Глава 8: Глава 7 «Разбитое печенье»
Глава 7 «Разбитое печенье»
13
0
Ранее того же времени. Девушка покинула лабораторию, оставляя своего робо‑помощника Хэна изучать очки, которые взяла с рук брата и которые принадлежали его прапрадеду. Мелодично напевая себе под нос, она направлялась на кухню, по пути снимая верхнюю куртку и поправляя худи: справа — оранжевый оттенок, слева — чёрный, а посередине толстовки нарисована страшная белая мордашка крипера из игры «Майнкрафт». Закатив рукава, Акира зашла на кухню.
Кухня утопала в глубоких зелёных тонах — фасады шкафов с филёнками были выкрашены в цвет густой хвои, и лишь верхние дверцы из матового стекла смягчали эту насыщенную глубину. Гарнитур охватывал комнату буквой «П», и в самой сердцевине его возвышалась чёрная плита с духовым шкафом и шестью конфорками. Духовка была ещё тёмной и остывшей, но казалось, что она держит паузу — как перед первым аккордом. На столешнице из тёмного, почти угольного камня уже наметилось будущее: тут место для раскатанной, присыпанной мукой скалки, там — для горки шоколадной крошки, которая так и просилась, чтобы прихватить горстку‑другую «на пробу». У окна, занавешенного лёгкой тканью, выстроились керамические вазы с сухоцветами, а на рейке висел рушник с красной вышивкой — тот самый, который всегда наготове, чтобы вытереть испачканные в тесте ладони. Слева тянулся остров с вазой полевых цветов; его поверхность была чисто вымыта и будто слегка вздрагивала в ожидании мисок, венчиков и противня. Скошенный потолок пересекали тёмные балки — деревенский скелет, на котором держится уют. Пол был выстлан выбеленным паркетом «ёлочкой», и посреди этой сдержанной светлости полыхал ковёр — красно‑оранжевый, с восточным орнаментом, единственное горячее пятно во всей гамме. Стоило сделать шаг — и весь этот зелёный, медный, деревянный мир качнулся навстречу, приглашая: доставай муку, ломай шоколад, оставайся.
Время шло. Девушка достала противень из духовки и поставила горячую утварь с печеньем на стол; подняв взгляд, она удивилась, как уже наступила ночь.
— Чёрт, я забыла о времени! — поспешно снимая перчатку с руки и доставая телефон из кармана худи, она высматривала на экране пропущенные звонки от брата и увидела одно голосовое сообщение. — Переживает, нужно узнать, что он говорит.
Включив запись, девушка ужаснулась: из динамика звучал панический голос мальчишки, который, запыхавшись, рассказывал о том, что кто‑то угнал его машину. А ещё добавлял обиду на неё — на сестру, которая забыла о времени и не приехала в гости. Выслушав запись, Акира убрала телефон на стол с грохотом, чуть не разбив его о столешницу; противень от удара упал на пол, и печенье треснуло от падения. Покинув кухню, девушка забежала в лабораторию.
— Хэн! Я ушла: у брата какие‑то проблемы, и этот… малой решил преследовать свою машину, которую у него украли, — сдерживая злость на глупость брата, она не стала дожидаться ответа робо‑помощника и покинула помещение.
Отправляясь к гаражу, она взяла необходимые вещи: безобидный дробовик и солевые патроны. Она не собиралась никого ранить или убивать — лишь припугнуть шумом и реалистичностью действий. Прихватив огнестрельное оружие и запас магазинов, Акира подошла к машине, открыла дверь, закинула вещи на соседнее сиденье и заняла водительское кресло. Сдерживая силу, аккуратно «захлопнула» дверь и завела двигатель:
— Надо же тебе было преследовать машину, — недовольно пробормотала она, сдавая назад и выезжая из территории своего дома на дорогу. — Конечно, твоя сестра поможет. А потом даст по шее. — Довольно промурлыкала она о своём плане, уверенно нажала на педаль, разгоняя скорость. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, она взялась за руль автомобиля крепче. Услышав мелодию звонка, она посмотрела на панель и ответила — это был робо‑помощник Хэн.
— Я выследил место нахождения вашего брата, передаю данные вашему геолокатору, — спокойным тоном отозвался он.
— Как раз кстати, спасибо, — радостно и уверенно ответила девушка, переключив звонок на задний фон, и открыла карту. Заметив, что братец всё ещё в движении, она недовольно цокнула и продолжила свой путь — но маршрут изменила так, чтобы сократить время и прибыть вовремя.
Ранее этим же днём, вечернее время. Мальчишка ждал прихода своей сестры, однако она так и не появилась. Ни звонка, ни сообщения. Сэм сидел на крыльце своего дома и смотрел на улицу, мечтая с надеждой увидеть чёрную «Импалу» и радостную улыбку сестры. И вкусный аромат — и сам вкус — её фирменного домашнего печенья. Но реальность решала по‑своему: он сидел и ел сладкий попкорн, пока позади скрипнула дверь.
— Сынок, она не придёт. Идём в дом, — тёплым голосом позвал отец сына. — Уже ночь, она точно завтра утром появится.
Мальчишка сжал кулаки и тяжело вздохнул. Он взял коробку от попкорна, встал на ноги, ещё долго смотрел на улицу и тяжело вздохнул. Потом повернулся к отцу, и тот взял из его рук коробку.
— Идём, и не грусти. Всё же она у тебя не обычная, — лёгким смешком добавил он, проводив сына до его комнаты.
— Ты прав, — тихо ответил мальчишка. — Я пойду спать.
Под тихую ночь Сэм уже засыпал — если бы не тревожные мысли, которые заставляли его думать о том, что же задержало сестру. Но вдруг доносится шум мотора автомобиля: мальчишка тут же открывает глаза и встаёт с кровати. Он подошёл к окну и увидел: машина завела двигатель, фары ярко осветили газон, и она, сдав назад, выехала на дорогу. Сэм панически проговорил: «Нет‑нет‑нет», не веря своим глазам: только что купил машину — и уже в первый же день кто‑то решается её угнать.
Надевая кофту, Сэм выбегает из дома и останавливается у крыльца. Он повернулся к двери и крикнул отцу: — Пап! Срочно вызывай полицию — её угнали! — паническим голосом затараторил он. Взяв велосипед и присаживаясь на сиденье, он оттолкнулся от педали и выехал преследовать свою машину.
Проезжая по тротуару, Сэм смотрит на свою машину и шепчет: — Куда же ты собралась?.. — Взяв одной рукой телефон, его пальцы скользнули по кнопкам телефона‑книжки. Набирая номер сестры, но не дозвонившись, он оставляет голосовое сообщение:
— Привет. Спасибо, что не пришла вечером, я не обижаюсь, — наигранно тараторил он в трубку. — Надеюсь, ты всё‑таки не спишь, и поможешь мне, потому что мою машину угнали, и я зачем‑то её преследую. — Остановился и понял свою глупость. — Я знаю, зачем делаю это… но было бы лучше, если бы ты помогла. — Спешке добавил он и сбросил звонок, замечая, что не поспевает за машиной, и убрал телефон, чтобы разогнаться.
Сэм видит, что машина резко остановилась, словно чего‑то или кого‑то поджидала, после чего заехала в заброшенную часть промышленной окраины — доезжая до шиферных ворот с колючей проволокой над ними. Не задумываясь о мерах осторожности, мальчишка подъезжает к этому месту, слезает с велосипеда, бросая его у ворот. Он забегает внутрь и встречает небольшой грузовой поезд: нервно и тревожно дожидаясь, когда путь освободится, он бежит дальше следом за машиной. Его поиски останавливаются в каком‑то тихом заброшенном месте: между странными зданиями и грудами мусора он видит перед собой массивное конусообразное сооружение — обрушенное, обросшее лесами, сквозь которое пробивается свет. Оно напоминает полуразобранную градирню или рухнувшую промышленную башню; вокруг тянется каркас металлических конструкций, будто часть здания держится на честном слове. Но самое главное — он увидел, как машина подъехала к странной постройке и остановилась. Её движения было непонятно из‑за ночного времени суток, но Сэм разглядел, как части машины сменились на руки, ноги и тело с головой: машина встала и подошла к странному строению.
И в этот момент всё вокруг словно замерло. Даже ветер, гонявший пыль между ржавыми балками, будто затаил дыхание. Сэм не смел пошевелиться — он вжался в тень между грудой старых покрышек и видел всё сквозь щель, как сквозь приоткрытую дверь. Робот поднял голову к небу. Фары его вспыхнули — но не привычным жёлто‑белым, а густым, почти живым синим, который дрожал, как огонь в сильном морозе. Луч пошёл вверх, разрезая облака, и в них начал проступать символ. Не нарисованный — скорее проявленный, будто луч не рисовал его, а пробуждал: он был там всегда, спрятанный в самой ткани неба, и только этот свет умел его увидеть.
Символ напоминал нечто среднее между шестернёй и звездой: шесть расходящихся лучей, а между ними — тонкие, почти невидимые штрихи, которые складывались в строки. В строки, похожие на письмо, которое Сэм никогда не читал, но которое почему‑то показалось ему знакомым. Где‑то он уже видел такие знаки… В старом дневнике прапрадеда? На карте из коробки? Мысль мелькнула и исчезла, как рыба в мутной воде, — осталась только уверенность: это не просто сигнал. Это обращение. Кому‑то. Или от кого‑то.
Облака медленно плыли сквозь сияющий знак, и он не гас — он был выше них. И от этой мысли по коже Сэма пополз холодок: сколько лет этот символ прятался в небе, ожидая, пока кто‑то включит такой свет?
Однако сквозь панику и тревогу к нему приходит любопытство — как к любому шестнадцатилетнему мальчишке, который увидел нечто, чего никогда раньше не видел. Он выходит из укрытия и тихо подкрадывается, но его учуяли охранные собаки: сорвавшись с цепи, они залаяли. Мальчишка запаниковал и побежал, но те догоняли его по запаху. Сэм забежал в странное заброшенное строение, покрытое плотной белой плёнкой, поднялся на коробки и прогнал собак. Но вдруг внутрь заезжает его жёлтый «Камаро» и выписывает круги, чтобы прогнать собак, — и мальчишка пугается ещё сильнее.
Он достаёт ключи и бросает их в машину: — Прости, прости! — кричит он. — Забирай ключи, только не убивай меня!
Машина уже останавливалась перед ним, чтобы показать свои намерения, но не успела: едва державшаяся конструкция частично обрушилась, и перед Сэмом появился знакомый автомобиль — уже чёрная «Импала», а за рулём сидела девушка. Он слез с коробок, радостно выкрикнул имя сестры. Та промолчала и ехала в сторону жёлтого авто, сбивая его с пути: прижав к стене, что скрывалась за белой плёнкой, машина буксовала и держала до последнего. Акира открыла дверь и посмотрела на брата: — Быстро! В машину! — скомандовала она, не желая его слушать.
Тот проглотил тревогу и побежал к её машине, запрыгнул в салон — там уже была открыта дверь — и закрыл за собой. Пристегнул ремень безопасности, после чего девушка отъехала назад и отпустила жёлтое авто: они выехали с заброшенного промышленного участка, оставляя за собой небольшой хаос. Сэм с большой радостью посмотрел на сестру. Та сурово глянула на него через зеркало, но после её взгляд смягчился.
— Ты меня напугал, — тихим, печальным голосом сказала она. — Зачем ты поехал за машиной?!
— Я просто хотел забрать её, как только вор выйдет из машины, но… — он осёкся, боясь сказать правду. Пальцы сжали ремень безопасности и принялись скручивать его, как пружину. — Ты не поверишь.
— Попробуй меня удивить, — Акира пожала плечами, и в зеркале заднего вида её бровь приподнялась. — Я твоя сестра, Сэм. Я выросла на твоих историях. Помнишь, как ты клялся, что за гаражом живёт монстр, а там оказался просто соседский кот?
— Это было другое! — возмутился Сэм. — Кот не двигается, когда ты на него смотришь!
— А моя машина, значит, двигается? — она посмеялась, но смех вышел напряжённым — она слишком быстро глянула в зеркало на свет впереди.
Сэм замолчал, собираясь с духом. Потом резко выпалил: — Она ожила. Встала. Прямо из машины — руки, ноги, голова. Стала роботом. А потом… потом она включила фары и бросила символ в небо. Большой. Синий. Как будто… как будто кого‑то звала.
Акира молчала. Слишком долго молчала. Руль был зажат в её пальцах ровно, крепко, но на секунду — всего на секунду — её глаза сузились, а дыхание стало короче. Будто внутри неё что‑то щёлкнуло и сработало.
«Он видел не просто машину. Он видел то, что я сама искала все эти годы…» — мысли завертелись в её голове, но лицо осталось спокойным, только чуть бледнее обычного.
— Символ?.. — переспросила она как можно ровнее. — И какой он был?
— Ну… как как нечто на тебя кто-то смотрит, которое я где‑то уже видел… — Сэм нахмурился, вспоминая. — Почему ты спрашиваешь? Ты знаешь, что это?
— Нет, — слишком быстро ответила Акира, и это «нет» прозвучало как пощёчина. Она это почувствовала и смягчила голос: — Просто интересно. Ты видел такое, чего никто не видел. Должна же я хоть что‑то спросить.
Сэм прищурился, но не стал давить. Вместо этого он наклонился ближе к сиденью и тихо сказал: — Ты мне не веришь. Признайся.
Акира чуть усмехнулась — уже теплее. — В том, что твоя машина из кузовов и болтов ожила? Нет, конечно. Но в том, что ты это видел, — да. Потому что я знаю тебя, Сэм. И знаю: если ты так боишься, значит, видел по‑настоящему.
— Так что же это было? — почти прошептал он.
— Не знаю, — честно ответила она. — Но это наш маленький секрет. И пока я не разберусь, ни один родитель не услышит слово «робот» из твоего рта. Ясно?
— Ясно, — кивнул Сэм. — А машина? Что я скажу отцу? Он же купил её для меня…
— Я скажу твоим родителям, что займусь поисками. А на деле… — Акира сделала театральную паузу, — куплю точно такую же рухлядь. Ещё более жёлтую. Чтобы было заметно.
— Может, «Порше»? Не хочу «Камаро», — ребячески запел он.
— Сначала научись водить то, что у тебя уже было, — рассмеялась она. — А «Порше» — потом. Если выживешь после того, как отец узнает, что ты в первый же день умудрился потерять машину.
— Технически её угнали, а не я потерял!
— Технически, братец, ты влез в заброшенную промзону на велосипеде ночью. С дробовиком у сестры под ногой. И как это обычно бывает, без плана, — она поглядела на него через зеркало. — Ты везучий. Очень везучий.
Сэм усмехнулся, но в его взгляде мелькнуло что‑то задумчивое — он снова вспомнил символ в небе и то странное чувство, будто он где‑то уже видел эти линии. Он не сказал об этом сестре. Но запомнил. И теперь внутри него зрел вопрос, который скоро попросит ответа.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!