Глава 1: 1.

1.

23

0

Mот Molwe
Поделиться

— Ну конечно, бросайте нас и идите тайком пробираться в гостиную Когтеврана! — возмущался Рон, пока Луна и Гарри выскальзывали из Выручай-комнаты в коридор. — Он ещё с третьего курса туда хотел!

— По крайней мере, он не бросает нас, чтобы пойти целоваться с кем-нибудь, — попыталась утешить его Гермиона. — Не то что на третьем курсе.

— Ага, потому что Джинни не дала ему уйти с Чжоу! Кстати, молодец, что остановила. Иначе его бы не было несколько часов! — Рон положил руку сестре на плечо и, похоже, не заметил, что та слегка позеленела.

— Раз уж заговорили о том, кто кого бросал: чем вы вообще занимались весь последний год, пока мы воевали с Пожирателями смерти и время от времени попадали в плен и под пытки? — непринуждённо спросил Невилл.

— Ну, мы… — начала Гермиона.

— Нет, «Миона! — перебил Рон и зажал ей рот ладонью.

Она сверкнула на него убийственным взглядом, а Джинни приподняла брови.

— «Миона»? У тебя для неё есть ласковое прозвище? Значит, вы наконец встречаетесь?

Рон покраснел.

— Э-э, вообще-то нет…

Джинни моргнула.

— Погоди, погоди. Ты хочешь сказать, что вы почти год были вдвоём, и ты так и не собрался пригласить её на свидание?

— Но мы были не одни! Там был Гарри!

— Он самый невнимательный человек из всех, кого я знаю, — сказала Джинни.

— Эй! Я был занят! — возразил Рон.

— Чем? — потребовала Джинни.

— Ну… — беспомощно протянул Рон.

— Да, Гарри сказал, что вы просто бродили по лесам, ночевали в палатках и безуспешно пытались держать гормоны в узде, — вмешался Дин Томас.

— Мы ещё и в Гринготтс пробрались, — напомнил Рон. — Такого не удавалось никому, кроме Сам-Знаешь-Кого. А мы, в отличие от него, нашли то, что искали! И сбежали на драконе! — Он явно надеялся, что одного упоминания об их более громких подвигах хватит, чтобы отвлечь остальных. Не тут-то было.

— Да, но планировать это вы начали только ближе к Пасхе, когда встретили того гоблина, — заметил Дин.

— Гарри сказал не рассказывать, чем мы занимались, — сказал Рон и выразительно посмотрел на Гермиону.

— Честное слово, Рональд. Мы здесь ради последнего крестража, а Сам-Знаешь-Кто уже знает, что мы за ними охотимся, и, вероятно, тоже сюда направляется. Почему бы не рассказать? — Гермиона звучала раздражённо.

— Сам-Знаешь-Кто идёт? Значит, мы всё-таки будем драться? — спросил Симус, но двое его не услышали.

— Я… э-э… Знаете что? Чего мы тут стоим?

— А что ещё нам делать? Мы ждём Гарри.

— Мы вечно его ждём! Давайте хоть раз сами пойдём и займёмся чем-нибудь!

— Например?

— Ну… например… чашей! — внезапно осенило Рона.

— Чашей?

— Да! Мы же её ещё не уничтожили.

— Ну, у нас не было времени…

— Вот именно! Давайте сделаем это сейчас!

— Как? Гарри сказал, что Грипхук забрал меч.

— Гарри, Гарри, Гарри! — произнёс Рон, и Гермионе нестерпимо вспомнилась Джен Брэди. — Я ничуть не хуже него!

— Мы знаем, Рон, — сказала Гермиона, отступая на шаг. — Но как…

— Не знаю! Что-нибудь придумаю!

С этими словами Рон схватил Гермиону за руку и потащил из Выручай-комнаты по коридорам.

— Куда мы идём? — спросила Гермиона примерно через десять минут, решив, что дала Рону достаточно времени успокоиться. В любом случае ей нужно было помочь своему неофициальному парню справиться с комплексом неполноценности.

— Не знаю, дай подумать… Думать! Точно! — Он остановился перед туалетом.

— Э-э, Рон, может, сейчас не лучшее время… К тому же это женский туалет…

— Нет, это туалет Миртл. Пойдём!

Он ворвался внутрь, и Гермиона, тяжело вздохнув, последовала за ним.

— Туалет Миртл — вообще-то женский туалет, знаешь ли. По крайней мере, должен быть. Она почти никого туда не пускает… И ты обо всём думаешь в туалете? Не знаю, почему я удивляюсь. Теперь многое становится понятно.

Рон закатил глаза.

— Меч уничтожил медальон, потому что гоблины использовали на нём яд василиска, верно?

— Да… — Гермиона понятия не имела, к чему он ведёт.

— Значит, если раздобыть клык василиска, мы сможем уничтожить не только чашу, но и штуку Когтевран, а может, и Нагайну! — Рон торжествующе улыбнулся.

— Ах, Тайная комната! — Она-то и была окаменена, когда Гарри и Рон отправились туда на втором курсе, так что неудивительно, что сама не догадалась. — Мы можем сделать с крестражами то же, что Гарри сделал с дневником!

Рон дёрнулся.

— Да. Именно то, что сделал Гарри.

Гермиона внутренне застонала. Вот он, комплекс Гарри — причина, по которой той зимой он от них сбежал.

— Идея отличная, но разве для этого не нужно уметь разговаривать со змеями или что-то в этом роде?

Рон вызывающе выпятил подбородок.

— Гарри туда попал.

— Гарри умеет говорить со змеями.

— Да что тут сложного?

— Известны всего два волшебника, которые умеют говорить на парселтанге!

— Потому что никто, не связанный родством со Слизерином, даже не пробовал!

— Гарри пробовал.

— Он не знал, что считается родственником Слизерина.

— Но, Рон, ты ведь не понимаешь змей, а они тебя поймут!

— Так они утверждают. К тому же, чтобы говорить на языке, не обязательно его понимать.

— Ну, это определённо помогает.

— Чепуха. Я постоянно говорю по-французски и понятия не имею, что несу.

Гермиона, которая свободно говорила по-французски, поморщилась.

— Знаю.

— Отлично! Сейчас открою! — Рон подошёл к раковине и принялся шипеть.

— Гра-жинго.

Змейка на кране едва заметно шевельнулась. Звучало как парселтанг, но понять её он не мог.

— Но это же ничего не значит…

Гермиона ошеломлённо посмотрела на него.

— Она… ответила…

Рон снова закатил глаза.

— Ну конечно. Я же говорю на парселтанге.

— Но что ты ей сказал?

Рон пожал плечами.

— Откуда мне знать? Я же не понимаю парселтанг, помнишь?

— Ну… Попробуй ещё раз! Посмотри, откроется ли она, — предложила Гермиона.

— Ладно. Э-э… «Вот это поворот».

Змейка на кране озадачилась.

— Кто это сказал?

— Твоя мама.

Изумрудные глаза змейки вспыхнули от гнева.

— Что ты сказал о моей матери?

— Рон! Кажется, получается!

— Да, я почти у цели. Чувствую!

Рон сосредоточился и прошипел:

— Сама слышала. Открывай.

— Получилось! — Гермиона обхватила Рона руками. Он выглядел очень довольным собой.

— Ага, получилось. Э-э… Ну что, пойдём? — Он неловко махнул рукой в сторону отверстия.

— Д-да, конечно, — сказала Гермиона и спустилась первой.

Рон поспешил следом. Змейка на кране прошипела:

— Лучше бегите…

— Видишь? Не так уж и сложно, — уверенно сказал Рон, пока они шли в поисках трупа василиска.

— На это ушло четыре попытки, — напомнила Гермиона.

— Учитывая, что я понятия не имел, что говорю, это отличный результат, — возразил Рон.

— Справедливо. Эй, это он? — Она указала вперёд.

Рон пожал плечами.

— Не знаю. Кажется, я его толком не разглядел. Но что ещё это может быть?

Подойдя ближе, они убедились: перед ними и впрямь лежала туша гигантской змеи. Гермиона начала вытаскивать клыки.

— Как думаешь, сколько нам понадобится?

— Лучше забрать все — на всякий случай.

— «На всякий случай»? Они же ужасно ядовитые.

— Будем осторожны. И я не собираюсь колоть чашу.

— А почему?

— Сама поймёшь. Я уже возился с медальоном. Теперь твоя очередь.

— Ладно, ладно…

Гермиона подняла клык и поставила чашу прямо перед собой на землю. Но когда она собралась её проткнуть, два голоса привлекли её внимание.

— Не уничтожай меня! Я тебе ещё понадоблюсь! — закричал крестраж.

— Зачем бы ты мне понадобился? — спросила Гермиона.

— Если подумать, это проще, чем кажется. Я о парселтанге, — заметил Рон.

— Угу, — рассеянно ответила Гермиона.

— Для любого достойного занятия нужно хотя бы несколько ЖАБА. Как, по-твоему, ты их сдашь после того, как весь седьмой курс будешь шататься по стране? — разумно возразила Чаша.

— Но чем ты можешь мне помочь? — поинтересовалась Гермиона.

— А Гарри и Сам-Знаешь-Кто ведут себя так, будто говорить со змеями и понимать их — какая-то особенная способность, — пробормотал Рон, явно ревнуя.

— Да, звучит довольно здорово, Рон, — согласилась Гермиона.

— Я знаю, где найти пропавшую диадему Когтевран! — выдала крестраж.

— Но разве она тоже не крестраж? — подозрительно спросила Гермиона.

— Она нет. То есть… Мы даже не знаем, умеют ли они вообще говорить со змеями. Никто из нас этого не умеет, так что, может, они всё выдумывают. И вообще, зачем мне разговаривать со змеями? Они линяют повсюду. Как Живоглот. Кстати, где Живоглот? — вдруг спросил Рон.

— В Австралии, с Венделлом и Моникой Уилкинс, — ответила Гермиона. У неё немного кружилась голова: она пыталась не терять нить сразу двух разговоров.

— Гермиона!

— Гермиона!

— А-А-А-А-А! — завизжала Гермиона и вонзила клык, который держала в руке, в ближайшую цель — чашу.

Раздался ужасный вопль, и крестраж исчез.

— Прекрати! Ты ничуть не хуже Гарри! Да, он знаменит, но у него было ужасное детство, и Пожиратели смерти постоянно пытаются его убить! Считай, что всё уравновешено! Так что хватит жаловаться, а то я тебя этим проткну!

— Э-э… Может, просто пойдём найдём Гарри?

— Стойте, стойте, стойте… Значит, Сам-Знаешь-Кто считал, что он единственный, кто когда-либо нашёл Выручай-комнату? — потрясённо спросил Рон, пока они возвращались туда и в конце концов находили Гарри.

— Ага, — кивнул тот.

— Какой идиот.

Гермиона кивнула.

— Да, я могу понять, почему он решил, что был единственным, кто нашёл её за время его учёбы. Но за всё время?

— Вот именно. Он не задумывался, откуда там взялись все остальные вещи?

Гермиона покачала головой.

— Не обязательно, Рон. Он мог решить, что они там лежали с самого появления комнаты.

— Верно, но тогда что насчёт вещей, которые появились между его учёбой и собеседованием на работу? — спросил Гарри.

— Может, он не слишком внимателен. В конце концов, он говорит на парселтанге.

Гарри озадаченно посмотрел на неё.

— При чём тут невнимательность?

— Ну, ты невнимательный и говоришь на парселтанге. Может, это как-то связано, — предположил Рон.

— Я невнимательный? Не замечал.

Гермионе пришлось изо всех сил сдержаться, чтобы не закатить глаза.

— Ещё бы.

— И потом, — добавил Рон. — Шипеть выглядит глупо. Так что тот, кто постоянно так делает, не может быть особо внимательным.

— Эй, зато мне не понадобилось три года, чтобы понять, что я нравлюсь девушке! — возразил Гарри.

— Нет, — согласилась Гермиона. — Тебе понадобилось четыре.

— Что? Правда? Кому? — спросил Гарри.

Пожалуй, Гермиона признала, что Рон, возможно, прав. Иначе никак не объяснить, почему все, кто говорит на парселтанге, такие невероятно рассеянные. Гарри годами не замечал Джинни, а Волдеморт начисто забыл, что слёзы феникса обладают целебными свойствами, — то, о чём тебе сказал бы даже обычный магл. А Рон…

Да, если подумать, ей вообще не стоило сомневаться, что он сумеет попасть в Тайную комнату.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1