Глава 1: Глава 1

Глава 1

18

0

Mот Molwe
Поделиться

Гарри наконец сделал это. Волан-де-Морт был побеждён, Бузинную палочку «уничтожили» — такова была версия для посторонних, тогда как настоящая палочка оставалась в надёжном месте у Гарри. Мантия-невидимка по-прежнему принадлежала ему, а теперь, стоя в лесу, он завладел и Камнем. Все три Дара были у него. Если после того, как он примет этот титул, что-нибудь пойдёт не так, мир сможет обойтись без него. Об этом Гарри позаботился лично.

Он вдохнул — и поднял Камень воскрешения.

Ничего.

Гарри огляделся. Дыхание участилось, по телу разливался адреналин. Он сделал это: собрал все три Дара и по праву должен был стать Повелителем Смерти. Возможно, самым могущественным существом на свете; а если и нет, то уж точно одним из претендентов на это звание… Так почему же ничего не произошло?

На миг он задумался, не требовалось ли произнести вслух какое-нибудь заклинание или провести ритуал. Если требовалось, ему было неприятно признаться, что он не подумал об этом заранее. Мерлин, они месяцами скрывались, пока он, Миона и Рон уничтожали все крестражи Волан-де-Морта. На чтение о Дарах времени не нашлось.

— Пойду-ка я домой и вздремну, — вслух сказал Гарри, собираясь убрать Камень. Он был разочарован, что тот не сработал сразу. — «Повелитель Смерти», — фыркнул он. — Может, это и правда была просто сказка.

Едва он договорил, как вокруг похолодало. Холод напоминал дыхание дементора — возможно, был даже сильнее, — но был лишён той ауры ужаса, что всегда сопровождала этих тёмных существ. Тем не менее Гарри уже сжимал палочку — свою новую палочку. Что бы ни появилось, он либо прогонит это, либо договорится — а потом отправится домой выяснять, что ему делать.

Но, как и после того, как он собрал Дары, никаких признаков их предполагаемого пробуждения не последовало: ни существо не появилось, ни магия не проявилась. Насколько мог судить Гарри, в лесу он был один — с палочкой наготове и, похоже, без причины параноил.

Он фыркнул.

— Просто ветер, — сказал он себе вслух и направился обратно.

И тут раздался голос — низкий, холодный и несомненно женский:

— Ну, я бы так не сказала.

Гарри мгновенно обернулся на звук, подняв палочку и приготовившись к атаке. Он сразу увидел, кому принадлежал голос: перед ним стояла женщина в чёрной мантии. Та волочилась бы за ней ещё метра на два, если бы не парила над землёй. Лица не было видно под тёмным глубоким капюшоном.

Даже если бы это не было очевидно сразу, личность незнакомки выдавала огромная, почти неправдоподобно большая коса у неё на боку. Гарри искал именно её. А раз все три артефакта всё ещё были при нём, он, должно быть, и правда стал её «Повелителем»… Похоже, придётся ещё почитать.

Гарри решил вернуться домой вместе со своей новой… спутницей, что ли. Он, конечно, мог бы остаться в лесу навсегда и беседовать со Смертью, но счёл, что уединение им ещё не раз понадобится. На планете было слишком много Рит Скитер, чтобы рисковать: вдруг одна из них подслушает разговор.

Вот почему Гарри теперь стоял посреди гостиной на площади Гриммо с озадаченным выражением лица. Если честно, он не ожидал, что ему удастся призвать Смерть. Просто сделал это почти не задумываясь, когда собрал все три Дара. А теперь Смерть сидела перед ним на одном из старых диванов Сириуса.

Гарри подумал, что Сириус, наверное, от души потешается над ним, глядя на происходящее.

— Смерть?

Фигура не шелохнулась, услышав своё имя. С тех пор как появилась и села, она неподвижно смотрела прямо на Гарри, не моргая и даже не оглядывая комнату. Он не мог понять, неужели ей совсем не любопытно или она просто ждёт от него какого-нибудь приказа. Может, это и вовсе была не настоящая Смерть, а нечто, созданное магией, вроде дыма, исходившего от крестражей Волан-де-Морта.

Такая возможность пришла Гарри в голову.

— Жду ваших приказов, — произнёс тот же низкий, хрипловатый женский голос. — Повелитель.

Последнее слово прозвучало почти как запоздалая мысль, и в нём Гарри услышал нечто похожее на досаду, даже раздражение. Странный тон для существа вроде неё, особенно если учесть, что именно Смерть создала Дары. Другого такого набора в мире не было — значит, она усвоила урок.

— Расскажешь мне о Бузинной палочке? — спросил он, обдумав прежние мысли и ещё несколько новых. — Она просто усиливает магию или в ней есть что-то особенное, чего я пока не понял?

Сначала он хотел попросить о помощи Гермиону. Но, подстроив уничтожение палочки, сжёг мосты: иначе ему предстоял бы очень долгий разговор. Да и теперь Гермиона, пожалуй, всё равно стала бы убеждать его — а если понадобится, то и весьма горячо, — что палочку нужно уничтожить.

Но этого он сделать не мог. Не теперь, когда все три Дара были у него. Вместе со Смертью он мог бы принести миру немало добра. Гарри мог позаботиться о том, чтобы исправить всё зло, причинённое Волан-де-Мортом, и вернуть волшебному миру былое процветание.

— Иногда амбиции следует обуздывать, — сказала Смерть, сидевшая напротив. Капюшон шевельнулся, когда она повернулась к Гарри… и тут же, в одно мгновение, она оказалась в шаге от него.

— Любая магия, пропущенная через палочку, сохраняется в ней. Направь волю на её тайны — и вызови их наружу. У тебя достаточно силы духа, чтобы сделать это без труда.

Капюшон снова шевельнулся, но магия вокруг него по-прежнему не позволяла Гарри разглядеть лицо. Голос оставался хрипловатым, как прежде, однако в нём звучало нечто, чего он до этого не замечал. Вызов — но отнюдь не скрытое сопротивление.

Гарри вскинул бровь, а затем быстро принял решение: расправил плечи и достал палочку. Спросительно поднял бровь, сосредоточился только на предмете в руке — и тогда почувствовал это. Притяжение было похоже на вейловское очарование Флёр, только куда менее сладкое, куда более тяжёлое и настойчивое. Гарри почти поддался, когда оно принялось нашёптывать обещания и надежду… но всё же оттолкнул его, яростно отбив атаку на разум.

В тот же миг его сознание будто затопило потоком сведений. Он повернулся к Смерти — и, Мерлин, чуть не получил сердечный приступ, увидев её.

На ней больше не было длинной чёрной мантии, а лицо перестало быть скрытым. Теперь Смерть походила на ангела с классической картины: высокую, стройную, с большими пернатыми крыльями, длинными чёрными волосами, ниспадающими почти до поясницы, и лицом совершеннее даже, чем у вейлы или сирены.

С первого взгляда было ясно: она божественное существо. Ей не требовалось ни очарование вейл, ни чары сирен; к ней влекло само её совершенство.

— Мерлин.

Больше он ничего сказать не смог, переводя взгляд с пробудившейся палочки на Смерть. Обычно Гарри не отличался красноречием, но всё же справлялся лучше.

— Ты достоин, — сказала она, кивнув. Голос звучал бесстрастно, взгляд был прикован к его лицу. — Поэтому я явилась в образе, который не покажется неприятным или пугающим тому, кто претендует на звание моего повелителя. Теперь палочка подчиняется тебе и наделит тебя силой всех прежних владельцев, а вместе с ней — и их знаниями. Твоя душа будет защищена от меня; ты не будешь стареть, не будешь нуждаться в пище и сне, не сможешь заболеть и не пострадаешь от болезней.

Гарри моргнул. Он не ощутил ни прилива энергии, ни внезапного наплыва сил, о которых часто писали в сказаниях. Не почувствовал даже намёка на поток энергии внутри себя. И всё же словам Смерти он верил — настолько, насколько верил самой палочке, её словам и ощущениям, которые та в нём вызвала.

— Только я?

Она снова кивнула, как и прежде.

— Только ты носишь этот титул и только ты получаешь его награды. Ты проживёшь жизнь в одиночестве, пока не найдёшь способ полностью остановить старение или хотя бы значительно его замедлить. Но сколько времени это может занять? Насколько пустой может оказаться такая жизнь?

Гарри чуть не прищурился. Смерть явно пыталась поддеть его, чтобы он уничтожил артефакты или отказался от титула. Хотя он даже не знал, возможно ли второе. Но делать ни того ни другого он не собирался. С Дарами он мог и хотел творить добро. А главное, в одиночестве он не останется.

— Я не проживу жизнь в одиночестве, — сказал он, махнув рукой. У него было много друзей и родных, а из него выйдет чертовски хороший дядюшка. — А даже если так, ты всё равно будешь рядом, верно?

Смерть нахмурилась; на её неземном лице появилось недоумение.

Гарри просто улыбнулся.

Гарри не удержался от улыбки, оторвавшись от стола, за которым работал. С тех пор как Смерть привязалась к нему и он стал её Повелителем, прошёл месяц. Всё сложилось совсем не так, как он представлял.

Эта мысль пришла ему в голову, когда Смерть подошла и положила перед ним фолиант, который он просил принести раньше.

— Как просили, — сказала она, чуть склонив голову. — Хотите, я помогу?

Гарри вскинул бровь.

— Я думал, ты не можешь мне помогать.

Она, казалось, улыбнулась. Это бывало редко; так же она улыбнулась, когда он впервые назвал её Мортем — именем, означающим Смерть и звучавшим не так грубо.

— Пара подсказок останется незамеченной, — сказала она, отмахнувшись от его опасений.

Мортем подошла ближе и изящно, почти текуче, устроилась рядом. К такой её лёгкости Гарри никак не мог привыкнуть.

Он снова вскинул бровь. На прошлой неделе или около того она стала садиться к нему всё ближе и держаться рядом почти весь день. Он даже ловил её на том, что она с любопытством наблюдает за ним, но стоило ему заметить — она тут же отводила взгляд.

— Что?

Мортем взглянула на него.

— Всё так, как ты сказал. — Она плавно повела рукой в сторону себя. — Я здесь.

Гарри покачал головой с нежной улыбкой. За последнее время она стала ему дорога. Когда Гермиона и Рон уехали искать родителей Гермионы, Мортем была его единственной постоянной спутницей. Она приносила ему книги, а он погружался в чтение. Книги должны были помочь его друзьям, а со временем и родным, прожить дольше.

Он взглянул на книгу, потом снова на неё. Не мог отвести взгляд от существа рядом.

— Ещё вопрос? — спросила она, приподняв бровь.

Гарри улыбнулся: ему пришла в голову одна мысль.

— Да, — кивнул он и чуточку придвинулся. — Ещё вопрос.

Ответ его вполне устроил.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 2