Глава 1: Новая глава

Новая глава

15

0

Mот Molwe
Поделиться

— Придурок! Ты полный, полный придурок! Ты самый мерзкий, самый отвратительный, самый омерзительный…

Все взгляды обратились к источнику вспышки, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Гермиона наложила на своего, предположительно, теперь уже бывшего парня особо едкий прыщавый сглаз.

Несколько младших гриффиндорцев поморщились при виде Рона Уизли, внезапно покрытого болезненными пятнами, которые позже принесут ему от слизеринцев прозвище Рон Користый. Даже его язык, казалось, покрылся пятнами.

Гермиона вылетела через портретный проём и отправилась куда-то остывать.

Рон встал, чтобы последовать за ней.

— Сейчас не время, приятель. Дай ей немного остыть. А ещё лучше — пойди выкопай хорошую глубокую яму, залезь в неё и накрой сверху. Не думаю, что тебя простят, что бы это ни было.

— Ага, Дин. Ты, вероятно, прав. Она одумается.

Дин покачал головой. Почему-то он думал, что Рон перешёл черту слишком далеко.

.

— Ты мне омерзительна! Это незаконно. Тебя следует отправить в Азкабан за это! Тебя и твою коварную, интриганскую мать! Иди к…!

Несколько учеников увидели, как раскалённо-разъярённый Гарри Поттер наложил сглаз на Джинни Уизли, но никто не видел результата до позже того дня, когда кто-то сказал «любовное зелье», и она стала пятнисто-зелёной с головы до ног. Конечно, по мере приближения Дня святого Валентина это должно было стать достаточно распространённой фразой.

Гарри ушёл искать место, где спрятаться, пока его гнев немного остынет.

Он оказался у Выручай-комнаты. Он привык, что замок предугадывает его нужды, и дверь уже была доступна.

Он ворвался внутрь и бросился на диван.

Раздался визг.

— Какого чёрта…!

— Гермиона?

— Гарри?

— О, Мерлин, ты в порядке, Гермиона? Я не…

Гнев ушёл от обоих, как воздух из лопнувшего шарика.

Они заговорили одновременно:

— Что за…?

Они замолчали, а затем:

— Нет, ты говори…

Оба рассмеялись.

— Ты первая, Гермиона. Я всегда изливаю душу тебе, но, похоже, на этот раз тебе нужно взорваться.

Она слабо улыбнулась.

— Я только что рассталась с мистером Придурком.

— С Роном? Что он натворил теперь?

Темперамент Гарри снова начал закипать.

— Успокойся, Гарри, и я расскажу. Помнишь прошлое лето, когда мы начали встречаться с Роном и Джинни?

Гарри кивнул, опасаясь, что знает, к чему это идёт.

— Да, я помню, как удивлялся тогда, откуда это взялось, но предположил, что…

Она кивнула:

— …что мы просто были так поглощены происходящим, что не заметили. Да, тогда.

— Да-а-а-а?

— Ну, мне пришлось пойти к мадам Помфри сегодня. Я-я-я-я…

— Что, Гермиона? Что-то плохое?

— Н-н-нет, Гарри, но что-то г-г-глупое. Я собиралась…

Она покраснела, как помидор.

— Всё в порядке, Гермиона. Что бы это ни было, ты можешь мне сказать. Я никому не скажу. Обещаю. Клятва волшебника, если хочешь.

— Я знаю, Гарри. Нет, я скажу, ты всё равно в конце концов узнаешь. Я собиралась получить зелье. Специальное зелье. А…

Её голос опустился до едва уловимого шёпота, когда она что-то пробормотала.

— Прости, Гермиона, я мог бы поклясться, что ты сказала противозачаточное зелье.

Она несчастно кивнула.

— Хорошо, думаю, я могу догадаться, к чему ты клонишь. И мадам Помфри сказала…?

— Спасибо, Гарри. Она сказала: «Ты уверена?» Я сказала да, но она сказала, что сначала должна провести тест. Она сказала, что всегда делает это, когда ведьма впервые приходит к ней за зельем.

— И?

— И она дала мне выпить мерзкий розовый сироп. Внезапно из меня повалил красный пар — из кожи, рта, ушей… это было ужасно. А потом…

— Ты поняла, что не можешь терпеть Рона?

Она несчастно кивнула.

— Очищающее зелье должно было избавить тебя от любовных зелий?

Она снова кивнула.

— Гермиона, если это что-то значит, я получил срочное сообщение явиться к мадам Помфри сегодня днём. Она дала мне ту же гадость. И со мной произошло то же самое. Она сказала, что это была комбинация амортенции, какого-то зелья похоти и зелья под названием «Сон влюблённого». Я понял, как только мерзкая дрянь вышла, что Джинни мне омерзительна.

— О? Как я тебя ненавижу, позволь перечислить способы?

Гарри улыбнулся.

— Не думаю, что ты хочешь знать, но на ум приходит слово «шлюха». Он отрицал это?

Она покачала головой.

— Он бурно возмущался и увиливал, как обычно, но производил впечатление, будто его поймали на жульничестве в «Взрывном снитче», а не на незаконном подпаивании меня грязными любовными зельями.

Гарри кивнул.

— Теперь, ты могла бы когда-нибудь его простить? Я никогда больше не хочу с ним разговаривать за то, что он с тобой сделал. Он собирался тебя изнасиловать! …прости.

Гермиона покачала головой.

— Нет, я никогда больше не хочу с ним разговаривать. Мерлин, Гарри, если я когда-нибудь его снова увижу, мне будет трудно не заколдовать его в следующий мир и за его пределы. А как насчёт неё?

— Точно так же, Гермиона. И я никогда больше не хочу видеть Молли Уизли. В конце концов, именно она снабдила их этой дрянью. Мадам Помфри дала мне вот это. Это крошечная капля чистой амортенции, впитанная в клочок ваты. Она сказала понюхать. Я уже понюхал и знаю, кто моя истинная любовь.

Он протянул крошечный флакон с клочком ткани внутри.

— Прости?

— Для самой яркой ведьмы века ты упустила кое-что важное в любовных зельях.

Она сверкнула на него взглядом.

— Что!

— Любовные зелья работают как чары Конфундуса. Они обманывают наши чувства, заставляя думать, что химия тела одного человека — это химия другого. Что-то вроде фейских лун, или как их там?

— Феромоны? …о! …я понимаю. Так что зелье без добавленных волос или чего-то ещё…

— …будет пахнуть тем человеком, к которому нас будет полностью влечь. Именно.

Она понюхала… «Сандал, сосновые иглы и мох».

Её глаза внезапно стали яркими.

— Гарри…?

Он улыбнулся.

— Розы, ваниль и едва уловимый оттенок мятного шоколада.

— Это то, что ты… сказал… когда… после первого задания…

Он улыбнулся гораздо более тёплой, более интимной улыбкой, его глаза были яркими. Он двинулся к ней.

Она обнаружила, что тоже улыбается, когда сдвинулась и наклонилась, поворачивая голову к нему.

Произошла внезапная перемена, и длинный диван стал немного меньше.

— Гермиона…

— О, Гарри… — Её сердце трепетало в груди, как певчая птица, готовящаяся к первому полёту.

Крошечный уголок её разума заметил, что Рон никогда не заставлял её чувствовать себя так, а затем дверь захлопнулась перед разумом и логикой, когда их губы встретились — нежно, неуверенно, дразняще.

Она была удивлена, какие мягкие и тёплые у него губы, а затем почувствовала, как его губы слегка приоткрылись. Он провёл языком по её губам, спрашивая, нежно прося входа, который она охотно предоставила.

Она почувствовала, как её руки обвились вокруг его шеи, пальцы в его растрёпанных волосах. Она чувствовала его пальцы в своих волосах, пока поцелуй углублялся. Поцелуй с собственной идентичностью, собственным существованием за пределами их самих.

Её глаза закрылись, и она расслабилась. Она почувствовала, как он тоже расслабился; напряжение желания, нужды и неуверенности теперь ушло. Теперь было просто единение друг с другом.

Руки блуждали и странствовали, когда они прервали поцелуй, чтобы возобновить поцелуи любой доступной области кожи. Её дыхание стало короткими вздохами, когда она почувствовала, как в ней поднимается жар, которого она никогда раньше не представляла. Она чувствовала, как напряжение растёт и в Гарри.

— Гарри…

— Я знаю, Гермиона. Но я мечтал об этом…

Она заставила его замолчать губами, прежде чем оторваться от него, но оставаясь близко.

Она не осознавала, насколько они близки, как хорошо она вписывается в его тело.

— Гарри, я знаю, но…

Он посмотрел ей в глаза.

— Сейчас не время. Ты не готова…

Она положила палец на его губы.

— Я не забрала зелье, Гарри. Кроме того, я думаю…

Она улыбнулась.

— С другой стороны, думать сейчас неуместно.

На этот раз она прижалась губами к его и переместилась так, чтобы сидеть у него на коленях. Гораздо удобнее.

.

К тому времени, как они вышли и направились обратно к мадам Помфри — Гермиона прижималась к бедру Гарри, — они знали, что Гермиона заберёт то зелье. Их добродушная помятость сказала целительнице всё, что нужно было знать, даже если у Гарри не было следа от помады на подбородке, пока он утыкался носом в её спутанные волосы.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1