Глава 1: Глава 1
18
0
Гарри Джеймс Поттер Блэк имел план, и он приводил этот план в действие. Он не собирался терять своего папу из-за больших детей без боя. Нет, нет, нет. Он поставил свой будильник на полчаса раньше, чем знал, что его папа проснётся. Теперь в своей пижаме с ножками он стоял перед камином так близко, как только мог. Папа заколдовал камин, чтобы он не мог подойти слишком близко. Но он мог просунуть палку, поэтому он взял подставку для чашки, которую папа использовал, когда хотел использовать камин, чтобы согреть воду или молоко, и поставил металлическую чашку, полную воды, нагреваться. И сидел там перед камином, а иногда бегал по комнате, пока вода нагревалась. Когда вода согрелась, он взял термометр в перчатке и сунул его в чашку. Через несколько минут он вытащил термометр и быстро опустил его в холодную воду — достаточно, чтобы не обжечься, он не был глупым, но недостаточно, чтобы отметка температуры опустилась. Он снял перчатки, пошёл в комнату папы и легонько дёрнул его за рукав.
— Папа!
Сириус Блэк не был жаворонком, но почти полтора года заботы о крестнике приучили его просыпаться от прикосновения, даже если ему это не нравилось.
— Что происходит? — сказал он заплетающимся голосом.
— Я не хочу хоть хорошо, папа.
Это заставило его тут же встать, и он подхватил маленького мальчика за секунду. Он был весь красный, и прикосновение к его щекам подтвердило, что он тёплый и потный.
— Я поставил термометр точно так же, как ты, папа.
Сириус взял предложенный термометр и вздрогнул — это не могло быть правдой. Он положил Гарри на кровать и начал одеваться.
— Я отведу тебя к мадам Помфри, эта температура слишком высокая.
— Нет, папа, мне не нужна мадам Помфи. Ты позаботься обо мне.
— Нет, мне нужно, чтобы тебя проверили, — сказал взволнованный мужчина. Стук в дверь отвлёк его. Он открыл дверь и обнаружил там своего лучшего друга.
— Луни, ты здесь, — сказал он, впуская мужчину, — мне нужно, чтобы ты сказал Дамблдору, что я не могу преподавать сегодня, Гарри болен. Посмотри на его температуру!
Ремус взял предложенный термометр и нахмурился; с такой температурой Гарри должен был быть без сознания и в конвульсиях, а не сидеть невинно, как он.
— Бродяга, когда ты это снял?
— Гарри только что.
Ага! Теперь Ремус понял.
— Почему бы тебе не снять это снова, или лучше использовать диагностическое заклинание.
Сириус посмотрел на друга. Тот был прав, может, термометр сломан. Он быстро и незаметно наложил диагностическое заклинание на Гарри и нахмурился. Температура была нормальной. Он снова коснулся щеки мальчика. Он всё ещё был потным, но уже не тёплым. Он поцеловал мальчика и сказал ему подождать на кровати. Он закрыл дверь спальни и нашёл друга в гостиной с подставкой для чашки и металлической чашкой, которую он использовал, чтобы делать чай.
— Думаю, Гарри, возможно, инсценировал свою болезнь, — сказал Ремус.
— Но зачем?
— Что ты собирался сделать?
— Отвести его к мадам Помфри.
— И?
— И ничего.
— Отменить свои занятия.
— Думаешь, Гарри хотел, чтобы я отменил занятия?
— Думаю, он не хотел быть вдали от своего папы.
— Что мне делать?
— Иди преподавать.
— Но Гарри…
— Гарри нужно научиться быть вдали от тебя некоторое время. Не пойми меня неправильно. Ты отличный родитель, но с тех пор, как он у тебя появился, вы не были в разлуке больше нескольких минут, кроме сна. Конечно, он боится, но он привыкнет.
Сириус обдумал вопрос. Он знал, что Ремус прав, но его сердце разрывалось за маленького мальчика.
— Не волнуйся, ему нужно только время. К концу недели он будет в порядке и будет называть всех учителей тётей и дядей.
— Надеюсь, не всех учителей, — сказал Сириус, скорчив рожу. С покорным лицом он пошёл в свою комнату и сел рядом с Гарри.
— Хорошо, щенок. Я не отведу тебя к мадам Помфри, — глаза Гарри загорелись. — Поскольку ты болен, ты можешь остаться здесь с дядей Луни в пижаме вместо того, чтобы идти на занятия в детский сад.
— Но папа, а ты? — спросил Гарри срывающимся голосом.
— У меня есть занятия, которые я должен преподавать. У тебя тоже должны были быть занятия, помнишь? Профессор Дамблдор нанял дядю Луни, чтобы он учил тебя, потому что ты не можешь ходить в обычный детский сад. Он даже организовал специальный класс в замке специально для тебя.
— Но я хочу остаться с тобой.
— Но мы не можем, хорошо? И мне нужно идти завтракать в Большой зал. Если завтра ты будешь чувствовать себя лучше, ты можешь пойти тоже, — сказал он, поднимая мальчика и передавая его Ремусу. — Пока, — он поцеловал мальчика и ушёл с разбитым сердцем. Гарри долго плакал на плече дяди. Он не рыдал. Он не устраивал истерик. Он никогда так не делал. Ремус думал, что это осталось от Дурслей, даже если Гарри их почти не помнил. Он просто плакал.
Наступила пятница, и Сириус пошёл забирать Гарри из его класса. Он был там, рисовал очень сосредоточенно. Ремус читал и, увидев друга, улыбнулся и позвал Гарри. Лицо Гарри расплылось в огромной улыбке, и он побежал обнимать и целовать Сириуса.
— Папа!
— Что скажешь, если мы пойдём перекусить? В этом районе есть отличное место под названием Большой зал.
— Хорошо. — Гарри убрал свои вещи и схватил пачку рисунков. Они попрощались с Ремусом. В Зале Сириус спросил:
— Что это?
— Я нарисовал для всех учителей. Я сделал рисунок для дяди Абуса, и тёти Минни, и дяди Хагвидда, и дяди Севви, и…
Сириус перестал слушать, он остановился как вкопанный, и по залам Хогвартса разнёсся ужасный крик:
— ЛУНАТИ-И-И-ИК!
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!