Глава 2: Муж Министра

Муж Министра

21

0

Mот Molwe
Поделиться

Рональд Уизли натянул улыбку и вилкой указал на гору коробок с китайской едой на кухонном столе.

— Только что спас твою курицу от этих двух проказников. Лучше садись и ешь, пока они не решили потребовать за неё выкуп. Три спринг-ролла и мамин жареный рис, да, Роуз?

Хьюго хихикнул, а Роуз закатила глаза. Уголки её губ дрогнули в улыбке. Значит, под угрюмой маской подростка всё-таки скрывался живой человек. Хорошо знать. Может, если продолжать понемногу к ней подбираться, удастся вернуть ту милую дочку, какой она была до отъезда в Хогвартс, хотя бы на несколько дней.

— Ты же не корова, Рональд. Жуй с закрытым ртом.

— Извини, — пробормотал он.

Рон наклонился и принялся рыться в коробках, заглядывая сквозь запотевшие пластиковые крышки и пытаясь отличить курицу генерала Цзо от лапши и еды, оставленной на завтра.

— Извини! — взвизгнула Гермиона.

Рон в последний раз с тоской взглянул на свои голубцы, отложил вилку и выдохнул. Он начал считать в обратном порядке от десяти, готовясь к очередной битве в бесконечной войне, которую называли его браком.

— Я прекрасно знаю, что ты сожалеешь, неряха ты безответственный, помешанный на квиддиче, жалкий волшебник! Ты даже бельё постирать не можешь!

Один свитер. Он случайно — ну, почти случайно — усадил фиолетовый свитер, который мама связала Хьюго. Да какой мальчишка захочет на людях ходить в фиолетовом? Рон сунул его в ящик с прихватками. Это было куда проще, чем натянуть его на сына. Но Гермиона всё равно размахивала этим дурацким свитером, как боевым знаменем, всякий раз, когда хотела поссориться.

— Нет, ты ждёшь, что я буду делать всё сама, — продолжила она.

Рон сердито посмотрел на неё, изо всех сил стараясь прикусить язык. У неё был тяжёлый день. Она просто срывается на первом, кто подвернулся под руку. Не огрызайся. Если хочешь сохранить брак, не огрызайся.

— Милый, я голодная. Милый, надо помыть посуду. Милый, забери детей. Милый, милый, милый! У тебя две руки и волшебная палочка! Сделай сам!

— Будто ты тут хоть чем-то помогаешь, — выпалил он. — Ты только работаешь, читаешь, а потом снова работаешь. Есть в жизни что-то помимо сверхурочных, Гермиона. Мерлин ради, ты даже пропустила поезд!

Он знал, что она об этом жалеет. Он сыпал соль на ещё не затянувшуюся рану, и им ни в коем случае нельзя было ссориться при детях.

А потом он вспомнил Хьюго: тот обнимал его за талию, уткнувшись личиком в пальто, сдерживал слёзы и шептал: «Мама обещала», — словно одним желанием мог аппарировать её к себе. Ещё одно нарушенное обещание в детстве, полном пропущенных игр, забытых школьных выступлений и голубых покрывал на кровати, хотя все знали, что его любимый цвет — красный. Все, кроме матери.

«Они на первом месте», — в сотый раз за неделю напомнил себе Рон.

— Ты хоть представляешь, как расстроился Хьюго, когда вышел из поезда и понял, что тебя там нет? Ты обещала мне, Гермиона. Ты обещала ему! Тебе совсем нет дела до семьи?

— Они для меня всё!

— Тогда веди себя соответственно.

Волосы Гермионы вздулись львиной гривой. Она упёрла руки в бока и посмотрела на него так, словно перед ней был тот самый очкастый жук, которого ей ужасно хотелось раздавить.

— Когда я баллотировалась на пост министра, мы договорились, что ты займёшься домом.

— Ты договорилась. Я и слова вставить не мог. Ты даже не спросила, считаю ли я, что тебе стоит баллотироваться!

— Мы договорились, — повторила она, сжав челюсти с тем же упрямым выражением, какое появлялось у неё во время экзаменов. — Я не могу работать по восемьдесят часов в неделю, убирать за тобой и проводить время с детьми.

Наедине она всегда называла их детьми, а не ребятами. Напоминание о том, что Роуз она родила потому, что он умолял, а Хьюго — чтобы Роуз не росла одна.

— Ты только посмотри на этот дом! Даже целая армия домовиков не убралась бы здесь за месяц.

— Может, нам стоит завести одного.

От её волос брызнули искры, затрещав в воздухе между ними.

«Вот же идиот, — выругал себя Рон. — Почему я всегда говорю не то?»

— Раба? Ты хочешь купить раба? Ты с ума сошёл? Ты знаешь, как много я сделала, чтобы улучшить условия их жизни, а твоё решение — превратить меня в ещё большую лицемерку, чем Драко Малфой?!

— Не такого. Наймём домовика, вроде Добби.

Гермиона фыркнула.

— Домовики вроде Добби встречаются один на миллион. Ты бы это знал, если бы хоть пять минут слушал меня за последние десять лет!

— Это не значит, что не нужно поискать. А пока дадим объявление в «Пророк» и наймём домработницу на короткий срок.

— У меня идея получше. Вместо того чтобы тратить золото на человека, который будет убирать за тобой, почему бы тебе самому не научиться за собой убирать? Это простая мысль, но, очевидно, тебе она не по силам. Пожалуй, по уровню интеллекта ты ничем не отличаешься от пятилетнего ребёнка. Хорошо хоть, я вышла за тебя не из-за ума или верности.

Стиснув зубы, Рон сжал кулаки так, что хрустнули костяшки.

— Двадцать два года прошло, а ты всё ещё ставишь мне это в вину.

Гермиона коснулась пальцами подвески на цепочке и скрестила руки под грудью — поза, которая всегда нравилась Рону, потому что великолепно подчёркивала её грудь. До рождения Роуз она обещала чёрное кружевное бельё и выходные нагишом. Теперь же означала лишь очередной удар.

— Когда мы больше всего нуждались в тебе, ты нас бросил.

— В конце концов всё наладилось.

— Для тебя!

Позади Рона ожил камин, и зелёное пламя озарило Гермиону неземным светом.

— Коттедж «Ракушка», — позвала Роуз.

Рон обернулся и успел в последний раз увидеть детей, прежде чем те исчезли, держась за руки.

Опустив плечи, он уронил голову в ладони. Он снова их подвёл. Хватит.

— Я устал ссориться, — прошептал он. — Я не хочу больше ссориться.

— Что ты хочешь сказать?

Он закрыл глаза, чтобы не видеть её боли.

— Думаю, ты и так знаешь. Я буду поддерживать видимость брака — балы, ужины и всё такое. Нельзя же министру быть разведённым. А в остальном… — Он пожал плечами. — Переберусь в гостевую.

— А дети?

— Я подал заявление на работу на полставки в отделении каминной связи. Начинаю на следующей неделе.

Ещё одна вещь, о которой он не сказал жене. Не то чтобы это был секрет. Просто он не думал, что ей будет не всё равно.

— Но аврорат…

— Хьюго и Роуз не нужны ни министр, ни аврор. Им нужен родитель, который ставит их на первое место.

— Чтобы ты бездельничал, пока Хогвартс работает.

— В учебный год я ещё буду подрабатывать в «Всевозможных волшебных вредилках».

— А пресса?

— От меня ни слова не услышит.

— Похоже, ты всё продумал. — Она горько рассмеялась. — Тридцать лет ты ни о чём не планировал заранее. Ты вообще когда-нибудь меня любил?

— Всегда. Я никогда не переставал. Просто их я люблю больше.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

2 из 2