Глава 19: Глава 18, или О пользе вина.

Глава 18, или О пользе вина.

307

0

Lот LittleSquirell
Поделиться

— Как тебе этот Рабадаш? — Люси неспеша расчесывала волосы у зеркала, думая, как бы получше их заколоть.

— Ну, ничего так, — Джессика пыталась как можно быстрее влезть в трудное платье с широкими рукавами, однако без посторонней помощи ей было не обойтись. — Помоги застегнуть платье, пожалуйста.

— Не отходи от темы, — Люси игриво погрозила пальчиком Джесс и встала, чтобы затянуть корсет и застегнуть платье. — Скажи же, что он красивый, даже мужественный...

— Не могу отрицать очевидного, — Джессика засмеялась, закрепляя гребнем волосы на затылке.

— Но, знаешь, боюсь, у нас бы все равно ничего не вышло, — Люси вздохнула и снова отошла к зеркалу. — Уж так сложилось исторически, что коронованные девушки из Нарнии не могут быть вместе с царевичами из Тархистана.

Люси со смехом упала на кровать. Джессика с широкой улыбкой подошла к юной королеве.

— Знала бы ты, сколько мы тогда натерпелись из-за нерешительности Сьюзен, — Люси все же встала, разглаживая юбки. — Я тебе как-нибудь поподробнее расскажу, такого в книжках не напишут. Пойдём, нас, наверно, уже ждут.

С этими словами Люси взяла под руку Джесс, и они вышли на палубу, с которой увидели на капитанском мостике всю свиту королей, самих королей и королеву, а также Рабадаша с несколькими своими воинами. Они о чем-то разговаривали, тисрок по-дружески положил ладонь на плечо Эдмунда. Рабадаш постоянно показывал рукой куда-то вперёд, да и вообще много жестикулировал. Когда девушки подошли, то все присутствующие поклонились, а Джессика поймала себя на мысли, что почти на автомате сделала книксен.

— С моей сестрой ты уже знаком, — Эдмунд указал на Люси, — а теперь позволь представить тебе леди Джессику Уотсон, прибывшую из того мира.

— Рад встрече, — Рабадаш наклонился и поцеловал её руку. — Я наслышан о вас.

— Я тоже рада, — Джессика кивнула, позволяя себе встретиться с ним взглядом. Теперь у неё была возможность разглядеть его получше. Рабадаш был высоким, примерно одного роста с Питером, тело его было крепким и смуглым. Глаза его тоже были тёмными, практически черными, а ещё отчего-то ярко сверкали. Весь вид молодого человека говорил о том, что он благородных кровей, хотя одежда сейчас на нем была самая простая. Джессика поймала себя на мысли, что этот Рабадаш вводил её в некое замешательство, растерянность.

Тисрок снова оглядел всех собравшихся. Они уже встречались однажды в Орландии, куда он прибыл с дипломатическим визитом, так что успел подружиться со всеми, кроме Каспиана. Они вели себя там, словно мальчишки – постоянно соперничали. Рабадашу казалось, что нарнийские короли и королевы ничуть не изменились. Тархистанский тисрок был молод, а потому его больше интересовала женская половина прибывших. Сьюзен была все так же прекрасна в своей холодности, а Люси обаятельна в жизнерадостности и жажде к этому миру. Джессика же отличалась ото всех девушек, которых он встречал до этого кардинально. Прежде всего тем, конечно же, что прибыла она из другого мира, мира королей и королев Нарнии. Даже взгляд у неё был другой, потому что все происходящее вокруг было для неё ново и непривычно. Уотсон была, несомненно, красива, но на его взгляд скорее жутко привлекательна, потому что исключительной красотой в этих землях отличалась именно королева Сьюзен. Он видел, как Джессика ударила одного из разбойников луком, когда её стрелы рассыпались по палубе. Было в этом нечто дикое, сильное, чего Рабадаш не привык видеть в девушках.

Кто-то из моряков крикнул: «Земля!», и все сразу же повернулись туда, куда он указывал. Джессика достала маленькую подзорную трубу с серебряной отделкой, которую до этого взяла у Люси, и направила её на показывающийся вдалеке город. Корабль стремительно приближался к суше. Джессика видела прекрасную столицу Тархистана, Ташбаан. В порту стояли огромные корабли, сотни людей сновали туда и сюда. Весь город был будто окутан ореолом света, он стоял такой прекрасный и огромный среди моря и бесконечного, бескрайнего ясного неба. Ташбаан был похож на огромную шкатулку, на самой высокой точке был виден дворец тисрока с длинными шпилями и высокими деревьями вокруг.

— Вам нравится? — Джессика обернулась. По левую сторону от неё стоял Рабадаш и тоже смотрел в даль.

— Да, очень, — Джессика шумно выдохнула. — Очень красиво.

— Вблизи ещё лучше, — тисрок оперся о деревянные перила. — Если позволите, то я бы хотел показать вам Ташбаан сам.

— Да, конечно, — Джессика смущенно улыбнулась. Такая напористость и неожиданное предложение вводили её в замешательство. Она не знала, как вести себя с ним. С одной стороны, отказывать не хотелось, но с другой, если она согласится вот так просто, то может показаться, что она совсем не имеет гордости готова гулять с первым встречным (пусть этот первый встречный и тисрок Тархистана).

Вблизи дворец и правда был ещё лучше. Он был сделан из белого камня, а огромные окна создавали такой эффект, будто он весь сияет. Балконы, шпили, высокие колонны делали его полным воздуха и пространства. Джессика знала, что Тархистан в большинстве своём состоит из пустынь, однако дворец утопал в зелени и цветах. Чтобы обслужить такое огромное пространство, здесь жили тысячи рабов, снующих туда сюда.

Всех расселили в разных комнатах. Певенси жили на одном этаже с тисроком и его семьёй, а Джессика на один этаж ниже, где жили остальные почетные гости. Комната была небольшой, но очень понравилась девушке. Высокие потолки, песочные стены, огромная кровать и окно во всю стену, ведущее на балкон. Стены как будто не было, а балкон был продолжением комнаты. Длинные полупрозрачные занавески раздувались ветром, словно паруса. Оливия, приехавшая с Джессикой, раскладывала по сундукам вещи, когда дверь открылась.

— Ты уже расположилась? — в комнату вошла Сеилин. — А мы по двое живём. Роскошно, нечего сказать!

— А где вы живёте? — девушки пошли на балкон. Внизу раскинулся роскошный пальмовый сад, а впереди виднелась лазурь неба.

— Мы с Марселин живём на этаж ниже, — Сеилин сорвала цветок из огромного вазона и вставила в свою причёску. — Кстати, приходила служанка царевны Эсмы, сестры тисрока, и просила явиться на сегодняшний праздник. В честь нашего приезда, между прочим!

— Не нашего, а королевской семьи, — Джесс улыбнулась. — Ты хочешь пойти?

— Конечно! — Сеилин рассмеялась. — Ты же знаешь, я за любое веселье! Зайду за тобой в восемь, а отказы не принимаются!

— Ну хорошо, хорошо, — Джессика снова улыбнулась. — Пойдём. Но ты поможешь мне выбрать платье!

***

В покоях царевны Эсмы царил полумрак. Уже алел закат, а в комнате горело недостаточно много свечей, но это была часть антуража. Сама царевна лежала на роскошной тахте на боку, две прекрасные рабыни обмахивали её огромными опахалами. Пахло благовониями и душистым кальяном, вся комната была в дымке из-за него. Сеилин, Марселин и Джессика подошли к тахте и поклонились.

— Очень рада, очень рада, — Эсма снова поднесла к губам кальян и выпустила облако дыма. — Мой брат рассказывал мне о вас, — она кивнула в сторону Джессики.

Уотсон покраснела и опустила глаза. В царевне, как и в её брате, чувствовалась сила и текущая в венах власть, безграничная и абсолютная. У неё была тёмная кожа и карие, глубокие и лучистые глаза. Весь её вид был по-доброму хитрый, лукавый, а взгляд такой, будто она знает вещи, недоступные для других. На ней была роскошная одежда – широкие шёлковые шаровары и короткий лиф, расшитый золотом. Тёмные волосы были высоко собраны, на длинной шее было множество цепочек разной длины. Подчёркнутая, даже вычурная роскошь виднелась во всем и всех в этой комнате.

В покоях было людно. Помимо гостей, в числе которых были Сьюзен и Люси, были музыканты и танцовщицы. Все говорили, много пили и мало ели. Мужчин совсем не было, потому что не положено.

— Попробуйте кальян, дорогая Джессика, — Эсма сделала жест рукой и рабыня поднесла кальян к кружку королев Нарнии и Джессики с Сеилин.

— Ох, я не знаю... — Джессика немного смутилась. Сьюзен и Люси переглянулись.

— Прошу, — Эсма улыбнулась, — вам понравится, поверьте. Это поможет расслабиться.

Джессика кивнула и вдохнула. Дым заполнил её, ей показалось, что ещё чуть-чуть и она отключится. Уотсон закашлялась, на что царевна рассмеялась.

— Джесс, не увлекайся, — Сьюзен дотронулась до её руки.

— О, не беспокойтесь, ваше величество, — Эсма снова вдохнула дым. — Ничего страшного не произойдёт, это просто с непривычки.

Взгляд Джессики помутился. Она внезапно почувствовала себя такой лёгкой, словно пушинка, вот-вот поднимется в небо. В один момент все стало таким красивым и милым, ей начало казаться, что она любит всех-всех в комнате, всегда любила. Танцующих рабынь, девушек из свиты нарнийских королев и саму царевну Тархистана. Все вокруг такое красивое, такое мило и желанное, а вино такое вкусное. Поддавшись слабостям, Джессика пила сладкое вино, заедая лукумом, и чувствовала себя самой счастливой на свете.

— Мне нравится ваше платье, Джессика, — Эсма позволила ей сесть рядом. Сьюзен и Люси недавно ушли, почувствовав, что они уже выпили достаточно. Джессика снова засмеялась. На ней было темно-синее платье с жемчужной вышивкой и длинными рукавами, очень скромное по сравнению с нарядом царевны. — Давай на «ты»?

— Давай, — Эсма взяла её за руки. Она тоже уже была пьяна, это было понятно по её взгляду и румяным щекам, блестящим глазам. Впрочем, Джессика была в таком же состоянии.

— Я хотела бы иметь такого друга, как ты. Ты почему-то вызываешь симпатию.

Джессика снова вдохнула кальян.

***

Питер шёл по коридорам дворца в поисках комнаты Джессики. Праздник, на который их пригласил тисрок, был уже окончен. Питер был немного пьян, но зато в хорошем расположении духа. Джессику он не видел сегодня весь день, а потому не слишком спокойно себя чувствовал. Возле одной из дверей он увидел двух девушек, одна из которых была подозрительно похожа на Уотсон. Он подошёл ближе и увидел, что это действительно была она, а вторая – её служанка Оливия. Она держала её за талию, не давая упасть слишком весёлой девушке.

— С ней все нормально? — Питер переложил руку Джессики на своё плечо.

— Миледи просто немного перебрала вина, ваше величество, — Оливия сделала неловкий книксен.

— Можешь идти, я позабочусь о ней, — Питер вошёл в комнату, буквально втаскивая за собой хихикающую девушку.

— Питер, я так рада тебя видеть! — она попыталась поцеловать его в щеку, но промахнулась и коснулась губами шеи.

— У-у-у, да ты совсем, я смотрю, в дрова, — Питер усмехнулся, закрывая ногой дверь.

— Вовсе нет, — Джесс качнулась, но все же твёрдо встала на ноги. — Знаешь, здесь все такие ми-и-и-илые. Особенно царевна Эсма...

— Это ты у неё так напилась? — Джессика повернулась к нему лицом и поморщилась.

— Я пила совсем чуть-чуть, правда! — она подошла ближе, настолько близко, что Питер мог слышать тихий скрип её корсета. — Ты сегодня тоже как-то по-особенному хорош! Так и хочется...

Питер заулыбался. Она положила руку ему на грудь и опустила чуть ниже. В свете свечей он мог хорошо рассмотреть её румяное лицо и блестящие глаза, сейчас она была очень хороша собой.

— Тебе пора спать, — Питер перекинул её на плечо и отнёс на кровать, но его план уложить её с треском провалился, потому что Джессика не собиралась отпускать его.

— Нет, — она сказала это с хитрым выражением лица. — Если только с тобой.

С этими словами она перевернула его так, что оказалась верхом на Питере. Она снова провела ладонью по его груди, а затем нагнулась и поцеловала. Поцелуй был жарким, таким жарким, что Питер буквально почувствовал, как в том месте, где находились её ладони разгорался пожар. Затем её пальцы переместились на его лицо, Джессика легко касалась губами лба, щёк, уголка губ.

— Ты пьяна, — Питер тяжело дышал, — ложись спать.

— Да, пьяна, — затем она коснулась губами шеи. Ей тоже было очень жарко и просто невыносимо. Тайные желания, которые она вряд ли решилась бы привести в жизнь трезвой, выходили наружу. Слишком тяжело, слишком жарко, слишком стыдно будет завтра. — Нужно остановиться... Но я не могу!

Она снова поцеловала его. Питер решил начать как-то шевелиться, а не просто давать целовать себя. Сейчас его мысли разделились на две части: первая твердила, что нужно остановиться и не пользоваться её состоянием сейчас, а вторая уговаривала поддаться и жить моментом. Все было решено, когда она коснулась его волос и расстегнула первые три пуговицы его рубашки. Трезво мыслить воспрещалось.

Он перевернул её на спину, целуя в ответ. Так, как она тянула его волосы, никто не делал прежде, так, как целовала его она, никто не целовал прежде. Было очень жарко и душно несмотря на огромное окно и свежий ночной воздух. Внезапно Питер почувствовал, что Джессика как-то расслабилась, дыхание её стало ровным и тихим. Питер открыл глаза и увидел то, от чего не смог сдержать смех.

Джессика крепко спала, глаза её были закрыты. Питер, чтобы не будить её, уткнулся лицом в подушку и глухо рассмеялся. Встав с кровати, он первым делом умылся, чтобы охладиться, а затем застегнул рубашку и позвонил в колокольчик, вызвав Оливию. Питер практически бежал до своей комнаты.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

19 из 28