Глава 1: 1.

1.

33

0

Mот Molwe
Поделиться

Хаване ужасно не повезло со спутником. Хотя, если честно, это было не совсем свидание — просто вечер на балу прошёл отвратительно. Её кавалер отказывался танцевать и только мычал в ответ на любые попытки завести разговор. Если ей хотелось такого общения, она могла бы пойти на бал с Крэббом или Гойлом! А потом он ещё и осмелился лапать её. Хавана влепила ему пощёчину и наступила каблуком на ногу. Вот так.

И теперь она сидела на лестнице и ревела. Она не была типичной девочкой-кокеткой, но всё-таки оставалась девочкой, и сегодняшний вечер был для неё очень важен. А теперь всё испорчено!

Услышав приближающиеся шаги, Хавана поспешно вытерла лицо и попыталась поправить макияж. Безуспешно: по ней всё равно было видно, что она плакала.

— Поттер?

О Мерлин, только не он. Хавана подняла голову, ожидая увидеть привычную насмешливую ухмылку, но встретила искреннее любопытство и лёгкое беспокойство.

— Чего тебе, Малфой? — обречённо вздохнула она, уже готовясь к тому, что и без того ужасный вечер станет ещё хуже.

— Ты плакала? — недоверчиво спросил он, разглядывая её лицо в поисках другого объяснения. Не найдя его, он опустился рядом на колено и тихо спросил: — Почему?

Хавана резко повернулась к нему, и лицо её пылало от гнева. Малфой немного отпрянул.

— Почему? Потому что мой кавалер оказался таким же тактичным, как тролль, и вдобавок извращенцем! Он испортил мой единственный особенный вечер! Я хотела всего одну ночь. Всего одну ночь, чтобы почувствовать себя красивой, особенной, нормальной. Но нет! Он мне даже не нравился, просто больше никто не пригласил, вот я и согласилась.

Она сникла, и гнев постепенно утих.

— Сейчас ты будешь надо мной смеяться, да? — обречённо спросила Хавана, уже ожидая насмешек и оскорблений.

Но Малфой покачал головой.

— Нет, — просто сказал он, поднялся и протянул ей руку — ту самую, которую предложил ей в поезде «Хогвартс-экспресс» четыре года назад. — Мисс Хавана Поттер, не хотите ли потанцевать?

Голос его звучал спокойно и уверенно, но Хавана уловила в нём нотку волнения.

Малфой протянул ей руку. Выходит, он всё ещё хотел быть рядом с ней — даже спустя столько лет. Увидев её в магазине мадам Малкин, он понял, что она ему нравится. А когда снова встретил её в поезде — ещё красивее, чем прежде, — на мгновение потерял самообладание. Но с тех пор так и не перестал о ней думать. Тогда он протянул ей руку в знак дружбы — пусть и не самым дружелюбным образом. Но ему было всего одиннадцать, и он понятия не имел, как вести себя с девочками.

Теперь, четыре года спустя, он снова протянул ей руку. На этот раз он собрался с духом, готовый к отказу. Но Хавана не отказала. Она потянулась к нему, на прекрасном лице появилась нерешительная улыбка.

— С удовольствием.

У него чуть сердце не остановилось, но он ответил такой же нерешительной улыбкой, притянул её ближе и обнял за талию. Хавана обвила руками его шею.

Она огляделась и снова посмотрела на него.

— Это глупо, — сказала она. — Музыки даже нет, и мы стоим посреди лестницы.

Малфой посмотрел ей в глаза. Хавана была примерно на полголовы ниже его. Его серые глаза встретились с её изумрудными, и он не отвёл взгляда ни на миг. Даже моргал реже обычного.

— Да, — прошептал он. Его дыхание коснулось её щеки, и по телу Хаваны пробежали мурашки. — Но сейчас меня это совершенно не волнует. А музыку легко устроить.

Он мягко положил подбородок ей на макушку, а Хавана прижалась лбом к его груди. Малфой начал напевать медленную мелодию, и они закружились в танце. Хавана постепенно узнала мотив и тоже стала напевать, закрыв глаза и наслаждаясь мгновением.

Они танцевали так, напевая разные песни в разном темпе. Однажды Хавана даже запела. Малфой посмотрел на неё с удивлением, но на его красивом лице расцвела неторопливая улыбка.

Да, она признавалась себе: Малфой всегда казался ей привлекательным. Но его характер совершенно отталкивал, а со временем это стало настолько заметным, что затмило все его хорошие качества. А теперь он оказался совсем не таким, каким она его представляла. Эта новая сторона удивила её. Приятно удивила. И ей она очень понравилась.

Они переходили с места на место, чтобы никто их не нашёл, и не ложились спать допоздна. Так поздно, что Хавана решила: наверное, они единственные ученики, которые ещё не спят и не вернулись в свои гостиные. Всю ночь они танцевали, разговаривали, шутили или просто молча наслаждались обществом друг друга.

— Ты очень красивая, знаешь? — устало сказал Малфой.

Хавана удивлённо повернулась к нему, но затем снова посмотрела в окно, на звёзды.

— Ты говоришь это только потому, что устал, — грустно вздохнула она. Такова была печальная правда.

— Я не вру, — настаивал он, взял её за плечи и повернул к себе. — Да, я устал. Но ты всегда казалась мне потрясающей. Усталость тут ни при чём.

Он говорил решительно, но взгляд его был мягким.

Взъерошенные светлые волосы придавали ему немного дерзкий вид. Мантия была расстёгнута на несколько пуговиц: после танцев ему стало жарко.

— Правда? А зачем тогда все эти годы ты меня оскорблял? — спросила Хавана, всё ещё сомневаясь. Она не хотела слишком надеяться, но надежда всё-таки понемногу оживала.

Малфой фыркнул.

— Разве ты не слышала, как ведут себя парни, когда им нравится девушка? Обычно они ужасно с ней обращаются. В данном случае — с тобой. Прости, если я тебя обижал, просто я не знал, как себя с тобой вести и что говорить.

Хавана чуть усмехнулась.

— Ну, сейчас у тебя неплохо получается, — поддразнила она, хотя взгляд её оставался серьёзным. — И, Малфой, я бы солгала, если бы сказала, что никогда не была в тебя влюблена.

Он поднял на неё глаза. В них сияла радость.

— Тогда мы не можем позволить тебе прослыть лгуньей! — провозгласил он и, словно король, постучал невидимым жезлом по полу, объявляя указ.

Хавана тихонько рассмеялась и прислонилась к нему, положив голову ему на плечо.

— Как хорошо, — негромко пробормотала она.

— Ага. Хотелось бы почаще вот так проводить время, — так же тихо ответил он.

Они сидели молча, глядя в окна на звёзды и изредка указывая друг другу на созвездия.

И тут…

— Нюхай, моя красавица, нюхай их!

Их сонное умиротворение рассеялось: они услышали голос Филча, обращавшегося к своей вечно сопровождавшей его безумной кошке.

— Быстро! Сюда! — тихо прошипел Малфой, чтобы их не услышали.

Они нырнули в потайной шкаф. Казалось, раньше они его никогда не видели, и оставалось надеяться, что Филч тоже о нём не знает.

Похоже, он и правда не знал: шаги прошли мимо и стали удаляться. Лишь тогда Хавана и Малфой осознали, в каком положении оказались. Шкаф был огромный, но они почти прижимались друг к другу. Малфой посмотрел вниз. Даже в темноте Хавана знала, куда он смотрит.

— Думаю, — тихо прошептал он ей на ухо, — сейчас я должен тебя поцеловать.

Он притянул её к себе и снова встретился с ней взглядом.

У Хаваны перехватило дыхание, а в животе запорхали бабочки.

Он собирается меня поцеловать, — бесцветно прошептала она про себя.

И прежде чем она успела мысленно закончить: Только попробуй, его губы нежно коснулись её губ. А то, что случилось потом, стало лучшим мгновением в её жизни. Колени Хаваны ослабли, но сильные руки Малфоя удерживали её. Их губы продолжали встречаться. Его губы были такими мягкими… Она не могла подобрать слов. Мысли почти исчезли; ей хотелось лишь, чтобы этот миг никогда не заканчивался. Она была уверена, что чувствует фейерверки.

Всё было именно так, как он мечтал. Когда их губы встретились, его пронзило электрическим разрядом. Это было ни с чем не сравнимое ощущение. Её мягкие губы поразили его. Ему нравилось её целовать. Он хотел целовать её до конца своих дней. Даже рай не мог сравниться с этим.

Но вскоре они отстранились друг от друга.

Всю следующую неделю оба ходили с глупыми улыбками.

Когда Хавана вернулась в гостиную, улыбаясь во весь рот, а губы у неё были припухшими, все обернулись. Волосы растрепались, подол платья задрался, а помада размазалась.

— С кем ты целовалась?! — возмущённо крикнул её кавалер.

Хавана повернулась к нему. Настроение ей он испортить не мог.

— Да пошёл ты к чёрту. Спокойной ночи! — весело пропела она и с мечтательным взглядом и глупой улыбкой отправилась в спальню.

Снизу до неё донёсся его возмущённый вопль, но Хаване было всё равно.

Добравшись до кровати, она увидела, как Гермиона выглянула из-за полога. Та окинула Хавану взглядом и спросила:

— Что это ты у нас на седьмом небе от счастья?

Хавана повернулась к ней с мечтательным выражением лица.

— Драко Малфой, — счастливо вздохнула она.

Гермиона что-то невнятно пробормотала и попросила повторить, но Хавана ничего не ответила. Она просто задёрнула полог и легла, готовясь уснуть.

Всю ночь ей снился один светловолосый, сероглазый парень, похитивший её сердце.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1