Глава 1: Ритуал

Изменения канона к началу рассказа:

Сириуса освободили, поскольку при поимке Петтигрю присутствовала Амелия Боунс. Сам Петтигрю всё же сбежал.

Гермиона и Рон уже встречаются, поэтому с началом Турнира оба отворачиваются от Гарри.

Добби открыто связывает себя с Гарри магическими узами.

Джинни никогда не проявляла романтического интереса к Гарри.

Гарри Поттер мне не принадлежит, уж простите.

Гарри проклинал свою удачу, глядя, как горит метла, подаренная крёстным. «Если подумать, Грюм совсем спятил. Лететь на деревянной метле против огнедышащего дракона».

Он принялся посылать в дракона одно заклинание за другим, но тот словно их не замечал. Дракониха откинула голову и выпустила струю пламени. Увернуться Гарри уже не мог, поэтому вложил все силы в Щитовые чары.

Зрители ахнули: за мгновение до того, как Гарри скрылся в огне, вокруг него возник плотный золотой щит. Когда пламя рассеялось, дракониха принялась колотить по нему. После двух ударов золотую поверхность покрыли трещины. Гарри крепко зажмурился, ожидая конца, но вдруг всё стихло.

Открыв глаза, он увидел перед собой рыжеволосую женщину с такими же зелёными глазами, как у него. Она тепло улыбнулась.

— Здравствуй, Гарри.

— М-мама?

— Ты такой храбрый. Не сдаёшься даже после того, как друзья тебя бросили…

Гарри вздохнул.

— Да… Сначала я надеялся, что они одумаются, но после последних нескольких недель… Мам, я не знаю, смогу ли так дальше. Судя по тому, что я слышал, я совсем не похож ни на тебя, ни на папу. Не умею заводить друзей, с розыгрышами у меня тоже не очень. А из-за дяди Вернона и тёти Петуньи я боюсь даже пытаться в чём-нибудь преуспеть.

Лили вздохнула.

— Да. Моя сестра выбила из тебя всё хорошее, что ты унаследовал от нас, и поощряла худшее… Пора мне это исправить.

Она подняла руку и погладила его по щеке. В голове Гарри замелькали образы: вот он растёт с родителями — любимый, желанный. Вот младшие брат и сестра бегут к нему и обнимают.

0000000000000

Зрители в ужасе наблюдали за происходящим. Дамблдор поднялся.

— Никому не вмешиваться. Уверен, с мистером Поттером всё будет хорошо.

На всякий случай он установил ещё один защитный барьер, не позволявший никому войти на арену, и снова сел, проигнорировав ужас на лице Максим и взгляд Каркарова.

Гермиона сидела рядом со своим парнем и смотрела, как дракон загоняет Гарри в угол, а Сириус колотит по барьеру, пытаясь к нему прорваться. Вдруг в её памяти что-то мелькнуло. Она склонила голову набок и едва расслышала, как Рон пробормотал:

— Хоть раз сделай что-нибудь правильно, Поттер, — сдохни. Мне, как твоему лучшему другу, наверняка всё достанется.

Что-то в её сознании словно щёлкнуло. Гермиона побледнела и так сильно ударила Рона по лицу, что тот свалился на землю.

— ТЫ, СВОЛОЧЬ! ТЫ ПОИЛ МЕНЯ ПРИВОРОТНЫМ ЗЕЛЬЕМ!

Все обернулись к ней, широко раскрыв глаза.

Светловолосая девушка фыркнула.

— Конечно, поил, Грейнджер. Даже если забыть обо всём остальном, от одной его манеры есть любая девушка сбежит. Он же свинья. Без зелья ему от девушки ничего не добиться. По-моему, это очевидно. Я так и думала: раз ты с ним встречаешься, с головой у тебя что-то не то.

По толпе прокатился изумлённый вздох, и Дафна снова посмотрела на арену. Гарри светился. По его коже мелькали руны — так быстро, что она едва успевала их различать. Поттер начал расти и крепнуть. Волосы удлинились до плеч, мышцы на глазах увеличивались. В сиянии проступили чёрные цепи. Гарри закричал, словно от невыносимой боли, и цепи лопнули. Щит разлетелся, но вырвавшаяся волна силы отбросила дракона, а в небо ударил луч магии. Краем глаза Дафна заметила движение и обернулась: Дамблдор стоял, ошеломлённо переводя взгляд с Гарри на свою палочку.

00000000000000000

— Ну вот, малыш. Пора завершить ритуал, который я подготовила для тебя много лет назад, — сказала Лили и взяла его за руку.

Гарри пронзила страшная боль. Он закричал, и вдруг его захлестнул поток силы.

00000000000000000

Все смотрели, как Гарри чертит руны на земле в семи разных местах, одновременно уворачиваясь от дракона. Появилась Флёр и ахнула:

— Mon Dieu.

Мадам Максим лишь кивнула: она тоже узнала французские руны.

Гарри встал на одну из рун и принялся посылать в дракониху заклятия, пытаясь заставить её выдохнуть огонь, но та просто бросилась на него. Никто не замечал, как в небе собираются тучи, пока не грянул гром.

Гарри, используй молнию, милый. Возможно, она подойдёт даже лучше.

Голос прозвучал у него в голове. Гарри широко раскрыл глаза и бросился к руне, запускавшей ритуал.

Зрители закричали, когда в небе сверкнули четыре молнии. Затем, широко раскрыв глаза, уставились на арену: стоило капле крови коснуться руны, как молнии изменили направление и ударили в рунную схему под ногами Гарри. Все руны вспыхнули одновременно, и его окутал свет. Пятнадцать минут зрители не могли отвести глаз от сияния. Когда оно рассеялось, Гарри стоял посреди арены. По всему телу пробегали электрические искры, а между пальцами проскакивали разряды. Волосы стали совершенно белыми и были откинуты вправо, словно порывом ветра.

Мадам Максим была ошеломлена.

— Mon Dieu… Этот ритуал в девяноста процентах случаев заканчивается неудачей.

Остальные судьи повернулись к ней.

— Что за ритуал, дорогая моя? — спросил Дамблдор.

Она бросила на него сердитый взгляд, но ответила:

— Месье Поттер только что стал элементалем. Это древний французский ритуал. Он не запрещён, но его проведение не одобряют из-за высокой смертности.

Судьи широко раскрыли глаза и снова посмотрели на поле. Гарри хлопнул в ладоши, и вокруг драконихи возникла клетка из молний. Он спокойно прошёл мимо неё: она уже поняла, что больше здесь не главная. Гарри забрал своё яйцо и направился к выходу. Но едва оказался в безопасности, Флёр увидела, как он разом расслабился. Волосы снова почернели, а клетка вокруг драконихи исчезла. На стадионе стояла такая тишина, что было бы слышно падение булавки. Но спустя несколько секунд раздались вопли восторга, которые можно было услышать из космоса.

Никто не знал, что на ритуал отозвались также чаша, медальон, диадема, змея, шрам и кольцо. Молнии обрушились на заключённые в них души и уничтожили их. Том Реддл с ужасом смотрел, как прямо перед ним умирает его фамильяр, и пытался понять, что случилось. Потом началась боль. И среди мучений его вдруг охватил ужас.

«Неужели у магии крестражей был срок действия? О боже».

Гарри, пошатываясь, вошёл в медицинскую палатку. Мадам Помфри захлопотала над ним, что-то ворча о Турнире.

— Что ж, мистер Поттер, если не считать сильнейшего магического и физического истощения, вы не пострадали.

Вслед за Седриком, всё ещё покрытым повязками, Гарри снова вышел на арену. Небесно-голубые глаза встретились с изумрудно-зелёными. Но оба увидели нечто большее: Гарри — бушующий внутри Флёр огонь, а она — грозовую бурю в его глазах.

Она улыбнулась.

— Вы, мистер Поттер, либо самый глупый, либо самый храбрый человек из всех, кого я знаю.

Девятнадцать лет спустя

Гарри стоял рядом с женой Флёр, Ремусом и его женой Тонкс. Они с улыбками смотрели, как Виктуар, Доминик, Луиза и Тедди впервые садятся в Хогвартс-экспресс. Флёр откинулась к Гарри, поцеловала его и сунула что-то ему в руку. Хихикнув, она трансгрессировала.

Гарри развернул снимок. Ремус и стоявший неподалёку Сириус, который махал на прощание своему сыну Регулусу, рассмеялись при виде выражения его лица. Тонкс заглянула ему через плечо и тоже засмеялась.

— Похоже, вы ждёте близнецов, Гар.

Гарри расплылся в улыбке и исчез во вспышке молнии, чтобы отпраздновать эту новость вместе с женой.