Глава 1: Новая глава
Новая глава
12
0
Дамблдор вздохнул.
— Впечатляющий список претензий, мистер Поттер. — Он откинулся в кресле и посмотрел на молодого человека с растрёпанными волосами. — И меня восхищает твой вывод, что я — злой старик, намеренный разрушить твою жизнь ради своих целей. Впечатляет то, что ты приписываешь моим заговорам внутри заговоров. И всё же, несмотря на всё это, я задаю себе один вопрос, который ты не задал: ну и?
Гарри растерянно уставился на Дамблдора.
— Действительно, к чему ты клонил? — Он развёл руками. — Если я, как ты считаешь, маниакальный интриган, что ты ожидаешь здесь увидеть? Думаешь, я вдруг побледнею от шока, узнав, что ты раскрыл мои тёмные секреты? Затрясусь от страха, когда мои планы разоблачены? Может, ты ожидаешь, что я развернусь и убегу, возможно, использую Фоукса для спасения и выжду время? Неужели ты мог подумать, что я нападу? Честно говоря, я не уверен, зачем тебе какой-либо из этих исходов.
— Ты планировал дуэлировать со мной и, что, победить меня и завладеть моей палочкой? Или ты просто ожидал торжества справедливости, увидев, как я осознаю, что моё, как ты выразился — ах да, «оружие» обернулось против меня и стало тем жалким стариком, который, по твоему мнению, скрывается под личиной могущественного старого волшебника?
Дамблдор печально покачал головой.
— Но давай примем твои теории за чистую монету. Предположим на мгновение, что я — всё то, что ты обо мне думаешь. Если я действительно просчитываю так далеко вперёд, почему ты считаешь, что я не предвидел этого? Ты чувствуешь, что я контролировал каждый аспект твоей жизни вплоть до, что, прошлого лета? Почему я вдруг должен быть удивлён? Какой фактор мог быть введён в эту ситуацию, против которого у меня не могло бы быть запасного плана? Что, возможно, больше всего сбивает меня с толку в этой встрече. Каков был твой план?
Гарри уставился на Дамблдора. Внизу живота росла яма, и она становилась всё глубже с каждой минутой.
— Допустим тогда, что ты прав. Начнём наш мысленный эксперимент с магически могущественного старика, который гораздо умнее, чем кто-либо ему приписывает, и одарён злобой, почти не имеющей равных. Этот старик решает по какой-то причине взять под контроль жизнь какого-то мальчика почти с рождения. Хорошо, это немного странно — какая возможная цель могла быть у этого человека, чтобы прилагать такие усилия ради ребёнка, который ещё не продемонстрировал никакой ценности? Но предположим, что человек знает что-то, что делает этого ребёнка уникально ценным, и что, возможно, даже только этот старик знает это. Итак, магически могущественный человек из кожи вон лезет, чтобы обеспечить ребёнку несчастную жизнь, чтобы, когда человек придёт и заберёт его от страданий, старик мгновенно стал спасителем, который не может ошибаться. Эта часть, по крайней мере, звучит как хороший, правильно злой план. Я не уверен, какова конечная цель старика, но давай продолжим.
— Скажем, этот старик каким-то образом преуспел в том, чтобы ребёнок видел в нём дедушкиного спасителя, каждое слово которого — евангелие. Это правдоподобный результат нашего предполагаемого заговора на данный момент. Так зачем он отправляет его обратно в ад? Разве не логичнее было бы держать ребёнка близко? Но, может быть, он хочет убедиться, что мальчик помнит, от чего его спасают? Это возможно. Старик может даже решить убедиться, что его проект сблизится с некоторыми его учениками, обеспечив, чтобы их дети спасли мальчика из его личного ада. Немного запутанно, но давай продолжим. Мальчик прекрасно проводит время с людьми, которые, как и он, уверены, что старик — лучшее, что было после нарезанного хлеба. Пока всё хорошо. Мы всё ещё не установили цель этого вмешивающегося старика, но неважно, продолжаем.
— Злой старик затем привёл ребёнка обратно в его особое место. Там он позволяет какой-то трагедии случиться и продолжаться по какой-то причине? Что старик от этого получает? Возможно, изоляцию своего проекта каким-то случайным страхом, но это требует, чтобы человек знал как всю природу угрозы, так и то, что у проекта-ребёнка есть какая-то черта, которая вызовет изоляцию. Это также требует, чтобы старик обеспечил, что трагедии произойдут в удобное для него время. Но, возможно, старик просто позволяет событиям вписаться в его общий план и корректирует. Полагаю, у человека мог быть какой-то безумный план, который предполагает, что случайные атаки на людей, не связанных с проектом-ребёнком, каким-то образом натренируют ребёнка, но мне в это трудно поверить, даже в этом довольно запутанном плане. Может быть, старик просто ненавидит магглорождённых, хотя, поскольку мы предположим, что старик знал природу угрозы и её историю, ему, возможно, было бы лучше в этом случае просто заставить домовых эльфов отравить учеников, которых он хотел убить, вместо того чтобы полагаться на метод, который, как он знал наверняка, привёл в общей сложности к одной смерти за пятьдесят лет.
— Так или иначе, предположим, он включает атаки, чтобы изолировать своё оружие. Зачем ему нужно, чтобы его оружие не формировало более тесных связей с миром, который старик предпочитает, — выше моего понимания. Возможно, он хочет, чтобы ребёнок был обязан только ему, но если бы это было правдой, я спрашиваю тебя, почему он не вмешивается, чтобы показать, насколько он ценен, что легко ещё больше привязало бы его к проекту. Продолжаем: старик позволяет изгнать себя из своей школы, бастиона его власти, чтобы позволить своему проекту пройти испытание, сражаясь с гигантским монстром. Немного азартно, учитывая, что твой злой человек решает, что единственная помощь, нужная его проекту, — это феникс и меч против существа, способного убить взглядом, сокрушить вещи своей массой и убить каплей яда. По-видимому, план работает, поскольку проект-ребёнок выживает.
— На самом деле проект-ребёнок продолжает выживать. Учитывая некоторые из изобретательных способов, которыми старик подвергал риску свой проект, полагаю, это впечатляющее достижение, хотя мы предположим, что старик планировал это, потому что планировать неудачу довольно бессмысленно.
— Чего я не вижу, мистер Поттер, так это что этот злой старик получает от всех этих усилий.
— Ты получил оружие, старик! — огрызнулся Гарри.
— И мы вернулись к нападкам на меня. — Дамблдор снова вздохнул. — Я разочарован в тебе, мистер Поттер. Мы вели интеллектуальную дискуссию, а ты вернулся к личным нападкам. Допустим, этот старик создавал оружие. По твоим предпосылкам, имело бы смысл тренировать это оружие. Это то, что делают с оружием, в конце концов. Оружие без лезвия — действительно бессмысленная вещь — за исключением дубин. Так какой ещё мотив мог быть у этого старика? Допустим, он хочет противоположность оружию. Допустим, он хочет кого-то, кто живёт своей жизнью для других; кого-то, кто, фактически, не ценит свою собственную жизнь; кого-то, чья жизнь имеет так мало хорошего, что он с радостью умрёт за то немногое хорошее, что есть. — Глаза Гарри расширились, и на его лице появилось выражение отвращения. — Мой вопрос к тебе: почему.
Гарри уставился.
— Позволь мне сказать иначе: почему просто не убить ребёнка сразу?
— Что?
— Если старик хочет, чтобы ребёнок умер, есть методы проще твоего плана. Нож в грудь беспомощного младенца работает довольно хорошо, уверяю тебя. И кто был бы мудрее? Всё, что старику нужно сделать, — это сказать: «Горе мне, я не успел их спасти», и больше никаких проблем.
— Но опять же, я заполню пробелы в твоей собственной истории теорией. — Дамблдор тепло улыбнулся. — Допустим, старик придерживается мнения, что ребёнок должен умереть при определённых обстоятельствах. Возможно, существует какой-то великий враг, которого старик не может победить из-за ребёнка. В любом случае, возможно, смерть ребёнка должна быть ещё одной тщательно организованной работой.
— Но мы возвращаемся к моему предыдущему вопросу: если это правда, каков твой план, мистер Поттер? Если я тот архимонстр, которым ты меня считаешь, что ты планируешь делать? — Дамблдор поднял руку. — Возможно, я могу вернуться на мгновение назад. В своей старости я забыл суть моего отступления, где я пытался помочь тебе собрать твою историю заново. Если этот вмешивающийся старик действительно так умён: что заставляет тебя думать, что он никогда не планировал, что его проект узнает о его предательстве, или, по крайней мере, не предусмотрел такого события как запасной план?
— Позволь мне упростить это для тебя, мистер Поттер; я знаю, что твои оценки отражают посредственный ум. Если ты думаешь, что я злой гений, способный манипулировать твоей жизнью всё это время без единой ошибки, почему ты думаешь, что нет запасных планов на случай, если ты узнаешь о моём двуличии? — Дамблдор покачал головой. — В отличие от твоего предполагаемого злодея, твой собственный план кажется довольно плохо продуманным. Позволь мне спросить тебя: если бы ты был мной, мистер Поттер — вернее, если бы ты был злым мной — каким был бы твой ответ на то, что твоё созданное оружие приходит противостоять тебе со всеми твоими проступками?
Дамблдор поднял руку, чтобы заставить Гарри замолчать.
— Прежде чем ты ответишь, давай вспомним, что ты собираешься взяться за задачу огромной сложности; ты собираешься попытаться думать как кто-то, кого ты считаешь гораздо умнее себя. Кто-то, кто способен планировать заранее, в отличие от твоего обычного метода просто атаковать проблему в лоб и полагаться на удачу. Я понимаю, что тебе будет трудно продумать свой ответ, но давай попробуем хотя бы раз, чтобы ты действительно выполнил задание профессора.
Гарри сверкнул взглядом.
— Ты действительно думаешь, что я это не спланировал? Ты, тупой, вмешивающийся старый хрен.
— Честно говоря, мистер Поттер? Да. Ты исторически демонстрировал недостаток предусмотрительности, граничащий с суицидальным. Если бы я действительно был злым, всё, что мне нужно сделать, — это подождать, пока один из твоих «планов» неизбежно убьёт тебя. Удача не может длиться вечно. Так что, возможно, ты просветишь меня: как ты спланировал эту встречу?
Гарри выхватил палочку из кобуры, спрятанной на руке, и направил её на Дамблдора.
— Я покажу тебе то, чего ты не предвидел, ты, дряхлый старикашка.
Дамблдор откинулся назад и кивнул.
— Это очень хорошая палочка, мистер Поттер. И похвальная скорость выхватывания. Если бы у тебя был какой-либо навык в боевой магии, ты бы несомненно далеко пошёл на профессиональном дуэльном поприще. Щиты и оглушающие заклинания не считаются достаточными.
— Ты когда-нибудь задумывался, почему я никогда не поощрял обучение дуэлям в своей школе?
— Потому что ты хочешь, чтобы мы все были слабыми и легко управляемыми!
— Лёгкий ответ, и к тому же восхитительно неверный. Он проистекает из того факта, что дуэли полезны только для одного: для дуэлей. Филиус был, как ты, возможно, знаешь, чемпионом по дуэлям в своё время и был совершенно бесполезен во время первой войны. В дуэлях есть правила, и формы, и запрещённые заклинания, и техники, которые людям не разрешено использовать. Я предпочитаю, чтобы мои ученики не получали глупых идей о магическом бое из прославленной пьесы. Лучше, чтобы они учились сами, чем имели такие заблуждения; я предпочитаю, чтобы мои ученики не были мёртвыми, спасибо.
— Судя по твоему выражению, мистер Поттер, у тебя был обширный дуэльный опыт этим летом. Я бы поставил на… герра Грегориуса, судя по твоей стойке. Этот хват уникален для его стиля, и если ты не ещё глупее, чем я думаю, ты бы не пытался держать палочку так, не будучи обученным, как это использовать. Я хвалю тебя за выбор учителя. В плане дуэлей он, возможно, лучший в мире, и тот факт, что его исключили из профессионального круга за использование запрещённых атак, предвещает хороший потенциал для тебя.
— Я бы признал, что впечатлён тем, что тебе удалось получить тренировку в Австрии, и никто не стал мудрее, но это потребовало бы, чтобы Нимфадора не следовала за тобой всё время. И всё же ты проделал достойную работу, уклоняясь от пограничного патруля.
— Дело в том, что тебе было бы гораздо лучше тренироваться у Северуса или Грозного Глаза. Оба они выбили бы из тебя самую большую ошибку, которую ты совершил до сих пор. Ты выхватил палочку и направил её на кого-то, кого знаешь как невероятно могущественного и искусного за пределами твоих способностей, — Дамблдор взмахнул рукой, и палочка Гарри сломалась, — и не выпустил несколько заклинаний на грани незаконного, как только она была направлена на меня. Под их наставничеством такое непростительно глупое действие было бы тщательно выбито из тебя. Признаю, это не сработало бы, но это было бы менее унизительно. — Ещё один взмах его руки показал мерцающее магическое поле между ними.
Гарри уставился на сломанную палочку в своей руке.
— Ты действовал с впечатляющей скоростью, если это какое-то утешение. Если бы я не имел привычки убеждаться, что между мной и разгневанными молодыми людьми с обидами есть щит, ты мог бы доставить мне много хлопот с этим выхватыванием.
— И прекрати пытаться использовать эти трюки без палочки, мистер Поттер. Это просто унижает навык — видеть, как ты не можешь использовать их так. Серьёзно. У кого ты этому научился? Это была книга Джиаго-сана? Хотя он был блестящим волшебником сам по себе, он действительно ничего не знал о магии без палочки. — Дамблдор драматично вздохнул.
Гарри сверкнул взглядом, его пальцы сгибались и разгибались у бока, другая рука сжимала сломанную палочку.
— И та запасная в твоём кармане действительно не сработает лучше. Во-первых, — Дамблдор поднял руку, — она здесь. И даже если бы нет, ты плохо сочетаешься с клыком василиска, даже если у тебя яд в крови. Почему ты, кажется, думаешь, что буквальные связи имеют какое-то отношение к мистическим?
— Слушающее заклинание было интересным штрихом. Оно показывает гораздо лучшее планирование, чем ты обычно демонстрируешь. Конечно, поскольку лестница в мой кабинет изменяет эти заклинания и устройства, чтобы отражать более безобидную дискуссию, я сомневаюсь, что это тебе поможет. Теперь давай вернёмся к нашему предыдущему вопросу: если бы ты был мной и столкнулся с крахом своих планов из-за своевольного проекта, что бы ты сделал?
— Убил бы его? — огрызнулся Гарри.
— Ах. Нет нужды быть грубым. — Дамблдор благожелательно улыбнулся. — На самом деле, поскольку твоя полезность для меня начинает заканчиваться, пришло время использовать мой запасной план. Феникс Жив Снова, я Дамблдор, услышь и повинуйся.
Лицо Гарри стало пустым.
— Знаешь, меня забавляет осознание того, что ты думаешь, будто твоя устойчивость к Империусу исходит из какой-то врождённой силы, а не из того, что ты находишься под его воздействием с самого рождения, наложенным самой Бузинной палочкой. Ты высказал свои претензии и понял, что был неправ.
— Иди и скажи своим союзникам, что пришло время для большого. Затем иди и вызови Волдеморта на бой посреди Лондона. Тебе не нужно побеждать, и убедись, что будут жертвы с обеих сторон. Ему нужно попасть в тебя смертельным проклятием, так что убедись, что увернёшься в него. Это всё. — Дамблдор щёлкнул пальцами, и Гарри ожил.
— Простите за беспокойство, профессор. Я извиняюсь за то, что сказал эти вещи.
Дамблдор улыбнулся, его глаза сверкали.
— Вовсе нет, мой мальчик. Теперь иди, я уверен, у тебя впереди долгая жизнь.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!