Глава 3: Глава 2 «Машина»

Глава 2 «Машина»

13

0

4от 4Ray6Rail4
Поделиться

Утро. Солнце заливало улицу светом и проникало в комнату мальчишки: лучи тянулись к нему, но желание остаться в постели, полностью укрывшись одеялом, было сильнее. Однако стоило ему уютно устроиться, как раздался будильник — резкий, назойливый звон. Сэм попытался выключить его, но рука била обо что угодно, только не по кнопке. И вдруг звонок магическим образом затих. На лице мальчишки расплылась довольная ухмылка — и тут же сменилась резким осознанием.
Он вскочил с кровати, присел — и, прикрываясь одеялом, внезапно закричал:

— Сестрица, какого черта ты здесь делаешь?!

Сестра смеялась над нелепой мольбой брата — той самой, из вчерашнего телефонного звонка. Она ласково улыбнулась:

— Ну как «что»! Кто мне весь телефон прожужжал, что хочет машину? Или ты забыл?

— Я?! — Сэм удивился сам себе и опустил одеяло. — Точно помню… Но мне нужно в школу! Сегодня история — и мой доклад!

Мальчишка встал, рассеянно пересёк комнату, обходя сестру стороной, оделся и собрал рюкзак — а потом остановился перед ней, по привычке держа дистанцию. Та хмуро посмотрела на него и упёрла руки в талию.

— А как же завтрак?! — Она смотрела на него в недоумении, но в её голосе прозвучали тревожные нотки: лицо брата было печальным, словно он ещё не проснулся.

— По-позже… — рассеянно ответил Сэм, тяжело вздохнул и сжал руку в кулак. — И насчёт машины… Я сам накоплю, — решительно добавил он и, помолчав, пробормотал себе под нос, словно уже предвидел неудачу: — Если, конечно, получу пятёрку по истории.

— Но я могу купить! Почему ты не хочешь принять мою помощь? — В её голосе звенела непонимающая обида; она даже шагнула к нему ближе.

— Я не хочу быть в долгу перед тобой… — Сэм потянул шейку рюкзака и замолчал, глядя в пол. — Как и вся наша семья, — добавил он тише, будто эти слова были ему самому неприятны. Плечи его дрогнули, и он печально выдохнул. — Прости.

Девушка прикусила язык — спорить с этим она не умела. Секунду смотрела на брата так, будто впервые увидела, каким он вырос. Потом мягко усмехнулась, сдаваясь:

— Ладно, ладно, не переживай… — Она подошла и накрыла его руку своей ладонью. — Тебя хоть подвезти до школы?

— Да, спасибо! — Лицо Сэма вспыхнуло, и он, не удержавшись, шагнул к ней и крепко обнял. — Ты лучшая, — пробурчал он ему в плечо, срывающийся и потому почти шёпотом.

Она рассмеялась — тепло, легко, как смеются только с теми, кому позволено всё. И сжала его крепко, по-настоящему, так, что рюкзак едва не сполз.

— Знаю, — сказала она в его макушку. — Знаю.

Девушка мягко улыбнулась собственному отражению в окне — оно скользнуло по стеклу и растаяло в лучах утреннего солнца. Потом отпустила брата, но не сразу: пальцы ещё секунду держали его за плечи, словно прощались. Затем они разомкнули объятия и покинули спальню, направляясь на кухню, откуда уже пахло поджаренным хлебом и яичницей.
Кухня встретила их тёплым светом из окна. Вдоль стены тянулся деревянный гарнитур в тёмно-жёлтых тонах — купленный, кажется, ещё в девяностых, — и столешница из потёртого ламината хранила следы сотен завтраков. Над ней, не по-старому, разместилась микроволновка; белый холодильник с магнитами сувенирных городов и запиской, которую кто-то «на всякий случай» держал уже третий год, тихо урчал, как старый кот. На подоконнике в жестянке из-под кофе жили герани, кран всё так же шумно капал, но под навесным шкафчиком теперь блестел небольшой плоский телевизор, откуда мать слушала утренние новости, а рядом на столешнице лежал беспроводной телефон-ладошка. В прежнем «радиоуголке» к кассетной магнитоле прибился горой пузатый CD-плейер с рассыпанными рядом коробочками дисков.
Всё здесь было немного скрипучим, залатанным и обновлённым по мелочи — и таким родным, что чужим это место не стало бы, наверное, никогда.
Родители отчитали Сэма за долгий сон — привычно, беззлобно, между делом подкладывая ему на тарелку ещё один тост, — а девушку встретили так, будто она вернулась из дальней дороги, а не спустилась из спальни. Роднёй она этой семье не приходилась — она была её другом. Но родители Сэма давно и прочно считали её своей, да и сам мальчишка называл сестрой — без оговорок и кавычек.
На столе дымился завтрак: румяные тосты, глазунья с шипящими краями, кувшин свежего апельсинового сока, от которого по столу расползалось кольцо влаги. Сэм вонзил вилку в желток и размешал его по тарелке — так, как любил с детства. Позавтракали быстро, по-утреннему суетливо: кто-то глотал сок, кто-то дожёвывал тост на ходу, уже держа рюкзак.
На улице их ждала она — Chevrolet Impala шестьдесят седьмого года, тёмно-синяя, с хромом, приглушённо ржавеющим на солнце, с широкой, чуть тяжеловесной мордой, за которой ей было не страшно ни в какой двор и не на какой дороге. Девушка села за руль, и мотор крякнул, просыпаясь, — низкий, басовитый звук, от которого у соседей по гаражному ряду ёжились брови. Сэм плюхнулся на сиденье, пристегнулся и посмотрел на дорогу сквозь потёртое лобовое стекло.

— Поехали, — сказала сестра, и «Импала» мягко тронулась с места.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

3 из 15