Глава 1: Новая глава

Новая глава

70

0

Mот Molwe
Поделиться

Гарри молча плёлся рядом с Гермионой, вполуха слушая, как она отчитывает Рона за нежелание делать уроки.

В последнее время он чувствовал себя отстранённым от всех и от всего. Никакие эмоции не задерживались дольше нескольких секунд. Он не мог заставить себя переживать из-за учёбы и с трудом уговаривал себя поесть.

Ему просто больше ни до чего не было дела.

Гарри понимал, что такая апатия должна его пугать.

Но она не пугала.

Он смотрел себе под ноги и медленно шёл вперёд, отгораживаясь от жаркого спора друзей и размышляя о собственном состоянии.

Прошлый год выдался тяжёлым и явно не прошёл для него бесследно — один Турнир Трёх Волшебников чего стоил.

Нынешний оказался ничуть не лучше.

Гарри потёр руку, чувствуя выпуклые шрамы — слова, которые его, по сути, заставили вырезать на собственной коже.

Посмотрел на кисть и повернул её так, чтобы надпись стала отчётливо видна.

*Я не должен лгать.*

Гарри мрачно усмехнулся и опустил руку.

Наказания Амбридж были ужасны.

Но он солгал бы, сказав, что совсем не испытывает благодарности.

Когда он писал её пером и смотрел, как по руке течёт кровь, это были единственные мгновения, в которые удавалось почувствовать хоть что-то, кроме постоянной пустоты.

Внезапно слух обрушившийся на него громкий гомон заставил Гарри поднять голову.

Они как раз вовремя добрались до Большого зала.

Через несколько минут должны были подать ужин.

Гарри последовал за друзьями к гриффиндорскому столу и занял свободное место возле Дина.

Рон сел справа от него, а Гермиона — напротив Рона.

Короткую речь Дамблдора Гарри пропустил мимо ушей.

Когда стол заполнился едой, он вздохнул.

Потянулся к миске с картофельным пюре, положил немного на тарелку, затем взял хлеб.

Добавил кусок курицы с ближайшего блюда и поднял ложку.

Подперев голову левой рукой, Гарри принялся рассеянно водить ложкой по пюре.

— …рри? Гарри? Ты в порядке?

Услышав своё имя, он моргнул и поднял на Гермиону пустой взгляд.

— Что? — вздохнул он.

Она обеспокоенно нахмурилась.

— Ты в порядке? В последнее время ты совсем другой. Больше с нами не разговариваешь, не улыбаешься, не смеёшься, почти не ешь. Тебя что-то тревожит?

Гарри пожал плечами, взял хлеб и начал разрывать его на маленькие кусочки.

— Это настоящая жизнь? Или просто фантазия? Попал под обвал — от реальности не сбежать, — тихо пробормотал он, скорее себе под нос, чем отвечая на вопросы Гермионы.

— Что? Гарри, что это значит? — нерешительно спросила она.

Теперь на него смотрели и Рон, и Дин, и Симус, и Невилл.

На лицах застыла тревога разной степени.

— Открой глаза, взгляни в небеса и увидишь…

Гарри запрокинул голову, посмотрев на ясное ночное небо зачарованного потолка.

— Я всего лишь бедный парень, мне не нужно сочувствие. Ведь я легко прихожу, легко ухожу, то выше, то ниже. Куда бы ни дул ветер — мне всё равно, всё равно.

Он покачал головой и снова опустил взгляд на стол.

Дин смотрел на него с озадаченным весельем.

Уголки его губ подрагивали.

Рон и Невилл выглядели растерянными, Гермиона — сбитой с толку.

Симус фыркнул.

— Мама, я только что убил человека, — запел Дин, больше не сдерживая усмешки. — Приставил пистолет к его голове, нажал на курок — и вот он мёртв.

Рон и Невилл с нарастающим ужасом переводили взгляд с Гарри на Дина.

А когда Симус громко захихикал, повернулись к нему.

— Мама, жизнь только началась, но теперь я взял и всё перечеркнул! — подхватил тот.

Гермиона шумно выдохнула и закатила глаза, но тоже не смогла удержаться от смешка.

Гарри поднял глаза на Дина и Симуса.

Впервые за долгое время он чувствовал что-то, кроме привычных пустоты и боли.

Он немного выпрямился.

Трое мальчишек переглянулись и одновременно глубоко вдохнули, прежде чем запеть следующую часть:

— Мама, у-у-у, я не хотел заставить тебя плакать. Если завтра в этот час я не вернусь, живи дальше, живи дальше, словно ничто не имеет значения.

— Слишком поздно, — вступила Гермиона. — Мой час настал. По спине бегут мурашки, всё тело непрерывно болит.

— Прощайте все! — во всё горло грянули Колин и Деннис Криви, сидевшие через семь мест от них.

Они обняли друг друга за плечи и раскачивались в такт.

Гарри улыбнулся, с удивлением чувствуя, как в него понемногу просачивается радость.

— Мне пора! Я должен оставить вас всех и встретиться с правдой!

— Мама, у-у-у, я не хочу умирать! Иногда жалею, что вообще родился!

Теперь пели все маглорождённые за гриффиндорским столом.

Смеялись и улыбались, глядя на растерянные лица чистокровных и некоторых полукровок.

Гарри огляделся и заметил, что за пуффендуйским столом тоже кое-кто подпевает.

Он внезапно вскочил и указал на стол Когтеврана.

— Я вижу маленький силуэт человека! — громко запел он.

Дин и Симус тоже вскочили, показывая в ту же сторону.

— Скарамуш, Скарамуш, станцуешь фанданго? — спросили они, жестикулируя в сторону случайного когтевранца.

Терри Бут поднялся с широкой улыбкой.

— Гром и молния очень, очень пугают меня! — прокричал он.

— Галилео! — хором пропели все присоединившиеся девушки.

— Галилео! — низко отозвались мальчики.

— Галилео!

— Галилео!

— Галилео Фигаро — великолепно!

Теперь вовсю пели все маглорождённые и большинство полукровок.

— Я всего лишь бедный парень, никто меня не любит.

Все удивлённо обернулись к слизеринскому столу.

Там стоял Драко Малфой.

Очевидно, следующую строчку исполнил именно он.

Гарри ухмыльнулся, пожал плечами и толкнул Дина в бок.

— Он всего лишь бедный парень из бедной семьи, — запели они вдвоём.

Остальные снова подхватили:

— Уберегите его жизнь от этого ужаса!

— Легко пришёл, легко уйду — вы отпустите меня? — снова запел Драко.

— Бисмиллях! Нет, мы тебя не отпустим! — прогремели мальчики.

— Отпустите его! — умоляюще пропели девушки.

Некоторые картинно повисли на сидевших рядом мальчишках.

Те решительно покачали головами.

— Бисмиллях! Мы тебя не отпустим!

— Отпустите его!

— Бисмиллях! Мы тебя не отпустим! — запели несколько слизеринцев, вскакивая и хватая Драко за мантию.

— Отпустите меня! — громко потребовал он.

— Мы тебя не отпустим! — снова пропели слизеринцы.

— Отпустите меня!

— Не отпустим! — грянули почти все ученики.

— Отпустите меня, о-о! — присоединился к Драко Гарри.

— Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет! — завыли остальные.

— О, мама мия, мама мия! — прокричал Драко.

— Мама мия, отпусти меня! — крикнул Гарри.

— Вельзевул приберёг для меня столик! — запел Драко.

— Для меня! — отозвался Гарри, словно бросая ему вызов.

— Для меня! — завопили маглорождённые и полукровки.

На несколько секунд наступила тишина.

Потом Гарри запрыгнул на гриффиндорский стол и принялся изображать игру на гитаре, тряся головой и голосом выводя гитарное соло.

Он счастливо улыбнулся, когда первой к нему присоединилась Гермиона.

Они прыгали на столе, играя на воображаемых гитарах и разбрасывая ногами тарелки с едой и кубки.

Большой зал превратился в море смеющихся, танцующих людей.

Все напевали инструментальный проигрыш.

Кто-то забирался на столы своих факультетов, другие собирались в проходах и танцевали с учениками из других домов.

— Так ты думаешь, можешь остановить меня и плюнуть мне в глаз? — проревел Гарри.

Он чувствовал себя окрылённым.

Живым.

Сердце колотилось в груди.

От смеха и улыбки болели щёки и бока.

— Так ты думаешь, можешь любить меня и бросить умирать?! — взревели ученики.

От мощи их голосов задрожали окна.

— О, милый! Нельзя так со мной, милый! Надо вырваться, надо просто выбраться отсюда!

Они изобразили ещё одно гитарное соло, покороче предыдущего.

— О да, о да!

— Ничто не имеет значения, это каждому видно, — тихо запел Гарри, с улыбкой обводя взглядом друзей. — Ничто не имеет значения, ничто не имеет значения для меня.

— Куда бы ни дул ветер… — негромко допели ученики.

А потом все захихикали и наперебой заговорили о только что случившемся.

Гарри спрыгнул со стола и повернулся к Гермионе, широко улыбаясь.

Она улыбнулась в ответ.

В глазах сияла радость.

— Думаю, теперь со мной всё будет хорошо, Миона, — с надеждой сказал он.

— Если опять загрустишь, просто споём что-нибудь ещё, чтобы тебя развеселить, — поддразнила она.

Гарри рассмеялся и сел.

Дин дружески сжал его плечо, ободряюще кивнул и повернулся к Невиллу с Роном, пытаясь объяснить, что произошло.

Гарри посмотрел на слизеринцев.

Точнее, на Драко.

И с удивлением обнаружил, что тот уже смотрит на него.

Они встретились глазами.

Несколько мгновений Драко холодно хмурился, потом усмехнулся и кивнул.

Гарри кивнул в ответ.

Драко закатил глаза и повернулся к Забини.

Гарри наслаждался разливавшимся внутри чувством покоя.

И пообещал себе, что поговорит с друзьями прежде, чем снова позволит себе погрузиться в беспросветную подавленность.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1