Глава 2: Новая глава
Новая глава
25
0
Профессор Макгонагалл, одетая в строгое магловское деловое платье, решительно прошла по дорожке к двухэтажному дому в Хэмпстеде.
Дверь открыла темноволосая женщина.
— Здравствуйте. Чем могу помочь?
— Это дом Грейнджеров? — спросила Макгонагалл.
— Да.
— Я профессор Макгонагалл из Хогвартса.
— С Гермионой всё в порядке? — ахнула миссис Грейнджер. — С ней ничего не случилось?
Макгонагалл ободряюще улыбнулась.
— Она совершенно здорова, но мне нужно поговорить с вами и вашим мужем о её оценках.
Миссис Грейнджер несколько раз моргнула.
— Да. Да, разумеется. Пожалуйста, входите.
— Благодарю, — сказала Макгонагалл, переступая порог.
— Что-нибудь выпьете? Чай? Воду? — предложила миссис Грейнджер, провожая гостью в гостиную.
— Спасибо, не нужно.
— Джон, это профессор Макгонагалл, одна из преподавательниц Гермионы, — объявила миссис Грейнджер, входя в комнату. — Профессор, мой муж Джон.
— Всё в порядке? — спросил Джон, поднимаясь с газетой в руке.
— Как я уже сказала вашей жене, с Гермионой всё хорошо. Но нам необходимо обсудить её оценки, — ответила Макгонагалл, садясь.
— Гермиона писала, что один из преподавателей оценивает её несправедливо, но она собиралась обратиться к директору, — сообщила миссис Грейнджер.
— А она объяснила, почему считает оценки несправедливыми? — поинтересовалась Макгонагалл.
— Упоминала, что этот преподаватель предвзято относится к её факультету. К Гриффиндору, — ответил мистер Грейнджер.
— Профессор Снейп действительно бывает суров с учениками из-за опасного характера своего предмета. Однако я проверила и могу подтвердить: её работа оценена справедливо.
— Тогда почему Гермиона утверждает обратное? — спросила миссис Грейнджер.
— У профессора Снейпа есть определённые требования ко всем домашним заданиям. Объём должен укладываться в заданные пределы, как и высота букв.
— Такое встречается почти во всех школах… как вы, наверное, сказали бы, немагического мира, — заметил мистер Грейнджер.
Макгонагалл кивнула.
— На первом курсе он не применяет это правило строго, но оставляет замечания, ожидая, что ученики учтут их в следующих работах.
Мистер Грейнджер застонал.
— Она не учла, верно?
Макгонагалл словно из ниоткуда достала несколько свитков и протянула супругам.
— Вот несколько примеров работ вашей дочери.
Миссис Грейнджер взяла один и развернула.
Свободный конец упал на пол и покатился по комнате, пока свиток не раскрылся целиком.
— Теперь понятно, почему ей понадобилось столько пергамента сверх рекомендованного школой годового запаса, — заметила она.
— Когда остальные преподаватели узнали о требованиях профессора Снейпа, многие, включая меня, ввели такие же, — сообщила Макгонагалл.
— Как домашние задания влияют на итоговую оценку? — спросил мистер Грейнджер, изучая один из свитков.
— У каждого преподавателя по-разному. У меня, например, они составляют больше половины оценки.
Мистер Грейнджер вздохнул.
— Она заваливает предметы, да?
— Пока ещё нет. Но если не начнёт следовать указаниям…
Профессор Макгонагалл не закончила.
— Я виню в этом Сэмюэла, — заявила миссис Грейнджер, выразительно посмотрев на мужа.
Мистер Грейнджер открыл рот.
Закрыл.
Снова открыл.
— Я тоже виню Сэма.
Макгонагалл вопросительно посмотрела на супругов.
— Сэм… Сэмюэл — мой старый армейский приятель и крёстный Гермионы, — объяснил мистер Грейнджер. — У него есть поговорка, которую она приняла близко к сердцу: «Не можешь ослепить их блеском ума — огорошь потоком чуши». Гермиона решила, что это означает завалить всех информацией.
— Едва ли подходящий девиз для ребёнка, — заметила Макгонагалл.
Мистер Грейнджер пожал плечами.
— Он дослужился до полковника Королевских ВВС. Видимо, ему помогает.
— Помогает ещё и то, что Сэмюэлу хватает способностей и везения, чтобы подкреплять свои слова делом, — добавила миссис Грейнджер.
— Понятно, — только и сказала Макгонагалл. — И как же, по-вашему, нам справиться с попытками мисс Грейнджер ослепить нас обилием информации?
— Запретите ей читать. У меня обычно срабатывает, — проворчал мистер Грейнджер.
Жена стукнула его по руке.
— Джон! — прошипела она.
— Что? Это был единственный способ заставить её заниматься хоть чем-нибудь, кроме чтения с утра до ночи, — признался он.
Макгонагалл тихо усмехнулась.
— Не думаю, что нам подходит такой вариант.
— А мы могли бы приехать в Хогвартс и поговорить с ней? — спросила миссис Грейнджер.
Макгонагалл покачала головой.
— Министерство никогда этого не разрешит.
— Но в Косой переулок нам входить можно. Почему нельзя посмотреть Хогвартс? — спросил мистер Грейнджер.
— В течение нескольких недель между получением писем и началом учебного года число мракоборцев на улице увеличивается втрое, — призналась Макгонагалл. — Так что, если кто-нибудь попытается что-то предпринять, его остановят.
— Вы имеете в виду — если кто-то попытается что-нибудь сделать с маглами. Гермиона рассказывала нам о вашей войне и Пожирателях смерти, — заметил мистер Грейнджер.
— Да, — серьёзно ответила Макгонагалл.
— А если забрать Гермиону домой на выходные? Так можно? — предложила миссис Грейнджер.
Макгонагалл снова покачала головой.
— Ученик может вернуться домой только в случае смерти кого-то из родных или исключения из школы.
— Это касается только маглорождённых или всех учеников? — спросил мистер Грейнджер.
— К счастью, всех.
— А что произойдёт, если она получит неудовлетворительные оценки? — спросила миссис Грейнджер.
Макгонагалл вздохнула.
— Поскольку мисс Грейнджер маглорождённая, её не пригласят продолжить обучение в Хогвартсе. Палочку сломают, магию свяжут. Кроме того, её воспоминания и ваши изменят: вы будете считать, что всё время, проведённое в Хогвартсе, она тяжело болела и потому не могла посещать школу.
— Понятно, — задумчиво произнесла миссис Грейнджер.
— У связывания магии есть побочные эффекты? — спросил мистер Грейнджер. — Оно вызывает рак? Сокращает жизнь? Что-нибудь ещё?
— Нет, побочных эффектов нет, — ответила Макгонагалл. — В девятнадцатом веке по всему миру наблюдали за несколькими ведьмами и волшебниками, чтобы выяснить последствия. Все они прожили обычную здоровую жизнь.
— А их дети? — спросила миссис Грейнджер. — Они рождались с магическими способностями? Были какие-нибудь заболевания или врождённые нарушения?
— Все дети родились здоровыми, без отклонений. Более трёх четвертей обладали магией.
— Ох, спасибо.
Миссис Грейнджер облегчённо вздохнула.
Её муж усмехнулся.
— Что ж, думаю, решение мы нашли.
— Что?
— Нашли?
Джон кивнул.
— Больше всего на свете моя девочка любит две вещи. Книги и магию. Расскажите ей о последствиях, если она продолжит отказываться выполнять требования к домашним заданиям. Она начнёт спорить. Но напомните, что к этому привели её собственные поступки, — и она быстро возьмётся за ум.
Миссис Грейнджер кивнула.
— Он прав, — признала она. — А иначе придётся продумать историю для прикрытия. Сомневаюсь, что в наше время кто-нибудь просто поверит, будто она всё это время болела.
— Тогда остаётся надеяться, что мисс Грейнджер, как выразился ваш муж, быстро возьмётся за ум, — ответила Макгонагалл.
* * *
— Спасибо, профессор, — скованно произнесла Гермиона, развернулась и вышла из кабинета трансфигурации.
— Всё в порядке? — спросил Гарри, когда они с Роном пошли рядом с ней.
— Всё хорошо, — бесцветным голосом ответила Гермиона.
— Хорошо? — переспросил Рон. — Макгонагалл попросила тебя остаться после урока… Как тут может быть всё хорошо?
— Потому что может, — огрызнулась Гермиона.
Гарри и Рон молча шли рядом с подругой.
— Я допустила ошибку в домашнем задании, — объявила она наконец. — Мне дали возможность её исправить.
— Ладно, — сказал Гарри, кивнув.
— Разве вы не собираетесь спросить, в чём я ошиблась? — потребовала Гермиона.
— Зачем? Мы знаем: когда будешь готова, сама расскажешь, — ответил Рон, пожав плечами.
Гермиона раздражённо фыркнула.
За её спиной Гарри и Рон обменялись улыбками.
**Конец?**
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!