Глава 6: Часть 6.

Часть 6.

421

0

Тот тапок-часодей
Поделиться

Весь состав ключников сидит в небольшой комнате и молчит. Ребятам скучно. Они не знают, во что им поиграть. Бедные дети. Сидят уже минут двадцать, а никто не может вспомнить хотя бы одну игру.

В конце концов, Василиса вскакивает со стула и говорит:

– Придумала! Давайте сыграем в «Слабо, не слабо»?

– А что, отличная идея,– сказал Фэш,– Я надеюсь, нам не придется объяснять Норту, как в нее играть, а то еще полчаса, и мы можем никуда не спешить. Нас прогонят.

– Я знаю эту игру,– огрызнулся Огнев.

И тут же повернулся к Марку, прошептав:

– Марк, что это за игра?

Да, в этом весь Норт.

Ведущей на этот раз была Резникова. Она встала и сказала своим жеманным голоском:

– Так, Фэш, ты первый. Слабо тебе меня поцеловать? – она порозовела.

– Слабо,– тут же ответил парень.– Тогда я рассказываю секрет: Рок прячет свои кальсоны в шкафу, на нижней полке. Только никому не рассказывайте, а то его весь Орден Драгоциев засмеет, с Астрагором в придачу.

– Рок носит кальсоны?– захохотал Ляхтич.– Сын Астрагора? У вас что, все Драгоции такие идиоты?

– Ты бы лучше придумал, куда заныкать свои семейники со всякими животными,– спокойно ответил Фэш.

Вы даже представить себе не можете лицо златоключника. Он с криками набросился на Драгоция, который смеялся во всю. Они даже чуть не подрались, слава богу, что Ярис их разнял.

– Марк, слабо ли тебе пойти к Елене и признаться ей в любви?– лукаво спросила Маришка.

– Конечно, слабо, что за вопрос? Только вот я не собираюсь рассказывать секреты, лучше уж желание мне загадай.

– Ну, ладно. Окажись сейчас в этих семейниках со слониками

– Эй!

– Ты знал, на что шел. Давай, исполняй.

Марк покраснел (с ним, кстати, редко такое случалось) и взмахнул часовой стрелой. Через мгновенье, он уже был в одних трусах. Все тут же залились дружным хохотом. Василиса никогда не видела ничего ужаснее и смешнее, чем это. Понятно, почему все парни стесняются носить семейники. Трусы были длинные, доставали почти до колен, если бы не собирались в гармошку. На жизнерадостно-зеленых холмах гармошки паслись слоники и жирафы.

Когда все перестали хохотать, Ляхтича в комнате уже не было. Постеснялся и убежал.

А игра продолжалась. Следующей по очереди была Василиса.

– Раз ты посмела поиздеваться надо мной и над госпожой Мортиновой, то я тебе отомщу, тем же,– зло прошипела Маришка.

Она что-то прошептала Огневой, и та, заулыбавшись, вышла из комнаты. Девушке давно хотелось поиздеваться над своим отцом.

Нортон Огнев занимался обычным делом – рылся в бумажках. Он сидел спиной к дочери, поэтому даже не слышал, как она на цыпочках вошла. Василиса со всего маху дала отцу по спине. Он тут же испуганно развернулся и уставился на дочь. Василиса широко раскрыла рот и засмеялась:

– А – га – га – га – а!

– Василиса, что с тобой?– удивленно спросил отец.

– Папашка, дай денег.

– На что?

– На гашиш. Хи.

Отец не Мортинова, его не так просто было вывести из себя.

– Как ты смеешь употреблять наркотики?! Это ужасно!– начал причитать Нортон-старший.

Василиса отвела глаза в сторону, а потом резко дернулась вперед и захохотала:

– О – ха – ха – уха – хуха – эхе – хе – аха – а – е!

Глаз отца задергался, он откинулся на спинку стула и глубоко задышал.

Оказывается, сам Нортон Огнев такой слабонервный, что не смог вынести обычной шуточки своей дочери.

Василиса помогла отцу встать и повела его в одно место. Девушка привела его в кабинет к Елене, с которой сейчас занимался психиатр.

– Вот, я вам еще одного подопечного привела,– сказала девушка, усаживая отца на диван, рядом с Мортиновой.
Он накинулся на доктора и заорал:

– Она просит гашиш, дайте ей, то, что она хочет!

Девушку выпроводили из кабинета. Ну вот, теперь два сумасшедших в замке. Зато теперь скучать не будут.

Василиса со всеми вернулась в комнату, и они еще долго отсмеивались по поводу сумасшедших.

– Так, Ярис, ты следующий,– сказала Маришка,– Слабо ли тебе… отказаться от своего ключа?

Глаза парня вспыхнули огнем, он явно хотел остаться ключником, поэтому, делать нечего, придется отвечать:

– Слабо.

– Ну, тогда рассказывай секрет.

– А у меня нет секретов,– ответил тот.

– Тогда выполняй мое желание!– произнесла Резникова.

На Чаклоше появилось махровое банное полотенце и гель Палмолив в руках. Маришка пошептала что-то на ухо Ярису, и тот вышел в коридор, прижав к себе гель. Оглядевшись по сторонам, он вдруг громко запел:

– О, палмолив, мой нежный гель,
Ты даришь запах орхидей!
Я в восторге просто таю,
Удовольствие получаю
И пленяю всех, нанана!

Он поймал мимо проезжающего клокера и сказал:

– Потрогай мою кожу, чувствуешь, какая гладкая? Чувствуешь, чувствуешь.

Просто признавать не хочешь!– кричал он остолбеневшей машине.

– Она ведь пахнет орхидеями? Ну, так понюхай! Пахнет, пахнет!

– Вы нам всех клокеров переломаете,– сказала Василиса, когда Ярис вернулся в комнату.

Оказывается, Ярис Чаклош – отличный певец! Вон, как все уши позакрывали, как только услышали первые строчки «любимой песни».

– Фрезер,– начала Маришка, но в комнату влетела испуганная госпожа Фиала и сказала:

– Дети, Нортон Огнев сошел с ума! У него психическое расстройство! Поэтому,
марш по своим комнатам и носа из них не высовывайте, все ясно?

– А почему?– удивились все.

– Потому что его выпустили из комнаты!– простонала госпожа Фиала.

В эту же секунду послышался дикий хохот:

– Ой – ха – ху – ха – еехе – егег – хи – ахеа – хе - ха!

– Так, быстро по комнатам, – скомандовала Фиала, и все разбежались, кто куда.

Наступила ночь, воцарилась тишина. И только один звук нарушал тишину и покой:

– Ой - ху - хе - хах - ех - ех – хе!

– О, господи, да заткните кто-нибудь этого придурка!

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

6 из 8