Глава 1: Прививки

Прививки

18

0

Mот Molwe
Поделиться

Отказ от прав: Если вы верите, что мне принадлежит хоть что-нибудь во вселенной Гарри Поттера, возможно, вас заинтересует прекрасный участок у моря в Неваде… Нет?

Ещё здесь есть некоторые вольности в области иммунологии, в которой я мало что понимаю… Пожалуйста, не бейте меня за это?

Северус Снейп, ухмыляясь, помогал мадам Помфри раскладывать рядами стерильные серебристые иглы. Каждая сверкала в утреннем свете, лившемся из окон больничного крыла, и такой же блеск вспыхивал в глазах Снейпа. Пришла пора делать прививки шестикурсникам, и Снейпа, как всегда, привлекли в помощь мадам Помфри после очередного сеанса уклонения от лимонных долек Дамблдора и приглашений выпить чаю. Возможно, в этом году его пришлось уговаривать чуть меньше, чем обычно. Возможно, он отказался всего от шести лимонных долек и трёх чашек чая, прежде чем согласился с директором, что мадам Помфри нужна помощь с прививками для шестикурсников. В конце концов, Снейп был добросовестным мастером зелий и знал: его присутствие необходимо на случай, если кто-нибудь из учеников плохо перенесёт процедуру. Поэтому его готовность уступить просьбе Дамблдора никак не была связана с тем, что в этом году в больничное крыло явится Золотое трио Гриффиндора и покорно подставится под острые серебристые иглы мадам Помфри. Никак не связана — по крайней мере, так говорил себе Снейп.

Он ухмылялся, выстраивая пузырьки с вакцинами в безупречно ровные ряды. Вязкая зелёная жидкость, прозрачная, бледно-голубая, розоватая — под стать нахальной улыбочке золотого гриффиндорца; зелья сияли на солнце. Из-за Турнира трёх волшебников Поттер пропустил прививки на четвёртом курсе и сегодня получит всё, что ему тогда не сделали. Десять пузырьков, десять острых игл. Снейп тщательно раскладывал принадлежности, откладывая для самого нелюбимого ученика десять игл, на вид самых острых. Его строгая чёрная мантия развевалась и хлопала, пока он расхаживал по больничному крылу между аккуратными рядами белых кроватей. Настало время обеда. Скоро начнут вызывать учеников. Скоро Поттер окажется в его власти. Учащихся приглашали по алфавиту. Снейп терпел привычную череду вздрагивающих болванов. Их реакция на болезненные уколы и многочисленные инъекции не доставляла ему удовольствия. Он ждал Поттера.

Наконец Поттер пришёл. Терпение Снейпа было вознаграждено: золотой гриффиндорец оказался в его власти. В благодарность за такую замечательную возможность он поклялся без единой жалобы выдержать три чаепития с Дамблдором. Поттер вошёл в больничное крыло робко и неуверенно — словно оно не было его вторым домом, фыркнул про себя Снейп.

— Мадам Помфри? Вы хотели меня видеть? — спросил мальчишка.

— Да, мистер Поттер. Садитесь на ту кровать. Сегодня мы сделаем вам все прививки, — сказала она, торопливо подходя с подносом.

Десять пузырьков, десять острых игл — Снейп злорадствовал.

— Прививки, мадам Помфри? — переспросил Поттер.

Снейп презрительно скривился: у мальчишки ума не больше, чем у попугая. Поттер отшатнулся, когда Помфри протёрла ему руку спиртом.

— Мадам Помфри, что вы делаете?

— Готовлюсь делать вам прививки, мистер Поттер, — ответила она. — Вам ведь наверняка уже делали их раньше. Будьте хорошим мальчиком, не двигайтесь, и совсем не будет больно.

— Мне их не делали, — сказал Поттер.

Вся его напряжённая поза выражала протест, а в зелёных глазах стояла паника.

— Зачем они мне? До сих пор я прекрасно без них обходился. Вы ведь не собираетесь втыкать в меня эти иглы?

Снейп ухмыльнулся. Всё складывалось даже лучше, чем он ожидал: блистательный гриффиндорец боялся нескольких уколов. Можно будет рассказать об этом слизеринцам и отравить Поттеру жизнь хотя бы на несколько недель.

— Неужели вы боитесь маленькой иголочки, Поттер? — насмешливо спросил он, набирая в шприц вязкое зелёное зелье. — Стоит заодно сделать ему и положенные магловские прививки, не так ли, Поппи? Нам ведь не хочется, чтобы наш драгоценный маленький Спаситель подхватил какую-нибудь скверную болезнь.

— Я не болею, — заявил нахальный мальчишка. — Спросите Гермиону, она… мы… нет, вы не понимаете…

Он вскрикнул: потерявший терпение Снейп ввёл ему зелье в вену. Поттер отдёрнулся и гневно уставился на него.

— Вы не можете так со мной обращаться! Это было больно, и, по-моему, прививки мне вредны.

— Напротив, Поттер, они вам полезны. Вы всего лишь избалованный мальчишка, которому слишком долго позволяли поступать по-своему. Значит, вы убедили родственников, что вам не нужны прививки, и подвергли их риску заразиться, потому что были слишком эгоистичны, чтобы потерпеть несколько уколов? Вы позорите гриффиндорскую храбрость, Поттер.

Снейп презрительно скривился. Подготовив вторую иглу, он без предупреждения вогнал её мальчишке в вену. Как приятно было чувствовать, как иглы пронзают кожу Поттера. Пожалуй, за такую возможность он без жалоб выдержит даже четыре чаепития с Дамблдором.

И тут — в залитом солнцем, строго-белом больничном крыле — Поттер дёрнулся и задрожал. Он часто-часто заморгал. Завалился на бок, одна нога судорожно дёрнулась, и он беспомощно распластался на кровати. Поттер застонал.

— Гермиону… позовите Гермиону… пожалуйста, профессор, пожалуйста…

Снейп презрительно скривился, убеждённый, что мальчишка притворяется, лишь бы избежать острых игл.

— Встаньте и прекратите стонать, Поттер, — сказал он.

Тем временем Помфри произнесла несколько диагностических заклинаний. Она задрожала и опустила палочку; та со стуком ударилась о поднос на прикроватном столике.

— Северус, лучше приведи мисс Грейнджер, — сказала она. — Похоже, у мистера Поттера какая-то тяжёлая реакция на прививки, и, возможно, она сможет её объяснить. Я не знаю, что ещё делать. Сердце бьётся неровно, и, боюсь, его органы вот-вот начнут отказывать.

Несколько мгновений Северус в ужасе смотрел на неё, а потом выбежал из больничного крыла. Чёрная мантия развевалась за спиной, пока он мчался к классу Макгонагалл. Коридоры были пусты. Шаги отдавались неровным гулким ритмом — совсем как сердце Поттера, подумал Снейп. Что этот глупый мальчишка опять натворил?

— Минерва, — выдохнул Северус.

Ему казалось, что лёгкие стали слишком малы для грудной клетки, а лицо горело и словно распухло.

— Мисс Грейнджер нужна в больничном крыле. Срочно.

Девочка встала, не взглянув на свою преподавательницу, и подошла к двери. Рядом с тяжело дышащим мастером зелий она казалась маленькой, бледной и встревоженной.

— Профессор? Это Гарри? — спросила она.

Снейп не ответил, только схватил её за руку и бегом потащил по коридору к больничному крылу. Она даже не вскрикнула, хотя его пальцы крепко сжимали её предплечье.

Помфри ходила взад-вперёд возле кровати Поттера. Палочку она держала обеими руками, словно боялась ею воспользоваться.

— Северус? У Гарри не было аллергии ни на один из ингредиентов. Я проверила его карту. Не понимаю, что пошло не так.

Грейнджер опустилась на колени у кровати.

— Вы сделали ему прививки? Я говорила ему не позволять вам этого делать! Вы сделали?

— Две, мисс Грейнджер: от волшебного гриппа и драконьей лихорадки, — ответил Снейп.

Он всё ещё дышал часто и прерывисто, лёгкие по-прежнему казались слишком маленькими, но самообладание к нему вернулось.

— Почему у Поттера такая реакция на прививки?

Грейнджер, несносная девчонка, оставила его вопрос без внимания.

— Мадам Помфри, нужно, чтобы он пришёл в сознание. Вы можете сделать это заклинанием? По-моему, сейчас ему лучше не давать никаких зелий.

— Ennervate, — произнесла Помфри.

Костяшки её пальцев распухли от того, как крепко она сжимала палочку. Поттер, лежавший свернувшись на кровати, пошевелился, застонал и выбросил одну руку в сторону. Грейнджер одной рукой обхватила его запястье, а другой прикоснулась к щеке.

— Гарри? Гарри, ты меня слышишь?

Она не стала ждать ответа.

— Гарри, слушай меня. Профессор Снейп случайно ввёл тебе что-то вроде яда. Чтобы поправиться, нужно вывести его из организма. Теперь сосредоточься и постарайся вытолкнуть яд из тела, Гарри. Слышишь меня? Сосредоточься и вытолкни его.

Мальчик завозился на кровати, словно ему было неудобно. Облизнул губы, потом прикусил нижнюю.

— Сосредоточься, Гарри. Я знаю, ты можешь, — сказала Грейнджер.

За её спиной Помфри тихо произносила диагностические заклинания, по-прежнему слишком крепко стискивая палочку. Подойдя к Снейпу, она шепнула ему на ухо:

— Он может не выжить, Северус. Сердце бьётся слишком неровно, и всё просто… просто отказывает.

Лёгкие Снейпа, дыхание, сердцебиение, кровь в жилах — всё замерло, словно попало под действие тормозящего заклятия. Поттер — золотой мальчик Гриффиндора, будущий спаситель волшебного мира — неужели он может умереть из-за нескольких прививок? Неужели он, Северус, в своей злобе и ненависти, упиваясь болью мальчишки, убил его? Он протянул руку и ухватился за ограждение кровати, ища опоры в прохладном гладком металле.

Голос Грейнджер стал резким и острым, как иглы, разложенные блестящими рядами.

— Гарри, слушай меня. Слушай. Нельзя вот так сдаваться. Ты должен вытолкнуть яд из тела. Если ты этого не сделаешь…

Она запнулась и на мгновение оглянулась на взрослых.

— Если ты этого не сделаешь, Гарри, тебя отправят обратно. Отправят обратно к Дурслям. Заберут у нас с Роном. Ты этого хочешь, Гарри? Хочешь так нас подвести? Вытолкни яд из вен, Гарри.

Помфри уже наклонилась, собираясь увести Грейнджер от мальчика, с залитого солнцем места, где та стояла на коленях, когда из точки укола на руке Поттера брызнула жидкость. Розовая струйка описала изящную дугу и втянулась в тот самый шприц, из которого её ввели. Несколько секунд спустя из руки Поттера показалось и вязкое зелёное зелье: оно перетекло в другой шприц, словно слизень.

Снейп смотрел в изумлении. Как мальчишка сумел отделить оба зелья от крови, отфильтровать крошечные молекулы? Что это за сила? Сколько её потребовалось? Снейп не знал ни одного другого волшебника, способного на такую сложную и тонкую работу. Словно чистый солнечный свет, заливавший белые стены больничного крыла, вдруг ворвался ему в голову, Снейп поверил: мальчик, беспомощно лежавший на больничной кровати, ещё может стать тем Спасителем, которого ждёт волшебный мир.

Поттер был бледен, кожа — влажной и холодной. Чёрные ресницы дважды дрогнули, но глаза остались закрыты. Грейнджер, всё ещё стоявшая рядом на коленях, несколько раз поцеловала руку, которую держала.

— Всё хорошо, Гарри. Теперь всё будет хорошо. Можешь спать, — сказала она. — Здесь, с нами, ты в безопасности. Тебя не заберут обратно. Теперь ты можешь остаться с нами.

Помфри хлопотала у кровати, произнося диагностические и исцеляющие заклинания, и наконец объявила, что сердечный ритм мальчика пришёл в норму. Она убрала с его лица непослушную прядь и заметила, что после такого ему лучше несколько дней полежать. Снейп фыркнул: мальчишке ещё повезёт, если больничное крыло не станет его официальным местом жительства.

— Что ж, мисс Грейнджер, — сказал Снейп, выпрямляясь во весь свой внушительный рост и глядя сверху вниз на сидевшую девочку, — надеюсь, вы сможете дать нам удовлетворительное объяснение случившегося.

Они находились в кабинете Помфри, которая разносила чай и печенье — «так, немного успокоить нервы после такого испуга», — а Снейп был полон решимости вытянуть из Грейнджер объяснения.

— Сэр… — Она замялась. — Я… не знаю, смогу ли что-нибудь объяснить. И многое касается самого Гарри. Я обещала не рассказывать.

— Полагаю, забота о здоровье мальчика должна быть важнее каких-то пустяковых школьных обещаний, — презрительно заметил Снейп.

Свет из окон кабинета золотил волосы девочки, почти превращая их в нимб. Она была бледна и, кажется, ещё не вполне отдышалась. Иными словами, запугать её будет легко.

— Вообще-то у меня только предположение, — заявила дерзкая девчонка, словно не прочитала полбиблиотеки, прежде чем его выдвинуть. — Но, похоже, Гарри что-то сделал со своей иммунной системой. Наверное, это был случайный выброс магии, когда он был маленьким. Он никогда не болеет. Да, знаю, он часто попадает в больничное крыло, но всегда из-за травм, несчастных случаев или чего-нибудь подобного. Я знаю его уже шесть лет, и за это время он ни разу не заболел. Это… в общем, нечестно рассказывать вам его секреты, пока он лежит там без сознания.

Чашка дрожала у неё в руках, и она поставила её на блюдце.

— Мне правда лучше пойти посидеть с ним.

— Мисс Грейнджер. — Снейп наклонился ближе, чтобы припугнуть её. — Я отнюдь не считаю ваше объяснение удовлетворительным. Сядьте. Как именно, по-вашему, он изменил свою иммунную систему и почему? Если это результат случайного детского выброса магии, почему такое не происходит со всеми детьми?

— Профессор Снейп, — сказала бледная девочка, — при всём уважении, я действительно не могу рассказать больше: это личное дело Гарри. Есть вещи, о которых он не хочет никому говорить. И я не могу вам их выдать.

— Грейнджер, вы невыносимая всезнайка, и вдруг вы впервые — впервые в жизни! — не желаете поделиться своими знаниями со всем миром? Не верю.

Терпение Снейпа иссякло.

— Вы будете сидеть на этом стуле и расскажете мне, почему прививки вызвали такую реакцию, или, Мерлин мне свидетель, я сейчас же выйду и сделаю Поттеру остальные уколы. Я вовсе не обязан принимать вашу нелепую теорию об изменённой иммунной системе. Вероятно, дело в сочетании именно этих двух вакцин, а остальные он перенесёт без всяких затруднений.

— Северус! — ахнула Помфри, но он жестом велел ей замолчать.

— Так что вы выбираете, Грейнджер? Расскажете правду или Поттер получит прививки?

Пылкий гриффиндорский дух не удалось сломить. Напротив, такой вызов скорее разжигал его.

— Не верю, что вы так поступите. Даже такой жестокий садист, как вы, не станет рисковать здоровьем Гарри. Ведь вы знаете, что именно он спасёт нас всех от Сами-Знаете-Кого.

Снейп опустился на стул напротив.

— Нет, Грейнджер. У меня есть совесть, и я не стану делать эти прививки вашему драгоценному маленькому спасителю. Но если я не пойму, почему у него возникла такая реакция, однажды я — или мадам Помфри — могу дать ему что-нибудь, что вызовет новый приступ. И тогда вас, девочка, может не оказаться рядом, чтобы его спасти. Можете сдержать данное ему обещание. А можете сообщить сведения, которые когда-нибудь спасут ему жизнь.

— Гермиона, — вмешалась Помфри, — как медицинские специалисты мы с профессором Снейпом обязаны сохранять в тайне всё, что ты нам расскажешь. Секрет Гарри останется между нами. Мы не станем использовать его против него и никогда никому не расскажем.

Грейнджер опустила взгляд на руки и беспокойно заёрзала. Снейп заметил, что ногти у неё обгрызены до мяса, неровные и без лака.

— Хорошо, — сказала она. — Хорошо. Гарри… он однажды болел. Ему было четыре года, у него была какая-то инфекция. Он почти ничего не помнит и не очень хотел говорить об этом с нами с Роном, так что я не знаю, чем именно он болел. Дурсли смеялись над ним за то, что он заболел. Не давали никаких лекарств. Заперли в чулане и наказывали за болезнь, понимаете?

Она замолчала; дыхание с хрипом вырывалось из горла. Она то складывала руки на коленях, то размыкала их, никак не находя им места. Снейп медленно и глубоко вдыхал и выдыхал. Он будет терпелив. Не станет реагировать на душещипательную историю, на гриффиндорскую легенду об их золотом мальчике, которого мучили и обижали и который каким-то чудом восстал из всех этих издевательств, словно феникс из пепла. Он и раньше слышал такие рассказы — о мальчике, запертом в тёмном чулане. Слышал, не верил, возражал. Но теперь обнаружил, что возразить ему нечего. Сжав кулаки в складках чёрной мантии, он промолчал.

— Вы… вы не понимаете. Мне кажется, я и сама не понимаю, что это с ним сделало. Он видел, как Дадли во время болезни получал лакомства, лекарства, заботу и внимание. И Гарри подумал, что, раз он тоже заболел, с ним будут обращаться так же. Но этого не случилось. С тех пор Гарри ни разу не болел. Никаких обычных детских болезней. Зимой у него даже насморка не бывает.

— Не знаю, что он сделал. Очевидно, это был случайный выброс магии. Знаю, что к тому возрасту у него такое уже случалось. В библиотеке нет упоминаний ни о чём подобном, но если решить несколько уравнений по нумерологии… Ох, пергамент остался у меня в сумке, в классе трансфигурации. В общем, из расчётов вроде бы следует, что Гарри как-то изменил свою иммунную систему и теперь она несовместима с вакцинами. Мне кажется… Я не специалист по магловской медицине, но мои родители кое-что знают. Думаю, его организм распознал вакцины как нечто чужеродное и начал бурно на них реагировать.

— Откуда ты знала, что делать? Как поняла, что нужно ему сказать, чтобы вывести его из этого состояния? — спросила Помфри.

Грейнджер снова посмотрела на свои руки, и щёки её слегка порозовели.

— Иногда я бывала рядом, когда у Гарри начинались видения Волан-де-Морта. Чтобы вывести его из них, тоже нужно с ним разговаривать. Только тогда его сводят судороги от проклятия Cruciatus и до него гораздо труднее достучаться.

Снейп опустил взгляд на собственные руки. Длинные пальцы обхватывали прохладную чашку.

— Думаю, мисс Грейнджер, вам стоит присоединиться к занятиям мистера Поттера по окклюменции. Возможно, вы сумеете словами помочь ему справиться и с ними. Будем встречаться в моём кабинете по понедельникам после ужина. Не на этой неделе — он ещё не в состоянии заниматься, — а со следующей.

Помфри хлопотала в больничном крыле, делая прививки оставшимся шестикурсникам. Голос её звучал бодро и весело: она приняла успокаивающее зелье, чтобы оправиться от пережитого. Она деловито наполняла шприцы, делала уколы и отвечала на вопросы учеников. Прежде чем вернуться к прививкам, она отгородила кровать Поттера ширмой, заслонившей от солнечного света его бледное лицо. Снейп сидел в тени у кровати.

Когда Дамблдор явился с лимонными дольками, предложениями выпить чаю и дедушкиной мудростью, Снейп сообщил, что наблюдает за Поттером и следит, чтобы любимый гриффиндорец директора больше не пострадал. Он был неприветлив, неприятен и язвителен — как обычно.

Когда Дамблдор и Помфри ушли, а в больничном крыле не осталось других учеников, Снейп протянул руку и убрал непослушные волосы с лица Поттера. Пальцы на мгновение задержались на лбу мальчика, всё ещё влажном и холодном после пережитого.

— Прости, — прошептал он спящему мальчику — так похожему на своего отца и всё же такому на него непохожему. — Прости, Гарри.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1