Глава 1: Три Мародёра и малыш

Лили Эванс-Поттер натянула на черноволосого сына рубашку через голову.

— Лили, милая, что ты делаешь? — спросил муж, стоя в дверях детской.

— Беру Гарри с собой за покупками, — ответила она.

— Зачем? Я за ним присмотрю. Правда, дружок?

Последние слова он адресовал годовалому сыну. Гарри захихикал и потянул к отцу ручки, прося взять его на руки. Тот с радостью исполнил просьбу.

Лили на мгновение залюбовалась ими: отец и сын, оба с непослушными чёрными волосами. Джеймс смеялся и щекотал малыша, а тот явно души в нём не чаял. И всё-таки…

— Нет, — сказала она, глядя на них. — Я не оставлю тебя с ним.

— Ну-у, — протянул Джеймс. — Почему?

Отец и сын посмотрели на неё с одинаково жалобным выражением.

— Потому что я помню, чем закончился прошлый раз, когда ты остался с Гарри один. Я целый час отчищала пятна со стены, — непреклонно ответила Лили.

— Ага! — воскликнул Джеймс. — Но на этот раз у меня будут помощники!

Почти по сигналу раздался звонок в дверь. В глазах Джеймса плясали те самые озорные искорки, которые Лили помнила ещё по Хогвартсу. Обычно они появлялись перед очередной шалостью.

— Я открою, — настороженно сказала она.

Открывая дверь, Лили улыбалась, но, разглядев гостей, тут же перестала.

— Нет. Ни за что.

— Я тоже рад тебя видеть, Лилс, — сказал Сириус Блэк, ухмыляясь с порога.

— Здравствуй, Лили, — поздоровался стоявший за ним Ремус Люпин.

— Бодяга! Луня! — радостно завизжал Гарри, когда в комнату вошёл Джеймс с ним на руках.

— Гарри, щеночек мой!

Сириус протиснулся мимо Лили, забрал Гарри у Джеймса и сделал вид, что подбрасывает его в воздух. Гарри визжал и смеялся, пока крёстный щекотал ему бока.

— Не секоти, Бодяга! — кричал он, отпихивая руки Сириуса. — Луня, не секоти!

— Хватит мучить бедного ребёнка, Бродяга, — сказал Ремус, усаживая Гарри к себе на колени. — Теперь моя очередь!

Гарри заливался смехом: Ремус щекотал его без всякой пощады.

К несчастью для Лили, при виде этой сцены её решимость начала таять.

— Лили, ну пожалуйста, можно он останется? — взмолился Джеймс, когда она вызволила Гарри из рук Ремуса.

— Да, Лили, пожалуйста? — подхватил Ремус.

Сириус превратился в Бродягу и с надеждой посмотрел на неё, поскуливая и уныло стукнув хвостом об пол раз-другой.

— Позязя, мама?

Гарри потянулся и легонько дёрнул её за прядь волос.

Ох, ты же ещё совсем маленький, — мысленно обратилась она к сыну. Даже не понимаешь, о чём мы говорим. А сердце трогаешь так же легко, как теребишь волосы, малыш.

Лили тяжело вздохнула.

— Ладно, ладно.

Джеймс и Ремус победно завопили. Сириус закружился за собственным хвостом и вертелся, пока у него не закружилась голова и он не повалился на пол. Гарри хихикал и хлопал в ладоши.

— Надеюсь, мы знаем, что делаем, — сказал Ремус десять минут спустя, когда Джеймс поцеловал Лили на прощание и за ней закрылась дверь.

Сириус хлопнул его по спине.

— Конечно знаем, старина Лунатик. А даже если нет — её не будет всего несколько часов. Что может случиться?

— Мистер Лунатик желает сообщить мистеру Бродяге, что отныне ему запрещается спрашивать: «Что может случиться?» — сухо произнёс Ремус сквозь рёв Гарри.

Весь пол был усыпан сухими хлопьями. Гарри в одном подгузнике стоял на детском стульчике, сжав кулачки, и орал во всю глотку. У Джеймса под глазом наливался синяк: пытаясь догнать сына и снова надеть на него штанишки, он врезался в дверь. Ремус был весь в молоке.

А Сириус был просто в шоке.

— Да ничего с ним не случилось! — громко сказал Джеймс, пока Гарри вопил, в такт колотя поильником по стене. — Он не голодный, пить не хочет и спать тоже.

Ремуса осенило. С волшебниками иногда такое бывает. Известны даже случаи, когда подобное удавалось мужчинам-маглам. Он высказал предположение:

— Может, он мокрый.

Джеймс и Сириус переглянулись так, словно эта мысль им и вправду не приходила в голову. Джеймс вдруг просиял.

— Отлично! Отличная мысль, Лунатик. Кто поможет мне сменить ему подгузник?

Сириус и Ремус посмотрели друг на друга и одновременно отступили на шаг.

— Предатели! — крикнул Джеймс.

Он нерешительно подошёл к сыну и оттянул подгузник сзади. Заглянув внутрь, поморщился.

— Да, менять определённо надо.

Гарри, словно почувствовав, что до его бестолковых отца, крёстного и почти-дяди наконец дошло, вмиг успокоился, стоило Джеймсу взять его на руки.

— Есть только одна проблема, — сказал Джеймс, укладывая Гарри на пеленальный столик.

— Какая? — бодро спросил Сириус.

— Я не умею менять подгузники.

Две минуты стояла полная тишина. А потом…

— ЧТО?!

Ремус потрясённо уставился на Джеймса.

— Сохатый, Гарри уже год. Как, во имя Мерлина, ты умудрился за целый год ни разу не сменить ему подгузник?

— Это всегда делала Лили! — начал оправдываться Джеймс, а когда Лунатик подошёл помочь, добавил: — Но я и сам могу! Мне не нужна помощь!

Ремус отступил, с весельем наблюдая за ним.

Пять минут Джеймс пытался разобраться, как снять эту проклятую штуку. В конце концов подошёл Сириус, и вдвоём они расстегнули подгузник. А потом дружно отпрянули.

— Ого! — воскликнул Сириус, протирая глаза. — Гарри, щеночек, что ты ел?!

— Всё в порядке! — сказал Джеймс, отмахиваясь от Ремуса, который снова попытался помочь. — Мы справимся!

Джеймс некоторое время изучал сына.

— Надо его вымыть, — сообщил Сириус, не слишком помогая делу. От использованного подгузника он избавился с такими предосторожностями, словно это были токсичные отходы.

— Я знаю, Бродяга.

— Потому что он грязный.

— Я знаю, Бродяга.

— Так, может, начнём его мыть?

— Я ЗНАЮ, БРОДЯГА!

— Пф-ф, извини. Всего лишь хотел помочь.

Сириус насупился, глядя на Джеймса. Потом его лицо просветлело.

— У меня идея!

Джеймс покосился на него.

— Обычно ты это говорил перед тем, как нам назначали отработку.

— Нет, это сработает! — заверил Сириус.

— Нет, — невозмутимо отозвался Ремус. — Перед отработкой он обычно говорил именно это.

Сириус сердито посмотрел на обоих. Потом велел Джеймсу поднять Гарри под мышки, направил палочку на голую попку малыша и произнёс:

— Агуаменти!

Из палочки хлынула непрерывная струя воды, поливая Гарри сзади.

— Отлично, Бродяга! — сказал Джеймс и принялся поворачивать сына, чтобы вымыть его получше.

Гарри явно не был в восторге от происходящего.

Ремус едва не до крови закусил губу, чтобы не расхохотаться над лучшими друзьями. Потом вздохнул.

— Джеймс, отдай мне Гарри, пока не угробил.

Джеймс сердито посмотрел на него.

— Не говори как моя жена, Лунатик!

— Да! Не говори как его жена, Лунатик!

Ремус лишь закатил глаза, протянул руки и забрал Гарри у Джеймса. Быстро обтёр его салфетками, аккуратно надел чистый подгузник, потом натянул штанишки. Через несколько мгновений он уже держал на руках вполне довольного малыша.

Джеймс и Сириус смотрели на него во все глаза. Ремус ответил на невысказанный вопрос:

— Я вообще-то слушаю Лили, когда она говорит. Понимаю, для вас двоих это нечто невообразимое, — невозмутимо добавил он.

Гарри завозился, просясь на пол, и Ремус опустил его. Младший Поттер тут же устремился по коридору, придерживаясь за стену: ходить он научился совсем недавно.

Грохот возвестил, что Гарри добрался до кладовки. А вскоре вся кухня была в муке: Джеймс и Сириус спотыкались, рвали упаковки и швырялись ею друг в друга.

Через два часа после отъезда Лили въехала на подъездную дорожку. Открыв багажник, она взяла столько пакетов с продуктами, сколько смогла унести. Остальные занесёт муж. Пошарив в поисках ключей, она вставила ключ в замок, молясь всем известным ей божествам, чтобы сын был цел и невредим, а дом выглядел так же, как до её ухода.

С изрядной тревогой она распахнула дверь.

И увидела чистый дом. Чистый дом и счастливого сына в манеже, целиком поглощённого яркой игрушкой, которая щёлкала, стоило её перевернуть. Чистый дом, счастливого сына и троих взрослых мужчин, спящих в самых разных позах в гостиной.

Ремус спал прямо в манеже Гарри — и, судя по количеству игрушек, которыми сын успел его закидать, уже довольно давно. Сириус в собачьем обличье лежал в солнечном луче и оглушительно храпел. Муж спал в своём кресле, разинув рот.

Посмеиваясь, Лили взяла Гарри на руки — тот радостно её обнял — и убрала принесённые продукты. Через несколько минут она их разбудит, чтобы занесли остальные пакеты. А пока пусть ещё немного поспят. И она сделает вид, что не заметила муку у них в волосах и палочку, торчащую из кармана Джеймса…