Глава 1: Новая глава
Новая глава
2062
0
Для большинства учеников Хогвартса, Дурмстранга и Шармбатона Святочный бал проходил прекрасно. Зал выглядел великолепно, еда была восхитительной, а все гости — красивыми. Пока пары танцевали, в зале царила довольно мирная атмосфера. За исключением небольшой компании в дальнем конце зала. Там спорили.
— Ты братаешься с врагом! — орал Рон Уизли прямо в лицо Гермионе Грейнджер. Он раскраснелся до корней волос.
— Как ты смеешь! — крикнула в ответ Гермиона, не менее разъярённая. — Этот турнир проводится ради международного магического сотрудничества! Чтобы мы заводили друзей!
Решив наконец оставить за собой последнее слово хотя бы в одном из их споров, она резко развернулась на каблуках и зашагала через танцевальную площадку. Уже у двери Гермиона быстро обернулась и бросила последний взгляд туда, где оставила Рона. Жалкий рыжий придурок теперь мечтательно смотрел на танцующую неподалёку Флёр Делакур. Ярость на мгновение застлала Гермионе глаза. Как он смеет говорить такие обидные вещи, а через двадцать секунд уже и думать о них забыть?
Она вылетела в вестибюль, ища, куда сбежать. Нескольких успокаивающих вдохов оказалось недостаточно. Ей всё ещё не удавалось вырваться. Внезапно стены замка словно начали смыкаться вокруг неё. Стараясь не споткнуться на каблуках, Гермиона бросилась к входным дверям и выбежала на вечерний воздух.
Рождественская ночь была тихой и прохладной; в шёлковом платье Гермиона слегка зябла. Осторожно ступая по заснеженной брусчатке, она вышла на середину двора. В воздухе медленно кружились снежинки; несколько опустились ей на нос. Она оглянулась на двери замка. Из зала доносилась негромкая музыка.
Слеза скользнула по щеке, леденея на зимнем воздухе. Гермиона подавила всхлип, твёрдо решив не разрыдаться. Она потёрла руки, пытаясь согреться. Холодный воздух словно резал кожу ножами. Сдавшись, она опустила руки. Ей стоило огромных усилий не рухнуть на землю.
Это был её вечер, её миг. Возможность наконец не думать об уроках, Г.А.В.Н.Э., зловещих замыслах и даже о двух лучших друзьях. Возможность просто побыть обычной девочкой-подростком на балу с мальчиком, который ей нравился. Ради этого случая она нарядилась, накрасилась и даже сделала причёску. В зал она вошла, чувствуя себя принцессой, а вышла — ощущая себя какой-то оборванкой, недостойной внимания, которое, как она прекрасно знала, весь вечер привлекала.
Как Рональд смеет кричать на неё за то, что она пришла на бал с Виктором Крамом? Какое ему вообще дело до того, с кем она ходит на свидания? Почему ему позволено орать, что она «братается с врагом», если сам он приглашал Флёр Делакур — ещё одну участницу турнира? Он испортил ей вечер одними лишь словами. Как человек, называющий себя её лучшим другом, мог так унизить её и бросить ей в лицо такие обидные обвинения? И почему Гарри за неё не заступился? Она оставалась рядом с ним, когда все остальные, включая Рона, от него отвернулись. Не верилось, что эти двое — её лучшие друзья.
Гермиона стёрла с лица ещё одну слезу. Сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться. Не получилось. Она не могла вернуться и предстать перед всеми в таком виде, особенно перед Крамом, который ей по-настоящему нравился. Чёртов Рон! Вечно он так: сбивает её с ног, едва ей захочется взлететь. Как он вообще оказался её лучшим другом?
— Грейнджер? — раздался голос из темноты. Гермиона обернулась и застонала.
Из вестибюля вышел Драко Малфой и теперь спускался по ступеням. Его почти белые светлые волосы поблёскивали в темноте. Тёмная парадная мантия развевалась вокруг него, пока он приближался. Гермиона снова застонала. Сейчас она чувствовала себя беззащитной, а Малфой никогда не упускал возможности добить того, кто и так лежит.
— Чего тебе, Малфой? — огрызнулась она, скрестив руки на груди. Голос слегка дрогнул.
Слизеринский принц окинул её взглядом, не пропуская ни дюйма. Обычно к этому моменту Гермиона уже отвесила бы ему пощёчину. Однако что-то её остановило.
Глаза Малфоя были другими. Глубокие серебристые глаза, обычно такие жёсткие и холодные, изменились. Гермиона не понимала, какое чувство в них таилось. Знала лишь, что это не ненависть.
— Грейнджер… — тихо произнёс он. — Ты в порядке?
— Всё просто чудесно, Малфой, — ответила она, надеясь окатить его целым ведром сарказма.
— Неправда, — нахмурился он. — Я видел, как ты выбежала из зала. Что случилось?
Гермиона усмехнулась. — Как будто тебе не всё равно, Малфой. — В горле снова застряли всхлипы.
— Гермиона… — произнёс он. Её пронзило изумление. Малфой никогда не называл её по имени. Всегда только Грейнджер, грязнокровка или какое-нибудь другое унизительное прозвище. Услышать своё настоящее имя — Гермиона — из его уст было совсем иным ощущением.
— Что, Малфой? — раздражённо спросила она. Назвал он её по имени или нет, общаться с ним сейчас ей всё равно не хотелось.
Чистокровный принц сделал несколько шагов и остановился прямо перед ней. Гермиона почувствовала, как по лицу снова катятся и леденеют слёзы. Она заморгала, сдерживая их, и уставилась в землю. Сейчас смотреть ему в лицо она не могла. Драко протянул руку, поддел пальцами её подбородок и приподнял голову, заставив встретиться с ним взглядом.
— Что случилось? — тихо спросил он. Его глаза были такими глубокими. Ей казалось, что она может в них утонуть. Эти глубокие серебристые глаза словно сами вытягивали ответ из её уст.
— Мы с Роном поссорились, — без всякого сопротивления ответила она. В его глазах было столько чувств.
— Из-за чего?
— Крама, — негромко ответила она.
Драко на мгновение задумался, глядя куда-то ей за плечо. Когда он снова встретился с ней взглядом, на его губах играла ухмылка.
— Уизли не слишком обрадовался, что ты пришла с болгарином, а?
Гермиона покачала головой. Из пучка выбилось несколько локонов.
— Ты ведь понимаешь, что Уизел просто ревнует? — спросил Малфой, всё ещё ухмыляясь.
Гермиона вздрогнула. Слова несколько раз прокрутились у неё в голове, прежде чем она осознала их смысл. Что? Рон? Рон… ревнует?
Словно в голове у Гермионы зажглась лампочка. Внезапно всё обрело смысл. Будто она наконец разобралась в сложной теме по трансфигурации. После бесконечных занятий, попыток и раздражения от невозможности найти ответ всё в одну секунду стало ясно.
Она нравилась Рону. Это объясняло всё. Почему он так на неё злился, почему донимал вопросами о том, с кем она идёт на бал, почему так её опекал, — он просто не умел выражать свои чувства. Внезапно Гермиону захлестнула обжигающая ярость.
— КАК ОН СМЕЕТ? — взвизгнула она. — Как он смеет портить мне вечер из-за собственной мелочности и ревности? У него была возможность пригласить меня, но он этого не сделал! А теперь, когда я прекрасно проводила время со своим кавалером, ему понадобилось взять и всё испортить. Сын банши! — С этими словами она снова расплакалась.
Во время её гневной тирады Малфой выглядел весьма довольным. Однако стоило ей заплакать, как он тут же забеспокоился.
— Грейнджер? — нерешительно спросил он. — Я знаю, что Уизли придурок, но почему ты так расстроена? Никто не стал бы тратить столько чувств на этого рыжего. А если стал бы, я бы окончательно потерял веру в человечество.
Гермиона шмыгнула носом и вытерла слёзы. — Тебе-то какое дело, Малфой?
Малфой не отвёл взгляда. — Почему ты так расстроена? — повторил он.
Поникнув головой, она сдалась: — Потому что сегодня у меня был единственный шанс. — Слова прозвучали едва слышно.
— Прости? — переспросил он. Было так странно не слышать в его голосе злобы.
— Это был мой единственный шанс, — отчётливо произнесла Гермиона, подняв голову и посмотрев ему в глаза.
— Единственный шанс на что? — недоумённо спросил он.
— Побыть кем-то другим. Не Гермионой Грейнджер, заучкой и маленькой пай-девочкой, лучшей подругой Гарри Поттера и Рональда Уизли. Не книжным червём и не той, у кого списывают домашние задания. Сегодня мне хотелось стать кем-то другим, перестать быть для всех запасным вариантом. Кем-то, кого считают красивой. Кем-то, с кем мечтают быть рядом. Я хотела танцевать с мальчиком, который мне нравится, и видеть, как загораются его глаза, когда он смотрит на меня. Хотела провести вечер без зловещих замыслов, ссор, домашних заданий и даже книг. Просто хотела побыть кем-то другим. Всего один вечер.
Пока она говорила, слёзы беспрепятственно текли по щекам. Чёртов Рональд, зачем он всё испортил? Она хотела только этого, но ему, конечно, понадобилось по своему обыкновению превратить весь вечер в представление о себе. Ей нравился Крам, а она нравилась ему — почему её лучший друг не мог просто позволить ей быть счастливой? Разве не этого желают девушке, которая нравится? Счастья?
Малфой окинул её взглядом и снова посмотрел в глаза. Гермиона насторожилась. В его серых глазах появилось новое чувство, которого она прежде не видела. Почти… забота?
Малфой повернул голову к двери, прислушиваясь. — Слышишь, Грейнджер? — Музыка из Большого зала неторопливо плыла во двор, тихонько звеня у неё в ушах. Гермиона кивнула.
Малфой улыбнулся — не привычной ухмылкой, а настоящей улыбкой. Гермиона растерялась. А когда Драко протянул руку, растерялась ещё сильнее.
— Не окажешь ли мне честь потанцевать со мной? — тихо спросил он, глядя на неё из-под упавших на лицо прядей.
Слишком потрясённая и озадаченная, чтобы придумать что-то другое, Гермиона вложила ладонь в его руку. Слегка усмехнувшись, Малфой потянулся другой рукой к её затылку. Она почувствовала, как он вынимает шпильку из пучка. Волосы рассыпались по плечам локонами.
— Так лучше, — тихо пробормотал он, заключая Гермиону в объятия.
Когда Малфой начал покачиваться из стороны в сторону, Гермиона чувствовала себя очень неловко. Однако через несколько мгновений расслабилась и обвила руками его шею. Она заметила, как он усмехнулся в ответ. Так двое врагов начали танцевать.
Они танцевали во дворе, ведомые музыкой. Едва долетавшие до них мелодичные переливы казались волшебными. Снежинки легко опускались на головы и руки, но быстро таяли. Здесь, в объятиях Малфоя, Гермионе было очень тепло. На нос опустилась снежинка. Всё происходящее казалось зачарованным.
Щёки Гермионы раскраснелись. По коже бежали мурашки, но не от холода. Она подняла глаза на Малфоя. Он пристально смотрел на неё сверху вниз. Отвести взгляд не получалось. Его глаза завораживали. Малфой тоже не нарушал зрительного контакта — напротив, наклонился к ней ещё ближе.
Он подался вперёд и приблизил губы к её уху. Гермиона вздрогнула, когда они коснулись кожи.
— Ты ни для кого не запасной вариант, — прошептал он. С этими словами Малфой отстранился, прервав их танец. Гермиона едва не пошатнулась, совершенно сбитая с толку. В голове, ещё секунду назад такой спокойной, внезапно воцарился хаос.
Не понимая, что только что произошло, Гермиона попыталась собраться с мыслями. Они бешено проносились в голове. Почему она только что танцевала с Малфоем? Почему ей понравилось? «Сосредоточься, Гермиона!» — мысленно прикрикнула она на себя. Нужно сделать что-нибудь понятное, что-нибудь осмысленное. Крам — нужно найти его. Его она понимала.
— Ну, эм, Малфой, — сказала она, запинаясь. — Мне пора. Виктор… эм… наверное, меня ищет.
Малфой кивнул, в последний раз окинув её взглядом. Он стоял молча, с серьёзным лицом. Гермиона едва не споткнулась, разворачиваясь, и направилась обратно к замку. Уже у самых дверей она услышала за спиной оклик. Обернувшись, в последний раз встретилась с серебристыми глазами.
— Гермиона? — позвал он. От того, как её имя прозвучало из его уст, по спине пробежала дрожь.
— Да? — спросила она, радуясь, что больше не запинается.
Он ещё раз оглядел её, и на лице появилась знаменитая малфоевская ухмылка. Но на этот раз в глазах было столько чувств. Эти глаза… — подумала Гермиона, снова отвлекаясь, пока слова Малфоя не вырвали её из задумчивости.
— Ты сегодня прекрасна.
Сердце Гермионы пропустило удар. Прекрасна. Сегодня она была прекрасна. Стараясь не показать, как счастлива, она торопливо поблагодарила его и наконец отвернулась от слизеринского принца и его глаз. Быстро вернулась в замок, пытаясь забыть случившееся. Но не смогла — и никогда не сможет. И кое-что навсегда останется с ней, хотя, отыскав Крама, она и отогнала эту мысль.
Она ни для кого не запасной вариант.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!