Глава 1: Новая глава
Новая глава
25
0
Прошла примерно минута после того, как он одолжил профессору Муди Карту Мародёров, когда Гарри Поттер начал задаваться вопросом, не станет ли эта вещь тем, чего ему будет сильно не хватать. В конце концов, замена «Молнии» была бы недешёвой, но галлеоны у него, вероятно, были. Карта же была одной из немногих вещей, которые остались у него от родителей. И вообще, что ещё у него было такого, что нельзя заменить? Его палочка, но она понадобится ему для задания. Его фотоальбом, но большинство тех фотографий, вероятно, имели копии. Его мантия-невидимка, о которой почти никто не знал — хотя Дамблдор знал, напомнил он себе, а он был одним из судей. Собственно, это, вероятно, было в самом верху списка — но тогда почему Муди не взял её вместо этого? Ну что ж — ещё один вопрос, который нужно задать Гермионе и Рону утром.
Гарри замер на месте. Они ведь не… не сделают же? Если есть хоть малейший шанс…
Он бежал всю дорогу назад до башни Гриффиндора.
Он практически нырнул через дыру за портретом и поблагодарил Мерлина, увидев Гермиону, читающую книгу у камина.
— Гермиона, мне нужен способ дышать под водой, — сказал он запыхавшись, подбегая к ней.
— Что?
— Я только что понял, о чём Второе задание, и—
— Что! Ты же сказал, что уже разгадал подсказку с яйцом! — возмущённо сказала она.
— Пожалуйста, Гермиона, мне нужна твоя помощь! — закричал он.
Гермиона обеспокоенно подняла голову и увидела страх в глазах Гарри. Она не была уверена, что когда-либо видела своего друга таким испуганным, а это о чём-то говорило. Она встала и ободряюще схватила его за плечи.
— Гарри, что случилось? — сказала она. — Какая подсказка?
До Второго задания оставалось чуть больше месяца. На следующий день они посвятили Рона и начали рыться в любой книге в библиотеке, которая казалась хоть немного полезной. Гермиона скептически относилась к тому, что профессор Дамблдор позволит причинить вред заложникам, если это было задание, но Гарри быстро указал, что Дамблдор также должен был следить за тем, чтобы никто младше семнадцати не попал в Турнир, и, несмотря на их заверения, и Гермиона, и Рон выглядели немного обеспокоенными.
Трио стало гораздо более обеспокоенным по мере приближения задания, так как они перерыли сотни книг и ничего не нашли, даже в Запретной секции. Они начали сомневаться во всём. Они заново проанализировали каждое слово подсказки. Гермиона даже нашла словарь русалочьего языка, чтобы проверить, не потерялось ли что-то при переводе. Просто не имело смысла, чтобы организаторы Турнира поставили такое невозможное задание, или, если на то пошло, чтобы о чём-то таком полезном, как дыхание под водой, нигде не было написано. Гарри начал задаваться вопросом, не взяли ли другие чемпионы каким-то образом все соответствующие книги, чтобы замедлить его. И всё же, хотя они искали в обеденные перерывы, по вечерам и целые выходные, а Гарри всё больше терял сон из-за всего этого, они ничего не нашли.
Гарри изо всех сил пытался убедить себя, что он ошибается насчёт заложников, но это рухнуло, когда Фред и Джордж появились в библиотеке за ночь до задания, говоря, что их послали забрать Рона и Гермиону для профессора МакГонагалл. Обоих.
— Это насчёт Турнира? — потребовал Гарри.
— Не знаю. Она не сказала, — сказал Фред.
— Просто сказала, что мы должны привести их, — закончил Джордж.
— Но обоих?
— Это то, что она сказала, — подтвердил Фред.
— Что ж, я не позволю вам забрать их, — сказал Гарри, направив на них палочку.
Близнецы Уизли не были уверены, что когда-либо видели Мальчика-Который-Выжил выглядящим откровенно убийственным, но после того, как они видели, как он победил того дракона в ноябре, это было пугающее зрелище.
— Эй, там, Гарри, — сказал Джордж. — Ты знаешь, если мы не приведём их, МакГонагалл просто придёт и заберёт их лично.
— Пусть приходит. Я бы всё равно хотел поговорить с ней лично.
— Гарри, нет, — отчитала его Гермиона.
— Гермиона, я не позволю им забрать тебя.
— Гарри, ты не можешь это выиграть. Не против всех профессоров, если до этого дойдёт. Мы расскажем МакГонагалл, в чём проблема. Я уверена, она послушает разум.
— Но—
— Она права, приятель, — предложил Рон. — Мне это тоже не нравится, но ты не можешь позволить себе пострадать или попасть в неприятности прямо сейчас. Просто… не сходи слишком с ума, хорошо? Я продолжаю говорить тебе, что мы будем в порядке.
— Пожалуйста, не делай ничего глупого, Гарри, — сказала Гермиона. — Увидимся завтра.
Они развернулись и пошли с Фредом и Джорджем, которые явно чесались услышать, что заставило Гарри Поттера быть на грани того, чтобы проклясть их.
— Д-до свидания… — крикнул Гарри им вслед, молясь, чтобы снова увидеть своих друзей.
После этого он бросил искать в библиотеке. Если поиски в течение месяца не дали ему ответа, несколько дополнительных часов вряд ли помогут. Ему просто нужно было думать. Как он мог спасти заложников со дна озера, не заходя на самом деле в озеро? Призыв? Нет, Дамблдор подумал бы об этом. Ему нужен был какой-то другой способ. Что-то, что помогло бы ему взять контроль. Он поплёлся в башню Гриффиндора, надеясь, что сможет немного поспать. Когда он засыпал, в его голове начал формироваться план. Он был отчаянным, он мог навлечь на него много неприятностей, и была большая вероятность, что он не сработает, но это было всё, что он мог придумать, и он не смог бы жить с собой, если бы не сделал всё возможное.
Рон и Гермиона обнаружили себя сидящими между Чжоу Чанг и крошечной сереброволосой французской девочкой, которая выглядела озадаченной всей ситуацией и, вероятно, говорила только немного по-английски. То, как профессор Дамблдор непринуждённо объяснял четверым из них приготовления ко второму заданию, было очень отталкивающим.
— Профессор, то про один час — это не по-настоящему, да? — нервно спросил Рон.
— Нет, мистер Уизли, — легко сказал Дамблдор, — подсказка предназначена только для того, чтобы мотивировать чемпионов к их цели. Каждый из вас будет помещён в заколдованный сон на время задания, и вы будете благополучно разбужены, как только окажетесь над водой, независимо от того, как выступит ваш чемпион.
— Но профессор, — спросила Гермиона, — вы действительно можете заставить нас это делать? Я имею в виду, мы никогда не были заявлены в Турнир.
— Правила дают организаторам Турнира широкую свободу действий в разработке заданий, мисс Грейнджер. В любом случае, не должно быть никаких опасений, поскольку я лично гарантирую вашу безопасность.
— Как вы должны были гарантировать, что никто младше семнадцати не сможет вписать своё имя в Кубок? — сказал Рон, к удивлению Гермионы. Даже спустя месяцы после того, как он смирился с этим, ей было немного приятно видеть, как он так защищает Гарри.
— Это была досадная ошибка, но с тех пор я добавил дополнительные меры безопасности, — ответил Дамблдор. — Четверо из вас не будут в опасности.
— Профессор, мне это не нравится, — настаивала Гермиона. — А как насчёт безопасности Гарри? Гарри убеждён, что ограничение в один час — это реальная угроза. Он думает, что мы умрём, если нас не спасут. Мы не нашли никакого способа для него дышать под водой, и я не уверена, что он вообще умеет плавать. Я просто знаю, что он сделает что-то отчаянное и, возможно, умрёт.
Лицо Дамблдора немного помрачнело от этого заявления, но его руки были связаны правилами. У него не было выбора, кроме как продолжать:
— Русалки и гигантский кальмар оба придут на помощь любому чемпиону, который окажется в опасности. Уверяю вас, все судьи тщательно изучили процедуры безопасности, прежде чем одобрить Турнир.
— Честно говоря, Альбус, я сама немного волнуюсь, — вмешалась профессор МакГонагалл. — Я не уверена, что эта подсказка с самого начала была хорошей идеей.
— Это было решение мистера Бэгмена, Минерва, — сказал Дамблдор. — Мудрое или нет, мы должны продолжать с приготовлениями…
Следующее, что запомнил кто-либо из четырёх заложников, — это пробуждение в опасно холодной воде Чёрного озера.
В девять тридцать утра Гарри стоял на берегу Чёрного озера, внимательно осматривая толпу. Как он и подозревал, Рона и Гермионы нигде не было видно.
— Гарри, ты видел Чжоу? — спросил Седрик рядом с ним.
— Нет, — мрачно ответил он.
— Ты хорошие друзья с Гермионой, да? — Крам запнулся на имени Гермионы. — Ты знаешь, где она?
— Как думаешь? — Гарри кивнул в сторону воды.
— Что? — потребовал он.
— Нет, они бы не стали! — сказал Седрик.
— Если они забрали Габриэль… — в ужасе сказала Флёр.
Но их прервал Людо Бэгмен, который весело выстраивал чемпионов с интервалами примерно в десять футов. Никто из них толком не слышал, о чём он там разглагольствовал, и остальные три чемпиона выглядели так, будто изо всех сил сдерживались, чтобы не прыгнуть в воду прямо сейчас. Но Гарри заметил, когда Бэгмен подошёл к нему и прошептал:
— Всё в порядке, Гарри? Знаешь, что будешь делать?
Он выглядел немного обеспокоенным, возможно, потому что Гарри был единственным, кто не был в купальном костюме.
— Да, — прорычал Гарри. — Я точно знаю, что буду делать.
Бэгмен усмехнулся и вернулся к столу судей, чтобы объявить начало задания. Остальные три чемпиона быстро прыгнули в воду. Гарри же имел в виду другой план. Он подошёл и встал рядом со столом судей, прямо на краю травы. Там он демонстративно снял свои мантии, обнажив под ними повседневную одежду, пока сверлил взглядом тупую ухмылку Бэгмена, когда идиот начал объяснять, кто заложники и почему их выбрали.
Время было на самом деле довольно удачным, так как как раз когда он закончил, он замер, и эта ухмылка исчезла с его лица, когда он обнаружил стейковый нож, который Гарри стащил с завтрака, прижатым к его горлу.
Громкий вздох поднялся из толпы. Остальные судьи выглядели в ужасе, а Бэгмен издавал забавный ноющий звук. Дамблдор начал вставать и крикнул потрясённое:
— Мистер Поттер!
— Отойдите! — закричал Гарри. Он рванул Бэгмена со стула и оттащил его на несколько шагов назад, используя более крупного мужчину как щит. — Все вы отойдите! — Он обыскал Бэгмена и нашёл его палочку, держа и её, и свою собственную палочку из остролиста в правой руке, готовый проклясть любого, кто осмелится подойти слишком близко, при этом держа нож у горла Бэгмена левой.
— Какого чёрта ты думаешь делать, мальчик? — потребовал Каркаров. Он уже вытащил палочку и был готов наложить проклятия, но Дамблдор отмахнулся от него.
— То, что я должен делать, — закричал Гарри в ответ, — спасать моих заложников.
— Угрожая судьям?! — взревел Каркаров.
— Это называется обмен пленными. Приведите Рона и Гермиону, и я отпущу этого идиота.
— Гарри… — захныкал Бэгмен, звуча обиженно.
— Хватит этой чепухи! — сказала мадам Максим, направляясь к ним.
— Стойте на месте! — Гарри направил обе палочки на полувеликаншу. Он вдавил нож в шею Бэгмена достаточно сильно, чтобы выступило несколько капель крови.
— Игорь, Олимп, пожалуйста, позвольте мне поговорить с мальчиком, — мягко сказал Дамблдор. — Гарри, ты не хочешь этого делать. Мы оба знаем, что это не ты.
— Это когда вы пытаетесь убить моих друзей, профессор. Это единственный способ, который у меня есть.
Дамблдор немного отступил, но, к сожалению, Перси Уизли выбрал именно этот момент, чтобы вмешаться:
— Мистер Поттер, не будьте глупцом. Вы не можете выиграть задание таким образом. Кроме того, мисс Грейнджер даже не ваш заложник.
— И что? Она тоже мой друг. Я никогда не смог бы жить с собой, если бы с ней что-то случилось. И, если на то пошло, я не очень-то хочу рисковать Чжоу и этой Габриэль тоже. И если Рон мой, Перси, какого чёрта ты не здесь со мной, пытаясь спасти жизнь своего брата?
— Право, мистер Поттер, это совершенно ничем не оправдано.
— Ничем не оправдано? Ты бессердечный, напыщенный, бесчувственный, чопорный… Фурнункулус!
Глаза Перси Уизли расширились, когда Проклятие Фурункулов понеслось к нему, слишком потрясённому, чтобы двигаться, от того факта, что Гарри Поттер осмелился проклясть чиновника Министерства. Пересиленное эмоциями и двумя палочками, которые держал Гарри, заклинание оставило его на земле, истекающего кровью и корчащегося от боли. Крики ужаса из толпы стали громче.
У всех троих теперь были вытащены палочки, но Гарри просто сделал ещё одну маленькую царапину на шее Бэгмена и направил свои палочки на них. Поскольку Гарри использовал Бэгмена как щит, только Дамблдор мог бы разрешить ситуацию с помощью магии, и он всё ещё, казалось, склонялся к тому, чтобы всё обсудить.
— Гарри, уверяю тебя, твои друзья в полной безопасности, — мягко сказал старый директор.
Гарри остановился и наконец начал расслабляться, хотя бы немного.
— Что…? Но подсказка говорила…
— Подсказка была предназначена только для того, чтобы мотивировать тебя. Я лично позаботился о том, чтобы они не были в опасности. Любые заложники, которых чемпионы не достигнут к концу часа, будут благополучно доставлены на поверхность русалками. Так что видишь, нет нужды в твоих действиях.
— Но я — ты — Мотивировать меня? — заревел Гарри, не обращая внимания на продолжающееся нытьё Бэгмена. — Это сводило меня с ума! Я рыскал по библиотеке в поисках способа дышать под водой неделями и ничего не нашёл! Я думал, что мои друзья умрут из-за меня, хотя я даже не должен быть в этом чёртовом турнире! Я не знаю, как это делают остальные. Я бы сказал, что они сжульничали, но я не думаю, что Седрик бы—
— Право! — запротестовала мадам Максим. — Это не так уж сложно. Простое заклинание Пузыря-Головы могло бы—
— Я даже никогда не слышал о заклинании Пузыря-Головы, — перебил Гарри. — Если оно такое простое, почему его нет ни в одной из сотен книг по водной магии?
Дамблдор поднял руки. Каркаров всё ещё сверлил взглядом, направив палочку на Гарри.
— Заклинание Пузыря-Головы обычно используется для обеспечения чистого воздуха, когда в воздухе есть яд или какая-то другая опасность, — объяснил старик. — Оно обычно не указывается в связи с водой. Это должно было быть проверкой креативности и изобретательности. В любом случае, я даю тебе слово, что опасности нет, так что не мог бы ты, пожалуйста, отпустить бедного мистера Бэгмена?
— Погоди. Сначала один вопрос, — сказал Гарри. — Я хочу знать, чья светлая идея была эта подсказка.
Все трое демонстративно посмотрели на Бэгмена, чьё хныканье подскочило на пару тонов выше.
— Ау! — Гарри опустил руку с ножом и дал более крупному мужчине пинка под зад, отталкивая его. — Хочешь объяснить это?
Блондин нервно обернулся и сказал:
— Это было просто чтобы подыграть драме Турнира…
Гарри сверкнул на него взглядом. Он знал, что должен отпустить это на данном этапе, но он действительно хотел, чтобы человек почувствовал часть той боли, которую он чувствовал весь прошлый месяц.
— Съешь слизней, Бэгмен! — прорычал он.
Поскольку у Гарри было на два года больше опыта с тех пор, как Рон пытался наложить это проклятие на Малфоя, не говоря уже о работающей палочке, Бэгмен вскоре изрыгал слизней по всему пляжу.
— Я отказываюсь от задания, — закричал Гарри, наконец бросив палочку Бэгмена обратно. — Я едва умею плавать и не могу дышать под водой, так что у меня нет никакого способа даже попытаться, и, может быть, теперь вы все поверите мне, что я не сам записался. — Он сел на пляж и скрестил руки.
— Ну? — потребовал Каркаров от Дамблдора. — Вы просто позволите ему уйти с этим?
Старик повернулся к директору Дурмстранга.
— Боюсь, мистер Поттер довольно прав, Игорь. Представьте, как мы должны были выглядеть в его глазах, казалось бы, угрожая жизням его друзей — которые были невинными свидетелями, вступил ли он в Турнир по своей воле или нет — и ставя невозможное задание, чтобы спасти их. Мы, должно быть, казались настоящими злодеями в этой ситуации. Неудивительно, что он попытался сделать что-то отчаянное? Нет, я думаю, мы назовём это досадным недоразумением.
Остальные судьи не выглядели слишком удовлетворёнными этим, особенно учитывая, что Перси и Бэгмен всё ещё лечились мадам Помфри, но они уступили желаниям Дамблдора. Гарри же продолжал сидеть, глядя на озеро, молясь, чтобы Дамблдор был прав, что его друзья не в опасности, и фантазируя о том, как он будет драться, если это не так.
Примерно тридцать минут спустя в озере произошло волнение. Длинное розовое щупальце поднялось на поверхность, осторожно сжимая ведьму с длинными серебряными волосами, которая изо всех сил боролась с ним, несмотря на то, что была сильно исцарапана, истекала кровью и выглядела на грани обморока. Что-то действительно сильно потрепало Флёр, раз гигантскому кальмару пришлось насильно возвращать её на поверхность.
Французская ведьма была бережно уложена на пляж, рыдая и бессвязно бормоча по-французски:
— Нет! Не она! Не Габриэль! Отпустите её!
Мадам Максим бросилась утешать её, но затем Флёр начала оглядываться. Она увидела Бэгмена и Перси, оба лежали ранеными, а затем она повернула голову, и холодные глаза Гарри встретились с её. Какие бы тёмные мысли ни крутились в её голове, они, должно быть, усилились, ибо взгляд в её глазах стал, если это было возможно, ещё более убийственным, чем у Гарри не так давно. Она пошатываясь встала на ноги, и затем произошло нечто очень неожиданное.
Раздался шипящий звук, когда вся вода, пропитавшая Флёр, испарилась с неё, начиная с рук. Перья вырвались из её кожи. Её пальцы удлинились в зловещие когти, а лицо — в острый клюв. Огненные шары появились в её руках, и она издала пронзительный крик.
Мадам Максим отпрянула в ужасе. Флёр превратилась в полностью птичью форму, что даже не должно было быть возможным для вейлы с четвертью крови. У неё едва хватило времени пригнуться, когда огненный шар полетел прямо ей в лицо. В течение нескольких секунд все судьи оказались осыпаны огненными шарами. Она, вероятно, выкрикивала требования, но никто не мог понять её криков. Когда единственным ответом были заклинания, летящие обратно в неё, Флёр бросилась на трусливого Каркарова, повалив его на землю, прежде чем он успел среагировать, и яростно царапая его лицо, грудь и руки, пока Дамблдор не сумел её оглушить.
— Я же говорила, что нам не следовало использовать эту подсказку, месье Бэгмен, — сказала мадам Максим, хлопая по пламени на своём платье. Бэгмен не мог говорить из-за того, что всё ещё изрыгал слизней. Теперь без сознания, лицо Флёр вернулось к своим нормальным красивым чертам. Максим осторожно подняла её и отнесла на траву, пока ждала, когда мадам Помфри займётся очень окровавленным Каркаровым.
— Вы думаете, нам следует разбудить её? — тихо сказала она.
— Вероятно, будет лучше держать её оглушённой, пока её сестра не придёт поприветствовать её, — ответил Дамблдор.
— И держать её подальше от Каркарова, — раздражённо сказала мадам Помфри. — Ей повезло, что она не вырвала что-то важное.
Закончив с директором Дурмстранга, она подошла к Флёр, которая к тому времени сильно дрожала, и осторожно влила ей в рот зелье Бодрости.
— Я хотела бы подать жалобу по поводу того, что чемпионов заставляют прыгать в озеро в середине февраля, — сказала она.
— Я хотела бы подать жалобы по поводу многих вещей, — добавила мадам Максим, сверкая взглядом на других судей.
Гарри отключился от дискуссии и продолжал смотреть на озеро. Час истёк без признаков того, что кто-либо ещё поднимется на поверхность, и он стал ещё более напряжённым. Однако минуту спустя Седрик и Чжоу вынырнули на поверхность. Чжоу задыхалась, и оба выглядели замёрзшими, но в остальном, казалось, не пострадали. Действительно, стол судей по сравнению с этим выглядел как зона боевых действий.
— Гарри? Что случилось? — сказал Седрик, увидев Гарри, дувшегося у берега озера.
— Спроси Бэгмена, — spit Гарри.
Он продолжал ждать, и примерно десять минут спустя Крам и Гермиона прорвались на поверхность. На секунду ему показалось, что у Крама голова акулы, но она быстро вернулась к нормальному виду. Затем, даже когда они плыли к берегу, четыре русалки прорвались на поверхность, неся Рона и маленькую девочку, и Гарри наконец расслабился впервые за недели. Рон и Габриэль оба выглядели очень раздражёнными тем, что русалки пели свою визжащую песню рядом с ними. Может, это был стресс, но у Гарри было чувство, что они издеваются над ним. Он мог бы двинуть одну из них, если бы они подошли слишком близко, если бы он не был больше обеспокоен своими друзьями.
Когда он больше не мог сдерживаться, он вошёл в ледяную воду по пояс и обхватил руками свою пушистоволосую подругу.
— Гермиона, слава Мерлину, ты в порядке! — сказал он, борясь с желанием заплакать ей в плечо.
Тёмное выражение промелькнуло на лице Крама.
— Гермиона, — сказал он, — есть что-то между тобой и Гарри?
Гарри держал её слишком крепко, чтобы говорить, но вопрос был достаточно хорошо отвечен, когда Гарри отстранился и обнял Рона так же крепко.
— Эй, приятель, ты в порядке? — обеспокоенно сказал Рон, когда Гарри пришёл в себя и почти collapsed. Единственное, чего он не ожидал, так это того, что ему придётся помогать Гарри выходить из озера.
— Гарри, ты даже не мокрый, — заметила Гермиона, когда мадам Помфри бросилась укутывать их всех в одеяла. — Ты не заходил в озеро? Ты нашёл заклинание? Ты не сделал ничего глупого, нет?
— Я, эм, я как бы приставил нож к горлу Бэгмена, — сказал Гарри, опустив голову.
— Что! — закричали Рон и Гермиона.
— Что мне было делать? Я думал, ты умрёшь там. И я так и не нашёл способ дышать под водой. Оказалось, что ответ — это что-то под названием Заклинание Пузыря-Головы, но оно обычно не используется для этого.
— О, Гарри… — сказала Гермиона.
— Я же говорил тебе, что не стоит воспринимать ту песню серьёзно, — сказал Рон.
— Флёр тоже восприняла! — защищался Гарри. — Она чуть не убила Каркарова, когда подумала, что провалилась.
Словно по сигналу, их прервали громкие французские крики, когда Флёр была приведена в чувство.
— Габриэль! Ты жива! Ты жива! О, гриндилоу, они напали на меня! Я думала… Я думала…
Гарри повернулся обратно к друзьям.
— Я думал, вы умрёте, потому что я не смог найти одно чёртово заклинание, — сказал он, дрожа. — Я не знал, что ещё делать.
— Ну, ты хороший друг, Гарри, — признал Рон, — даже если иногда можешь быть немного туповат.
— Хех, кто бы говорил, — огрызнулся он.
— Эй!
К этому времени Крам пытался помочь Гермионе согреться.
— Я тоже волновался о тебе, Гермиона, — тихо сказал он. — Эта подсказка была довольно пугающей.
— Ага, я тоже, — сказал Седрик, подходя к другим чемпионам. — Я хотел привести Рона для тебя, потому что видел, что ты не пошёл в озеро, но русалки не позволили мне.
Гарри немного улыбнулся:
— Спасибо, Седрик. Так что все четверо из нас купились?
Он снова взглянул на Рона.
— Ну, по крайней мере, мы не были убеждены, что это подделка, — подтвердил Седрик.
Рон выглядел готовым снова извиниться, но у Гарри были дела поважнее, так сказать. Он направил палочку себе в горло, надеясь, что это сработает, и произнёс:
— Сонорус.
— Привет? Привет? Вы все меня слышите? — его голос прогремел над озером. — На случай, если это было неясно, я хочу указать, что чемпионы были приведены к мысли, что наши заложники умрут, если мы не вернём их вовремя. Вот что говорили нам золотые яйца. Почему у нас должны были быть какие-то причины не верить этому? В конце концов, все твердят, какой опасный этот турнир, а Первое задание было чёртовыми драконами, ради Мерлина. Но даже помимо этого, это всё равно не могло быть слишком безопасно для них, когда чемпионы вели их через озеро. Вы все видели, что случилось с Флёр по пути вниз. Давайте проигнорируем тот факт, что я даже не вписывал своё имя в этот Турнир. Флёр, Седрик и Виктор все записались сами, зная о рисках, но если бы они знали, что вы собираетесь рискнуть их друзьями и семьями тоже, интересно, нашлись бы у вас вообще желающие.
На это Седрик вышел вперёд и встал рядом с Гарри.
— Да, я действительно должен согласиться с Гарри здесь, — крикнул он. — Брать заложников вообще было неуместно.
— Уи, вы не имели права брать мою сестру! — сказала Флёр, пошатываясь вставая на ноги, Габриэль прижималась к её груди.
— Я начинаю думать, что у Гарри правильная идея, — добавил Крам. — Мы соревнуемся только сами. Это было совершенно неприемлемо. Вы услышите от моей юридической команды от имени всех четверых из нас.
Гарри отменил свои чары и обернулся.
— Спасибо, Виктор, я твой должник.
— Не упоминай об этом. Мы все были втянуты в это вместе.
К этому времени толпа была твёрдо на стороне чемпионов, и призывы к… интересному распределению очков возрастали. Многие люди сверлили взглядами стол судей, где Каркаров и Перси всё ещё лежали на земле, а Дамблдор и Максим разговаривали с Бэгменом — когда он не плевал слизнями в ведро.
— Что ж тогда… — неуверенно заговорил Дамблдор, когда они пришли к решению. — Как мы видели, все четыре чемпиона проявили… большую изобретательность… и преданность своим близким… каждый по-своему… Однако большинство судей согласились — те трое, кто сейчас в сознании — что в дизайне задания были такие серьёзные изъяны, что его нельзя оценивать справедливо. Поэтому мы решили полностью аннулировать результаты Второго задания. Оценки останутся такими же, какими были после Первого задания.
Громкий стон поднялся из толпы. Даже с выступлениями Гарри и Флёр они всё равно простояли всё утро в феврале, потратив большую часть этого времени просто глядя на озеро. Они могли только надеяться, что Третье задание будет более разумным — и что к тому времени Турнир не будет засужен до несуществования.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!