Глава 7: Глава VII. Уроки, браслеты, письма.

Глава VII. Уроки, браслеты, письма.

28

0

Gот Gygoro
Поделиться

Мама с папой собираются в дорогу. Они усердно пакуют чемоданы, которые, почему-то, до верху набиты туалетной бумагой. Вместо крыши звездное, ночное небо. Римус поворачивается, разглядывая звезды. Внезапно появляется луна. Белая, с легкими серыми пятнами, она переливается, словно шевелится. Римус чувствует, как ему становиться плохо. Это сон…, это всего лишь сон… Римус успокаивает сам себя, но память помнит все… И боль в том числе… Луна – это большой глаз. Он открывается и смотрит… Смотрит в упор… Пронзительно, страшно. Желтая роговица…, черный вертикальный зрачок… 

— Римус…, Римус…, просыпайся!

Чей-то знакомый голос во сне звал его по имени. Он чувствовал, что ему не хватает воздуха, что надо глубоко вздохнуть. Римус набрал в легкие воздуха и… чихнул что есть силы и тут же проснулся. Рядом кто-то засмеялся:

— Проснулся, засоня! Ты во сне скулишь как маленькая собачонка...

Сириус в пижаме сидел на краю кровати и щекотал Римусу нос птичьим пером:

— Ну, вставай, дружище… Сегодня первый учебный день! – сказал он и, с полотенцем на плечах и зубной щеткой во рту, направился прямиком в туалетную комнату.

Римус повернул голову на бок. На соседней кровати лежал Питер. Он спал с открытым ртом. Джеймс сидел рядом и тоже щекотал ему нос пером для письма. Питер дергал рукой, отгоняя перо от носа и смешно чавкал во сне. Джеймс весело и усердно продолжал мучить спящего Питера. Сириус вернулся свежий и умытый:

— Сегодня первый день… Сегодня первый день..., - напевал он себе под нос.

Питер громко чихнул и подскочил на кровати:

— А…, что…? – впопыхах Питер крутил головой, хватался за одеяло и за подушку и не мог понять где он. Его детское лицо в этот момент выглядело так забавно, что Сириус и Джеймс закатились от смеха. Римус улыбнулся, кажется первый учебный день начинается довольно весело.

Джеймс. подавляя свой смех, с трудом произнес:

— Давайте, братцы, одевайтесь! Не терпится пройтись по замку… Столько всего интересного!

Римус, после утреннего моциона, надел школьную мантию, потрогал пальцами свеженький герб Гриффиндора, который кто-то аккуратно нашил за ночь, и, довольный, посмотрел в зеркало на свое отражение с красно-золотым галстуком. Палочку положил во внутренний карман и взялся за школьную сумку:

— Джеймс, а какие учебники брать?

— Еще не знаю… Берем все, а внизу узнаем.

Сириус добавил:

— Староста, наверное, уже там, нас поджидает…

Вся компания спустилась в общую гостиную. Староста Гриффиндора стояла посреди комнаты. Вокруг, кто сидя, кто стоя, расположились первокурсники. Несколько учеников с других курсов негромко разговаривали возле большого камина, но большинство, по-видимому, были уже в Большом Зале. Римус насчитал на своем курсе одиннадцать человек. Девять мальчиков и всего две девочки. Алиса и Лили сидели рядом друг с другом на коротком диванчике и перешептывались, глядя на четверых друзей, позже всех вышедших из спальни. Староста уперла руки в бока и сверлила припоздавших добрыми карими глазами, пытаясь придать лицу грозный вид:

— Ну наконец-то…! А я уже всерьез опасалась не увидеть сегодня ваши почтенные персоны. Но вы решили сами снизойти и почтить всех своим присутствием…

Несколько мальчиков засмеялись. Кингсли с улыбкой покачал головой, а Фрэнк Долгопупс сочувственно усмехнулся. Римус покраснел, смущенно забегал глазами по комнате и буркнул:

— Извините…

 Зато Джеймс не терялся и театрально поклонился:

— Простите за опоздание, можно начинать…!

Лили с неодобрением посмотрела на Джеймса. Сириус, с непроницаемым лицом, засунул руки в карманы и разглядывал потолок как бы говоря: «А что я? Я тут не причем!». Римусу на мгновение показалось, что Сириус сейчас начнет насвистывать. Староста с сарказмом в голосе, явно подражая кому-то из учителей, сказала:

— Благодарю, Поттер…! Любишь внимание? Что ж, постараюсь тебе это обеспечить со стороны старост.

Улыбка сползла с лица Джеймса:

— Да ладно…, ну немного задержались… Больше не повториться.

Римус заметил, как при этих словах Лили мстительно заулыбалась. Староста обратилась ко всем первокурсникам:

— И так, для начала представлюсь. Меня зовут Марлин Маккиннон. Я, и Рилан Вуд - старосты Гриффиндора. Рилан, к сожалению, заболел и находится в больничном крыле. Так что пока я займусь вашим воспитанием…

Джеймс шлепнул губами, как будто лопнул пузырь. Несколько мальчишек опять засмеялись. Марлин жалостливо посмотрела на Поттера:

— Прингл сейчас ходит по школе и радостно потирает руки в поисках первой жертвы в этом году. Сдается мне у тебя шансов больше остальных…

— Прингл? А это что за страшилка? – Джеймс нисколько не тушевался.

— А это наш завхоз. Не думаю, что тебе понравится знакомство с ним… Я продолжу с вашего позволения!

Джеймс с Сириусом переглянулись…

— Есть еще один староста – это Аластор Грюм, он с нашего факультета, его должность – староста всей школы. Хоть у него и последний год обучения, но спуску он никому не даст…

Римус прекрасно понимал о ком речь, вспоминая габариты и грозный вид Аластора Грюма.

— По поводу школьных правил… В течении года вы столкнетесь с рядом разных запретов и потихоньку привыкните и все поймете. Главное правило – это гулять по замку и окрестностям можно, только днем, да и то не везде. И, за территорией замка находится Запретный лес – туда тоже нельзя ходить. В школе существует система поощрения и наказания. За успехи, как в учебе, так и вне класса, вам будут начислять призовые очки, все они пойдут в общий зачет соревнований между факультетами. В конце года эти очки будут подсчитаны и факультет победитель получит кубок школы. За нарушение правил – очки снимают. В Большом Зале можно наблюдать за результатами, на доске каждый день будут записываться очки, а в больших песочных часах в вестибюле будут видны наши успехи по уровню драгоценных камней в них. Так что прошу вас проявить уважение к своему факультету и принести ему как можно больше пользы…

Марлин при этих словах посмотрела на Джеймса и Сириуса.

— В прошлом году факультет Гриффиндор после долгого перерыва мог взять кубок школы. Не хватило совсем чуть-чуть. В этом, конечно, большая заслуга нашей команды по квиддичу и, в частности, Мэйси Макгонагалл. Мы хоть и не выиграли чемпионат по квиддичу, но были близки. Так вот! В этом году я намерена развить успех. Так, что еще…?! Ах, да… Не ходите по школе в одиночку, старайтесь не заблудиться. Если что старосты вам помогут. Лестницы между этажами меняют направление и перемещаются – помните об этом. Не попадайтесь с нарушениями Принглу – он может быть не просто жестким и суровым… Ему нравиться делать больно! Не обращайте внимание на полтергейста Пивза, он вредный, но не опасный.

При этих словах все стали переглядываться и шептаться. Дирк Крессвелл хмыкнул:

— Полтергейст? В школе? Мало нам привидений?!

Марлин отмахнулась:

— Вы освоитесь… Для тех, кто захочет записаться и вступить в какой-нибудь кружок или команду, обращайтесь ко мне или к Макгонагалл. Первокурсникам запрещено посещать Хогсмид на выходных. Со второго курса сможете записаться в сборную команду по квиддичу… Ммм…, а вот… распорядок дня на доске здесь в гостиной, расписание уроков там же. Если что-то будет меняться, я или Макгонагалл, вам непременно сообщим. Все, я побежала… Завтрак в Большом зале…

Последние слова она говорила уходя. Римус подумал, что быть старостой дело непростое и Марлин эта должность явно в тягость. Четверо друзей подошли к доске для объявлений:

Подъем                     7:00

Завтрак                     8:00 – 8:50

Утренние уроки      9:00 – 12:30

Обед                          13:00 – 14:00

Дневные уроки       15:00 – 17:30

Ужин                         18:00 – 19:00

Вечерний урок        19:10 – 19:55

Свободное время    20:00 – 22:00

Отбой                        22:00.

Суббота и Воскресенье – выходные дни.

Сириус присвистнул и разочаровано сказал:

— Свободного времени не так много, а в десять уже отбой…! Не густо.

Джеймс присмотрелся к самой нижней строке:

— Смотри! Внизу под расписанием… «Вечерние уроки только со второго курса».

— А это уже лучше! – обрадовался Сириус.

Римус с нетерпением вставил:

— Давайте, для начала, узнаем какие уроки сегодня нас ожидают…

Питер уже читал вслух:

— Первым идет Зельеварение, потом Защита от Темных Искусств…

Римус дочитал:

— Заклинания…  Травология… Здорово!

— Так, расписание всем понятно? Выбрасываем лишний груз из сумок, берем только нужное, – скомандовал Джеймс.

Еще несколько минут понадобилось друзьям для приготовлений, после которых они снова собрались возле доски для объявлений. Питер нетерпеливо спрашивал:

— Ну, что потопали?

— Пошли, – поддержал его Сириус.

— Сколько сейчас времени? – забеспокоился Римус.

— Без двадцати девять…!!!

— О, черт, на завтрак бежим. Скорее!

Римус оглядел общую гостиную. Кроме четверых друзей уже никого не было:

— Все давно ушли…, пока мы тут… читали…

Ребята бросились в коридор. В коридоре налетели на зависшее в воздухе, нечто. Оказалось, что это привидение, которое крутилось возле столов на вчерашнем ужине. Римус со всего маха пролетел сквозь полупрозрачное тело и почувствовал, как его обдало ледяным холодом, словно окунули в прорубь, на мгновение перехватило дыхание. Сириус крикнул на ходу:

— С дороги невидимка!

Привидение возмутилось:

— Полегче, юноша! Я не невидимка, я привидение Гриффиндорской башни…

Питер пролепетал:

— Простите, сэр!

— Сэр Николас, я попрошу…

Но его уже не слышали. Мальчики бежали вниз по лестницам. На лестнице третьего этажа неизвестно откуда выскочил и завис в воздухе маленький человечек. У него были черные злющие глаза бусины, большой широкий рот и невероятный оранжевый галстук. Человечек был размером с ребенка, но лицо его не выглядело детским:

— Ах, вы мои первокурснички…! – заговорил человечек елейным голосом, за которым явно скрывалась угроза.

— Кто это, Джеймс? – на бегу спрашивал Римус.

— Кажется, это тот самый полтергейст – Пивз!

— Да, да… я тот самый… хи-хи, хи-хи… - не отставал от мальчишек Пивз, паря над их головами.

— Да чего ты увязался за нами…? – Сириус в отчаянии крутил головой, словно боясь, что на него сядет жирная жужжащая муха.

— О-о-о, я бы и рад заняться другими делами, но не могу пройти мимо нуждающихся…

— Но мы… ни в чем… не нуждаемся! – заметил задыхающийся Римус.

— Нуждаетесь, нуждаетесь…! Еще как! Хорошая взбучка еще никому не мешала…

И Пивз начал кидать в ребят намоченную в воде тряпку, связанную узлом. Тугая как мячик, она больно била по бокам, оставляя мокрые следы на мантии. После очередного попадания тряпка отскакивала, Пивз тут же ловил ее своими маленькими ручками и кидал снова, наугад выбирая жертву. Все четверо пытались увернуться или перехватить снаряд, но не тут-то было! Пивз не давал им поднять головы. Друзья, пригибаясь, пулей пролетели до первого этажа и вбежали в Большой Зал. Пивз не полетел дальше, он остановился перед большими дубовыми дверями и стал кружить по кругу в коридоре. Мальчишки остановились. Римус тяжело дышал, нагнулся вперед и уперся руками в колени. Питер был сам не свой, лицо красное, мокрые редкие волосы топорщились на голове как колючки у ежа. Сириус прикрывал рукой правый глаз, кажется Пивз угодил ему в лицо. Джеймс держался за бок, толи от попадания, толи от длительного забега. Очки повисли на одной дужке, вторая была безнадежно сломана. Джеймс злобно поглядывал в сторону Пивза, видя лишь расплывчатое разноцветное пятно.

— Ну, погоди у меня… Я до тебя доберусь, - потрясал Джеймс кулаком.

— Поттер, Поттер – за тобой теперь присмотр! Будь уверен – обеспечу и немножко покалечу…, - напевал злосчастный полтергейст.

— Что ж, увидим! – не успокаивался Джеймс.

— Джеймс, брось… Пойдем уже! – стонал Питер, опасаясь Пивза.

— Сириус, ты как? – спросил Римус и подошел к Сириусу.

Джеймс тоже подошел к нему:

— А ну покажи?

Сириус убрал руку. Под глазом красовался здоровенный фингал. Джеймс присвистнул. Сириус с интересом спросил:

— Ну как?

Питер и Римус поморщились. Джеймс ответил:

— Прилично тебе прилетело. Как ты пойдешь на первый урок?

— Ах, ты черт…! – увлеченный бегством по лестнице, Сириус забыл про уроки.

— Надо сказать Марлин, в таком виде в класс ему нельзя! – с уверенностью сказал Римус.

— Да, ты прав, – согласился Джеймс.

— Я ее позову… - сказал Питер и побежал вдоль стола Гриффиндора, выискивая глазами старосту среди небольшой горстки, запоздавших с завтраком, учеников.

Большой Зал уже был почти пуст. Пара-тройка учеников доедали завтрак, еще несколько в спешке проверяли содержимое сумок с учебниками и быстрыми шагами покидали зал. Учительский стол был пуст. Римус с ужасом поглядел на большие часы в зале. Было без десяти минут девять:

— Братцы, кажется завтрак нам уже не светит. Сейчас начнется урок Зельеварения!

И точно. Как по команде со столов исчезли остатки еды. Столы стали гладкие и чистые.

— Ну, просто блеск…! – возмутился Джеймс.

— Это ты про свое средство для волос…? – подколол его Сириус.

Ребята засмеялись, но тут же остановились.

— Придется идти на уроки без завтрака, - констатировал факт Римус.

— Завтрак полбеды, а вот мне как идти? – Сириус разглядывал себя в маленький осколок зеркала, которое вытащил из внутреннего кармана.

Джеймс пытался вспомнить заклинания, которые знал:

— Вот черт, не помню ни одного, чтобы лечить синяки.

Сириус его успокоил:

— С этим разберемся… Ты очки свои починить сможешь?

— Не знаю… Может быть…

— Я знаю заклинание… Отец меня учил… «Репаро» чинит разбитые тарелки, - с жаром заявил Римус

— А очки?

— Наверное, и очки… Хочешь я попробую?

Римус с готовностью достал палочку из мантии, его обуял такой азарт, что от волнения он стал топтаться на месте. Колдовать новой палочкой Римусу еще не довелось, а тут как раз такой подходящий случай. Джеймс с опаской поглядел на палочку Римуса:

— Давай…, попробуй.

Сириус повернулся боком, прикрывая ушибленный глаз:

— Римус, ты уверен…?

Тут вернулся Питер, а с ним Кингсли Бруствер. Питер запыхавшись воскликнул:

— Римус, ты что…делаешь? Бежим на урок. Марлин нигде нет. Кингсли увидел, что нас нет возле двери класса Зельеварения вернулся, чтобы нас не наказали за опоздание…

Кингсли перехватил руку Римуса с зажатой палочкой:

— Давай лучше я… - спокойно сказал он и достал палочку, сделанную из красного дерева.

Кингсли быстро прикоснулся концом палочки к очкам и…

— Репаро Окулус!

Очки приобрели свой первоначальный вид и Джеймс вздохнул с облегчением. Римус почувствовал, как гора упала с плеч, было немного страшно пользоваться палочкой без основательного опыта, тем более на своем друге.

— Ух, ты здорово…, а ты синяки и шишки случаем не лечишь? – с уважением спросил Сириус.

Кингсли заулыбался польщенный похвалой:

— Не…, это еще не пробовал, а очки уже чинил маме, она и научила. Так что, может уже пойдем?!

Джеймс воскликнул:

— Веди нас!

И уже обращаясь к Сириусу сказал:

— Придется пока идти так. Сириус потерпи немного, думаю учитель сам отправит тебя к врачу. Мы не должны больше опаздывать... Хотя бы сегодня!

Джеймс заулыбался, а Сириус спокойно ответил:

— Да все нормально, ребята… Честное слово! Это же мой первый фингал… Было даже весело.

И Кингсли, показывая дорогу, повел своих однокурсников на урок в подземелье. Римус с опаской поглядывал по сторонам, но Пивза нигде не было видно, скорее всего он улетел по своим пакостным делишкам. В коридорах подземелья было на много мрачнее и прохладней. То ли факелы не горели так ярко, то ли сами коридоры были не такими просторными как на этажах, но дорога сюда не вызвала у друзей восторг, а, скорее наоборот. Потрясенные стычкой с Пивзом и оставшиеся без завтрака, четверо друзей выглядели подавленными. Наконец, они подошли к низенькой коричневой двери, обитой кованым железом. Над дверным проемом выпуклыми резными буквами в готическом стиле красовалась надпись - «Зельеварение» и надпись на латыни «Fumus et fumus». Ребята прошли в класс. Это был довольно просторный кабинет с невысоким округлым потолком, уходящим куполом, к центру. Два маленьких тусклых окна выходили к обрыву над озером, из чего Римус сделал вывод, что класс находится прямо в скале где-то под замком. Вдоль стен стояли шкафчики с колбами и пробирками. Несколько факелов и камин освещали темную комнату. От камина веяло теплом и Римус почувствовал некоторое облегчение после мрака коридоров. Стоячие парты без стульев были расставлены в три последовательные дуги, перед которыми расположились в линию широкий учительский стол и классная доска для записей. В классе на уроке одновременно находилось два факультета, Гриффиндор и Слизерин. Ученики обоих факультетов с интересом смотрели на припоздавших. Возле учительского стола стоял сам преподаватель по Зельям. Это был низенький толстый мужчина в годах, лысоватый и с пышными висящими усами. Он был одет в утепленную бархатную мантию фиолетового цвета. На ногах толстые шерстяные носки и мягкие домашние тапочки. Когда ребята вошли он натягивал на лысину вязаную шапочку с кисточкой. Римус впервые увидел и запомнил этого учителя еще в Большом Зале во время распределения. Преподаватель обернулся и, с улыбкой, приятным мягким голосом сказал:

— А-а, наконец-то! Я уже хотел начинать урок без вас. Кингсли, спасибо вам, что нашли наших потеряшек. Пять очков Гриффиндору, за то, что не бросили своих в беде…

Кингсли был на седьмом небе от счастья и смущенно буркнул:

— Спасибо, профессор!

Кингсли отошел к своей парте и встал рядом с Дирком Крессвеллом. Учитель продолжал, глядя на четверых друзей:

— Надо бы снять с вас эти, заслуженные Кингсли, пять баллов… Ну да ладно! На первый раз прощаю, не будем портить знакомство потерей очков. Что же…! Давайте теперь знакомится! Меня зовут Гораций Слизнорт. Обращайтесь ко мне - профессор Слизнорт. Если кто-то захочет задать вопрос, поднимайте руку. Я преподаватель по Зельеварению и декан факультета Слизерин. Ну-с…, мои дорогие, а вы кто такие?

Мальчики назвали свои имена. Слизнорт услышав имя Сириуса воскликнул:

— Сириус Блэк! Да уж, ну и наделал ты переполох на моем факультете…

— Простите, сэр! Я не понимаю… - в недоумении сказал Сириус.

— Я говорю о твоем распределении… Как эта старая… поношенная… замшелая… кусок м-м… непонятно чего… умудрилась выбрать тебя на Гриффиндор? Ты должен был попасть на мой факультет, на Слизерин. Все твои предки учились на этом факультете. Н-е-ет, видимо эта старая шляпа совсем из ума выжила. Я уже говорил с Дамблдором и еще раз скажу ему, что процедуру распределения пора реформировать и изменить…! Эх-эх-эх, что же это получается?! Один из Блэков нарушил традицию… М-м да-с, ну дела!

Слизнорт подошел к мальчикам поближе и стал каждого рассматривать.

— Поттер…, знаком с твоим отцом, - Слизнорт провел рукой по взлохмаченным волосам Джеймса.

— Петтигрю…, мне помнится был такой конферансье в шоу «Факиры Багдада». Звали его Скуфл Петтигрю. Он тебе не родственник?

— Не знаю, сэр. Никогда о нем не слышал, - ответил покрасневший Питер.

— Люпин! О-о-о, твой отец... Очень прилежный был ученик…

Римуса накрыла волна гордости за отца, было вдвойне приятно, что это отметил его собственный учитель.

— Блэк… Мерлинова борода! Что это с тобой?

Слизнорт только сейчас заметил, как разукрашен глаз Сириуса. Тот вышел на свет и гордо блеснул фингалом. В классе покатились от хохота.

— Это Пивз, сэр! Увязался за нами на лестнице… мы из-за него и опоздали.

— Ах этот маленький мерзавец! Ни дня не проходило, чтобы он что-нибудь не натворил. Как ты себя чувствуешь? Может хочешь показаться врачу…?

— Нет! Все в порядке, сэр! Я останусь на уроке…

— Ну что ж, похвально! Это поступок, достойный твоей фамилии…

Сириус скривил лицо, будто закинул в рот ломтик лимона. Слизнорт этого не заметил и продолжил:

— В таком случае темой нашего первого урока будет приготовление зелья от ушибов и синяков. Будем лечить твой глаз, Блэк. Попрошу всех встать за свои парты…

Римус встал за свободную парту вместе с Питером, за соседней встали Джеймс и Сириус. Римус огляделся по сторонам. Алиса Помпон встала за одну парту с Фрэнком Долгопупсом, а Лили встала так, чтобы быть поближе к Северусу Снейпу. Все остальные студенты Слизерина сохраняли некоторую дистанцию от Гриффиндора. Класс был заполнен на половину. На первом курсе Слизерина Римус насчитал всего восемь человек.

— Что же, пожалуй, мы можем начать…! Все вы прекрасно должны понимать и усвоить, что магическая наука построена на определенных принципах…

Гораций Слизнорт медленно прохаживался туда и сюда возле классной доски.

— Каковы эти принципы…?! Может мне кто-нибудь расскажет? – он внимательно оглядел класс.

Римус покрутил головой. Только три человека подняли руки. Двое в Гриффиндоре – Дирк Крессвелл и Кингсли Бруствер, и один на факультете Слизерина. Профессор Слизнорт с приятным волнением обратился к этому ученику:

— О-о, мистер Снейп, прошу вас, подойдите к доске, удивите нас своими познаниями…

Северус, худенький, не складный, с крючковатым носом подошел к доске. От волнения Северус не знал, что делать со своими руками, они все время мешали мальчику. Он быстро окинул взглядом весь класс. Чуть задержался, глядя на Джеймса, потом перевел взгляд на Лили Эванс. Лили улыбнулась, Северус почувствовал себя более уверенно и заговорил, сначала тихо, затем более громко и отчетливо:

— Основные понятия в магии основаны на принципе треугольника…

Слизнорт стоял рядом, заложив руки за спину, отчего его живот, сильно выпирающий вперед, закрывал некоторым ученикам Северуса. На каждое утверждение Гораций удовлетворенно кивал головой. Рассказывая, Северус рисовал на доске треугольник и подтверждал свои слова собственной схемой:

— Вершина треугольника символизирует связь с высшей магической силой, которой наполнен наш мир и которая передает человеку магию посредством волшебного предмета, чаще всего с помощью волшебной палочки…

Северус провел под вершиной горизонтальную линию и получился маленький треугольник на вершине большого. В маленьком Северус проставил латинскую литеру «W», обозначив волшебную палочку «Wind». Было видно, что Снейп хорошо подготовился к занятиям, он явно не терял времени перед школой и перечитал, наверное, все учебники. Римус вздохнул, почувствовав себя отсталым, и взглянул на своих друзей. Судя по лицам Сириуса, Джеймса и особенно Питера они тоже не открывали учебники летом и слушали Северуса Снейпа с самым, что ни наесть, глупым видом.

— Владея волшебной палочкой, мы получаем доступ к трем главным магическим наукам. Это заклинания, трансфигурация, изготовление зелий…

Северус мелом провел еще одну линию под маленьким треугольником, как бы выделяя ниже еще один уровень и разделил получившуюся трапецию на три части. В трех получившихся секциях он проставил еще три латинских литеры: «C», «T», «Р», тем самым обозначив три основных предмета «Charms», «Transfiguration», «Potions».

Слизнорт воскликнул:

— Прекрасно, Снейп, прекрасно! Благодарю вас! Десять очков Слизерину за блестящий ответ. Прошу вас, пройдите, на свое место…

Северус, явно расстроенный, что ему не дали как следует блеснуть своими познаниями, но в тоже время, гордый тем, что первым принес своему факультету призовые очки, прошел к своему месту. Лили незаметно придвинулась поближе и что-то шепнула Северусу, он улыбнулся, довольный собой. Слизнорт продолжил рассказ Северуса Снейпа:

— Три главные магические науки… Три связанных между собой искусства, - Слизнорт показал всем три пальца.

— Не буду расписывать вам все подробно, но основы для понимания я расскажу. Каждый предмет более детально вам опишет профессор, назначенный на его преподавание. Итак, принцип треугольника – это айсберг, плавающий в океане. Поначалу вы видите только вершину – палочку, которую получили на свой одиннадцатый год жизни. Первый подводный уровень айсберга и есть первые, и важнейшие три науки. Заклинания – это магическая формула, правильно выстроенное слово или комбинация слов, позволяющая посредством волшебной силы добиться желаемого. Трансфигурация – изменение и преобразование предметов и тел с помощью тех же заклинаний. И наконец, наш предмет – Зельеварение! Это умение с помощью магических субстанций и различных ингредиентов получать все ровно тоже самое, что вы можете получить с помощью Заклинаний или Трансфигурации. В Зельеварении есть свои преимущества перед остальными науками. Необходимую магию вы можете изготовить тогда, когда это вам необходимо, хранить и переносить, использовать точечно, не обладая боевыми навыками или огромной магической силой. Применение зелий гораздо шире. Существует множество рецептов, подобный эффект от которых не удастся получить при помощи заклинания или трансфигурации. Но есть и свои минусы. Главный из них – это время! Время, которое необходимо для изготовления. Иногда важно время суток или даже время года. Второй минус – это место для изготовления. Место должно быть подготовлено и оборудовано, не всегда получиться изготовить зелье в походных условиях. И третий минус – это необходимые инструменты и ингредиенты для приготовления. Они не валяются на каждом шагу и их нельзя купить в обычной лавке. И самое главное… это точное соблюдение рецептуры. Малейшая неточность может иметь фатальные последствия. Именно поэтому изготовление зелий считается не просто наукой, а искусством. Способность подчинить себе стихию Зельеварения является подтверждением высочайшего мастерства.

Класс с замиранием внимал каждое слово учителя. Голос Слизнорта был мягок и приятен. Высказывался он четко и рассказывал интересно. Было видно, что Гораций Слизнорт обладал большим опытом и настоящим талантом держать класс. Римус отметил про себя, что все слушают очень внимательно. Он поднял руку. Слизнорт повернулся к нему и спросил:

— Да, прошу вас… Мистер Люпин…, кажется? Какой у вас вопрос?

— Скажите…, профессор, а что расположено ниже палочки и трех основных наук? Ведь наверняка это не весь айсберг!

— Это хороший вопрос… На ступень ниже расположены другие науки, которые будут доступны вам для изучения. Например, защита от темных искусств, травология, история магии, астрономия, изучение магических животных. Чем больше вы будете погружаться в мир волшебной науки, тем больше будет становиться этот айсберг, тем больше новых уровней вам будет открываться. Чем больше вы познаете основные предметы, тем глубже вы сможете спуститься, изучая как сам айсберг знаний, так и весь океан, скрывающий его. Каждая наука на своем уровне связана со множеством других, тем или иным путем. Каждая наука на своем уровне может существовать независимо от наук нижнего уровня, но без наук уровнем выше в нижних нет смысла…

— А как же палочка? – спросил Джеймс – Она может существовать без трех главных наук. И при этом выше палочки ничего нет!

— Верно. Палочка может существовать без наук, но в ней нет смысла без самой магии, которая и находится выше всего и даже вокруг всего. Волшебная сила – это и есть океан, в котором мы живем. По большому счету палочка – это не наука, это путь от самой силы к магическим наукам. Хотя создание палочки – это целая наука! Но этот уровень очень глубоко и опускаться на такую глубину не подготовленным нереально…

Класс молчал, обдумывая сказанное.

 — А теперь, давайте займемся нашим прямым делом – начнем учиться изготавливать магические зелья… Я попрошу достать и поставить на свои рабочие столы стандартные школьные котлы и мерные весы. В нижнем отделении парты вы найдете горелку для нагрева и разделочную доску с ножом для чистки и нарезки. Необходимые ингредиенты я выложу на учительский стол. Откройте учебник «Магические отвары и зелья» на странице номер четыре. И внимательно…! Я повторяю ВНИМАТЕЛЬНО прочитайте рецепт зелья «от ушибов и синяков».

По классу пробежал шелест страниц учебников и звон котлов. Профессор Слизнорт на своем столе поставил собственный котел, гораздо лучшего качества. Он был не оловянный как у всех, а, начищенный до блеска, медный.

— Я буду готовить вместе с вами. Зелье простое в изготовлении и ваша задача постараться создать его таким, которое по качеству будет ближе всего к эталонному. Кто этого добьется – будет считаться победителем нашего негласного конкурса и получит главный приз - пятнадцать очков для своего факультета. Ну, а моим зельем мы вылечим глаз мистера Блэка.

Слизнорт выложил на свой стол ингредиенты, намеренно усложнив задачу, все перемешав в одну кучу. Пока ученики обоих факультетов разбирались что к чему, он выписал на доску рецепт крупными буквами, чтобы было видно всем. И… класс забурлил. Все рьяно взялись за дело. Всем хотелось получить призовые очки. Загремели котлы, полилась вода из кранов, наполняя мерные склянки, чадили старые горелки. Джеймс и Сириус нарезали стебель репейника. Римус молол в ступке листья мяты вместе с семенами горчицы. Питер, надышавшись горчицы, не выдержал и громко чихнул, ударившись лбом о парту, ступка Римуса опрокинулась и содержимое вывалилось под стол. Джеймс и Сириус прыснули.

— Питер, ты что…?! Так мы ничего не успеем сварить…

— Прости, Римус, от горчицы хочется чихать! Не удержался…

— Так ты чихай в другую сторону!

— Хорошо, хорошо..., больше не буду.

Римус принялся по новой растирать мяту с горчичными зернами и посмотрел по сторонам, не сильно ли он отстает. Позади Римуса Лили разговаривала с Северусом Снейпом:

— Сколько лимона, Сев?

— Три капли… Не выжимай сразу в котел, выжми в ложку…

— О-о, а почему у тебя желтое, а у меня серое…?

— Ты яйцо змеи положила?

— Да…

— Полностью?

— Да.

— Надо было только желток…

— Ах ты ж, вот я растяпа. Это все из-за тебя! – мягко сказала Лили.

— Почему из-за меня? – обиженно спросил Северус.

— Из-за вчерашнего распределения. Я с утра была все еще сердита на тебя…

— Прости, я не хотел, чтобы так вышло, Лили… Я… повел себя как идиот…

— Ладно, давай забудем... Что теперь делать с этим зельем?

— Сварим новое!

Но новое сварить им не удалось. Слизнорт громко, на весь класс сообщил:

— У вас осталось десять минут!

В кабинете повсюду от котлов валили клубы разноцветного пара. Под потолком даже собрались маленькие облачка. Римус расстегнул пуговицы воротника, потому что стало совсем душно, и посмотрел на своих друзей. Жар от котлов и зелий превратил класс в сауну. Питер истекал потом, а Сириуса и Джеймса не было видно из-за серых облаков, окутавших их котлы. Цвет и консистенция получившегося варева у Римуса напоминали уличную грязь, у Питера, почему-то, вся жидкость свернулась белыми клубками, как творог. Римус повернулся посмотреть на цвет зелья у Северуса. У того в котле была густая желеобразная масса, полупрозрачная и с приятным желтым отливом. Северус незаметно для учителя выливал зелье Лили в отверстие для слива в полу. Затем вылил в ее опустевший котел половину своего зелья. Из-за дыма и пара никто ничего не заметил, кроме Римуса. Лили увидела, что Римус смотрит на них и умоляюще сложила руки. Римус улыбнулся и кивнул головой.

— Всем стоп! Время вышло. Прошу приготовить ваши котлы для осмотра.

Слизнорт пошел вдоль парт, осматривая наваренное содержимое в ученических котлах. В руках он держал несколько, очищенных от коры, тонких палочек, похожих на пучок зубочисток.

— Эти палочки вырезаны из ветки вишни. Они наш индикатор. При правильном приготовлении цвет палочки должен стать ярко-красным. - объяснял профессор.

В некоторые котлы он опускал такую зубочистку и смотрел как та меняет цвет, но пока Слизнорта никто не порадовал. Профессор качал головой, давал несколько советов, объяснял ошибки и проходил дальше. А некоторые столы он проходил быстрым шагом, зажав нос и даже не пытаясь проверять качество зелья. Слизнорт подошел к столу Дирка Крессвелла и Кингсли Бруствера:

— Недурно, недурно! Весьма недурно…, - заключил Слизнорт, после того как палочка стала коричневой в обоих котлах.

Затем он остановился возле стола Сириуса и Джеймса:

— Что ж, для первого раза сгодится. Я думаю, задатки у вас есть, Поттер… Немножко потренируетесь и все получится. Да и вы, Блэк, не сильно испортили свое… э-э… зелье. Но лечить этим глаз, разумеется, мы не будем.

Слизнорт прошел мимо стола Римуса и Питера, брезгливо окинув взглядом их «бульоны» и направился к ученикам Слизерина.

— Продери меня, треска! Мальсибер! Что вы натворили!

Ядовито-зеленая жижа Мальсибера прожгла оловянный котел и парту и капала тому прямо на ботинки. Ботинки начали плавиться и задымились. Мальсибер взвизгнул и запрыгал от боли и жжения.

— Алкалис! – Слизнорт одним ловким движением достал палочку и из нее посыпалась тонкая струя белого порошка на ботинки Мальсибера. Ботинки перестали дымиться, но выглядели безнадежно. Римус с восторгом смотрел как ловко орудует палочкой толстый профессор. При всей своей неповоротливости двигался он плавно, почти изящно, а палочку достал с такой скоростью, которой бы позавидовал бы любой ловкач из магловского цирка.

— Отправляйтесь-ка вы в больничное крыло, Мальсибер! Пусть мадам Помфри осмотрит ваши ноги… Мистер Кроткотт! Помогите мистеру Мальсиберу…

— Да, сэр!

Слизеринец с лицом, напоминающим грызуна, подставил Мальсиберу плечо и вывел его из класса. Слизнорт подошел к столу Северуса Снейпа. Глаза профессора недоуменно перебегали с котла на лицо худенького черноволосого мальчика в поношенной мантии и обратно на зелье с желтоватым оттенком. Лили с волнением смотрела на реакцию учителя. Северус держался за ручку котла, смущенно разглядывая щель в полу. Слизнорт дрожащими руками вытащил вишневую зубочистку и окунул в зелье Северуса. Палочка тут же окрасилась и стала ярко-красного цвета.

— Святые небеса! Мистер Снейп, ваше зелье получилось идеальным…, - Слизнорт с недоверием разглядывал крючконосое лицо Северуса. Кажется, он никак не мог поверить, что в этом хрупком нескладном мальчишке, похоже, таится настоящий талант зельевара. От неожиданности и восторга Слизнорт даже не взглянул на котел Лили Эванс и не заметил, что их зелья со Снейпом идентичны.

— Мистер Снейп, прошу вас сегодня после уроков загляните ко мне в кабинет. Я хотел бы, кое-о-чем, переговорить с вами…

— Да, профессор, я непременно буду, - Северус говорил сдержанно, но по лицу было заметно, что он очень горд собой и самодовольная улыбка так и рвалась наружу.

— Это ж надо, а! Кто бы мог подумать…! Ай, да Снейп, браво, - бубнил себе под нос профессор Слизнорт, отходя к учительскому столу и унося с собой зелье Северуса.

— Сев, ты молодец! - поздравила его Лили.

— Спасибо, спасибо… - начал было смущенный Снейп и осекся, увидев, что на них с Лили смотрит Римус.

— Что тебе?

— Ничего, ничего, все в порядке…- ответил Римус. Он не хотел смущать и портить минуту славы Северуса. Римус не испытывал к Снейпу неприязни, а даже наоборот, чувствовал, что Северус ему интересен. Так же, как и Лили. Эта парочка вызывала у него живой интерес. Но кажется Джеймс был другого мнения:

— Что Нюниус, выслужился перед своим деканом?

Лили с силой развернула Северуса спиной к Джеймсу:

— Сев, не надо, Сев… Не обращай на него внимание… Поттер придурок, только и всего…

Северус пылал от гнева, его трясло, он глубоко вдыхал и выдыхал воздух ртом и глядя на Лили повторил:

— Поттер, придурок…надо держать себя в руках…все нормально.

— Все правильно, молодец.

— Чего ты там бормочешь, Снейп?

Лили подошла вплотную к Джеймсу и глядя ему прямо в глаза громко зашептала:

— Если ты еще раз пристанешь к нему…

— Что тогда? Что ты сделаешь, Эванс? – вызывающе спросил Джеймс.

Сириус дернул Джеймса за рукав:

— Эй, голубки, хватит вам, урок еще не кончился!

— Я скажу Марлин, что ты называешь ее набитой дурой, а Грюму скажу, что ты хвастался всем, что в поезде преподал урок ему самому.

— Эванс, ты шутишь? Это же бред. Тебе никто не поверит, - Джеймс не верил своим ушам, что Лили готова так нагло врать.

— Может и так, но только ты будешь под колпаком и у Грюма и у Марлин одновременно. Вот тогда посмотрим, кому из нас придется выслуживаться.

Джеймс смотрел на нее и не знал, что сказать, но гонора явно поубавилось.

— То тоже! – сказала Лили и отвернулась.

Профессор Слизнорт обратился со своего места к классу:

— Прошу вас, по тише, успокойтесь! Мисс Эванс, пройдите на свое место, пожалуйста!

— Да, да, извините, профессор, - елейным голосом ответила Лили, а сама грозно посмотрела на Джеймса.

— Ну они у меня попляшут! Оба…, - злобно шептал Джеймс, когда Лили отошла.

— Да брось ты их, Джеймс. Сдались они тебе! – успокаивал его Сириус.

Слизнорт громко объявил:

— Победителем нашего конкурса объявляется мистер Снейп. Его зелье получилось не просто хорошего качества, а очень хорошего. Оно ничуть не уступает по качеству моему собственному. Поэтому я присуждаю не пятнадцать, а двадцать очков Слизерину, которые по праву заслужил мистер Снейп своей потрясающей работой. Чтобы окончательно развеять чьи-либо сомнения, мы вылечим глаз мистера Блэка зельем мистера Снейпа.

Сириус опешил и взглянул на Джеймса.

— Сириус, не смей… Не смей пользоваться зельем… этого… Ты только посмотри на него. У него же на лице написано, что он тот еще тип. Вспомни, как он мечтал попасть на Слизерин! Ему прямая дорога к злым волшебникам, к темным силам… Дай ему волю, он нас всех проклянет и глазом не моргнет.

— Да ну, Джеймс, брось. Ну какой из него темный волшебник. Подумаешь один раз удачно зелье сварил. По-моему, ничего ему не светит. Ты когда-нибудь слышал про фамилию Снейп? Нет? Вот и я нет. Вряд ли он чего-то добьется. И к тому же, что мне целую неделю по школе с фонарем под глазом ходить?

Джеймс махнул рукой:

— Ладно, делай как знаешь!

Слизнорт подозвал Сириуса к своему столу, взял ватный тампон, макнул в котел и помазал мальчику сиреневый фингал.

— Ну…, мистер Блэк, как ощущения?

— Немного жжет, профессор.

— Это хорошо. Через несколько минут от вашего синяка не останется и следа.

И действительно прошло совсем немного времени и под глазом у Сириуса больше не было шишки с фиолетовым оттенком, она исчезла. Сириус потрогал рукой – ничего нет, посмотрел в зеркало – все чисто.

— Здорово…!

— Ну вот, видишь, как полезно уметь готовить необходимые снадобья. А вот если бы ты попал на мой факультет, то мог сильно в этом преуспеть.

— Не в этой жизни, профессор Слизнорт!

Слизнорт добродушно рассмеялся:

— Что ж, жаль! Прошу, пройдите на свое место, - и пробурчал себе под нос, - Сириус Блэк в Гриффиндоре… Кошмар!

Слизнорт взглянул на часы:

— Вот и пролетел наш первый урок. Домашнее задание пока будет устным. Вам необходимо выучить рецепт сегодняшнего зелья, перечитать и запомнить свойства ингредиентов для него. Сегодня многие из вас показали себя достойно. Молодцы! На этом все! Увидимся в понедельник.

Все потянулись на выход. Гриффиндорцы в одну сторону, студенты Слизерина в другую. И только Лили и Северус стояли еще в коридоре и тихонько переговаривались. Джеймс посмотрел на них и повернулся к друзьям:

— Римус, ну как тебе первый урок? Что получилось?

— Что вы там наварили с Питером? – смеясь спрашивал Сириус, выйдя из подземелья на этажи.

— Сам урок, конечно, потрясающий. Слизнорт так здорово рассказывает! Очень интересно, но… он прошел мимо нас, даже не снимая пробу. Кажется, я не рожден для зелий, - грустно ответил Римус.

— А у меня вообще все свернулось, - вторил ему Питер.

— Да бросьте, ребята! Первый блин всегда комом, - ободрил Сириус.

— У меня комками, - заметил Питер.

— А Кингсли и Дирк Крессвелл, кажется, не плохо справились, - немного с завистью заметил Римус.

— Подумаешь! Наверняка на каждом курсе есть такие… отличники. Мы тоже в чем-нибудь преуспеем. Будет и на нашей улице праздник. Главное не упустить этот шанс! А…, верно я говорю, Сириус! – Джеймс взлохматил свою шевелюру.

— Конечно…, будет и у нас возможность отличиться. Мы ведь не какие-нибудь бездари…

Римус хотел было что-то сказать, но не стал. Пример Северуса Снейпа отпал сам собой. Римус испугался, что это может опять спровоцировать непонятную неприязнь Джеймса к Снейпу. Он постарался улыбнуться и отбросить дурное впечатление от своей неудачи с зельями:

— Есть хочется!

— Да, это точно… Уж завтра я встану пораньше. Завтрак больше не проспим, - Сириус погладил свой живот.

— У нас Защита от темных искусств, а потом обед - говорил Питер, жалобно глядя на своих друзей.

— Пойдем на защиту? – Сириус накинул руку на плечо Питера.

— Ага…

Первокурсники Гриффиндора небольшой группой прошли до третьего этажа, где находился кабинет Защиты от темных искусств. Перед дверью собрались так же сразу два факультета. На этот раз заниматься вместе с Гриффиндором выпало Пуффендую. Студенты этого факультета уже собрались и ждали начала урока. Среди первокурсников Пуффендуя были в основном девочки, они стояли отдельной стайкой от своих трех мальчиков и щебетали на все лады. Девочки оглянулись на подошедший факультет Гриффиндора, где в большинстве были мальчики и стали хихикать и переглядываться. Римус заметил, как Сириус и Джеймс, не сговариваясь, как бы между прочим, стали прохаживаться мимо девочек Пуффендуя, засунув руки в карманы и изобразив на лицах брутальную расслабленность. Другие мальчики Гриффиндора так же на все лады начали изображать крайнюю занятость и, якобы, полнейшее игнорирование всех девочек. Но самое интересное, что все мальчики игнорировали девочек как можно ближе к последним. Римусу стало смешно, что все его друзья, включая Питера, вдруг стали болванами и несли друг другу полнейшую чушь с самым серьезным видом. Зато девочки Гриффиндора похоже нисколько не радовались тому, что их однокурсников одолел один и тот же вирус глупости. Лили и Алиса стояли в стороне, сложив руки на груди и недовольно оглядывая своих мальчишек, говорящих, о чем угодно, но только не о уроках. Алиса поманила пальцем одного из Грффиндорцев:

— Френсис…!

Френк Долгопупс со словами «Я сейчас» оторвался от «важного» разговора с Кингсли Бруствером и Дирком Крессвеллом.

— Чего…? – нехотя подошел Френк.

Алиса обвила локоть Френка своими руками:

— Постой с нами… Нам скучно…

— Сейчас уже урок начнется, а нам надо обговорить с Кингсли одно важное дело… - Френк пытался вытащить свою руку, но Алиса держала крепко.

— Твое дело подождет! А мы с Лили стоим тут совсем одни и любуемся как вы распустили свои гребешки и перья.

— Какие еще гребешки и перья? – не понимал Френк.

— Не важно… Стой с нами, а с Кингсли поговоришь после уроков.

— Ладно… - нехотя согласился Френк с кислой миной на лице.

Римус смотрел на весь этот концерт и испытывал дикое желание как следует посмеяться над друзьями. Но улыбка сползла с лица. Римус заметил зеленый блеск. Снова! Тот самый. Как и на перроне Хогвартс Экспресса. Одна из девочек Пуффендуя показывала своим подружкам красивый зеленый браслет на запястье. Римус смотрел, не отрываясь. Браслет манил своим таинственным блеском. Звал. Тянул к себе Римуса. Римус как под гипнозом тихо подошел к девочке. Та обернулась, не ожидая такой бесцеремонности:

— Ты чего? – девочка густо покраснела, потому что все уставились на нее, ожидая дальнейшей реакции.

Даже Джеймс и Сириус открыли рты, пораженные смелостью Римуса. Но Римус не собирался завязывать знакомство с девочкой. Его интересовал только браслет:

— Послушай…, эм-м, ты кажется Амелия? Верно? Амелия Боунс?

— Да, а что?

— Откуда у тебя эта вещь? – Римус указал на браслет.

— Откуда, откуда… Мама мне подарила…!

— Но это неправда… - Римус уже видел этот браслет раньше и был уверен, что он тот же самый, что был на руке отца Адэра Прайса.

— Да как ты смеешь! По-твоему, я лгу? – Амелия напустила на себя оскорбленный вид.

Другие девочки смотрели на Римуса с осуждением.

— Нет, нет… - попытался оправдаться Римус.

В это время к двери подошла высокая красивая дама. Она навела волшебную палочку на дверной замок. В замке щелкнуло и дверь открылась. Глубоким грудным голосом с акцентом дама пригласила всех внутрь:

— Дети! Прошу пройти в класс.

Класс был большим и светлым. Первую его половину занимали ученические парты. За партами находилась совершенно пустая круглая площадка. Учительского стола не было. Яркий дневной свет освещал кабинет, падая из больших, широких окон. Подоконники сплошь были уставлены цветами. На потолке висела огромная круглая люстра. В дальнем углу потрескивал дровами зажженный камин. Ученики расселись по местам. Преподавательница встала перед первым рядом парт. Это была женщина, возраст которой трудно было определить. Когда-то жгучая брюнетка, теперь ее волосы были покрыты изрядной сединой, но при этом выглядела она шикарно. Природной красотой и привлекательностью она явно не была обделена. Высокий рост, осанку и манеру одеваться можно было назвать элегантными. Движения изящными. Профиль благородным. Весь ее вид вызывал восхищение и уважение. Все мальчики смотрели на учителя с придыханием. На ней была длинные черные брюки-юбка и тонкий черный свитер с длинным рукавом и высоким воротом. Свитер и брюки удачно подчеркивали ее хорошо сохранившуюся фигуру. На груди на тонкой золотой цепочке висел брегет – маленькие часы с крышечкой. Голосом оперной певицы с легким русским акцентом дама представилась:

— Доброе утро, дети! Я ваш преподаватель по Защите от темных искусств. Меня зовут миссис Мэри Маркофф.

При этом имени Римус встрепенулся. На миг ему почудилось, что он оказался дома. Дама заметила это и улыбнулась Римусу.

— Прошу всех называть меня миссис Маркофф, либо профессор… Приступим к нашему первому уроку?! - она скрестила пальцы на руках, прижав их к груди.

«Красивая!» - подумал Римус. Вот значит о ком рассказывал Уильям. Это и есть его бабушка. Как же здорово она выглядит. Римус смотрел как говорит миссис Маркофф и не слышал ее. В каждом движении рук, губ, повороте головы он узнавал своего друга почтальона. Тоска по дому накрыла Римуса. Воспоминания, совсем свежие, больно сжимали горло. Каких-то два дня назад мама готовила утку и приглашала на обед почтальона мистера Маркоффа. Папа обнимал своими добрыми, теплыми руками. Предательская слезинка капнула на парту. Римус тут же вытер ее рукавом и испуганно оглянулся по сторонам. Кажется, никто не заметил его секундной слабости… Никто, кроме Лили. Ее невероятные зеленые глаза смотрели прямо на Римуса. Снова Римус поймал себя на мысли, что Лили очень красивая. Римус застенчиво улыбнулся. Лили улыбнулась в ответ. Улыбнулась доброй улыбкой поддержки. Кажется, она понимала, что чувствует Римус. Наверное, что-то подобное испытывала, и она сама.

А в это время класс увлеченно слушал миссис Маркофф:

— Мир темных существ притягателен, заманчив, опасен! Темная сущность вовсе не есть само зло. Это просто другой мир, который живет и хочет жить по своим правилам. Мы, волшебники, ограничены узким взглядом на мироздание. Нам кажется, что важны только наши правила, по которым должен жить и весь остальной мир. Но кто дал нам на это право? Почему одних мы называем светлыми, других темными? Только лишь потому, что они другие?! Темные существа могут создать большие неприятности, навредить или даже убить, это верно. Но почему они так поступают? Есть ли у них на то причины? В этом стоит разобраться…

Миссис Маркофф говорила совершенно неожиданные вещи. Никто и представить не мог попытаться понять темных существ.

— Темные существа живут в своем собственном мире и появились очень…, очень давно, может быть даже раньше самих волшебников. Так разве они не имеют, такое же, как и мы, право защищать себя. Они рождаются, живут, питаются, размножаются и умирают. Все, ровно тоже самое, что делаем и мы. Так почему же мы волшебники решаем кому жить, а кому умирать, кто добрый, а кто злой? Потому что нам кажется, что мы хозяева магии?! Нам кажется, что только мы имеем право устанавливать законы в большом и многообразном мире. И это нежелание мириться с другими видами привело нас, волшебников, к вечному противостоянию с волшебными существами. Одни заняли нейтральную позицию и живут мирно, другие прячутся и скрываются от волшебников, третьи ненавидят нас и оказывают сопротивление, за это мы называем их «темными». И теперь перед нами стоит выбор – бороться с ними или попытаться понять. Я хочу научить вас, чтобы вы не смотрели на темных существ как на ничтожество. Хочу, чтобы вы поняли, что и они достойны уважения, не смотря на беды, которые приносят. Но такова их природа! Настоящая тьма не в них. Настоящая тьма в людях, которые пользуются знаниями темных сил и направляют их во зло. Мы же научимся понимать природу бытия темных существ не для того, чтобы нанести кому-то вред, а, чтобы суметь предупредить и избежать вреда. Помните! Не темная магия делает волшебника злым, а лишь его темные желания. Волшебники с такими желаниями превратили магию темного мира в оружие и назвали его «темными искусствами». Моя задача научить быть готовыми встретиться с темными существами и темным искусством.

Тишина в классе была гробовая. Все слушали с замиранием сердца. И даже Джеймс, презирающий темных магов, своим молчанием соглашался с тем, что учитель говорит дело. Римус снова посмотрел на Лили. Почему на него так действуют ее глаза. Зеленые глаза… Зеленый браслет... Черт, опять этот зеленый браслет. Что с ним не так? Почему Римус хочет еще раз увидеть этот браслет…? И что еще важнее - он хочет его получить. Очень хочет. Римус нашел глазами Амелию Боунс. Она сидела на соседнем ряду, только на первой парте. Римус видел, как она любуется своим браслетом, поглаживает его и подставляет отполированную поверхность под свет из окна. Браслет блестит и переливается всеми оттенками зеленого. Миссис Маркофф подошла к Амелии:

— Какой красивый у тебя браслет! Знаешь, что это за камень?

— Э-э…, я не помню название, - Амелия явно не знала этого.

— Это малахит, его еще называют муррин, это один из самых мощных магических камней, - спокойно сказала миссис Маркофф, - тебе следует об этом знать, раз ты носишь такое украшение.

«Муррин» - повторил про себя Римус.

Амелия забеспокоилась, мельком взглянула на Римуса и спросила:

— Он… не опасен?

— Я думала ты знаешь для чего его носят…, – миссис Маркофф, удивленная незнанием Амелии, добавила, - я бы рекомендовала носить только тот амулет, свойства которого, тебе известны.

Миссис Маркофф прошла дальше вдоль парт, рассказывая урок. Амелия забеспокоилась и сняла браслет. Убрала его в сумку и оглянулась. Римус отвернулся к учителю.

— На протяжении всего учебного года мы будем изучать различных существ из, так называемого, темного мира. Изучим их характер, повадки. Узнаем, чем они опасны и… чем полезны. Узнаем, как защитить себя от воздействия их магической силы…

Миссис Маркофф говорила и говорила о том, с чем придется столкнуться на ее уроках. Приводила уйму примеров, рассказывала, чем отличаются темные существа от темной магии, зачем вообще изучать защиту от темных искусств. Слушать было очень интересно. Джеймс и Сириус ни разу не перебили учителя и не выкинули ни одной шалости. Время пролетело незаметно. Римус чувствовал, как у него урчит живот, требуя пищи.

— На этом, пожалуй, мы можем закончить! – сказала миссис Маркофф взглянув на свои часики, - домашнее задание начну задавать со следующего урока. А пока желаю всем приятного аппетита.

Класс загудел. Все вставали со своих мест и маленькими группками потянулись к выходу. Миссис Маркофф подошла к Римусу:

— Мистер Люпин, прошу вас, задержитесь на несколько минут.

— Да… Хорошо!

Друзья недоуменно переглядывались и смотрели то на Римуса, то на учителя.

— Идите, идите…, встретимся в большом зале на обеде…, у меня тут есть одно дело, - Римус просил друзей не ждать его.

Сириус, Джеймс и Питер ушли.

«Счастливые! Сейчас будут поедать копченые ребра» - подумал Римус и рот наполнился слюной.

Миссис Маркофф позвала:

— Римус, пойдем со мной. Я много времени у тебя не отниму. Понимаю, что ты, наверное, ужасно голоден - сказала она с доброй улыбкой.

Вдвоем, они прошли в учительский кабинет, в который из класса вела набольшая лесенка. Кабинет был очень маленьким, но при этом уютным. Теплые приятные краски, никакой излишней роскоши. Маленькое оконце, занавешено тюлем с занавесками, которые по-домашнему подвязаны голубой ленточкой. Небольшой круглый стол посередине, покрытый расписной скатертью. На столе самовар и чашки. На стене и на полу персидские ковры.

— Проходи, не стесняйся! Вот…, присаживайся. – миссис Маркофф указала на один из стульев, а сама стала расхаживать по комнате.

Римус присел, рассматривая ковры. Миссис Маркофф волновалась и заламывала себе пальцы.

— Даже и не знаю с чего начать…! Дамблдор рассказал мне, что вы дружны с Уильямом.

— Да… Он мой друг… Мы часто говорили о вас… У меня, кстати, есть письмо…, – Римус полез в сумку.

Миссис Маркофф услышав про письмо прикрыла рот ладонями и присела на соседний стул, глаза ее сильно увлажнились. Римус протянул конверт своему учителю. Она быстро вытащила письмо, и ее глаза забегали по строчкам. В конце письма взгляд уже задерживался на каждом слове. Слезы текли из глаз миссис Маркофф, но она этого не замечала, а только улыбалась и еще сильнее плакала. Римусу стало не ловко и он отвернулся, глядя на портрет какого-то русского офицера, висевший на стене. Офицер одну руку держал на рукоятке сабли в ножнах, второй рукой залихватски подкручивал свои усы и подмигивал Римусу. Римус подмигнул ему в ответ. Офицер убрал руку за отворот мундира и уставился на Мэри Маркофф.

— Римус, извини, что тебе приходиться видеть мои слезы, - миссис Маркофф, растроганная письмом Уильяма, вытирала платком глаза.

— Все в порядке… не волнуйтесь. Уильям тоже плакал, когда мы прочитали ваше письмо…

— Спасибо, тебе мой мальчик! Спасибо за добрые вести… Расскажи, как он там? Хорошо ли себя чувствует?

И Римус кратко пересказал, как они познакомились с добрым почтальоном, как ели мороженое в парке, как Уильям провожал его на Хогвартс-Экспресс, но опустил историю про приступы и свою болезнь. Миссис Маркофф слушала очень внимательно, иногда, по-детски счастливо, улыбаясь. Когда Римус закончил рассказ, миссис Маркофф забеспокоилась:

— Тебе, наверное, пора на обед. Нельзя его пропускать. Я, надеюсь, мы с тобой теперь часто будем видеться. И еще о многом поболтаем…

— Да, было бы здорово… - сказал Римус, собираясь уходить, но тут он вспомнил... – Миссис Маркофф, а можно у вас кое о чем спросить?

— Да, конечно, спрашивай!

— А чем так замечателен муррин?

— Муррин? А-а-а… Ты, наверное, имеешь в виду браслет Амелии Боунс?!

Римус слегка покраснел и утвердительно кивнул.

— Странно, что она носит на руке такой мощный магический камень и ничего о нем не знает. В России, откуда я родом, этот камень добывают в горах Урала и называют малахит. Обычные люди, те что не волшебники делают из него поделки и украшения. Шкатулки, чаши, наконечники для трости и даже стены дворцов украшают малахитом. Для них это просто красивый камень. Они не понимают его настоящей силы.

— А в чем его сила…? – спросил Римус, затаив дыхание.

— У него много свойств и некоторых даже мы, волшебники, не знаем. Но главное, он помогает человеку оставаться человеком…

— Как это?

— Магия этого камня проникает в самое сердце, в глубину души человека. Камень как бы всасывает в себя черную магию и забирает ее из человека. Если человек поражен черной магией, то камень помогает сопротивляться ей. Это такой оберег. Даже если на тебя наложили неизлечимое заклятие, изуродовали, прокляли, изменили сознание и внешность, камень позволяет оставаться в душе человеком, все помнить и контролировать свои действия. Особенно камень силен в полнолуние…

Римуса словно обухом огрели по голове:

— А что значит изменили сознание и внешность?

— Ну, человека могли заколдовать и превратить в кого-нибудь.

— В кого, на пример? – Римус почувствовал, как рубашка на спине намокла.

— Например, в оборотня. Ты слышал что-нибудь про оборотней?

Римус утвердительно кивнул.

Миссис Маркофф внимательно посмотрела на Римуса:

— Название муррин пришло из древности. Именно оборотни носили амулеты из муррина, если не хотели никого убивать. От превращения они не спасали, но позволяли ощущать себя человеком и не нападать. Иногда надевали люди, желающие защитить себя от оборотня. При приближении к камню, к оборотню возвращалось человеческое сознание. А почему ты об этом спрашиваешь?

— Да так. Для понимания. Просто интересно… Мой отец пол жизни провел, обезвреживая опасных существ.

— Да-а… Министерство Магии постаралось на славу… Столько интересных экземпляров уничтожили, что просто уму не постижимо…, - с горечью констатировала миссис Маркофф.

— Но, мой отец…

— Не переживай, твой отец хороший человек. Я о нем слышала. И Дамблдор о нем очень высокого мнения. Но вот само Министерство очень часто поступает с темными существами неоправданно жестоко.

Римус на мгновение задумался о работе отца, но тут же снова вернулся к своему вопросу:

— Послушайте, миссис Маркофф, но если муррин такой замечательный, то почему бы всем не раздать такие браслеты, и все будут защищены.

— Не все так просто. Во-первых, если из него сделали шкатулку, то она и будет шкатулкой. Магия камня спит внутри. Чтобы она работала, ее надо пробудить. Для этого надо обладать знаниями и способностями. Это очень древняя и мощная магия, она доступна не каждому. Во-вторых, как я уже сказала, камень вбирает в себя зло и накапливает его, но только в том случае, если камень пробудили. Приходит время, когда в камне становится слишком много зла, оно перестает вмещаться и может попытаться вырваться наружу. И тогда надо очистить камень, а это очень опасно. Такая концентрация зла в одном месте может принести большие беды. Здесь нужно будет действовать только очень сильному волшебнику, а лучше нескольким… И, самое главное, по моим сведениям, магическая формула заклятия для муррина и его очистки давно утеряна. Вряд ли кому-то удастся наложить такие чары на волшебный камень…

Римус задумался и молча смотрел на ковер на полу.

— Все, Римус, беги на обед. Мне тоже пора… Еще увидимся! – миссис Маркофф решила прервать свой рассказ и встала из-за стола.

Римус согласно кивнул:

— Да-да, конечно!

И попрощавшись, вышел из кабинета. До Большого Зала Римус добрался без приключений. У дверей его встретила Амелия Боунс:

— Слушай, Люпин, ты извини… Мне не удобно было говорить при девочках… В общем, я его нашла… Браслет этот. На перроне возле Хогвартс-Экспресса. Кто-то обронил, а я нашла. Я тут подумала, раз ты спрашивал про браслет, то может ты его и потерял?

Не зная почему, Римус соврал:

— Да, это я его потерял… Увидел у тебя на руке и хотел спросить…

— На вот, забирай! Он мне не нужен… Но давай договоримся, ты никому об этом не расскажешь. Я скажу подругам, что потеряла, а ты забери его себе и не показывай, спрячь куда-нибудь, хотя бы временно не показывай… Ну, ты понимаешь! Не хочу никаких расспросов… Типа, чтобы про нас с тобой никто ничего не подумал, - Амелия при этих словах покраснела до кончиков ушей.

— Да я и не собирался…

— Все, пока! – Амелия Боунс не стала слушать и убежала.

Римус взял в руки браслет и почувствовал, как тот еле-еле завибрировал. Рисунок камней задвигался, цвет менялся на все оттенки зеленого, образуя на поверхности темные переливы, словно поверхность далекой планеты, по которой движется огромный циклон. Римус с трудом оторвал взгляд от завораживающего зрелища.

— Эй, Римус – Джеймс махал Римусу рукой из-за стола, сверкая своими очками.

Римус спрятал браслет в сумку и подошел к друзьям, которые вовсю набивали животы.

— Ну, чего ты так долго? Мы уже начали беспокоиться. Зачем миссис Маркофф тебя просила задержаться? – спрашивали Сириус и Питер.

Питер хоть и был маленький, но кушал с изрядным аппетитом. Жуя котлету, он сказал:

— Сириус уже подумывал идти вызволять тебя из ее рук.

Римус рассмеялся:

— Все в порядке. Она хорошая. Просто она бабушка одного моего знакомого, и я передал ей от него письмо.

— А-а, вот оно что! – сказал Джеймс втыкая вилку в большую картофелину.

Римус с аппетитом накинулся на еду. Сириус, между прочим, сказал:

— Кстати, мы тут увидели за Слизеринским столом Адэра Прайса…

Римус упоенно жевал ветчину, но прислушался:

— И…?

— Рядом с ним, кроме двух человек, никто не садился. Им обоим он сделал такой же приветственный знак, как ты описывал…

Джеймс добавил:

— И у каждого из этих двоих в мантиях торчали булавки с зеленой головкой…

Питер наклонился поближе к Римусу:

— Они шептались и оглядывались по сторонам…

Римус заинтересовался:

— А где они сейчас?

— Мы не знаем. Но есть идея! Может стоит выяснить что эти обладатели зеленых булавок затевают! – сказал за всех Джеймс.

— Конечно, стоит! – воскликнул Сириус, - мы в школу пришли не только для того, чтобы учиться.

— Это точно! – воскликнул возбужденно Питер.

Римус, довольный поддержкой, заметил:

— Значит не я один мечтаю о приключениях!

— А ты думал! – ответил Джеймс, - мой отец говорил, что в Хогвартсе столько тайн, что еще никому не удавалось открыть их все. Так что предлагаю открыть первую тайну, а именно, выяснить чем занимаются эти три странных слизеринца кроме учебы.

Сириус уверенно заявил:

— Тогда нам нужен план!

— Точно! – воскликнул разгоряченный Римус и с силой опустил руку с вилкой на стол. Кусок ветчины слетел с вилки и плюхнулся в соусник с майонезом. Брызги майонеза полетели Питеру в лицо:

— Ай, Римус, аккуратней!

Джеймс и Сириус громко ржали, пока Питер вытирал лицо. Римуса кто-то потряс сзади за плечо. Римус обернулся. Позади стоял первокурсник с гербом Когтеврана:

— Тебе просили передать…, - он протянул Римусу запечатанную записку.

— Кто просил?

— Профессор Дамблдор!

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

7 из 18