способные к самостоятельной трансформации и, предположительно, к самосознанию. Проект был закрыт. Все материалы засекречены. А этот символ… — Хэн подсветил линии на голограмме, — судя по описаниям, он служил опознавательным знаком. Не «сигналом бедствия» и не «маяком». Скорее… признанием. Обращением к тем, кто умеет читать.

Акира медленно опустилась в кресло. Всё, что она подозревала смутно, теперь выстроилось в линию: очки прапрадеда, нарисованные в линзах схемы, машина, которая встала и бросила в небо знак, — и брат, который всё это видел. Она не сказала ему правду. И теперь не знала, правильно ли сделала.

«Он видел то же, что я искала. И он испуган. Если скажу ему всё сразу — сломается. Если не скажу — пойдёт копать сам. А он умеет копать…»

— Хэн, — сказала она наконец. — Я попробую аккуратно поговорить с Сэмом. Дождусь подходящего момента и не буду давить. Просто… дам ему возможность рассказать. Если он уже что-то понял сам — пусть скажет сам. Мне важно знать, насколько он втянулся.

— Принято, — кивнул Хэн. — И Акира… — он сделал паузу, непривычную для машины. — Стоит быть готовой к тому, что он узнает больше, чем мы думаем. Мальчишки, которые видели нечто невозможное, редко останавливаются.

— Знаю, — устало усмехнулась она. — Я такая же.

Сэм не спал почти всю ночь. Он лежал, глядя в потолок, и прокручивал в голове символ в небе. А под утро всё-таки встал, тихо, чтобы не разбудить отца, достал из шкафа старую коробку — ту самую, с вещами прапрадеда, которые он не продал. Дневник лежал на дне. Он брал его уже несколько раз — для доклада. Но теперь он смотрел на него другими глазами. Перелистал страницы — записи о льдах, о команде, о штормах. И на середине книги остановился: страница, которую он раньше пропустил, потому что записи там были не путевые, а странные. Схемы. Те самые линии — тонкие, пересекающиеся под странными углами. И рядом — набросок. Прапрадед рисовал что-то огромное, но не корабль и не здание. Что-то, что стояло. Что-то, у чего были ноги.

«Они не только в небе. Они ходят по земле, и мы приняли их за машины», — читалось в записи, выведенной торопливым почерком. Дата — начало века.

Сэм сидел, зажав дневник в руках, и сердце колотилось так, что отдавало в горле. Он не сказал об этом сестре вчера — не смог, слова застряли. Но теперь у него было подтверждение. Прапрадед знал. Знал сто лет назад. Убрав дневник на место, он решил всё же заняться привычными делами. Спускаясь на первый этаж, он встретил своего пса по кличке Моджо и дал ему лекарство. Внезапно пёс начал лаять в окно.

— Моджо, — мягко позвал его по имени. Пёс сидел на стуле, опираясь передними лапами на подоконник, и смотрел в окно. — Ты можешь не шуметь, пожалуйста? — Сэм посмотрел на него серьёзно, но пёс на просьбы не реагировал.

Сэм прошёлся по кухне до холодильника и достал оттуда пластиковую коробку из-под молока: собирался приготовить себе завтрак. Но его взгляд упал на окно — и в шоке он увидел, как его машина с прошлой ночи медленно подъезжает к тому самому окну, у которого только что стоял мальчишка. В панике он роняет коробку и решает спрятаться от окон. Прижавшись плечом к стене, будто она могла удержать его, он достаёт телефон и снова в спешке набирает номер — но уже дозванивается другу Майлзу. Их разговор сразу пошёл не по плану: Сэм, несмотря на обещание сестры хранить их маленький секрет, рвался всё рассказать.

— Майлз, — шёпотом отозвал друга, слыша, как по ту сторону слышатся плеск воды и лай собак. — Майлз, слушай, моя машина сама себя угнала, а сейчас она стоит на моём дворе! — сдержанно прохрипел он, стараясь держать голос шёпотом.

— Друг, что за бред? — сомнительно отозвался тот, не веря его словам.

Не сдерживая эмоции, мальчишка произносит:

— Сатана… этот «Камаро» на моём чёртовом дворе стоит. Он следит за мной! — более тихо добавил он.

— Ты под кайфом? Друг, если это так, то не смешно, — начал его друг отвечать на бред, но не успевает договорить.

Сэм бросает трубку, понимая, что говорить нет смысла, как и спорить. После тихо ударяет себя по лбу ладонью:

— Вот же я дурак, я же дал слово сестре, что это секрет… — тихо крадясь, он передвигается к крыльцу дома. — Если не расскажу, то она точно не узнает и не обидется, — прошептал он и встал на ноги.

Выбегая из дома, он схватил первый попавшийся велосипед — и только потом понял, что это мамино: розовое, с корзинкой спереди. Сэм на секунду замер, будто реальность на миг стала абсурдной: он, перепуганный подросток, собирается удирать от инопланетного робота на розовом велосипеде.

— Нет, — прошептал Сэм. — Нет-нет-нет. Не сейчас. Не сегодня. — Не находя слов для такого случая, он обернулся и увидел, как машина-демон преследует его. — Гениально, — выдохнул он. — Демон в машине гонится за мной, а я на велосипеде моей мамы. За это точно получу Нобелевскую премию по линии «самый жалкий побег в истории человечества».

Педали крутились судорожно, быстро, почти без ритма. Сэм летел по улице, не разбирая дороги, краем глаза замечая, как жёлтый силуэт срывается с места. И вот уже знакомый рёв мотора, нарастающий, будто хищная волна. Между ними словно была игра: машина не старалась догнать или как-то угрожающе действовать и навредить человеку на велосипеде, но точно заигрывала — держась ровно на грани: достаточно близко, чтобы Сэм чувствовал опасность, но не настолько, чтобы врезаться.

— Отстань! — заорал Сэм, не оборачиваясь. — Я тебе уже отдал ключи! Что ты ещё хочешь от меня?!

Поворот, ещё один. Сэм едва удерживал равновесие, ветер хлестал по лицу. Велосипед дёрнулся, колесо соскользнуло с бордюра — и Сэм совершил сальто с велосипедом, что можно было описать как «неконтролируемое торможение об асфальт»: он потерял равновесие и рухнул спиной на асфальт возле ресторана.

Микаэла сидела за столиком вместе с подругами, и ей было больно смотреть, как её знакомый совершает нечто необычное и больно приземляется.

— Сэм? — с удивлением позвала его по имени, будто играя роль, что не узнаёт его.

Но, встретившись с ним взглядом, она изображала эмоции так, будто ничего не видела.

— Привет, — спешно ответил Сэм, будто подыгрывая ей и стараясь выглядеть не так нелепо, — что было сложно.

— Это было весьма круто, — продолжая играть роль и слушая, как подруги за спиной смеются над ним, она решает узнать: — Ты как?

Тот в спешке поднимается: — Незабываемое чувство, — неловко ответил он. — Я немного схожу с ума, — не веря своим словам. — Меня преследует собственная машина-демон, и мне срочно нужно бежать! — затараторил он, не давая девушке и слова сказать.

Та продолжала сидеть за столиком и смотреть на него как на ненормального, но какое-то чувство вынуждает её покинуть подруг и проследовать за мальчишкой, который уже сел на розовый велосипед и куда-то уехал. Он смотрел в сторону улицы, где из темноты вынырнул жёлтый «Камаро» — и тут же промчался мимо, будто проверяя, насколько далеко Сэм готов убежать. Они рванули дальше, под эстакаду, где тени становились гуще, а шум города приглушался бетоном. Сэм уже почти задыхался, оборачиваясь назад и замечая, что машина не собирается его отпускать. Устало заезжая под мост, где стояло несколько машин, он задумал спрятаться среди них, замечая через окна машин саму машину-демон. Но вдруг впереди вынырнули мигалки со звуком сигнала — полицейская машина. Сэм почувствовал то бурное, слепое облегчение:

— Полицейская машина! Как вовремя! — На секунду в нём вспыхнула надежда; тихо, шёпотом, он радовался удаче.

— Офицер! — с надеждой прокричал он, подъезжая к машине на велосипеде. Не успев затормозить, он налетел на открытую дверь и упал на землю. Но быстро встаёт, чтобы рассказать офицерам что-то про погоню…

Патрульный автомобиль остановился. Резким движением он начал приближаться к мальчишке; тот от испуга упал на асфальт, отползая назад и прося, чтобы офицер прекратил ехать на него. Но жутким было увидеть то, как из машины вытянулись фары: они словно смотрели на него и анализировали, издавая странный звук, смахивающий на то, как перебирают мелкие стёкла. И потом — в тишине, которую нарушало только эхо — корпус вздрогнул. Панели пошли рябью, как вода от брошенного камня. Стекло потекло, сталь перекатилась, и из полицейской машины вырос демон — нет, не демон, нечто худшее, потому что у демонов хотя бы не было красных, горящих глаз. Его оптика горела холодным светом.

Сэм попятился, чувствуя, как земля уходит из-под ног, не веря тому, что перед его глазами: сон или явь. От испуга он убежал от демона, но тот догонял и обрушивал шум — раскидывая автомобили в разные стороны. Он ловит мальчишку и роняет на ближайшую машину. Голос звучал как скрежет металла: — Где очки?!

— Я-я не понимаю! — испуганно затараторил он, чуть ли не заикаясь от исходящей угрозы полицейского автомобиля-демона.

Тот, недовольный и полный злобы, ударил рукой об машину; мальчишка крикнул от испуга и решил, что вот он — подходящий момент, чтобы снова убежать. Выбегая из-под моста, он впереди видит знакомый синий мопед, а за рулём — её, Микаэлу. Сэм машет ей рукой и кричит:

— Разворачивайся!

Но девушка словно не слышала его крика из-за шлема — или из любопытства хотела подъехать ближе, чтобы узнать, что случилось, понять, почему Сэм ведёт себя так странно. Оба не остановились перед друг другом, отчего мальчишка случайно сбивает девушку с мопеда, и оба падают.

— Да сколько можно падать!.. Такое от сестры не скроешь — она допросит и вылечит… — угрюмо подумал он и осознаёт, как снова чувствует тряску земли под собой.

Он встаёт и помогает подняться девушке; та рада помощи, но всё ещё злится на него.

— Ты чего творишь?! — со злостью прошипела она; боль ещё не стихала.

— Там монстр! Он напал на меня! — кричит в ответ и ловит на себе её взгляд — сначала недоверие, а после — испуг.

В какой-то степени он был рад, что не спятил: помимо него, хоть кто-то видит странные вещи. Но машина приближается, пока рядом не доносится знакомый шум. Из темноты вылетел его жёлтый «Камаро», подъезжая к ним и открывая дверь салона. И тут Сэм вдруг понял простую и абсолютно невозможную вещь: демоны не встают на защиту. Демоны не покупаются на аукционе за четыре тысячи долларов. Демоны не включают радио с сентиментальными песнями, чтобы подбодрить своего хозяина.

Эта машина была не демоном.

Эта машина была другом.

Он уговаривает подругу сесть в машину. Микаэла была напугана и не хотела верить происходящему, но мальчишка упирался и всё же уговорил её сесть внутрь, а после проследовал за ней. Жёлтый «Камаро» закрыл дверь и уехал, разгоняя скорость. Полицейская машина-монстр — увидев это — снова сложилась, как карточный домик, в автомобиль и проследовала за ними, выслеживая машину и мальчишку, чтобы получить желаемое.

Погоня длится до момента, когда жёлтый «Камаро» снова привёз их в какой-то заброшенный участок, прячась от преследователя. Но тот их находит — «Камаро» еле заводится, словно давая понять, что больше не в силах убегать. Он выезжает на поляну и открывает дверь: Сэм и Микаэла вышли из салона, видя перед глазами, как машина с плавным шумом, будто из трубы выпустив воздух, трансформируется в робота. Он стоит перед ними, оглядывается и встречает врага битвой.

— Бежим! — ровным тоном позвал девушку Сэм, будто уже устал удивляться тому, как роботы из машин появляются и проявляют некую агрессию — но уже друг на друга.

Убегая от гигантов, которые дрались не на жизнь, а насмерть, они скрылись в безопасном месте. Но вдруг их преследует мелкий робот — больше похожий на страшилу из фильма ужасов — со звуком треска металла и странным скрежещущим голосом, звучавшим как набор букв. Мелкий робот атакует мальчишку, пытаясь его схватить, но стягивает с него штаны; девушка, уже отбежавшая в сторону, слышит крик-мольбу друга. Она словно включила холодную голову и наносит удар по роботу сабельной пилой.

— Бей его! Бей его! — с надеждой кричит ей Сэм, чувствуя облегчение, что останется живым.

Девушка разрезала его на маленькие части. Гордо стоя рядом с Сэмом, тот с довольным выражением лица начал насмехаться над роботом:

— Ага! Без тела уже не такой смелый! — И пинает его голову вдаль.

Сэм снова ровным голосом зовёт девушку не оставаться на месте. И среди тумана они встречают его: снова жёлтый «Камаро», но уже без скрытности показывающий себя настоящего и приближающийся к ним. Микаэла удивляется тому, что перед ними, но Сэм уже спокойно и осознанно понимает, кто здесь друг, а кто враг. Спокойно объясняет подруге о происходящем, но та не верит и начинает потихоньку раздражаться.

— Более чудных никого не встречала, — удручённо шёпотом выпалила она. — Может, ещё что-нибудь у него узнаешь?

— Конечно, ведь тот робот спрашивал о… — тихо ответил он, но осёкся. «Я обещал сестре хранить секрет, но так и не сделал…» — печально подумал он.

Сэм подошёл немного ближе к роботу. Тот стоял на высоком грунте и смотрел на него сверху вниз.

— Ты умеешь говорить? — с любопытством спросил он, но тот ответил отрывками слов из радио.

— Ты умеешь говорить как радио? — подмечая свою догадку, спросил он, и робот подтвердил его слова, снова используя отрывки фраз из радио.

— Ты можешь объяснить, что ты тут учудил? — спрашивает его так, будто отец, который распрашивает сына за косяки. Тот отвечает снова словами из радио, объясняя тем, что они некие посланники с небес.

Робот встаёт боком и снова принимает облик автомобиля, приглашая их в салон. Девушка не верит этому, но мальчишка уговаривает её, что стоит рискнуть:

— Иначе через пятьдесят лет ты пожалеешь, что не сделала это.

Они сели в салон, и машина едет вперёд, останавливаясь у брошенных вещей Сэма. Мальчишка забрал вещи и оделся, больше не чувствуя неловкости. Он также понимает, что почти наедине находится с девушкой, и пытается привлечь её внимание, чтобы понравиться ей. Та даже не против, но у неё мелькает мысль: странно, что такое разумное существо — рухлядь вроде «Камаро» — машина недовольно гудит, словно у радио сбилась регулировка, выгоняет их из салона и уезжает. Девушка в шоке стоит посреди дороги, скрестив руки в недоумении; мальчишка, наоборот, снова запаниковал.

— Ну зачем было это говорить? Класс, — с насмешкой выспыл он. — Мои четыре тысячи долларов уехали. — Потрепав себя за волосы, он опустил руки, но тут увидел, что «Камаро» возвращается и на глазах у них меняет модель автомобиля — теперь это шевроле «Камаро» концепт 2006 года.

Подросткам пришлась по душе такая смена имиджа нового друга: поездка стала более уютной и комфортной. Однако Сэм понимает, что упустил момент побыть рядом с девушкой. Их путь завершается тем, что машина привозит их к обсерватории Гриффита.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

9 из 15