Глава 1: Всегда

— Мистер Поттер? — обратился Северус Снейп к зеленоглазому мальчику.

Несколько минут назад мастер зелий отпустил класс, но гриффиндорский Золотой мальчик так и не сдвинулся с места. Друзья бросали на него тревожные взгляды, однако он отослал их, предпочтя остаться на табурете в глубине кабинета и наблюдать, как преподаватель ходит по классу.

Сам Северус весь урок держался спокойно и невозмутимо. Внутри же теснилось столько чувств, что разобраться в них не получалось. Он испытывал ярость — как обычно. Вину — опять-таки как обычно. Но когда к вине примешивались радость и печаль, превращаясь в огромный клубок нежеланных чувств, Северусу хотелось побиться головой о стену, лишь бы привести мысли в порядок.

Разумеется, это было бы неразумно: мигрень уже набирала силу, а мышцы болели и плохо слушались после того, как «его господин» держал его под Cruciatus.

Сказать, что тот был недоволен случившимся в Отделе тайн, — значит не сказать ничего. Мало того что немало его последователей угодило в Азкабан, так ещё и Министерство наконец признало его возвращение.

Иными словами, полный провал… а значит, пытки Пожирателей смерти.

— Мистер Пот…

— Я вас ненавижу.

Что ж. Этого Северус не ожидал. Конечно, он знал, что мальчишка его недолюбливает, но вот так, без всяких чувств, заявить о ненависти… По непонятной причине это задело мастера зелий. Возможно, всему виной пульсирующая боль в голове и бушующие чувства. И всё же Северус НЕ РАЗ спасал мальчишку. Это почти делало его официально неофициальным крёстным Поттера.

О, как бы Блэка это взбесило.

Поняв, что ещё не ответил на неожиданное заявление, Северус презрительно усмехнулся.

— Вот как?

Гарри смотрел прямо перед собой, зелёные глаза потускнели. Вид у мальчишки был ужасный: худой, бледный, словно даже постаревший. Но больше всего тревожило полное отсутствие выражения на лице. «Куда делась его привычка выставлять все чувства напоказ?»

— Да, — просто ответил он, явно не собираясь ни объясняться, ни уходить.

Северус вздохнул. На это у него не было времени.

— Если вы намерены просто сидеть здесь и сообщать очевидное, я вас оставлю.

Он направился к двери своего кабинета, но голос мальчика заставил его остановиться.

— Разве вы не хотите знать почему?

Северус обдумал вопрос и медленно ответил:

— Полагаю, после последних пяти лет объяснения излишни. Выберу любую причину и продолжу жить.

Рука уже лежала на дверной ручке. Так близко…

— Продолжайте себя в этом убеждать. Но я ненавижу вас не поэтому.

Северус мучительно выдохнул. Ему нужен был алкоголь. И музыка. И сигареты. И хорошая книга. Лишь бы оказаться подальше отсюда…

— Хорошо.

— Спросите меня.

— О чём?

Если прежде Северус был раздражён, то теперь, судя по виду, готов был убивать.

— Спросите, почему я вас ненавижу.

Мастер зелий глубоко вдохнул, успокаиваясь.

— Хорошо. Почему вы меня ненавидите?

Он сказал себе, что спрашивает лишь затем, чтобы найти повод наказать мальчишку, а вовсе не из любопытства.

Гарри наконец посмотрел ему прямо в глаза. Северус едва не отшатнулся: столько ненависти, ярости и боли пылало в этом взгляде.

— Сириус погиб по вашей вине.

Северус едва не закричал. «Так вот в чём дело?! В этом… в этом псе?!»

— Едва ли, — ответил он, несмотря на внутреннюю бурю.

Поттер продолжал смотреть на него всё тем же жёстким взглядом. Северус взял себя в руки, вернув лицу привычную презрительную усмешку.

— Если бы вы помогли мне, когда Амбридж…

— Я помогал, Поттер, и НЕ СМЕЙТЕ утверждать обратное. Что именно, по-вашему, я должен был сделать в комнате, полной слизеринцев — детей таких же «последователей», как я?

Гарри встал и не отступил, когда Снейп двинулся к нему.

— Не знаю. Может, хоть как-то показать, что вы поняли мои слова! ДА! БЫЛО БЫ НЕПЛОХО!

Последние слова он выкрикнул.

Северус покачал головой.

— Право же, мистер Поттер. Вы знаете меня столько лет. Неужели вы всерьёз считаете, что я настолько туп, что не понял бы столь прозрачного намёка? Насколько глупым вы меня считаете?

— Вы хотите всё свалить на меня?! — возмущённо вскрикнул Гарри, подавшись вперёд и опершись на большой стол.

Северус сделал то же самое, глядя на него сверху вниз.

— Я бы не стал выражаться настолько категорично, но, если бы вы не ушли, Блэк бы не…

ХЛОП.

На секунду Северус застыл, не сразу осознав случившееся.

Гарри. Чёртов. Поттер. УДАРИЛ ЕГО!

Чувства снова смешались, но теперь почти всё затмила БЕШЕНАЯ ЯРОСТЬ.

— Поттер… — прорычал он самым тихим и смертоносным голосом.

Мальчишка, похоже осознав свою ошибку, попятился на несколько шагов.

— Отработки до конца жизни, сто пятьдесят баллов с Гриффиндора, и считайте, что вам повезёт, если дело ограничится исключением.

Голос Северуса оставался ровным, но лицо всё сильнее бледнело, а плотно сжатые губы и без того ясно говорили о его состоянии.

Гарри несколько мгновений запинался, потом закричал:

— ДА?! А Я, БЛЯДЬ, ПОХОЖ НА ТОГО, КОМУ НЕ ПЛЕВАТЬ?!

Снейп оторопел. Мальчишка добивался, чтобы его заклятием стёрли с лица земли?! Он открыл рот, собираясь язвительно ответить и, возможно — нет, определённо — снять ещё баллы, но Гарри снова взорвался:

— Это ВЫ прекратили уроки! Это ВЫ подначивали Сириуса! Это были ВЫ! ВСЕГДА ВЫ!

Северус приподнял бровь, не вполне понимая логику мальчишки. Ведь именно тот полез в ЕГО Омут памяти…

— А почему вы прекратили уроки? Потому что я увидел то воспоминание?

Поттер замолчал, тяжело дыша.

— Вы решили, что мне понравилось. Смотреть, как Дже… мой отец и его друзья так себя ведут. Вы решили, что я такой же.

Лицо Северуса оставалось непроницаемым — немалое достижение, когда на тебя орёт подросток. Мальчишка, надо сказать, ударил довольно сильно. Понадобится немного мази от синяков, хотя сначала стоит показать это Дамблдору…

С другой стороны, это было бы крайне унизительно, а старик, скорее всего, ничего не предпринял бы, списав всё на бурные переживания подростка из-за смерти пса-крёстного.

Что там сказал мальчишка? Ах да. Зачем понадобилось вспоминать тот унизительный случай? Конечно, худшим воспоминанием его делало не само унижение… В ТОТ день он потерял свою Лили…

— Мне не понравилось, как они поступили. А вы решили, что мне приятно на это смотреть…

Слова Поттера вернули Северуса к действительности.

— Я поговорил с ними. С Ремусом и Сириусом. Вот и всё. Я хотел, чтобы они нашли хорошее оправдание. Хотел услышать, что они мстили за что-то, что вы сделали раньше…

Поттер опустился на табурет.

— Они сказали, что все пятнадцатилетние парни так себя ведут.

Северус презрительно фыркнул.

— Весь этот год Сириус подталкивал меня к разным выходкам… Гермиона говорила, что он пытается снова пережить времена Мародёров, но я правда не думал…

Гарри оборвал себя. Он не понимал, зачем рассказывает всё это Снейпу. Он уже выговорился Дамблдору и друзьям, но не рассказал всего. Почему же теперь ему так хочется поделиться с самым нелюбимым преподавателем?

Гарри сказал себе, что просто хочет заставить его почувствовать вину.

— Мы сражались возле Арки, знаете? Мы с Сириусом. У нас хорошо получалось. Было страшно, но почти… весело. А потом… Я послал в Пожирателя Expelliarmus, и Сириус сказал…

Гарри снова умолк. В глазах стояла боль, горло сжалось. Снейп не перебивал. Он сел на табурет напротив, по другую сторону рабочего стола. Его лицо не выражало ничего, и это немного злило Гарри. Он резко встал и подошёл к полке с запасными учебниками. Провёл пальцами по потёртым корешкам, словно пытаясь понять, что сказать и как.

— Знаете, какие слова он сказал мне последними?

Снейп откинулся назад, опершись на преподавательский стол, и приподнял бровь.

— «Здорово, Джеймс».

Гарри помолчал, затем резко обернулся. В глазах, пылавших яростью, стояли слёзы.

— ВЫ СЛЫШАЛИ, ЧТО Я СКАЗАЛ?! Джеймс, — прошептал он последнее слово.

Северус почувствовал… Впрочем, он не знал что. Мигрень мешала думать, да и чувства, которые он и без того едва сдерживал, ничуть не помогали.

Он злился на Блэка за такую ошибку. Да, сам он постоянно сравнивал Поттера с Поттером-старшим, но никогда их не путал. Да и как тут перепутаешь, когда на тебя так смотрят глаза Лили?! К тому же мальчишка был почти полной противоположностью отца!

Он немного злился и на себя — за то, что позволил ситуации выйти из-под контроля. Но, как уже было сказано, что он мог сделать?

И ещё чувствовал слабый укол печали: именно такие слова мальчик услышал последними от человека, который был ему почти родителем. Гарри многое пережил, а в ближайшем будущем ему предстояло пережить ещё больше. Ему нужен был кто-то, с кем можно поговорить, когда становится тяжело.

Северус мимоходом задумался, почему его вообще это волнует. За плечами у них пять лет ненависти — с его стороны притворной, — не говоря уже о недавней выходке Поттера… Снейп винил во всём свою внутреннюю гриффиндорскую сентиментальность.

Заставив себя отвлечься от размышлений, он пробормотал:

— И?

Поттер вызывающе скрестил руки на груди. На лице читалась злость.

— Неужели я настолько на него похож? Я настолько его копия, что люди и правда принимают меня за него?

Северус обдумал вопрос. Гарри не был похож на отца. Он не был задирой и, судя по воспоминаниям, которые Северус увидел на тех проклятых уроках окклюменции, уж точно не был избалован. Иногда мальчишка мог казаться самонадеянным, но для подростка это обычное дело. Северус знал, что Гарри совсем не похож на отца, однако ради сохранения видимости вражды должен был грубить ему и унижать.

Но как объяснить это мальчишке? Ему пятнадцать! Он слишком юн, чтобы по-настоящему понять, что поставлено на карту в этой войне, — несмотря на всё пережитое. Он ещё не способен осознать, насколько тесно переплетены их жизни и как одна ошибка может всё разрушить. Северус был почти рад его неведению: значит, мальчишка ещё молод, в нём ещё есть жизнь.

Как сказать ему правду и не поставить под угрозу их обоих, если после этого Поттер вдруг решит стать с ним приветливее?

Приняв молчание Снейпа за согласие, Гарри тяжело вздохнул и начал собирать книги, перья и принадлежности для зелий.

— Я думал, он замечательный. Мой отец. А он был задирой. И я такой же…

На несколько мгновений повисла тишина. Северус лихорадочно соображал, с трудом пробиваясь сквозь головную боль.

— Может… может, если бы Сириус не умер так рано, он понял бы, что я Гарри. Я на это надеялся. Для всех я сын Джеймса и Лили, Мальчик, Который Выжил. Никто не видит во мне Гарри… А есть ли вообще Гарри?

Мальчик почти дошёл до двери, когда слова сами вырвались у Северуса. Он не смог промолчать, видя поникшие плечи Гарри и слыша его опустошённый голос.

— Мистер Поттер. Вы совсем не похожи на своего отца.

Гарри обернулся, растерянный.

— Но вы всегда говорили…

— Вы молоды. Вы не понимаете, насколько для нас обоих жизненно важно быть врагами, — быстро произнёс Северус, без всяких театральных пауз.

Гарри пристально посмотрел на него, словно оценивая.

— Из-за того, что вы шп…

— Да. И прошу воздержаться от подобных слов там, где наш разговор могут подслушать те, кому знать о нём не следует, — предупредил Северус.

Поттер ещё секунду постоял у двери, затем медленно вернулся и снова сел.

— Наверное… вы меня сбиваете с толку.

Снейп приподнял бровь.

— Ну… — Гарри запнулся. — Разве вы можете меня винить? Я не знаю, что у вас настоящее, а что нет. Вы слишком многое скрываете.

— Это, мистер Поттер, потому, что мне есть что терять.

Гарри растерялся ещё сильнее. У Снейпа не было семьи — насколько он знал, — не было друзей, да и жизни за пределами Хогвартса, по сути, тоже. Что он мог потерять?

Снейп запер двери чарами и наложил заглушающие заклинания: не хватало ещё, чтобы слизеринцы услышали что-нибудь достойное пересказа старшим родственникам. Увидев недоумение на лице Гарри, Северус глубоко вздохнул. Он не хотел объяснять мальчишке чувства, в которых сам едва разбирался! Не хотел открываться и выставлять напоказ свои переживания.

Но Гарри в чём-то нуждался. Возможно, в том, что помогло бы ему примириться со случившимся. В чём-нибудь, что отвлекло бы от печали и боли.

— Я… Я не могу допустить, чтобы вы попали в руки Тёмного Лорда. Это… думаю, это меня уничтожило бы.

«Ты слишком много для меня значишь, чтобы я мог тебя потерять».

Гарри постарался не показать, насколько потрясён. Он ПОНЯЛ невысказанное.

— Почему?

Глубоко вдохнув, Северус тихо произнёс:

— Хотите верьте, хотите нет, мистер Поттер, но за все эти годы, пока я исправлял последствия ваших выходок и следил, чтобы вы не пострадали… я…

Он умолк — не желая или не в силах продолжать.

Но Гарри понял.

«Снейп ВСЕГДА был рядом. И ВСЕГДА будет. Ради меня!»

Почувствовав, как глаза наполняются слезами, готовыми вот-вот покатиться по щекам, он поспешно отвернулся, пытаясь взять себя в руки. Северус сделал то же самое.

— Мне жаль, что вы его потеряли. И… уверен, он не имел в виду ничего подобного. Вы — не чья-то копия.

Гарри тихонько рассмеялся. Глаза ещё блестели от слёз, но он улыбался.

— Спасибо, профессор. За всё.

Снейп встал и коротко кивнул, пытаясь вновь обрести привычную невозмутимость. Снимая защитные чары, он направился в свой кабинет, но Гарри остановил его:

— Профессор.

Северус обернулся, гадая, что скажет мальчик. Но увидел в его глазах понимание. Гарри понял, почему все эти годы он поступал именно так. Понял, как много значил для Северуса. Понял — и теперь смотрел на него почти… неужели с теплотой?

Северус был потрясён.

— После стольких лет?

«Нашей — отчасти — взаимной ненависти?»

Гарри посмотрел на него с улыбкой. Повернулся к выходу, но, прежде чем уйти, прошептал:

— Всегда…

Примечание автора

Красивое обыгрывание тех самых слов, от которых по коже бегут мурашки, правда?