Глава 12: ГЛАВА XI. Кошмар.
ГЛАВА XI. Кошмар.
298
0
Глава 11
Сон мне снится - вот те на:
Гроб среди квартиры,
На мои похорона
Съехались вампиры,-
Стали речи говорить -
Все про долголетие,-
Кровь сосать решили погодить:
Вкусное - на третие!
<...>
Вот мурашки по спине
Смертные крадутся,
А всего делов-то мне
Было что - проснуться!
...Что, сказать, чего боюсь?
(А сновиденья - тянутся)...
Да того, что я проснусь -
А они останутся!..
Владимир Высоцкий – "Мои Похорона", 1971
Ей снился самый страшный и удивительный сон, который, когда-либо снился ей прежде.
Сьюзен шла по длинному, земляному тоннелю, с гладкими стенами и высоким потолком. Он казался ей знакомым, но она не могла вспомнить, где видела его прежде.
Чадящий в руке факел отрывочно разгонял царивший здесь полумрак, открывая все новые разветвления тоннеля. Было тихо, тишину лишь нарушал стук капель падающей воды, эхом отражающейся в пустом и темном пространстве.
Сьюзен просто шла, не зная зачем. И только сердце буйно стучало в груди, грозя вырваться из него и улететь, словно птица. И, как ни странно, девушка не боялась ни этой темноты, ни этого тоннеля. Он, почему-то, казался ей таким знакомым и родным, словно она не раз видела его.... Ни вчера, ни сотню лет, а вечность назад....
Свернув в один из его коридоров, она попала в небольшую залу, освещенную четырьмя факелами, на противоположной стороне которой зиял непроходимой чернотой, проход.
А на стенах, отблески огня выхватывали какие-то наскальные рисунки, выполненные красными, черными, белыми и золотыми красками. Обуреваемая любопытством, Сьюзен подошла поближе, и факел в ее руке, осветил небольшую фигурку кудрявого человечка с копытами вместо ног и рожками на голове. Фавн, это был фавн! В руках он держал зонтик, на шее повязан красный шарф, а рядом освещал путь высокий одинокий фонарь....
Все это было так знакомо, и так неожиданно, что девушка чуть не выронила факел. Она узнала бы этого фавна из тысячи, ибо таких, как он, не было во всей Нарнии.... Он первым поверил в пророчество и скрыл факт пребывания человека в Нарнии, от Белой Колдуньи. Он был единственным, кто сохранял веру в Аслана и Королей, не смотря ни на что.... Удивительный фавн и верный друг, мистер Тумнус, был изображен на этом рисунке, и сердце Сьюзен было готово выпрыгнуть из груди.
Теперь она знала, где находилась, и поняла, почему этот тоннель показался ей знакомым. Он был и не тоннелем вовсе, а лабиринтом! Лабиринтом внутри кургана Аслана.... Неужели, она снова возвратилась в Нарнию?
Но этого просто не может быть!
Но, как же давно это было....
Сьюзен бережно и трепетно прикоснулась к изображению фавна, и в ее глазах бисером заблестели слезы. Давно минуло время той войны, что была тысячи лет назад, и мистера Тумнуса, забавной четы бобров уже давно нет.... Но они остались здесь, в памяти этого кургана, как те, кто привел в Нарнию спасение - двух королей и двух королев....
Она стала медленно обходить стены и заново открывать для себя то, что уже знала. Нарнийцы бережно хранили память о своих золотых днях, и неистово чтили Верховного Короля Питера Великолепного, его, всеми любимую и такую солнечную, сестру Люси Отважную, и его брата, немногословного, но верного и мудрого, Эдмунда Справедливого.... Даже для нее, Сьюзен они нашли место в своем сердце, называя ее Великодушной, а слухи о ее красоте, ветром разносились, по всей их небольшой стране и за ее пределами....
Небольшая искорка стыда вспыхнула в ее душе, и по щеке девушки скатилась одинокая слезинка, бриллиантом сверкнувшая в свете факела. То, что она считала сказкой, существовало на самом деле, и как она могла об этом забыть? Нарнийцы верили в нее, и даже послали за помощью своего короля, который призраком появился на собрании друзей Нарнии в Англии. * Так об этом говорила Люси, перед тем, как сесть на поезд вместе с остальными, и отправиться навстречу смерти....
Они так хотели помочь нарнийцам, что забывали о себе, и вот, к чему это привело. Аслан забрал их, чтобы они снова победили Зло в Нарнии, и остались там, увы для нее, навсегда....
Обида и злость снова вспыхнули в ее душе, и Сьюзен резко отдернула руку от изображений, нанесенных на камень. Теперь ее взгляд ожесточал лишь холод и гнев, и, потому, девушка поспешила покинуть этот зал, напомнивший ей о смерти дорогих и близких людей.....
Новый коридор встретил ее светом зажигающихся факелов, но девушка не удивилась, она знала, куда сейчас попадет. И, спустя двадцать два шага, ноги привели ее а обширную залу с каменным, расколотым напополам неведомой силой, огромным жертвенным алтарем. А прямо напротив Сьюзен, всполохи зажигающегося огня осветили рельефную львиную фигуру, смотрящую на нее молча и с укором.
Аслан.... Это его здесь убила Колдунья, когда он взошел на алтарь вместо ее брата, Эдмунда, тем самым призвав древнюю магию, что и расколола этот алтарь пополам.
Помнится, во время собраний, что происходили здесь, Сьюзен всегда избегала находиться рядом с жертвенником, ибо нехорошие воспоминания навещали ее каждый раз, когда она на него смотрела. Именно здесь, впервые, девушка увидела смерть, и то как издеваются над казненным его палачи, твари отвратительного вида....
Каспиан тогда сказал, что она счастливая. Ведь ей и Люси удалось увидеть воскрешение Великого Льва, но Сьюзен так не считала. Тогда она дорожила Асланом, и видеть его казнь было просто невыносимо....
Так и не притронувшись к алтарю, девушка обошла его и остановилась перед изображением Льва. Он с грустным укором смотрел на нее, но Сьюзен не чувствовала какой-либо вины, и потому прямо и без страха, даже с вызовом, посмотрела прямо в его львиные глаза.
И в тот же миг, стена, с его изображением покрылась сенью трещин. Девушка в испуге отскочила, и камень, тотчас лопнул на тысячи кусков, обвалившись на пол и открывая проход.
Проморгавшись и отряхнувшись от поднятой пыли, Сьюзен сделала шаг навстречу открывшимуся коридору. Но из него тут же повеяло могильным хладом и древним ужасом, что она отступила на шаг, вспомнив умертвий и Могильники. Страх липким потом полился в ее сердце, которое, словно покрылось коркой льда.
Но затем, ноги сами понесли ее туда, явно не слушая яростных и испуганных воплей своей хозяйки. Зов, кошмарный Зов пробудил в ней страхи и неприятные воспоминания, лишая ее воли и уводя куда-то вперед.....
***
Ноги, повинуясь Зову, привели ее в то самое место, о котором она хотела забыть. Белые, стерильные стены, синие бахилы на ногах медсестер, и девять, закрытых голубыми простынями, столов, через которых проглядывали человеческие останки....
Морг, тот самый, в который она ходила на опознание тел.... Тот самый, который показал ей, что все дорогие ей люди мертвы. Тот самый морг, который лишил ее надежды жить и преследовал Сьюзен в самых кошмарных снах....
- Надо же, а ты боишься смерти! - Раздался позади холодный и высокий женский голос.
Сьюзен повернулась на него, и увидела стоящую рядом с ней медсестру в белом стерильном халате. Белокурые волосы выбились из-под одноразовой шапочки синего цвета, лицо скрыто маской, а глаза, пронзительно-голубые и холодные, как лед, смотрели на нее с изучающим любопытством, словно редкий экземпляр.
- А они нет, - поняв, что привлекла внимание застывшей изумленной девушки, медсестра стала двигаться вдоль девяти столов, - странно, не правда ли? Такие храбрые... И такие безрассудные! ... В отличие от тебя!
- Кто вы? - Пришла в себя от шока Сьюзен, - что вам нужно?
Но та, словно не слышала ее. Она сняла резиновые, тонкие перчатки, открывая худые и тонкие белые руки с паучьими пальцами и синими прожилками вен.
- Они даже не поняли что произошло, когда это случилось, - медсестра продолжала говорить, словно кошка, почуявшая беззащитного мышонка, касаясь пальцами простыней, называя тех, кто находился под ними, - Люси, Эдмунд, Дигори, Полли, Юстас со своей подружкой Джил, Хелен и Мартин Певенси**, и даже Питер, такой храбрый и благородный....
- Замолчите! - Крикнула Сьюзен, не вынося этих слов и движений, - замолчите, прошу вас!
- О, ты только посмотри, кто же это? - В морг вкатили еще один стол на колесах, с закрытой простыней, сквозь которую проглядывали очертания чего-то тела, и остановили его прямо перед Сьюзен.
- Хочешь посмотреть, кто это? - Вкрадчиво и ласково поинтересовалась у нее медсестра.
- Нет! - Сразу открестилась девушка, с детства не страдавшая излишним любопытством.
- Да, - Голос сестры внезапно изменился с мурлыкающего на грозный и жесткий
Не в силах отказаться и всхлипывая от отчаяния, страха и ужаса, и ожидая увидеть кого-нибудь из живых родственников - тетю Альберту или дядю Гарольда, Сьюзен потянула на себя простынь, делая это как можно медленнее, стараясь подготовиться к худшему.
Но последующего она никак не ожидала: на нее пустыми, серо-зелеными и широко распахнутыми глазами смотрело собственное лицо.
Вскрикнув от неожиданности и шока, Сьюзен отскочила и уронила простынь, а медсестра страшно засмеялась, отчего все стены, столы и приборы в комнате покрылись изморозью. Лампы, шипя искрами, лопнули и, мигнув пару раз, погасли, погрузив все в первоначальную Тьму.
- Кто вы? - Не своим голосом закричала Сьюзен, - Зачем вы это делаете?
- А разве ты не догадалась, крошка? - Медсестра, словно вынырнув из тьмы, опустила плечо девушки бледную и холодную руку, и развернула ту к себе, срывая свободной рукой маску со своего лица.
И Сьюзен тотчас узнала ее. Под личиной работницы самого тихого отделения госпиталя, скрывалась Джадис, Белая Колдунья, извечный враг Нарнии.
- А нужна мне - твоя жизнь! - Сказала она, и ее лицо прорезала острая ухмылка, - жизнь предательницы! - И каждое ее слово, было как нож в сердце, - Ты предала Аслана, предала Нарнию, предала своих братьев и сестру, - и ради чего? Ты обменяла их на помаду, чулки и приглашения в гости!
- Н-нет! - Не веря своим глазам, прошептала бедная девушка, медленно оседая на колени, но Колдунья держала ее крепко.
Та ухмыльнулась:
- А каждый предатель принадлежит мне! Его кровь - мое достояние! Но.... - тут она хищно улыбнулась, - из всех детей из другого мира, ты меньше всех принесла мне вреда. Наши пути почти не пересекались, и ты мне - не соперница! - Ее лицо исказило презрение и жалость, - А так, букашка, которую жалко даже прихлопнуть!
Она, с силой, оттолкнула Сьюзен. Та отлетела подальше от нее и ударилась плечом о что-то твердое и холодное. Заливаясь слезами от обиды и боли, девушка подняла глаза, и, с ужасом, поняла, где очутилась, - Джадис оттолкнула ее прямо в ту самую яму в Могильниках, из которой они с Бильбо, с таким трудом выбрались. А ударилась она о тот самый саркофаг, из которого вылезло умертвие.....
Тем временем, Колдунья подошла к ней и, рывком, подняла с холодного пола, схватив ее за щеки и развернув лицом к каменной гробнице, на которой, золотыми буквами было высечено: "Сьюзен Певенси. Королева Нарнии".
- Видишь эту надпись? - Ядовито прошептала она в ухо перепуганной девушке, - это же и будет ждать тебя, если посмеешь встать у меня на пути!
Затем, она отодвинула надгробную плиту, и отпустила Сьюзен в зияющее, пахнущее гнилью, сыростью и смертью, отверстие. Но оно оказалось бездонным, и девушка долго летела в никуда, задохнувшись от собственного крика и слез, а в ушах эхом раздавались последние слова Джадис:
"Это мое тебе единственное предупреждение. Иначе, пощады не будет".
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!