Глава 1: Новая глава

— Так это и есть знаменитая Гермиона Грейнджер?

Северус Снейп скользнул в тень за спинами двух министерских волшебников.

Судя по мантиям — в неровных прорехах, перьях и шерсти, — они работали в отделе регистрации анимагов. И, поскольку всё ещё были в рабочей одежде, явно воспользовались случаем и заявились без приглашения.

Зачем вообще понадобилось приходить, он не понимал.

Очередной бал. Очередное, теперь уже утомительное празднование смерти Волдеморта.

Шёл третий год.

И да, Том Реддл по-прежнему совершенно определённо кормил червей.

Северус был уверен, что праздничных мероприятий состоялось уже не меньше двадцати пяти.

Министерству годился любой предлог, лишь бы вытащить героев войны и выставить их напоказ.

Кингсли следовало бы быть благоразумнее.

Северус отпил огневиски.

По крайней мере, министр не пытался сэкономить пару-тройку галеонов, подавая напиток неудачного года.

— Я слышал, она замужем за каким-то уродливым старым колдуном. Он связал её тёмным заклятием, и пока никто не смог его снять.

Первый волшебник поднял бокал и сделал большой глоток.

— В «Пророке» писали.

Он сгрёб пригоршню канапе с проплывавшего мимо серебряного подноса.

— Только в такие вечера ей удаётся от него вырваться. Поэтому их столько и устраивают.

Северус посмотрел на молодую ведьму, кружившуюся в объятиях прыщавого, заискивающего волшебника.

Она улыбалась.

Но в глазах застыло напряжение.

И увалень уже не в первый раз наступал ей на ногу тяжёлым ботинком.

Губы Северуса изогнулись в иронической улыбке.

Не слишком удачный побег для заточённой в темнице гриффиндорской принцессы.

— Нет-нет, я другое слышал, Олдер.

Второй волшебник махнул бокалом в сторону танцующей женщины, которая сердито щурилась на оркестровый помост.

— Да, дело в тёмном заклятии. Но оно не позволяет ей никогда…

Он покосился в тень. Взгляд скользнул по Северусу, ничего не заметив.

— Ну, понимаешь…

Голос понизился.

— Заниматься сексом. Сам-Знаешь-Кто проклял её на последнем издыхании.

Северус подавил усмешку.

Три полных года прошло после его смерти, а некоторые слабовольные идиоты всё ещё не могли произнести имя Волдеморта.

— Жалко.

Олдер прищурился, разглядывая Гермиону. Мысли читались у него на лице почти открыто.

— А что с ней случается, Майклз? Если она, ну… того?

— Да не с ней.

Майклз поморщился.

— У неё зубы.

Он указал вниз.

— Там.

Только многолетняя выдержка не позволила Северусу расхохотаться.

Милостивые боги, слухи о Гермионе Грейнджер не переставали его изумлять.

Оба волшебника скривились и шумно втянули воздух.

— Неудивительно, что она такая злая.

Оставив после себя тихо прошептанное заклинание, Северус скользнул прочь — искать жену.

* * *

— Где ты был?

Он уже спровадил косолапого юнца, с которым ей пришлось танцевать, и заключил свою восхитительную маленькую жену в объятия.

Как всегда, она прильнула к нему.

Северус поцеловал её приглаженные волосы.

И недовольно заворчал.

— Не начинай из-за причёски, Северус.

Она подняла на него карие глаза, в которых плясали лукавые огоньки.

— Чтобы привести волосы в такой вид, понадобились хлыст и стул.

Он фыркнул.

— Я люблю твои кудри.

Её безупречные губы — полные и всегда словно созданные для поцелуя — сжались в тонкую линию.

— Значит, жалобы на то, что я пытаюсь тебя задушить и довершить дело, с которым не справились два безумца и одна трижды проклятая змея… Это у тебя такие нежности в постели?

Северус сдержал улыбку.

Боги, как же он любил свою пылкую ведьмочку.

— Да.

Она рассмеялась, и он с безупречной грацией увёл её в сторону от неуклюжей кучки министерских олухов.

— Ну и что обо мне говорят сегодня?

Всей правды он ей никогда не рассказывал.

Она знала.

И без того слишком хорошо представляла, что волшебный мир думает о ней, её браке и её муже.

Северус скорее снова встретился бы с той змеёй, чем ранил её мерзостями, которые невежественные ведьмы и волшебники шептали за спиной.

Всё дело было в зависти.

Нет, не к тому, что она вышла за него.

К этому — никогда.

Обычно это вызывало жалость.

Они завидовали её силе и блестящему уму.

И тому, что он успел заполучить её прежде, чем у любого другого волшебника появилась возможность начать ухаживания.

Последнее, признаться, доставляло ему немалое самодовольное удовольствие.

Его губы коснулись её уха.

Он с наслаждением почувствовал пробежавшую по её телу дрожь.

Голос стал низким.

— Что ты опутана тёмной магией и находишься в лапах злобного старого колдуна.

— Да…

Слово прозвучало едва громче шёпота.

— И нигде больше я быть не хочу.

Она подняла на него глаза. Дыхание участилось, щёки порозовели.

— К Мерлину этот бал. Хочу тебя в нашей постели. Сейчас.

— Как пожелаешь.

Северус хищно улыбнулся, крепко прижал её к себе и с громоподобным хлопком аппарировал.

* * *

Целитель нахмурился, глядя на измотанного волшебника, который сгорбился на стуле по другую сторону стола.

Тот явно страдал.

Побелевшие пальцы судорожно сжимали мантию, лоб покрылся испариной, на висках бешено пульсировали жилки.

— Мистер Бейтан, вы утверждаете, что ваш коллега…

Целитель взглянул на пергамент в руке.

— Некий мистер Одгар Майклз испытывает такое же расстройство, вызванное воздействием на разум?

— Майклз свернулся под столом. От боли пошевелиться не может.

Олдер вцепился пальцами в редеющие волосы.

— Тёмная магия, целитель Бут. От этой ведьмы, Гермионы Грейнджер.

Когда целитель сердито посмотрел на него, он отшатнулся.

— Не от неё, не от неё, вы же понимаете. От её… проблемы.

Целитель нахмурился ещё сильнее.

За последние три года у него побывало немало ведьм и волшебников, обвинявших Гермиону Грейнджер в самых разнообразных недугах.

Но нынешний случай?

Невероятно.

— Её проблемы?

Олдер ткнул пальцем себе в пах.

— Там.

— Итак…

Целитель Бут откинулся на спинку кресла и медленно выдохнул.

— Вы утверждаете, что проклятие мисс Грейнджер…

Идиот перед ним энергично закивал.

— …заставляет вас чувствовать, будто ваш пенис заживо обгладывают сотни маленьких зубов?

Лицо волшебника стало пунцовым.

— Да! Боги, да! С самого министерского бала в субботу. Три дня, целитель! Три…

Он начал раскачиваться.

Бут приподнял тёмную бровь.

— Вы сплетничали о мисс Грейнджер?

Олдер покраснел ещё сильнее.

— Приму это за «да».

Бут взмахнул палочкой.

Олдер обмяк, согнувшись пополам: боль явно исчезла.

— Передайте вашему другу, что ему тоже необходимо ко мне обратиться.

Он посмотрел, как всё ещё тяжело дышащий Олдер с трудом поднимается.

— И, мистер Бейтан, я бы посоветовал вам впредь не сплетничать о мисс Грейнджер.

— Нет-нет. Никогда. Отныне — нем как могила. Клянусь.

В воздухе заклубилось серебристое сияние магии.

Волшебник уставился на него.

Сглотнув, схватился за дверную ручку.

Дверь за ним захлопнулась.

По коридору застучали быстро удаляющиеся шаги.

Целитель Бут сдавленно рассмеялся.

Взмахом палочки он уничтожил пергамент и все свидетельства «недуга» Олдера Бейтана.

В конце концов, ещё утром после министерского бала, к самому открытию приёма, ворон доставил ему контрзаклятие.

И, откровенно говоря, целитель считал наказание заслуженным.

Да, Северус Снейп по-прежнему избавлялся от хулителей своей жены.

По одному весьма мерзкому проклятию за раз.