Глава 1: 1.
1.
20
0
Собираясь встретиться с подругой Джинни Поттер за обедом и походом по магазинам, Гермиона Малфой задумалась, правильно ли поступает. Она вовсе не была против провести день с Джинни — просто ей совсем не хотелось оставлять своего очаровательного восьминедельного сына Скорпиуса. С его рождения Гермиона почти ни разу не расставалась с ним надолго. Хотя она знала, что её муж Драко вполне способен присмотреть за сыном, сомнения насчёт встречи с Джинни всё же одолевали её. Может, стоило назначить встречу на время, когда Драко будет на работе, и тогда ей пришлось бы взять Скорпиуса с собой?
— Кажется, я никуда не пойду, — крикнула Гермиона мужу, когда тот вошёл в спальню с Скорпиусом на руках.
— Почему? — недоумённо нахмурился Драко. — Мне казалось, ты обрадовалась возможности немного побыть среди взрослых.
— Обрадовалась, — призналась Гермиона. — Просто не хочу его оставлять, — добавила она, с нежностью глядя на довольного малыша у мужа на руках.
— Всего на пару часов, Гермиона, — напомнил Драко. — Я вполне способен присмотреть за собственным сыном пару часов.
— А кто присмотрит за тобой? — поддразнила его Гермиона.
— Я уже большой мальчик. Сам о себе позабочусь, — заявил Драко с самодовольной ухмылкой.
— Это ещё вопрос, — фыркнула Гермиона.
— Могу доказать, какой я большой, — со смешком парировал Драко.
— Доказательства мне не нужны, я и так знаю, какой ты большой, — рассмеялась Гермиона. — Сомнения вызывает другое: что ты и правда способен сам о себе позаботиться. Когда я в прошлый раз ездила к родителям на выходные, то вернулась и обнаружила, что ты выбросил одежду, в которой ходил, вместо того чтобы её постирать.
— Она была грязная, — возразил Драко. — Я играл в квиддич с ребятами, а когда Поттер, и совершенно намеренно, между прочим, столкнул меня с метлы, эти проклятые близнецы устроили грязевую лужу прямо там, куда я упал. Я был весь с ног до головы в грязи. Был один ужасный момент, когда я пытался отмыться и всерьёз опасался, что придётся побрить голову, чтобы избавиться от грязи. К счастью, после нескольких дополнительных стирок всё отстиралось, так что тебе не пришлось жить с лысым мужем.
— Ну ты и драматизируешь, — рассмеялась Гермиона, качая головой. — И это должно доказать мне, что ты достаточно ответственный, чтобы присматривать за Скорпиусом?
— Я же не собираюсь брать его полетать и ронять в грязь, — заметил Драко. — Мы просто проведём день спокойно.
— Спокойно? — Гермиона приподняла бровь, услышав непривычное для мужа магловское выражение.
— Блейз всё время так говорит, — небрежно махнул рукой Драко. — Хотя, должен признать, ему это подходит куда больше. Не уверен, что я из тех, кто умеет спокойно отдыхать.
— Нет, не думаю, — согласилась Гермиона. — Почему бы вам со Скорпиусом просто не провести время вдвоём, отец и сын?
— Значит, ты всё-таки идёшь? — уточнил Драко.
— Отменять встречу в последний момент невежливо, — ответила Гермиона и чуть пожала плечами. — А ты обещал, что справишься.
— Справимся, — заверил её Драко и поцеловал в макушку. — Ну что, Скорпи, пойдём со мной. Пора учить тебя быть слизеринцем.
— Мне стоит волноваться? — крикнула ему вслед Гермиона, гадая, чему он собрался учить младенца, который ещё даже ходить и говорить не умеет.
— Разумеется, нет, — отозвался Драко с лукавым смешком.
Гермиона решила довериться мужу: за пару часов он вряд ли успеет натворить что-то уж совсем ужасное. Она закончила собираться и прогнала сомнения из головы. Заглянув в гостиную, чтобы попрощаться с Драко, она увидела, что тот развалился на диване, а Скорпиус лежит у него на животе. Гермиона улыбнулась этой милой картине, послала им воздушный поцелуй и отправилась на встречу с Джинни, уверенная, что муж без особых проблем продержится с сыном несколько часов.
— Ну что, Скорпиус, теперь мы с тобой одни, — сказал Драко, когда входная дверь за женой закрылась. — Чем займёмся? Выпьем огневиски? Сыграем в квиддич?
Посмеиваясь, он поднял Скорпиуса над собой. Малыш радостно загулькал.
— Или просто вот так?
Драко покружил сына в воздухе.
Поскольку никаких особых планов на день у него не было, Драко решил просто поиграть с сыном и позаботиться о том, чтобы тому было весело. Покружив Скорпиуса, он уложил его на диван и пощекотал губами маленький животик. Судя по счастливому гулению, малышу нравилось не меньше, чем полёты. Но вдруг он замолчал, нахмурился и жалобно заплакал.
— Что с тобой? — спросил Драко, наклоняясь к сыну. Тут до него донёсся отвратительный запах, и он резко отпрянул. — Серьёзно? Твоя мама ушла всего десять минут назад, а ты уже испачкался.
Драко обожал быть отцом, и забота о ребёнке давалась ему на удивление естественно. Но грязные подгузники он не любил. Из-за принципиальной позиции Гермионы по поводу домашних эльфов помощников у них не было, так что менять подгузник придётся самому.
Осторожно подхватив Скорпиуса, Драко отнёс его в детскую, держа на расстоянии вытянутой руки. В углу уже был приготовлен пеленальный столик.
— Как такое маленькое существо может так ужасно пахнуть? — пробормотал Драко, укладывая сына на столик.
Убедившись, что всё необходимое для смены подгузника под рукой, Драко достал палочку и наложил на себя заклинание, чтобы запах больше его не беспокоил. Затем он снова воспользовался палочкой: расстегнул комбинезон Скорпиуса и, стараясь не давиться, открыл подгузник.
— Мерлин милосердный, — поморщился он. Магией он снял грязный подгузник с сына и отправил его прямиком в корзину.
Как только подгузник оказался снят, Скорпиус снова довольно загулькал и принялся сучить ножками. Но Драко ещё не закончил: сына нужно было вымыть и надеть на него чистый подгузник. Самую неприятную часть работы он, разумеется, продолжал делать с помощью магии. Палочку Драко убрал в карман брюк лишь тогда, когда малыш был чист.
— А теперь новый подгузник, — сказал он Скорпиусу и потянулся за упаковкой на полке над пеленальным столиком.
Как раз когда пальцы Драко сомкнулись на упаковке, Скорпиус загудел ещё громче. Драко взглянул вниз — как раз вовремя, чтобы увидеть струю золотистой жидкости, летящую прямо на него. Вскрикнув от неожиданности, он машинально выставил руки вперёд, пытаясь остановить поток, но в итоге облил их. Когда Драко отдёрнул руки от непрерывной струйки, она успела забрызгать его новенькую тёмно-синюю рубашку.
— Скорпиус! — укоризненно воскликнул Драко, отскакивая от неожиданного душа. — Почему ты не мог подождать, пока я надену на тебя подгузник?
В ответ Скорпиус лишь весело загулькал и продолжил своё дело. К тому времени, когда он закончил и Драко смог снова подойти, оба уже успели промокнуть. Вытерев руки полотенцем, Драко достал палочку и магией привёл сына в порядок. Затем он переодел Скорпиуса и отнёс его в спальню, где устроил на кровати, окружив подушками.
— Ну, эту рубашку можно считать окончательно испорченной, — пробормотал Драко, снимая её. — Больше я её не надену.
Он выбросил рубашку в корзину, быстро вымылся в ванной, надел чистую и вернулся со Скорпиусом в гостиную.
— А теперь без фокусов с подгузником, — предупредил он сына, устраиваясь с ним почитать. — И больше не писай на меня.
К счастью, Скорпиус послушался. Они без происшествий прочитали пару книжек. После второй Драко решил, что пора кормить сына. Гермиона заранее приготовила бутылочки, так что ему оставалось только подогреть одну и покормить малыша. К счастью, Скорпиус ел хорошо и без проблем взял бутылочку.
— Вот умница, — сказал Драко, укладывая сына себе на плечо, чтобы тот срыгнул.
Он похлопывал Скорпиуса по спинке, помогая ему отрыгнуть воздух, и как раз подумал, что отлично справляется, когда малыш громко срыгнул. Драко почувствовал, как по спине потекла жидкость, переливаясь через полотенце, которое он накинул на плечо, чтобы защитить чистую рубашку. А потом он совершил ошибку — снял Скорпиуса с плеча. Малыш добавил ещё одну порцию срыгнутого молока, залив и себя.
— Прелестно, — пробормотал Драко, не зная, что хуже: молоко, текущее по спине, или весь перепачканный сын.
Решив сначала заняться Скорпиусом, Драко отнёс его в детскую и переодел. Затем уложил его на кровать в спальне и снял ещё одну рубашку, отправив её в корзину к предыдущей. Он ни за что не надел бы снова рубашку, на которую попало детское срыгнутое молоко.
— Если я надену ещё одну рубашку, ты оставишь её чистой? — спросил он сына, обернувшись к нему.
Скорпиус лишь болтал ножками, но Драко мог поклясться, что в его серебристо-серых глазах поблёскивало озорство. Не доверяя сыну и не желая портить ещё одну рубашку, Драко решил вообще ничего не надевать сверху. Стояло лето, в доме было тепло, и ходить без рубашки не представляло никакой проблемы.
— Я тебя переиграл, Скорпи, — рассмеялся Драко, возвращаясь с сыном в гостиную с голым торсом.
Решив, что малышу пора поспать, Драко устроил его рядом на диване, призвал книгу и стакан сока и приготовился немного отдохнуть в тишине. Однако тишина продержалась всего десять минут: Скорпиус заёрзал и начал капризничать. Драко всё ещё держал наполовину полный стакан сока. Он поднял сына — и тут же пожалел, что сначала не поставил стакан: ножка Скорпиуса угодила прямо в него, стакан опрокинулся, и сок залил брюки Драко.
— Не может быть, — пробормотал Драко, глядя на сына. Скорпиус перестал капризничать и выглядел совершенно довольным. — Ты маленький чертёнок, — сказал Драко, качая головой. — Но я не сдамся, Скорпи.
Уложив Скорпиуса обратно на диван, Драко расстегнул брюки, снял их и магией отправил в корзину для стирки. В одних изумрудно-зелёных трусах-боксерах он снова устроился рядом с сыном.
— На этот раз я точно победил, — сообщил он. — Даже ты не сможешь испортить мои трусы.
Довольный собой, Драко уложил Скорпиуса себе на грудь и лёг на диван. Напевая сыну детскую песенку, он гладил его по мягким волосам, пока тот не заснул. Когда Скорпиус уснул, Драко тоже прикрыл глаза и задремал.
Час спустя отец и сын всё ещё лежали, прижавшись друг к другу, на диване. Гермиона вернулась с покупок в сопровождении Джинни. Войдя в гостиную, она озадаченно посмотрела на почти раздетого мужа. А Джинни не смогла сдержать смеха.
— Какие они милые, — хихикнула она.
— Милые, но почему Драко раздет? — задумчиво спросила Гермиона.
— То есть он не всегда валяется почти голым? — поддразнила Джинни.
— Насколько мне известно — нет, — ответила Гермиона.
— Может, это такой способ присматривать за ребёнком, — предположила Джинни. — Только посмотри, какой Скорпиус спокойный. Может, малышам нравится, когда родители ходят без одежды. Надо будет предложить Гарри в следующий раз, когда он останется с Джеймсом.
— Тогда напомни мне не заходить к вам без предупреждения, — пошутила Гермиона.
— А я бы не возражала: Гарри и без одежды неплох, — рассмеялась Джинни. — Да и тебе жаловаться не на что: Драко чем меньше одет, тем привлекательнее.
— Не дай ему услышать, а то мне потом покоя не будет, — прошипела Гермиона.
— Слишком поздно, — сказал Драко, приоткрыв серые глаза и усмехнувшись. — Я всё слышал. Значит, я тебе нравлюсь, Рыжая?
— Только когда рот закрыт, — парировала Джинни, закатив глаза на прозвище. Хотя Драко и Гермиона были вместе уже много лет, он так и не стал звать её друзей по именам: только по фамилиям или прозвищам.
— Жаль. Моим ртом можно делать греховно приятные вещи, — игриво отозвался Драко.
— Уж не сомневаюсь, — рассмеялась Джинни, подыгрывая ему. Она знала, что флирт ничего не значит. Джинни любила Гарри, а все и так знали: единственная ведьма в мире, которая нужна Драко, — это Гермиона.
— Ты собираешься объяснить, почему ты голый? — перебила их Гермиона.
Драко медленно сел и осторожно устроил всё ещё спящего Скорпиуса на диване, подложив подушки, чтобы тот не скатился на пол.
— Я не совсем голый, — заметил Драко. — Я победил.
— В чём победил? — недоумённо спросила Гермиона.
— Скорпиус решил проверить, сколько моей одежды ему удастся испортить, — объяснил Драко. — Сначала он обмочил меня, потом его вырвало мне на спину. После того как он испортил две рубашки, я решил больше ничего не надевать. А потом он опрокинул сок мне на брюки. Но трусы он не испортил, так что я победил.
— Значит, теперь у меня целая куча грязного белья, — вздохнула Гермиона.
— Нет, только мои брюки, — небрежно ответил Драко, пожав плечами. — Рубашки я выбросил. И одежду Скорпиуса тоже. После такого её уже не наденешь.
— Для этого и существует стирка, — напомнила Гермиона. — Нельзя выбрасывать одежду только потому, что она немного испачкалась.
— Она испачкалась не немного, на ней были моча и срыгнутое молоко, — возразил Драко. — Ни один Малфой не станет носить одежду, перепачканную такой гадостью. К тому же денег на новую одежду у нас предостаточно.
— А дети вырастают из одежды в мгновение ока, — добавила Джинни. Сама она бы одежду постирала, но её забавляла одержимость Драко чистотой. Только он мог выбросить вещи, вместо того чтобы постирать их, потому что на них попало что-то неприятное.
— Дело не в этом, — возразила Гермиона. — Нельзя просто выбрасывать хорошие вещи, потому что Скорпиуса стошнило. Он ребёнок, Драко. Дети так делают.
— Мой сын не будет носить одежду, на которую его вырвало, — упёрся Драко. — А теперь, если не возражаете, я бы хотел одеться.
— Хорошо, но пока мы с Джинни пьём кофе, за Скорпиуса всё ещё отвечаешь ты, — сказала Гермиона.
— Тогда, пожалуй, повременю с одеждой, — проворчал Драко и снова сел рядом с сыном.
— Хочешь чего-нибудь выпить? — спросила Гермиона.
Драко посмотрел на Скорпиуса, который по-прежнему крепко спал, и покачал головой.
— Не буду рисковать. Не хочу давать этому маленькому чертёнку шанс испортить последнюю вещь, которая на мне осталась.
Покачав головой от того, насколько её муж помешан на чистоте, Гермиона повела Джинни на кухню выпить кофе. Вскоре рыжеволосая ведьма отправилась домой к собственной семье. Женщины провели на кухне всего несколько минут, когда Скорпиус проснулся и заплакал. Затем они увидели, как Драко прошёл мимо дверного проёма и направился к лестнице, держа сына на расстоянии вытянутой руки.
— Что происходит? — озадаченно спросила Джинни. — Почему Драко несёт Скорпиуса, словно тот проклятая навозная бомба?
— Он пошёл менять ему подгузник, — объяснила Гермиона. — Запах ему невыносим.
— Не могу сказать, что виню его, — сочувственно поморщилась Джинни. — От некоторых запахов, которые издаёт Джеймс, меня саму мутит.
Обе ведьмы весело рассмеялись и вернулись к кофе. Но их девичью беседу вскоре прервал громкий возмущённый крик с верхнего этажа. Желая узнать, какая новая неприятность приключилась с Драко, они поднялись наверх. У двери детской они как раз успели увидеть, как Драко стянул зелёные боксёры и вышел из них.
— Вот, — сказал Драко Скорпиусу, широко разведя руки, словно доказывал свою правоту. — Ты победил, приятель. Ты испортил всю мою одежду.
— Драко? — предупреждающе позвала Гермиона. Она отлично видела, что стоявшая рядом Джинни не сводит глаз с его голого зада.
— Наш сын — настоящий чертёнок, — прошипел Драко, резко оборачиваясь к Гермионе. Его ничуть не смущало, что он стоит голый, а Джинни видит его во всей красе. — Он опять это сделал. Стоило снять с него подгузник, как он обмочил меня.
— Думаю, тебе стоит одеться, — закатила глаза Гермиона. — У нас гости, — добавила она, указав на Джинни.
— Можешь не утруждаться одеждой ради меня, — промурлыкала Джинни. — Я уже всё видела. Я замужняя женщина.
— Сильно сомневаюсь, что тебе приходилось видеть у Поттера что-то сравнимое с тем, что есть у меня, — самодовольно заявил Драко.
— Драко, оденься, — резко сказала Гермиона. — За Скорпиусом я присмотрю.
— Только осторожнее с душем, он опасен, — предупредил Драко, протискиваясь мимо ведьм и беззастенчиво направляясь в спальню.
— У него вообще нет стыда, — заметила Джинни, высунувшись в коридор и провожая взглядом удаляющегося Драко.
— Нет, — согласилась Гермиона и подошла к сыну, которого ещё не успели до конца переодеть.
— Разве безопасно к нему так близко подходить? — спросила Джинни, предусмотрительно отойдя в сторону на случай, если маленький Скорпиус решит устроить ещё один душ.
— Он никогда так со мной не делал, — призналась Гермиона. — Думаю, он приберёг это для Драко.
— Вот уж настоящий проказник, — рассмеялась Джинни. — Весь в отца.
— Драко ведь обещал научить его быть слизеринцем, — хихикнула Гермиона.
— Сказала бы, уроки ему и не нужны, — продолжала смеяться Джинни. — Скорпиус уже настоящий слизеринец.
— Посмотрим. Может, мне удастся склонить его к Гриффиндору, прежде чем он пойдёт в школу, — ответила Гермиона.
— Удачи, — фыркнула Джинни. — Не зря же все Малфои — слизеринцы, Гермиона. Не думаю, что твой сын станет исключением. На твоём месте я бы приняла свою внутреннюю слизеринку и присоединилась к клубу.
— Если не можешь их победить — присоединяйся к ним? — рассмеялась Гермиона, подняла на руки чистого Скорпиуса и улыбнулась сыну.
— Что-то вроде того, — улыбнулась Джинни. — Мне пора. Оставлю тебя разбираться со слизеринцами в твоей жизни.
— Ну спасибо, подруга, — легко пробормотала Гермиона, и они вместе спустились вниз.
Проводив Джинни, Гермиона вернулась на кухню прибраться. Она всё ещё была там со Скорпиусом, выбирая, что приготовить на ужин, когда появился снова одетый Драко.
— Я решил: в следующий раз буду присматривать за Скорпиусом голым, — объявил он. — Тогда он не сможет испортить мою одежду.
— А если кто-нибудь неожиданно заглянет? — спросила Гермиона.
— Значит, их ждёт приятный сюрприз, — усмехнулся Драко.
— Ладно. Только не вини меня, если заявится кто-то, кому ты не хотел бы показываться голым, и тебе станет неловко, — предупредила Гермиона.
— Такого не случится, — уверенно ответил Драко.
Но уверенность его оказалась напрасной. Несколько недель спустя он снова остался присматривать за Скорпиусом и, вспомнив прошлый опыт, решил обойтись без одежды. Его вещи действительно не пострадали от проделок сына, зато родители Драко неожиданно заглянули в гости. И Люциус с Нарциссой увидели то, чего не видели с тех пор, как Драко был ребёнком: собственного сына голым.
После этого Драко решил, что одежда всё-таки не такая уж плохая идея. Даже если теперь, присматривая за сыном, ему приходилось переодеваться по дюжине раз на дню.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!