Глава 1: Новая глава

О Дамблдор, какой же вы дурак! Полный и безнадёжный дурак. Вы хоть представляете, что натворили?

Дамблдор показал мне воспоминания о Томе Реддле, чтобы доказать: тот с самого начала был злым. Я увидел другое. Я увидел мальчика, с которым жестоко обращались и которого никто не любил. Я увидел себя.

Люди не рождаются злыми. Конечно, у них может быть предрасположенность к этому, или они могут оказаться в обстоятельствах, в которых легче стать такими, но в какой-то момент всё равно приходится выбирать. Одни не замечают собственного падения — настолько медленно оно происходит; другие выбирают этот путь ради власти. Или мести.

Дамблдор сказал, что мы разные. Но я-то знаю правду. Пока я рос у Дурслей, я был готов на всё, лишь бы причинить им боль. Я тоже крал безделушки и прятал их в знак маленького бунта. Это было единственное доступное мне проявление неповиновения. В конце концов я пошёл бы на что угодно, лишь бы от них избавиться… любой ценой. Когда я впервые узнал о магии, первой моей мыслью было, как заставить их заплатить.

Том Реддл, может, и пал, но хотя бы сделал это на собственных условиях.

А вы могли это остановить, Дамблдор, если бы только присмотрелись чуть внимательнее. Перед вами был десятилетний мальчик, а вы увидели наследника Слизерина. Увидели зло. В этом вы так же предвзяты, как, по вашим словам, он сам. Вы увидели слизеринца, и потому вам так и не стало до него достаточно дела, чтобы помочь.

За равнодушие приходится платить.

Вы увидели зло, а я — мальчика, которому просто было нужно, чтобы он стал кому-нибудь небезразличен. Конечно, ему хотелось быть особенным, Дамблдор: всю жизнь ему твердили, что он никто. Неужели вы и вправду не думали, что я чувствовал то же самое? Мы оба отчаянно хотели другой жизни. Он рос никому не нужным и одиноким, а когда погибли мои родители, вы обрекли меня на точно такой же ад.

И после этого вы называете его злым.

Разве вы не видите закономерности, Дамблдор?

Маглы твердили ему, что он ничтожество, — и он стремится их уничтожить. Вы и другие считали его злым, потому что он учился на Слизерине, — теперь он пытается уничтожить и вас. Готов поспорить, когда он только поступил в Хогвартс, чистокровные смотрели на него свысока, считая маглорождённым. Какая ирония: теперь они целуют мантию полукровки и всю жизнь терпят от него пытки. Не думаю, что чистота крови волнует его настолько, насколько вы полагаете. В конечном счёте он просто хочет причинить боль всему миру.

В конце концов, мир первым причинил боль ему.

И вы могли это остановить, дурак, если бы вы и весь остальной мир хотя бы попытались помочь. Вы сами создаёте себе врагов, Дамблдор, и именно вы создали Волдеморта. Столько времени вы за ним наблюдали — и так ни разу по-настоящему его не увидели. Вы его осудили, но никогда не пытались спасти.

Однажды он сказал мне, что мы похожи, и был прав. Хотите знать, почему я не делаю того же, что он? Ведь я ненавижу этот мир не меньше, чем ненавидел он. Маглы причиняли мне боль, весь мир называл меня злым, чистокровные смотрели на меня свысока. Всё потому, Дамблдор, что я уже увидел, кем могу стать, если однажды зайду слишком далеко.

Любовь здесь ни при чём: как и он, я никогда её не знал.

Вы никогда не признаёте собственных ошибок, зато с превеликим удовольствием указываете на чужие. Вы допустили ошибку с Томом Реддлом, и теперь Волдеморт желает вам смерти. Лично я считаю, что он имеет на это право.

Вы могли его спасти, но вместо этого обрекли его — а он, в свою очередь, обрёк весь мир.

О Дамблдор, какой же вы дурак.