Глава 1: Новая глава

В конце «Узника Азкабана» Сириус Блэк говорит, что Гермиона Грейнджер — самая умная ведьма своего возраста из всех, кого он встречал. Прочитав это, я первым делом спросил себя: «А сколько четырнадцатилетних девочек вообще встречал Сириус?»

Когда я начал читать фанфики, в которых эту фразу трактовали так, словно Сириус назвал Гермиону самой умной ведьмой её поколения, то рассмеялся. А потом понял, что очень многие авторы подхватили эту идею, будто Гермиона — вундеркинд или что-то подобное.

Я не говорю, что она неумна. Человек, который читает и запоминает учебники, не может быть глупым. Но мне кажется, что Гермиона, как и Гарри, так и не раскрыла своего истинного потенциала. Просто ни она сама, ни её друзья этого не понимают. В этой истории более независимый персонаж указывает Гермионе на этот недостаток.

Да, я знаю, что Дж. К. Роулинг назвала Перси Перси Игнатиусом Уизли. Но это всё равно что назвать ребёнка Рикки. Это сокращение, а не полное имя. Поэтому я решил, что на самом деле его зовут Персиваль. Наверняка такая преданная Альбусу Дамблдору пара, как Артур и Молли Уизли, назвала бы в его честь хотя бы одного ребёнка.

Второе имя Гермионы я тоже оставил прежним — Джейн, поскольку изначально было указано именно оно. К тому же Джейн мне нравится больше, чем Джин. Джин напоминает мне пирата.

* * *

Двадцатилетняя Гермиона Грейнджер нервно вошла в кабинет, затерянный в недрах Министерства.

Вся обстановка кричала о казённости и сугубо служебном назначении помещения. Всё было выкрашено в унылые зелёные и серые тона, напоминая Гермионе кабинеты из американских военных фильмов.

Почему ведьмы и волшебники не выбрали для своего рабочего места более жизнерадостные цвета, недоумевала недавно окончившая обучение девушка.

Всю предыдущую неделю она проходила психологические и физические испытания, призванные определить, подходит ли она для должности младшего исследователя в Отделе тайн.

Её друзья, Гарри Поттер и Рон Уизли, не сомневались: она идеально подходит для этой работы.

В глубине души Гермиона тоже считала, что достаточно попросить — и должность будет её. Однако выражение лица сурового волшебника, с которым ей предстояло побеседовать, вызвало у неё крошечную толику тревоги.

Предложив ей сесть на один из двух жёстких деревянных стульев перед большим металлическим столом, волшебник, чья чёрно-белая табличка гласила «Невыразимец Уорт», опустился в своё кресло, откашлялся и открыл лежавшую на столе толстую папку из плотной бежевой бумаги.

— Итак, Гермиона Джейн Грейнджер, — начал он грубоватым голосом, — вы хотите стать исследователем в Отделе тайн? Вижу, мисс Грейнджер, что вы получили одиннадцать СОВ и семь ЖАБА. Должен признать, похвальное достижение. Ваши друзья считают вас самой умной ведьмой вашего возраста. Что ж, посмотрим, чего вы добились.

— На первом курсе Хогвартса вы утверждали, что отправились искать горного тролля, поскольку были уверены: прочитав о нём, без труда сумеете его победить. Вы ошиблись. К счастью, ваши друзья Гарри Поттер и Рональд Уизли смогли обезвредить чудовище на время, достаточное для того, чтобы вы трое спаслись.

Гермиона открыла рот, собираясь опровергнуть эту историю, но мужчина средних лет, напоминавший ей рисунки с вымышленным агентом Щ.И.Т. Ником Фьюри, по-видимому, этого не заметил.

— Позднее, во время первого в вашей жизни квиддичного матча, вы заключили, что профессор Снейп заколдовывает метлу Гарри Поттера, поскольку не моргает. И вновь сослались на то, что прочитали всё о подобных чарах. Затем вы решили, что профессор Снейп охотится за философским камнем, хотя в действительности он произносил контрзаклятие, спасая мистера Поттера, и пытался защитить камень.

— Ещё некоторое время спустя вы успешно решили логическую задачу, позволившую вам и мистеру Поттеру выйти из комнаты, с двух сторон перекрытой огнём. При этом чары замораживания пламени сработали бы гораздо лучше и быстрее. Они упоминаются не только в учебниках истории магии, но и во всех стандартных пособиях по заклинаниям. Неужели столь начитанная ведьма не могла без труда их обнаружить?

— Хотя вы закончили год первой по успеваемости, самым примечательным вашим достижением стало умение создавать голубое пламя, которое давало тепло и свет и могло храниться в банке из-под варенья. Голубое пламя редко упоминается в учебниках, а способность управлять им указывает на предрасположенность к стихийной магии огня. Вы когда-нибудь исследовали этот вопрос? Судя по нашим сведениям, нет.

Сгорая от стыда, Гермиона попыталась перебить невыразимца, но тот поднял руку и продолжил:

— На втором курсе вы успешно сварили Оборотное зелье и установили, что чудовище Слизерина — василиск, передвигающийся по школьным трубам. Однако, несмотря на все эти знания, вы всё равно подверглись окаменению и пропустили почти пять недель учёбы. Впрочем, невзирая на пропущенные занятия и отсутствие итоговых экзаменов, вы остались первой по успеваемости.

Услышав в этих словах похвалу, Гермиона улыбнулась.

Невыразимец Уорт нахмурился и продолжил, время от времени переворачивая листы пергамента в толстой папке:

— На третьем курсе вам предоставили маховик времени, чтобы вы могли посещать все предлагаемые Хогвартсом дополнительные предметы. За исключением спасения гиппогрифа, прежде известного как Клювокрыл, и Сириуса Блэка — что вы предприняли лишь по подсказке директора Хогвартса Альбуса Дамблдора, — вы пользовались маховиком исключительно для посещения занятий.

— Вы не использовали его, чтобы выкроить дополнительное время для домашней работы, сна, общения, развлечений или даже розыгрышей. Вы использовали его только для посещения занятий. Именно в тот год вы впервые обнаружили, что быть первой по общей успеваемости не означает получать высшие оценки по всем предметам. Полагаю, итоговый экзамен по защите от тёмных искусств продемонстрировал это со всей убедительностью.

Гермиона снова попыталась вмешаться и объяснить, что правила пользования маховиком времени строго предписывали применять его только для посещения совпадающих по расписанию уроков, однако невыразимец уже перешёл к следующему пункту:

— На четвёртом курсе вы нашли сотни «полезных» заклинаний, которые Гарри Поттер должен был выучить для участия в Турнире Трёх Волшебников. Но так и не обнаружили ни заклинания, ни зелья, способного обезвредить дракона, позволить час дышать под водой или помочь ориентироваться в лабиринте.

— Вы нашли заклинание четырёх сторон света, но, как всем известно, оно всегда указывает на север. Вы не нашли способа изменить его так, чтобы оно указывало на нужный предмет или человека. Не воспользовались вы и арифмантикой, которую изучали уже почти два года, чтобы самостоятельно доработать заклинание. Более того, нам не удалось обнаружить никаких свидетельств того, что вы вообще когда-либо пытались изменить какое-нибудь заклинание, чары или зелье.

— Кроме того, вы потратили пять часов и почти целый флакон средства «Простоблеск», укладывая волосы, хотя пятисекундное заклинание, известное обеим вашим соседкам по спальне и едва ли не каждой немаглорождённой девушке в тогдашнем Хогвартсе, было бы и проще, и дешевле. Зная, насколько хорошо ваши соседки разбираются в косметических чарах, почему вы их не спросили?

Уорт неодобрительно поцокал языком и покачал головой.

Гермиона покраснела от смущения и опустила взгляд на руки, лежавшие на коленях.

Лишь через мгновение она поняла, что он продолжает разбирать её четвёртый год обучения.

— Вы начали кампанию по спасению домовых эльфов от рабства под названием Г.А.В.Н.Э., даже не выяснив, действительно ли они порабощены и нуждаются ли в спасении. Или хотя бы хотят ли его.

— Ради их освобождения вы разбрасывали по гриффиндорской гостиной собственноручно связанные шапки и носки, ошибочно полагая, что, подняв одежду, хогвартские эльфы обретут свободу. О чём вы думали?

Вопрос был риторическим, и он продолжил:

— На пятом курсе всё свободное время вы посвятили подготовке к СОВ. Более того, вы так боялись провалить экзамен по защите от тёмных искусств, что убедили своего друга Гарри Поттера создать незаконный оборонный кружок.

— Любопытно, что, когда генеральный инспектор Долорес Амбридж раскрыла существование кружка, едва не исключили мистера Поттера, а не вас — инициатора и человека, занимавшегося набором участников.

— Позднее, сражаясь в стенах этого самого отдела, вы вместо того, чтобы выводить нападавших на вас Пожирателей смерти из строя, использовали легко отражаемые оглушающие заклинания и мелкие пакости вроде Ватных ног и Подножки. Вы едва не погибли, потому что заставили противника замолчать, вместо того чтобы обезвредить его. Неужели ведьма, которую считают столь начитанной, не слышала о невербальных заклинаниях? Разве знакомые вам взрослые волшебники и ведьмы ими не пользовались?

Уорт снова посмотрел на смущённую девушку перед собой, неодобрительно поцокал языком и продолжил:

— Весь шестой курс вы провели, вздыхая по Рональду Уизли. Ваша успеваемость снизилась — разумеется, вы никому об этом не сообщили. И вы отчаянно завидовали Гарри Поттеру, который, следуя альтернативным указаниям по приготовлению зелий, получал оценки выше ваших.

— К тому времени его навыки защиты от тёмных искусств уже стали легендарными, и превзойти его в этой области вы не могли и надеяться. Сам мистер Поттер этого не знал, но по заклинаниям и травологии он тоже обгонял вас, что лишь усиливало вашу зависть.

— Вы проигнорировали все предупреждения мистера Поттера относительно Драко Малфоя и наслаждались вниманием, которое получали на собраниях Клуба Слизней профессора Слизнорта. Несмотря на вашу хвалёную зрелость, вы потратили целый год, ведя себя как ребёнок.

— Да, по итогам года вы оказались среди лучших пяти процентов учеников, но уже не были первой. Кто знает, какое место вы заняли бы, если бы действительно сдавали итоговые экзамены?

— Теперь перейдём к году, который должен был стать вашим седьмым годом обучения. Вернувшись домой после шестого курса, вы первым делом изменили воспоминания родителей и отправили их в Австралию — даже не посоветовавшись с ними! Если бы так поступил кто-то другой, вы возмущались бы перед каждым, кто согласился бы слушать. Но для вас самой это почему-то оказалось совершенно допустимым!

— Вместо возвращения в школу большую часть того года вы, насколько мне известно, прожили в палатке. Вы знали, что вам предстоит жить в походных условиях, и всё же не положили в свою бездонную невесомую сумку ни консервов, ни других долго хранящихся продуктов. И не предложили своим спутникам, мистерам Поттеру и Уизли, взять их с собой.

— Вместо этого вы набрали книг. Книг, которые почти или совсем не помогли вашим поискам. А затем ещё и тратили время на изучение программы седьмого курса и выговаривали мистерам Поттеру и Уизли за то, что они не следуют вашему примеру.

— Вы снова отвергали все идеи мистера Поттера. Он хотел немедленно отправиться в Годрикову Впадину. Вы отчитали его и заставили ждать до сочельника. Эта задержка едва не стоила вам обоим жизни.

— Мистер Поттер хотел сделать дом номер двенадцать на площади Гриммо вашим убежищем. Вы убедили его, что, поскольку Пожиратель смерти переместился туда вместе с вами при совместной аппарации, место больше небезопасно. Но никто не сообщил Пожирателю тайну площади Гриммо. Он никогда не смог бы войти, а значит, вы вполне могли туда вернуться.

— Экстренные порталы на площадь Гриммо могли спасти вас во множестве опасных ситуаций. Однако вы ни разу не предложили их создать или раздобыть.

— Наконец, во время последней битвы мистер Поттер попросил двух своих лучших друзей сделать одну-единственную вещь, чтобы обеспечить поражение Волдеморта: убить змею. И никто из вас даже не попытался! К счастью, мистер Поттер успел передать ту же просьбу Невиллу Долгопупсу. Иначе Тёмный Лорд выиграл бы сражение, а возможно, и войну!

Невыразимец Уорт снова посмотрел на молодую ведьму перед своим столом.

Её унижение было почти осязаемым.

Он удивлялся, что она до сих пор не выскочила из кабинета.

*Должно быть, ей очень хочется стать исследователем Министерства*, — подумал он и быстро перешёл к следующей теме:

— Наконец, после войны вы поспешили в Австралию «спасать» родителей. Найдя их и восстановив воспоминания, вы совершенно искренне удивились их реакции! Ваше неумение сопереживать поразительно!

— Поняв, что жизнь с родителями не вернётся к прежней идиллии, вы решили пройти седьмой курс в Хогвартсе. Вы пришли в ужас, когда ваши друзья Рональд Уизли и Гарри Поттер отказались последовать за вами. Публично отчитали их за лень и использование собственной славы, хотя они немедленно поступили на подготовительные курсы авроров.

— Вы проигнорировали собственное приглашение работать почти в любом отделе Министерства. Проигнорировали и то, что для завершения подготовки оба молодых человека обязаны были получить ЖАБА по защите от тёмных искусств, зельеварению, травологии, заклинаниям и трансфигурации. А всем ученикам, чьё образование прервала война, предоставили возможность сдавать СОВ и ЖАБА в Министерстве в рамках регулярно проводимых экзаменационных сессий.

— То, что мистеры Поттер, Уизли и Долгопупс успешно сдали ЖАБА по защите и травологии при первой же возможности, для вас, очевидно, ничего не значило. Вы даже высмеяли их за решение сдавать лишь по два экзамена за одну сессию.

— Вас задевает, что все трое ваших друзей получили свои ЖАБА за полгода до того, как вы сели за первый экзамен? Можете не отвечать. Вопрос риторический.

— Короче говоря, ваши достижения, по-видимому, закончились в середине второго курса Хогвартса. Вам когда-нибудь приходило в голову, мисс Грейнджер, что маховик времени в тринадцать лет вы получили для того, чтобы мы могли посмотреть, чего вы с ним добьётесь?

— Каждый год наш отдел выдаёт маховики одному или двум третьекурсникам. Затем мы наблюдаем, как ученики ими распорядятся. За пятьсот тридцать восемь лет существования программы лишь двое использовали их исключительно для посещения занятий: Персиваль Игнатиус Уизли и Гермиона Джейн Грейнджер.

— Все остальные изобретали зелья и заклинания, устраивали хитроумные розыгрыши, исследовали темы, не связанные со школьной программой, тайком выбирались из школы и вообще отлично проводили время, демонстрируя воображение, желание экспериментировать и узнавать новое.

— Вы использовали маховик, чтобы ходить на уроки, и думаете, что мы позволим вам стать невыразимцем? Да бросьте! К нашей исследовательской группе предъявляются высокие требования. Её сотрудники должны быть готовы применять полученные знания для решения реальных задач.

— Вы, мисс Грейнджер, этой способности не продемонстрировали. Поэтому я рекомендую направить ведьму с вашими талантами в Бюро по связям с кентаврами. Уверен, Перси Уизли будет рад вашей помощи. Всего доброго, мисс Грейнджер.

Недвусмысленно завершив разговор, невыразимец Уорт поднялся, обошёл стол, открыл дверь и жестом предложил Гермионе выйти.

Со слезами унижения на щеках Гермиона Грейнджер поспешно покинула Отдел тайн.

Добравшись до атриума, она перенеслась через камин в пустой родительский дом, взбежала в свою старую спальню, бросилась на кровать и разрыдалась по-настоящему.

Почти десять лет в волшебном мире, по-видимому, ничему её не научили.

Она по-прежнему оставалась неуверенной в себе маленькой девочкой, убеждённой, что знания, почерпнутые из книг, гораздо важнее всего, чему можно научиться на собственном опыте.

Собеседование открыло ей глаза.

Теперь предстояло решить, что делать дальше.

**Конец.**