Глава 1: Слова не нужны
Слова не нужны
28
0
Гарри вздохнул, поднимаясь по лестнице в покои старост, которые делил с Гермионой.
«Гермиона…»
Её имя звучало в глубине сознания снова, снова и снова.
«Гермиона… Гермиона… Гермиона…»
Два часа назад она попросила его подняться, чтобы поговорить о «сам-знаешь-чём». И Гарри, конечно, прекрасно знал, о чём именно. Поэтому старался оттянуть этот момент как можно дольше. Но теперь поводов не идти наверх больше не осталось. Он даже на полтора часа побил собственный рекорд продолжительности шахматной партии с Роном, в которой ещё не успел проиграть. Может, при желании и выиграл бы, но тогда игра закончилась бы, так что он сдерживался, чтобы её затянуть.
На последней ступеньке Гарри снова вздохнул и шепнул пароль портрету, охранявшему вход в их покои. Оставалось надеяться, что Гермиона уже спит: за полночь перевалило, завтра понедельник, а значит, уроки.
«Вот дерьмо…»
Уроков не будет. Сейчас зимние каникулы. Значит, Гермиона наверняка ждёт его, свернувшись перед камином с книгой вдвое больше неё самой.
Он тихонько вошёл, стараясь не шуметь на случай, если она всё-таки заснула. Напрасно: Гермиона сидела у камина и читала, как он и предполагал. Будь у него хоть капля здравого смысла, он попытался бы незаметно пробраться к себе, пока она его не увидела. Но при виде неё его покинули последние остатки разума.
Стоило на неё посмотреть, как все мысли исчезли. Остался только вчерашний вечер… её шоколадно-карие глаза, смотревшие в его, дыхание у его щеки, её тело под его ладонями, её губы на его…
— Гарри?
Он тряхнул головой, словно пытаясь прогнать наваждение.
— Гер… Гермиона? — прохрипел он.
Во рту вдруг стало суше, чем в Сахаре.
— Как дела?
Гарри поморщился. Хотелось себя стукнуть.
«Как дела? Серьёзно, Поттер?»
— Прошло два часа. Где ты был? — спросила Гермиона, совершенно проигнорировав его дурацкий вопрос.
Она закрыла книгу и с глухим стуком положила на журнальный столик. Гарри вздрогнул.
БОЖЕ, КАК ЖЕ ОН НЕРВНИЧАЛ!
— Я… Рон… Мы… эм… Шахматы… Затянулось… Прости…
От стыда хотелось умереть. Он даже связного предложения произнести не мог, не то что убедить Гермиону не прекращать их дружбу.
Она нахмурилась.
— Гарри, ты в порядке? Ты бледный.
Он прочистил горло и кивнул. Надо взять себя в руки. Отвлечь её от разговора о вчерашнем. Остановить, прежде чем она скажет, что они больше не могут дружить, потому что поцеловались… сосались… Ладно, ладно, самозабвенно целовались, словно завтра не наступит, не думая ни о чём и ни о ком, кроме друг друга. И, может, ещё и лапали друг друга. По спине пробежала дрожь — он вспомнил, как рука Гермионы ласкала его там. О да, они точно лапали друг друга.
— Гарри?
— Я в порядке, Гермиона, — ответил он, гордясь первым за вечер полноценным предложением. — Вообще-то я очень устал.
Он притворно зевнул.
— Пойду спать.
«Со мной не хочешь?»
Но прежде чем он успел шагнуть к своей комнате, Гермиона взяла его за руку и потянула на диван рядом с собой.
— Нет уж. Нам надо поговорить. Помнишь?
Гарри вздохнул в который раз за вечер.
— Я правда устал. Может, до завтра подождёт? — без особой надежды предложил он.
Он знал Гермиону. И прекрасно понимал: разговора о «сам-знаешь-чём» сегодня не избежать.
— Нет. Сначала поговорим, потом пойдёшь спать. Потому что иначе я сама не усну.
Гарри закрыл глаза. Она сидела слишком близко, чтобы не вспоминать вчерашний вечер. А вспоминать было совсем некстати: ему хотелось только повторить всё снова, пока она пыталась придумать причины, почему вчерашнее было ошибкой. И причин у неё наверняка набралось немало. Мозг Гермионы Грейнджер всегда представлял опасность, а за двадцать четыре часа размышлений мог превратиться в смертоносное оружие.
Надо её отвлечь.
— Что за книга? Выглядит интересно, — попытался он, беря со столика оставленный Гермионой огромный том.
— Эм… «История Хогвартса», — ответила она, озадаченная внезапной сменой темы и нелепостью вопроса.
— Да? И как, хорошая?
Гарри перелистывал страницы, ничего не видя.
— Гарри, — вздохнула Гермиона, забрала у него книгу и снова положила на стол. — Не глупи. Ты всерьёз думаешь, что я на это попадусь?
«Нет. Я хочу, чтобы ты в меня влюбилась».
Он опять тряхнул головой. Эти мысли совсем отбились от рук.
«Влюбилась? Серьёзно?»
— Гермиона, послушай, я очень устал. Не думаю, что стоит разговаривать, когда я не могу ясно мыслить.
«Когда мне хочется только снова тебя поцеловать».
Гарри посмотрел на её разочарованное лицо и начал вставать. Он знал: если просидит здесь ещё секунду, сделает всё, чего она захочет.
Но едва он добрался до двери своей комнаты, за спиной раздался тихий, дрожащий шёпот:
— Если не хочешь об этом говорить, так и скажи. Не надо придумывать оправдания.
Гарри обернулся, но Гермиона всё ещё сидела на диване спиной к нему. Внезапное воспоминание о прикосновении к её спине заставило его замереть. Ладони покалывало.
Ноги сами понесли его к ней. Мозг перестал даже пытаться управлять телом. Когда дело касалось Гермионы, тело всё равно его не слушалось.
— Гермиона? — пробормотал он, остановив руку над её чуть подрагивающим плечом.
Страшно было прикоснуться: вдруг он сделает что-нибудь, чему потом не найдёт объяснения.
— Гермиона, пожалуйста…
Она быстро вытерла глаза и повернулась к нему.
— Пожалуйста — что, Гарри? Всё нормально. Я понимаю. Можешь идти спать.
Он успел заглянуть в её чуть припухшие глаза, прежде чем она отвела взгляд.
— Не думаю, что ты понимаешь.
Слова сорвались с губ раньше, чем он успел их обдумать. Теперь всё совершенно вышло из-под контроля, и пути назад не было. Вряд ли его слова могли сделать хуже: ведь он уже заставил Гермиону плакать, вообще ничего не сказав.
Её шоколадно-карие глаза снова встретились с его изумрудно-зелёными. Он видел в них обиду и упрямство.
— Я понимаю: ты не хочешь об этом говорить. И я принимаю твоё решение. Просто забудь обо всём, ладно? Надо было догадаться, что ты не захочешь разговаривать. Ты никогда не разговариваешь.
Теперь уже Гермиона попыталась скрыться в своей комнате. Но Гарри оказался быстрее: схватил её за руку и развернул к себе.
— Я хочу поговорить, — сказал он, притягивая её ближе.
Если Гермиона так настаивала на разговоре, может, у него всё-таки есть шанс. Может, она тоже не может перестать думать об их поцелуе и о том, что почувствовала. Может, вовсе не собирается прекращать их дружбу…
«Может, она чувствует то же самое…»
Гермиона снова посмотрела ему в глаза. Было ясно: она злится, что он убегает от своих — от их — проблем. Но в её взгляде было что-то ещё. То, чего Гарри прежде не видел. Или видел, но не понимал, не смел даже надеяться увидеть.
«Она чувствует то же самое».
От этого открытия перехватило дыхание. Но следующие слова Гермионы ударили в грудь, вернув его к действительности:
— А я уже не хочу разговаривать. Давай просто забудем, что это случилось.
Она повернулась, собираясь уйти, но Гарри не отпустил. Наоборот, притянул ещё ближе. После того, что увидел в её глазах, он не мог позволить ей уйти.
— Я не хочу забывать. Чёрт, не думаю, что смог бы забыть даже с помощью заклинания забвения, — пробормотал он.
Они стояли так близко, что Гарри чувствовал запах её шампуня. Он уткнулся носом в её волосы и вдохнул аромат, который заставлял снова переживать их поцелуй.
Гермиона вздрогнула, её дыхание стало тяжелее. Он чуть усмехнулся и обнял её. Последние сомнения в том, что он ей тоже нравится, исчезли, стоило увидеть и почувствовать её реакцию.
— Гарри, пожалуйста… — прошептала она чуть дрожащим голосом.
Он оторвался от её волос, потёрся носом возле уха и легко коснулся губами шеи. Снова усмехнулся, когда Гермиона вздрогнула. О, он прекрасно знал, какая чувствительная у неё шея.
— Пожалуйста — что, Гермиона? — повторил он её недавний вопрос.
Горячее дыхание коснулось её щеки. Обхватив Гермиону за талию, Гарри крепко обнял её, но она упёрлась ладонями ему в грудь, не позволяя прижать себя вплотную.
— Не делай этого, если для тебя это ничего не значит. Я не хочу повторять вчерашнее, чтобы ты потом снова отказался со мной разговаривать.
Она говорила тихо, но Гарри отчётливо слышал каждое слово.
«О, эти прекрасные губы, с которых всё и началось…»
Он наклонился и прижался лбом к её лбу, не отрывая изумрудных глаз от её карих.
— Не думаю, что захочу об этом говорить, — прошептал он.
Они были так близко, что он чувствовал её дыхание на своих губах. Гарри машинально облизнул их: ему не терпелось снова её поцеловать.
Услышав его слова, Гермиона закрыла глаза и попыталась оттолкнуть его. Гарри не поддался и притянул её ещё ближе.
— Я не хочу разговаривать, Гермиона. Не думаю, что нам это нужно. Мне кажется… Мне кажется, и так ясно, что я к тебе чувствую.
Он обхватил ладонью её левую щёку, заставив посмотреть ему в глаза. В её взгляде было недоумение, словно она не могла поверить его словам.
Он медленно наклонился, давая ей время отстраниться. Но когда их губы почти соприкоснулись, остановился.
— Если всё ещё считаешь, что нам надо поговорить, скажи сейчас… Иначе я тебя поцелую. И вряд ли скоро остановлюсь. Да и мозгов на разговор после этого, скорее всего, уже не останется.
Гермиона чуть улыбнулась, скользнула ладонями вверх по его груди и обвила руками шею.
— Я больше не хочу разговаривать. Иногда поступки говорят громче слов, — прошептала она и притянула его к себе, соединив их губы.
«Как может быть ещё лучше, чем я помню?!»
Мысль гремела в голове Гарри. Сердце, казалось, вот-вот разорвётся: оно гнало кровь так яростно, словно он доживал последние мгновения и оно пыталось его спасти.
Когда Гермиона прервала поцелуй, он недовольно застонал. Медленно открыл глаза и увидел, что она смотрит на него с робкой улыбкой.
— Всё ещё хочешь к себе в спальню? — прошептала она.
Гарри наклонился и украл ещё один поцелуй.
— Только если ты пойдёшь со мной, — сказал он с внезапной уверенностью.
Но прежде чем успел пожалеть о своих словах, Гермиона уже потянула его в ближайшую комнату. Хлопнувшая дверь заглушила их смех.
Стоит ли говорить, что разговаривали в ту ночь они мало…
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!