Глава 1: Новая глава
Новая глава
19
0
Гарри Поттер имел иные отношения со своей тётей, чем большинство людей со своими тётями, даже когда те были опекунами. Большую часть своих шестнадцати лет это были отношения, граничащие с враждебностью и жестокостью. Однако с тех пор, как в прошлом году он получил вознаграждение за свои преподавательские услуги, эти отношения немного изменились. По-видимому, тётя Петунья испытывала глубокое уважение к любому, кто был профессором, даже если это был волшебник.
В тот момент, когда он получил то письмо с результатами СОВ и ЖАБА его учеников, а также приглашение на ежегодный ужин в честь награждения преподавателей, его тётя внезапно вознесла его на пьедестал. Она потащила его в магазин, чтобы купить надлежащий профессорский костюм для ужина, и у неё был довольно конкретный стандарт для этого костюма. Он мог видеть этот костюм в данный момент, во всей его серой красе, висящим в его шкафу без дверей. В гардеробе также была другая новая одежда и совершенно новое нижнее бельё.
Дядя Вернон был весьма удивлён переменой, особенно поскольку тётя Петунья теперь настаивала на том, чтобы Гарри учился, вместо того чтобы выполнять тяжёлую работу по дому, которую он всегда делал. Правда, ему всё ещё приходилось готовить завтрак. По-видимому, дядя Вернон «давно понял, что Поттер готовит лучший завтрак». Гарри подумал, что это замечание могло немного задеть чувства тёти Петуньи.
Итак, в понедельник после Праздничного ужина в честь награждения преподавателей Хогвартса Гарри выкладывал четыре колбаски и яйца на тарелку дяди Вернона, когда сова Хогвартса влетела через открытую дверь оранжереи. Птица приземлилась на спинку непарного стула, который был стулом Гарри, и подняла лапу, чтобы Гарри мог взять сообщение. Гарри быстро поставил сковороду обратно на плиту и вернулся, чтобы взять письмо. Его тётя посмотрела на него немного странно.
— Ну, открой и прочитай, мальчик, — сказал дядя Вернон. — Ты хочешь услышать, правда, Петунья?
Открыв его, он прочитал:
«Дорогой профессор Гарри Дж. Поттер, Защита от Тёмных Искусств.
У нас нет в архиве ваших обязательных текстов для предстоящего семестра. Пожалуйста, отправьте их, используя прилагаемую форму, заместителю директора до субботы. Помните, что семестр начинается первого сентября, и как возвращающийся профессор вы должны прибыть в Хогвартс не позднее двадцать девятого августа, если директор не предоставит исключение.
Хогвартс желает выразить свою признательность за вашу преданность безопасности и образованию наших учеников и ваши особенно высокие результаты за прошлый год. Мы надеемся, что вы продолжите служить Хогвартсу много лет.
Искренне,
Профессор Минерва МакГонагалл
Заместитель директора
Декан Гриффиндора
Профессор трансфигурации»
— Ну, Гарри, похоже, они хотят оставить тебя профессором, — сказала тётя Петунья в тишину, опустившуюся на дом номер четыре.
— Я даже не знал, что меня наняли, — пробормотал Гарри.
— Это неважно, — отмахнулась тётя Петунья. — Ты — профессор… — Затем с отсутствующим взглядом она продолжила: — Я мечтала быть профессором, знаешь ли. У меня были все курсы и диплом на руках до того, как родился Дадли. Ну что ж. — Затем её лицо приняло серьёзное выражение, которое, как знал Гарри, не предполагало возражений. — Ты будешь им, пока я могу что-то сказать по этому поводу. Может, я этого и не показывала, но мне не всё равно; ты — единственное напоминание, которое у меня осталось о моей младшей сестре; и если в чём она была уверена, так это в том, что Хогвартс — самое безопасное место в том мире. Теперь собери эти учебники и отправь сову заместителю директора. О, и обязательно спроси, как рано ты можешь приехать.
Гарри показалось, что его тётя полностью переменилась; эта последняя часть, когда он обдумывал слова тёти, что ж, это объясняло некоторые вещи. По крайней мере, он так думал, но у него действительно не было времени думать в тот момент, так как Дадли грохотал вниз по лестнице, не так поздно, как в некоторые дни, но требуя свой завтрак:
— Поттер, начинай мой завтрак сейчас же!
— Как обычно, Дад? — спросил Гарри, используя сокращение имени, которое Дадли начал предпочитать. Гарри не понял почему, ведь если бы он был на месте Дадли, он бы выбрал другой слог. Подтверждающего ворчания Дадли было достаточно, чтобы он поставил готовиться слегка более полезные индюшиные сосиски и достал из холодильника грейпфрут. Тётя Петунья пошла на уступки в части диеты Дадли. Дадли взамен полностью уступил настояниям своего тренера насчёт ежедневной трёхмильной пробежки, к которой Гарри присоединялся после завтрака.
Он подумает обо всём тогда, если у Дадли не будет что-то ещё сказать.
Профессор Минерва МакГонагалл была весьма озадачена, когда получила послание через Буклю, потягивая чай в четверг днём. Это был довольно хороший день в Шотландском высокогорье, с приятным бризом, веющим через террасу за преподавательским крылом. Она была одна на этот раз, так как Сибилла посещала конференцию по прорицаниям в Дельфах. МакГонагалл была очень скептически настроена к прорицаниям как предмету и тем более к Сибилле как профессору, но была одна вещь, которая ей нравилась в Сибилле. Сибилла всегда могла найти лучшие предложения и качество для любого напитка. Кофе, спиртное и, конечно, чай.
МакГонагалл сделала глубокий вдох через нос, вдыхая аромат чёрного имбирного чая. Это был один из лучших, которые она когда-либо пила. Она поставила его и взяла конверт у Букли. Она была удивлена, обнаружив, что он адресован «Заместителю директора, Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс» довольно женским почерком. Внутри, однако, была довольно стандартная форма, написанная характерным почерком Гарри Поттера; он был единственным учеником, который у неё сейчас был, кто имел обыкновение забывать поднять перо, перечёркивая свои «т», и его точки над «i» были наклонены влево, если в слове не было «т».
Почему Поттер присылал форму «Требуемый текст профессора»? Третья строка формы сообщила ей, что это для Защиты от Тёмных Искусств. Вместе с ней было сложено письмо от Гарри. МакГонагалл внимательно его прочитала. Похоже, он получил форму и был немного сбит с толку. Он всё равно её заполнил, конечно. МакГонагалл вернулась к форме.
Все три книги Миранды Шилде были там, вне порядка публикации, конечно. МакГонагалл особенно понравился выбор для учебника первого года «Беги! Искусство не быть там». Второй год был средней книгой, «Лучшая защита — хорошее нападение», а первая книга, «Лучшее нападение — хорошая защита», была хорошим учебником для четвёртого года. Она видела, как мисс Грейнджер швырнула омнибусное издание трилогии перед Гарри в январе. «Надлежащая защита от фантастических зверей: Обезоруживание без вреда» Ньюта Скамандера была, пожалуй, лучшим учебником по защите от существ, вышедшим за последнее столетие, и совершенно новое третье издание обещало продолжить эту традицию. У МакГонагалл был предварительный экземпляр для рецензентов, подписанный Ньютом.
Учебник для пятого года был довольно заурядным «Необыкновенные волшебные предания: Изучение зловещих мировых лидеров» Уолдена Грима, но это был определённо лучший выбор, чем тот, что сделала жаба. Учебники для шестого и седьмого годов были также довольно хороши, хорошо подобраны, чтобы соответствовать общей программе. Взгляд обратно на письмо Гарри показал, что у него был вопрос о том, чтобы охватить слабые места преподавания профессора Амбридж, и было бы целесообразно для второго-седьмого, или возможно только третьего-седьмого, получить также учебник прошлого года.
Минутная пауза для размышления позволила МакГонагалл признать, что это был хороший вопрос, которого она не слышала ни от одного предыдущего профессора защиты, как бы он ни был нужен. Будет необходимость наверстать упущенное, особенно с пятым и седьмым курсами. Она знала, что если бы Гарри преподавал всем студентам СОВ и ЖАБА в прошлом году, оценки были бы намного выше в целом.
С некоторым удивлением она вдруг осознала, что рассматривает идею профессора Гарри Поттера как почти шестнадцатилетнего штатного профессора Защиты от Тёмных Искусств. Она положила письмо и сделала глоток чая, рассматривая эту идею более серьёзно. Были некоторые реальные преимущества, хотя были и проблемы. Она поставила чай и встала. Пришло время поговорить с Альбусом о Защите от Тёмных Искусств.
Петунья Дурсль была рада, что Гарри был на пробежке с Дадли, когда пришла почта. Было что-то приятное в получении ответов на заявления по почте. Она ожидала изрядное количество отказов и, возможно, несколько запросов на собеседование. Она была уверена, что её заявления были отправлены до крайних сроков, но, по крайней мере, в случае с Хейлшемом, возможно, они не прибыли Королевской почтой вовремя.
Она отложила счета за коммунальные услуги, чтобы Вернон с ними разобрался, и посмотрела на обратные адреса. Она разложила их в алфавитном порядке: Акли Бридж, Школа Коуорт Парк, Кручем Холл, Дом Эксперимента, Грейндж Хилл, Сент-Тринианс и Смелтингс. Это был список, немного больший, чем она ожидала получить за один день. На самом деле, это была почти треть школ, в которые она отправила заявления.
Она встала, чтобы взять нож для бумаги, который был не там, где должен был быть. Когда она вернулась, найдя его на телевизоре, что странно, Дадли уже вернулся и, казалось, брал письмо из её почты.
— Дадли Дурсль, положи это письмо немедленно, — сказала Петунья тоном, который, казалось, заставил её сына сглотнуть от страха. — Сейчас же. — Она держала тон резким и ровным. Её сын, может, и был немного избалован, но он хорошо знал этот тон. Конверт вернулся на место на столе.
— Итак, Дадли, сколько писем из Смелтингса не дошло до моих рук, — сказала Петунья, отступая к столу. Она чувствовала запах пота сына после долгой пробежки в тёплом летнем утреннем воздухе. Она взяла письмо и встретилась взглядом с сыном. Ей было очевидно, что его пот был уже не от пробежки.
— Два, — почти заикаясь, сказал Дадли. Петунья знала признаки своего сына. Она продолжила сверлить его взглядом. — Три.
— Понятно, и что же ты не хотел, чтобы я узнала от твоего директора? — сказала Петунья, проводя ножом для бумаги по верху конверта.
— Я-как-бы-попал-в-неприятности-за-то-что-убил-змею-Пирса, — быстро сказал Дадли. Петунья едва смогла разобрать, что он сказал, когда Гарри проскользнул на кухню за спиной Дадли.
— Повтори медленнее и объясни, — твёрдо сказала Петунья.
— Я попал в неприятности за то, что убил змею Пирса, — сказал Дадли. — У меня была отработка последние три субботы в конце семестра. — Он посмотрел на неё с таким жалким выражением, что Петунья почти прекратила свой пронзительный взгляд. — Но она укусила Глорию.
— Какой длины была змея? — вмешался Гарри.
— По крайней мере, восемь футов, — сказал Дадли. — Это было страшно, и Глории пришлось удалять клыки из руки. Мне пришлось отрубить ей голову. У меня не было выбора. Ладно, я сделал это историческим мечом, которым посвятили в рыцари сэра Гилдероя из Хагглтона, человека, который основал поместье, в котором находится Смелтингс. Но не то чтобы я мог схватить что-то другое.
— Ты сломал меч, не так ли? — сказал Гарри, доставая кувшин любимого бренда лимонада Дадли и наливая себе и Дадли высокие стаканы.
— Только немного… и его легко починили, — ответил Дадли.
— Понятно, — сказала Петунья, вытаскивая письмо из конверта, чтобы прочитать его. — Похоже, у меня собеседование с твоим директором в следующую среду на открытую должность по литературе. — Она открыла следующее. — И одно в Сент-Тринианс во вторник перед этим, на аналогичную должность. С Грейндж Хилл не повезло. Это жаль, там был довольно хороший социальный пакет.
— Должности? — сказал Дадли, беря стакан и осушая добрую половину одним большим глотком.
— Новая работа Гарри заставила меня задуматься об использовании моей степени в области образования, — сказала Петунья, открывая ещё одно. — Я не очень-то хотела эту. Мне не удалось использовать её больше, чем для одной летней замены, прежде чем я забеременела тобой. — Ещё один конверт был быстро открыт. — Прямое предложение без собеседования от Кручем Холла? Что ж, я сначала посмотрю другие. Это запасной вариант.
Взгляд на Дадли показал, что у её сына было выражение полного недоумения. Оно ему не шло, и она должна была признать, что оно появлялось на его лице слишком часто. Её сын был, как она неохотно признавала, не самым умным. — О. Тогда не бери работу в Смелтингсе. Было бы слишком странно, если бы ты была одним из моих профессоров.
— Это не причина, которую я готова рассматривать как фактор против, а скорее за, — сказала Петунья. — Есть какие-нибудь новости от профессора МакГонагалл, Гарри?
— Да, тётя Петунья, — сказал Гарри, потягивая свой напиток медленнее. — Я могу приехать за десять дней до «Экспресса», но мне придётся добираться туда на «Ночном автобусе». Она одобрила мой текст и, как советовала, я отправил ей план для первого и второго курсов. Я должен закончить третий курс сегодня днём.
— Смотри, чтобы так и было, — сказала Петунья. — Твой профессор дал тебе хороший совет, и ты должен следовать советам своих уважаемых сверстников. Кроме Северуса. Следование советам Северуса в конечном итоге привело к смерти моей сестры, и я не хочу, чтобы ты погиб. Это понятно, Гарри?
— Понятно, тётя Петунья, — ответил Гарри. — О, и Дадли, я бы не советовал хвастаться убийством той змеи, потому что по сравнению с той, с которой я столкнулся в Хогвартсе в конце второго курса, твоя — жалкий дождевой червь.
— Помни, Дадли, первый лжец никогда не имел шанса, — наставительно сказала Петунья сыну. Гарри, однако, улыбался. Она могла сказать, что хотя её сын преувеличивал, Гарри говорил правду. Ей действительно следовало читать те письма от профессора МакГонагалл. Петунья решила, что всегда будет их читать и следить за тем, чтобы все родители её будущих учеников тоже это делали.
— Я убрала всё, что оставила твоя непосредственная предшественница, конечно, Гарри, — сказала профессор МакГонагалл, впуская его в кабинет. — Домовой эльф, Добби, попросил, чтобы его назначили тебе. Ты можешь выбрать его или попросить другого.
— Он подойдёт, если только не попытается спасти мне жизнь, — сказал Гарри с широкой улыбкой, которая почти заставила МакГонагалл спросить историю, стоящую за этим.
— Я взяла на себя смелость убрать розовый налёт с камня и заменить стол, который, к сожалению, был повреждён, когда авроры расследовали использование Долорес того кровавого пера. Возможно, ты захочешь новое кресло. Попроси Добби выбрать.
Гарри сел на существующее кресло и полностью развернулся на нём.
— Это нормально.
— Всё равно проверь с Добби. Тебе понадобится лучшее возможное кресло здесь для встреч и проверки работ. Ты проведёшь здесь много часов. Есть вопросы?
— Да, как я на самом деле стал возвращающимся профессором Защиты от Тёмных Искусств? — спросил Гарри.
МакГонагалл создала кресло, садясь по другую сторону стола.
— Как обычно, через необычную цепочку событий, которая могла случиться только с тобой. Я пришла к убеждению, что если в Хогвартсе должно случиться что-то маловероятное, ты каким-то образом будешь в этом замешан. Я полагаю, это началось с твоего преподавания в Отряде защиты, для которого мисс Грейнджер, по-видимому, создала контракт, который она каким-то образом привязала к защитным чарам Хогвартса. Мисс Грейнджер утверждает, что не делала этого, однако.
«Это привело к тому, что твоё имя было вписано в так называемую Доску, находящуюся в той же комнате, что и перо и книга, которые занимаются зачислением и письмами. В то время ты был указан как „Адъютант-профессор по Защите от Тёмных Искусств (Отряд защиты)“. Альбус увидел эту надпись, когда вернулся в Хогвартс после незаконного пребывания Амбридж на посту директора. На доске стоят и моя, и подпись Дамблдора, так что перо может копировать её для различных писем. Он заметил, что его подпись немного смазалась, что случается время от времени, поэтому, убрав имя Амбридж, он обновил свою подпись, подтвердив текущий список профессоров, включая тебя.
«Его удаление Амбридж, по-видимому, обновило твою запись, убрав „Адъютант“. По крайней мере, так было, когда я проверила после твоего письма. Это, конечно, подняло другой вопрос. В конце учебного года любой новый учитель должен быть оценён Попечительским советом. Перо занимается уведомлением, но для тебя такого уведомления сделано не было.
«Моей первой мыслью было, что ты не был назначен профессором достаточно долго».
— Позвольте угадать, у меня редкое исключение?
МакГонагалл кратко посмотрела в потолок.
— По-видимому, твой высокий уровень учеников, получивших выдающиеся и превосходные оценки под твоим руководством в прошлом году, привёл к тому, что ты уже был оценён как выдающийся профессор компетентным органом, и таким образом твоя оценка не была включена в повестку собрания Попечителей, что позволило нам снова упустить твою должность.
— И как я получил двухлетний минимальный контракт? — спросил Гарри.
— Ты зачислен в Хогвартс на семь лет, при условии, что сдашь экзамены, — сказала МакГонагалл. — Твоё зачисление было переведено в трудоустройство. Я не уверена, что это значит в отношении твоего дальнейшего образования. Полагаю, самообразование — наиболее вероятный вариант, хотя я вижу, что ты каким-то образом уже получил выдающийся ЖАБА по Защите от Тёмных Искусств.
— Я не знал об этом, — воскликнул Гарри.
— Мне придётся выяснить, откуда это взялось, — сказала МакГонагалл. — Теперь у меня есть два предмета, которые, я думаю, тебе нужно поставить в свой кабинет. — Она полезла в карман и вытащила две статуэтки.
Первая из них была хрустальной совой, около тринадцати дюймов высотой, сидящей на золотом основании. Вторая была хрустальным волшебником, его палочка поднята к небу, на пару дюймов выше, тоже на золотом основании.
— Вы имеете в виду, что я могу оставить обе в своём кабинете? — спросил Гарри. — Я думал, профессор Снейп держит ЖАБА-шную в своём кабинете.
— Ты обнаружишь, что, возможно, были некоторые… корректировки в составе преподавателей.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!