Глава 1: 1.

1.

17

0

Mот Molwe
Поделиться

Конечно. Переписываю с именем Чжоу Чанг и буду использовать именно этот вариант дальше.

Если описывать Луну Лавгуд одним словом, никто бы не назвал её красивой.

О, она, конечно, не была уродиной — если вы подумали именно об этом. Просто она была такой странной, что это отталкивало даже тех, кому она могла бы показаться симпатичной.

Она была невысокой, стройной блондинкой с хрупкой фигурой и тонкой талией, но с ней никто не разговаривал. Всех отпугивала её необычность: она беседовала с тем, чего не существовало, а в коридорах шепталась о нарглах и взморниках, не замечая, что вокруг полно людей, которые слышат каждое слово и перешёптываются о том, какая она сумасшедшая.

«Чокнутая Лавгуд» — так её прозвали ещё на приветственном пиру в первый год учёбы. Прозвище крепко к ней прилипло.

Несмотря на то, что Луну считали сумасшедшей, в учёбе она была остра, как бритва, и по оценкам уступала лишь Гермионе Грейнджер. Она была одной из любимых учениц профессора Флитвика, которого её странности, похоже, нисколько не смущали.

За годы учёбы Луна научилась не обращать внимания на едкие подколки однокурсников и на вещи, которые пропадали из её сундука. Конечно, поначалу ей было больно, но отец говорил, что она особенная и в школе найдутся люди, которые её не поймут и попытаются унизить. Главное — не позволять им этого.

Так, за следующие четыре года Луна стала очень стойкой. Она не давала себя запугать тем, кто дёргал её за волосы или крал туфли, и продолжала жить так же спокойно, как прежде. Это лишь сильнее раздражало таких девиц, как Чжоу Чанг и Мариэтта Эджком: они не могли вывести Луну из себя, как всех остальных.

Среди всех когтевранцев именно этих двоих Луна недолюбливала меньше всего. Целыми днями они сплетничали о мальчиках и придумывали, как дать остальным понять, что именно они тут главные, хотя были всего лишь на четвёртом курсе — как и Луна.

Однажды после занятий, за неделю до Йольского бала, который должен был состояться в декабре, Луна застала этих двух гарпий в гостиной. Они хихикали, прикрывая рты ладонями, и Луна невольно услышала их разговор.

— Конечно, я согласилась пойти с Седриком, Мариэтта! — громко прошептала Чжоу. — Ты его видела? Сейчас он самый привлекательный парень в Хогвартсе. Правда, в следующем году он окончит школу, и наверняка появится кто-нибудь ещё красивее. Но пока мне достался самый завидный кавалер.

— Тебе повезло, — надулась Мариэтта. — Хотела бы я, чтобы он пригласил меня. Его друзья тоже симпатичные, но у них уже есть пары.

— Не переживай, — сказала Чжоу, поправляя чёрные волосы. — Мы и тебе кого-нибудь найдём. А если подумать, тебе ещё повезло: ты хотя бы пойдёшь на бал с кем-нибудь. Не то что Чокнутая, вон там. Даже все чары красоты из «Еженедельника ведьм» не сделают её хотя бы сносной!

Это всё-таки задело Луну. Раньше она никогда не задумывалась о своей внешности — для неё это не имело значения. Но услышать, что однокурсницы считают её уродливой, было жестоко.

— Верно, — оживилась Мариэтта. — У неё, наверное, даже пары нет. Весь вечер просидит в астрономической башне, как всегда, бормоча что-то о звёздах и нарглах.

Девушки расхохотались. Луна поморщилась, стараясь не принимать их слова близко к сердцу. Несправедливо, что люди бывают такими жестокими, но Чжоу и Мариэтту вечно окружали нарглы, так что в их отвратительном поведении, пожалуй, они не были виноваты.

— Раз уж заговорили о Йольском бале, — снова начала Мариэтта, — Гарри Поттер ведь приглашал тебя?

Луна тут же навострила уши.

— Да, — равнодушно ответила Чжоу. — Поттер не такой уж плохой. Для четверокурсника он довольно симпатичный, но вечно мрачный и нервный. Мне совсем не хочется, чтобы такой угрюмый парень испортил мне весь бал. Наверное, я бы согласилась, если бы уже не пообещала Седрику, но Поттера неплохо было бы оставить про запас — вдруг захочется с ним потанцевать. А ещё я могла бы показать остальным девчонкам, что Мальчик-Который-Выжил у меня под боком.

Луне захотелось задохнуться от ярости. Гарри был очень милым, а эти две говорили о нём так, будто он был призовым быком, которого собирались купить на аукционе. Неудивительно, что Гарри всё время такой серьёзный: он потерял родителей ещё младенцем, а потом ему пришлось жить у ужасных родственников! Как они смеют его осуждать?! А Чжоу только что призналась, что готова использовать Гарри ради собственной выгоды, хотя знает, что он ей симпатизирует. Какая самодовольная нахалка!

Гарри нравился Луне ещё с тех пор, как год назад помог ей найти туфли, украденные Чжоу. Луна никому об этом не рассказывала, но рядом с Гарри у неё начинали потеть ладони. Ни один другой парень в школе не вызывал у неё такого чувства.

— По крайней мере, он лучше тебя, — пробормотала она.

— Что ты сказала, Чокнутая? — резко бросила Чжоу из другого конца комнаты. Она поднялась и направилась к блондинке. Мариэтта, как всегда, последовала за ней.

— Ничего, — радостно сказала Луна, тоже поднимаясь. — Тут просто много нарглов. Я всего лишь заметила, что они собрались как раз в той части комнаты, где вы только что сидели.

Будь они умнее, то поняли бы, что это колкость. Но умом Чжоу и Мариэтта не отличались и ничего не заметили.

— Слушай сюда, Чокнутая, — прорычала Чжоу, подойдя вплотную. — Я сегодня в хорошем настроении, так что предупрежу тебя только раз. Не попадайся мне на глаза и держи язык за зубами, если знаешь, что для тебя лучше. Таким, как ты, место в тени.

С этими словами Чжоу и Мариэтта вышли из гостиной. Луна в очередной раз подумала, как хорошо, что ей не приходится делить с ними спальню. Иногда она мечтала оказаться на Гриффиндоре — там были Гарри и Гермиона, единственные, кто всегда относился к ней по-доброму. Луна думала, что Гарри, возможно, пригласит на бал Гермиону, но та сказала, что её позвал Виктор Крам, и попросила никому не рассказывать — особенно Гарри и Рону.

Напевая себе под нос, Луна вприпрыжку поднялась в спальню. Праздничные дни перед Йольским балом она проведёт, как обычно, — одна.

Ω

Следующие несколько дней прошли для Луны на удивление тихо. Она ходила на уроки, рисовала нарглов и старалась не обращать внимания на предбаловый ажиотаж, царивший на каждом шагу.

Все девочки с Когтеврана пребывали в лихорадочном возбуждении, готовясь к балу. Раньше Луне было всё равно, но теперь от этой суеты у неё появился горький привкус во рту: она постоянно вспоминала, что Чжоу и Мариэтта правы… пары у неё нет.

За несколько дней до Йольского бала Луна как-то вечером бродила по коридорам, стараясь не жалеть себя. Вдруг за спиной послышались шаги.

Она резко развернулась, подняв палочку: ей показалось, что кто-то пришёл её задеть. Но перед ней оказался удивлённый Гарри — он резко остановился в нескольких шагах и вскинул руки, ошарашенно глядя на неё.

— А, это ты, Гарри, — сказала Луна, опуская палочку и вновь принимая мечтательный вид. Она не обращала внимания на то, как участилось её сердцебиение, и улыбнулась ему своей обычной задумчивой улыбкой.

— Привет, Луна, — сказал он. Казалось, Гарри немного нервничал и чувствовал себя неловко: он то бросал на неё взгляд, то снова смотрел в пол.

— Что-нибудь случилось, Гарри? — спросила она, нахмурившись.

— Нет… просто… я хотел… Ну, ты не хочешь пойти со мной на Йольский бал? — выпалил он.

Луна на мгновение решила, что ослышалась.

— Что ты сказал?

Гарри глубоко вздохнул, словно боялся повторить вопрос и услышать ответ.

— Ты пойдёшь со мной на Йольский бал?

Луна секунд десять моргала, напоминая себе, что ничего особенного не произошло. Просто её пригласили на бал — значит, Чжоу и Мариэтта ошиблись! Пара у неё всё-таки будет.

Гарри смотрел на неё, покусывая нижнюю губу и ожидая ответа. Он медленно чертил носком ботинка круг по полу.

— Конечно, Гарри, — наконец тихо ответила Луна. Он с удивлением заметил, как искренне сияют её глаза. — Я с радостью пойду с тобой.

На лице темноволосого юноши расцвела широкая улыбка. Он и сам не понимал, почему это так его обрадовало. Когда он пригласил Чжоу, а она сказала, что уже обещала другому, ему следовало расстроиться, но вместо этого он испытал облегчение. Огромное облегчение. От согласия Луны он был счастливее, чем был бы, если бы согласилась Чжоу.

Мысль показалась странной, и Гарри пока отложил её в сторону.

— Эм… здорово. Ты знаешь, нам нужно встретиться у входа в Большой зал в семь, когда все остальные уже зайдут? Так что… я буду ждать тебя там без пяти семь.

— Хорошо, Гарри, — сказала Луна, надеясь, что разговор скоро закончится. Тогда она сможет сбегать в астрономическую башню и завизжать от радости там, где её никто не услышит.

Гарри Поттер пригласил её на Йольский бал!

Ω

В вечер долгожданного праздничного пира Луны Лавгуд нигде не было видно в гостиной. Она исчезла из спальни, а Чжоу и Мариэтта громко хихикали, рассуждая, что Луна, должно быть, забрела в Запретный лес, где её съел паук или превратил в жабу.

Оскорбления были не слишком оригинальными, но, если помните, ума Чжоу и Мариэтте тоже было не занимать.

На самом же деле Луна была не в лесу, а в комнате, которую обнаружила во время своих многочисленных прогулок по замку. Домовые эльфы рассказали ей о Выручай-комнате и объяснили: она даст всё, что нужно, если просто попросить.

А сейчас Луне было нужно место, где можно переодеться к Йольскому балу, не опасаясь, что ей помешают.

Комната сделала для неё даже больше. В ней нашлось платье для бала, и, едва увидев его, маленькая блондинка поняла: это именно то, что нужно.

Длинное шёлковое платье глубокого зелёного цвета доходило до пола. Бретели сходились у шеи, а не на плечах, и спина была открыта почти до талии, образуя глубокий V-образный вырез чуть выше поясницы. Бретели украшали вышитые зелёные камни, а талия облегала хрупкую фигурку Луны как перчатка.

Не теряя времени, Луна надела зелёное платье и туфельки с лентами, которые ей приготовила комната. Затем она принялась укладывать волосы — так, как когда-то давно научила её мама. Пандора увлекалась магловскими фильмами и однажды, когда Луна была совсем маленькой, сводила её в кино. Там снималась кинозвезда с красивыми светлыми локонами, перекинутыми через правое плечо.

Луна потрудилась на славу и при помощи нескольких заклинаний уложила волосы именно так. Из-за густых, словно у кинозвезды, локонов её светлые волосы теперь доходили до ключиц. Луна глубоко вздохнула и посмотрела в зеркало. Глаза её широко распахнулись.

— Ты прекрасна, милая, — сказало зеркало, которое, как Луна уже успела понять, было заколдованным. — Ты будешь королевой бала!

— Ой, не знаю, — сказала Луна, вставляя в уши маленькие серьги из кукурузной шелухи. Забавно, но они были того же зелёного цвета, что и платье. — Я просто хочу провести вечер с Гарри, без нарглов.

Попрощавшись с зеркалом, она вышла из Выручай-комнаты и наложила на себя Дезиллюминационное заклинание. Луна поспешила к Большому залу: ей не хотелось, чтобы кто-нибудь увидел её раньше Гарри и испортил сюрприз.

По дороге она гадала, что он подумает. Покажется ли она ему красивой?

Луна очень на это надеялась. Она приложила немало усилий, а где-то втайне хотела заставить Чжоу и Мариэтту пожалеть о своих словах. Хотела показать им, что она красивая, хотя и без того это знала.

Наконец она добралась до верхней ступеньки лестницы, ведущей вниз, ко входу в Большой зал. Там стояли чемпионы со своими парами и профессор Макгонагалл.

Луна медленно спускалась по лестнице, стараясь не наступить на подол.

— Мистер Поттер, двери откроются через две минуты. Где ваша пара? — строго спросила глава Гриффиндора.

— Она обещала прийти. Ещё одну минуту, — взмолился Гарри.

Луна решила, что больше не станет его мучить.

— Я здесь.

Услышав её голос, все обернулись. В том числе и Чжоу, которая держалась за руку Седрика, словно обезьянка.

Все парни поблизости разинули рты — и никто не выглядел удивлённее Гарри.

В этот миг все поняли, какой поразительно красивой была Луна Лавгуд. В длинном платье глубокого зелёного цвета она словно спускалась к ним с небес. Её светло-голубые глаза блестели, а красивые локоны лежали на одном плече. Необычные зелёные серьги только подчёркивали обаяние Луны Лавгуд.

Её кожа казалась цвета слоновой кости, но словно излучала тепло. Впервые в жизни Луна почувствовала себя по-настоящему элегантной, медленно спускаясь к своей паре.

Оказавшись рядом с Гарри, она взяла его под руку и улыбнулась его ошеломлённому лицу.

— Что-нибудь не так, Гарри? — спросила Луна.

Он моргнул.

— Ты… ты… прекрасна.

— Спасибо, Гарри, — мягко ответила Луна, хотя сердце её пело от радости.

Чжоу выглядела так, будто только что съела лимон, и метала в блондинку убийственные взгляды. А Гермиона, напротив, выглядела в восторге и подошла вместе со своим кавалером, чтобы сказать Луне, как чудесно та выглядит.

— Дамы и господа, прошу внимания! Скоро откроются двери. Мисс Делакур и мистер Диггори — первыми. Мистер Поттер, вы с мисс Лавгуд — последними. Встаньте в очередь! — рявкнула Макгонагалл, и все поспешили подчиниться.

Луна была рада, что профессор поставила их с Гарри в конец: так они оказались как можно дальше от Чжоу, и это гарантировало, что вечер пройдёт прекрасно.

Прошло всего несколько секунд — двери распахнулись, и чемпионы со своими спутниками вошли в зал. Но шёпот начал нарастать, лишь когда внутрь вошли Гарри и Луна.

— Кто эта девушка с Поттером?

— Никогда её раньше не видел!

— Такую красавицу я бы точно запомнил!

— Думаете, она из Шармбатона?

Все эти замечания заставляли улыбку Луны становиться всё шире.

— Чему ты улыбаешься? — спросил Гарри, когда заиграла музыка для первого танца. Он обнял её за талию, и Луна ощутила, как внутри у неё всё приятно дрогнуло.

— Ничему. Тут нет нарглов, и сегодня вечером у меня есть всё, о чём я мечтала.

— И я тоже? — шутливо спросил Гарри.

Луна посмотрела на него, и взгляд её стал совершенно серьёзным.

— И ты тоже.

Улыбка, расцветшая на лице Гарри, была ярче любой, которую она когда-либо видела.

Луна удивилась, когда он наклонился и поцеловал её в щёку, а затем отстранился. Его глаза блестели.

— Знаешь, я сначала хотел пригласить на бал тебя, но испугался, что ты откажешь, и струсил. Поэтому спросил Чжоу. Я так рад, что она сказала нет и я смог пригласить тебя.

Сердце Луны подпрыгнуло. Она наклонилась и поцеловала Гарри в ответ.

— Тогда я очень рада, что ты всё-таки это сделал, Гарри Поттер.

В течение вечера всем наконец стало ясно, что спутница Гарри Поттера — не кто иная, как Луна Лавгуд.

Реакция на это была поистине уморительной.

— Кто бы мог подумать, что под этой мешковатой формой скрывается такая фигура?

— Вот бы я пригласил её раньше Поттера!

— Не будь дураком, разве не видно, что они вместе?

— Поттер и Лавгуд?!

За весь вечер Гарри и Луна не танцевали ни с кем другим. Когда Чжоу попыталась пригласить Гарри на танец, он просто смерил её убийственным взглядом и, крепче обняв Луну, увёл её прочь.

Это был волшебный вечер, и много лет спустя Луна вспоминала о нём с нежностью. Она часто смотрела на мужа и спрашивала:

— Помнишь Йольский бал? Ночь, когда всё для нас изменилось?

— Конечно, — отвечал Гарри. — Это была ночь, когда у тебя в ушах торчали кукурузные листья.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1