Глава 1: Новая глава

— Гарри Поттер! Ты пытаешься подать заявку на участие в Турнире Трёх Волшебников?

Гарри поднял взгляд от своей «клешни». Она крепилась к трёхметровому шесту и раскрывалась по взмаху палочки.

Он только что вложил в клешню бумажку и теперь, держа шест за противоположный конец, нёс её к светящейся жёлтой черте вокруг табурета, на котором стоял Кубок огня.

— Конечно нет. Нужно быть сумасшедшим, чтобы захотеть участвовать в турнире. — Стоило ему протянуть шест через светящуюся жёлтую «возрастную черту», как трансфигурация, превратившая пробку в клешню, развеялась, и бумажка спланировала на пол.

— Не могу поверить, что ты только что мне солгал! — ахнула Гермиона.

— Я не лгал.

— Я только что видела, как ты пытался подать заявку на турнир!

— Нет, ты только что видела, как я пытался положить имя в Кубок.

— Не цепляйся к словам! Если бы у тебя получилось, ты стал бы участником состязания!

— Нет, Колин стал бы. — Он показал ей бумажку, на которой значилось: «Колин Криви».

— Зачем ты пытаешься записать Колина?

— Потому что его ни за что не выберут. Невозможно, чтобы третьекурсника предпочли семикурснику как лучшего ученика Хогвартса.

— Тогда почему ты не положишь своё имя?

— Кто знает, как эта штука выбирает участников? Если она выбирает того, о ком слышало больше всего людей, из Кубка может вылететь моё имя. Я не хотел рисковать.

— Но зачем вообще?

— Близнецы ушли варить старящее зелье. Рон и Драко уже обошли возрастную черту…

— Рон и Драко?

— Рон придумал, а Драко осуществил, потому что у Рона не хватило средств.

— Как?.. — Она была ошеломлена. — Дамблдор сам провёл эту возрастную черту! Уверена, он всё предусмотрел!

— Рон додумался попросить семикурсника, который не хочет участвовать в турнире, бросить его имя. Когтевранец запросил денег, которых у Рона не было, а у Драко были, так что имя Драко оказалось в Кубке. Я решил: если в защите есть одна дыра, то могут быть и другие. Я уже пробовал левитировать бумажку, но, когда она пересекла возрастную черту, заклинание перестало действовать. Тогда я скомкал бумажку и закинул её, не заходя за черту, и это сработало…

— Хочешь сказать, ты уже подал заявку за Колина?

— Нет, за Рона. Я не собирался записывать его дважды, поэтому взял имя Колина.

— Гарри Поттер! Прекрати записывать младшекурсников на турнир!

— Ладно, ладно. Я всё равно придумал ещё только один способ. — Внезапно ему на плечо опустилась Букля.

— Привет, девочка! Что ты здесь делаешь? — спросил Гарри свою пернатую спутницу. Она посмотрела на него как на дурака. Он терпеть не мог, когда она так делала.

— А, точно. Я как раз собирался тебя позвать. Откуда ты узнала, что нужна мне? — Букля отвернулась.

— Гарри, на самом деле она тебя не понимает, — сказала Гермиона.

— Ещё как понимает. Сейчас она говорит, что не собирается рассказывать, откуда узнала, что я хотел её позвать. — Он быстро нацарапал записку и протянул Букле. Та взяла её лапой. — Пожалуйста, брось эту записку в горящий кубок. И береги себя.

Услышав, что он за неё волнуется, она потёрлась головой о его щёку. Потом стукнула его крылом и взлетела.

— Прости! — крикнул Гарри ей вслед. — Я не хотел сказать, что ты не справишься!

Сова пролетела над Кубком и уронила бумажку прямо внутрь. Сделав круг по вестибюлю, она улетела.

— Кого ты записал на этот раз? — раздражённо спросила Гермиона.

— Буклю, чемпионку Академии почтовых сов! — радостно ответил Гарри и направился прочь.

Гермиона закатила глаза, но тут Гарри добавил:

— Если придумаю ещё какой-нибудь способ обойти возрастную черту, запишу Живоглота из Чеширской школы исчезающих кошачьих.

— Не смей впутывать в это Живоглота!

Дамблдор удивился, когда пламя снова покраснело. Он поймал вылетевшую из Кубка бумажку и объявил:

— Гарри Поттер!

Гарри со стоном поднялся. Он поплёлся в боковую комнату, где уже ждали остальные три чемпиона. Входя туда, он не заметил, как пламя Кубка снова стало красным и наружу вылетела ещё одна бумажка с именем.

Гарри удивился, когда вместе с директорами школ в комнату влетела Букля.

— Привет, девочка! А ты здесь какими судьбами?

Дамблдор не улыбался, когда произнёс:

— Её имя выпало из Кубка огня. Ты что-нибудь об этом знаешь, Гарри?

— Конечно. Я попросил её бросить туда записку. Школу я выдумал, так что не думал, что её вообще могут выбрать. Это ведь Турнир Трёх Волшебников, верно? Только три школы?

— Ты также попросил её положить в Кубок твоё имя?

— Конечно нет! Четверокурсник на турнире? Нужно быть сумасшедшим!

— Он лжёт, директор! Исключите его! — Старый добрый Снейп. Гарри всегда мог на него рассчитывать.

— Не думаю. Итак, мистер Поттер, у тебя есть предположения, как твоё имя оказалось в Кубке?

— Любой, кому больше семнадцати, мог его туда положить. Именно так в Кубке оказалось имя Драко. Но это не объясняет, почему оно оттуда вылетело. Турнир Трёх Волшебников. Трёх. Помните?

В разговор вмешался Грозный Глаз Грюм:

— Если бы за это взялся я, то наложил бы на Кубок Конфундус, чтобы заставить его думать, будто школ больше трёх. Это объяснило бы и то, почему выпало имя птицы.

— Теперь я рад, что не придумал ещё одного способа обойти возрастную черту. Гермиона убила бы меня, если бы выпало имя Живоглота. Но это всё ещё Турнир Трёх Волшебников, верно? Мне ведь не придётся участвовать? — Выражение лица Дамблдора ответило на его вопрос, а Барти Крауч из Отдела международного магического сотрудничества выразил этот ответ словами.

— Ну что ж, значит, придётся нам участвовать, Букля. Пусть победит лучший человек или лучшая птица, — сказал Гарри, поглаживая её перья.

— Птица не может участвовать! — воскликнул Людо Бэгмен из Отдела магических игр и спорта.

— Если меня заставляют участвовать, хотя я не бросал своё имя, значит, на неё распространяются те же правила. Я не хочу, чтобы она столкнулась с тем, что Кубок делает с участниками, которые отказываются от состязания!

Гарри был непреклонен, и в конце концов все согласились, что Букле предстоит пройти те же испытания, что и остальным чемпионам, хотя она совершенно для них не подходила.

Когда Гарри уходил, присутствующие услышали, как он сказал своей сове:

— Мы им покажем, правда, Букля?

Букля сунула лапу в мешочек и вытащила красного дракончика с цифрой пять.

Бэгмен улыбнулся и объявил:

— Похоже, нашей пятой чемпионке предстоит сразиться с венгерской хвосторогой. Всем удачи!

Гарри вытер лоб: ему казалось, он едва ускользнул от Щетинистой Курицы, сохранив все конечности. И даже так вся кожа с внешней стороны левой ноги была содрана. Вот уж кровавое месиво!

Пока мадам Помфри наносила отвратительно пахнущее фиолетовое зелье — раз уж его не требовалось пить, целители, видимо, решили досадить пациенту хотя бы запахом, — грянул пушечный выстрел, возвещая, что теперь Букля может попытаться добыть золотое яйцо у хвостороги.

Белая сова увернулась от струи пламени и полоснула дракониху когтями по морде. Она нырнула вниз и метнулась в сторону, когда дракониха щёлкнула на неё свирепыми челюстями. С морды закапала кровь.

Белая хищница развернулась почти на месте и устремилась к драконихе сзади. Но драконья шея была достаточно гибкой, чтобы та не выпускала нападающую из виду, и Гарри вздрогнул, когда шипастый хвост хлестнул в сторону его подруги! Однако Букля оттолкнулась от хвоста и отлетела подальше, оставив на нём кровоточащую рану.

Снова и снова сова бросалась на дракониху, уклонялась от ответных атак и оставляла на её шкуре всё больше порезов, царапин и кровоточащих ран. В конце концов даже у драконов заканчивается терпение, и при очередной атаке птицы дракониха отступила. Букля не колебалась. Она схватила золотое яйцо и полетела к судьям.

Вскоре Гарри уже шёл обратно в замок с Буклей на плече и двумя золотыми яйцами в руках.

— Согласен, они сняли слишком много баллов за то, что ты поранила дракониху. В конце концов, непоправимого вреда ты ей не причинила. И, в отличие от Крама, не заставила её растоптать собственные яйца. Тебя засудили!

Букля раздражённо гавкнула.

Профессор Макгонагалл нахмурилась ещё сильнее обычного.

— Нет, мистер Поттер, вы не можете пригласить Буклю на бал. Хотя правила и не запрещают участникам приглашать друг друга, танцевать с вами она никак не сможет. Я категорически против!

— Хорошо. Прости, Букля, придётся тебе самой найти кавалера.

— Гав.

Когда Гарри и Парвати сели за стол чемпионов, Букля влетела в зал с незнакомым полярным совиным кавалером. Чемпионы и их спутники были разодеты в пух и прах, но во время танца чемпионов все взгляды были прикованы к двум полярным совам, которые исполняли синхронные воздушные пируэты под музыку вальса. Даже Гарри и Парвати остановились, чтобы посмотреть.

Позже, когда Парвати и Падма ушли «попудрить носики», а Букля ненадолго исчезла, Гарри решил немного побеседовать с её кавалером.

— Просто хочу, чтобы ты знал: если обидишь её, не найдётся ни леса настолько густого, ни тундры настолько просторной, чтобы ты смог от меня спрятаться. Я ясно выражаюсь?

— Гав, — нервно ответил совиный кавалер.

— Хорошо, больше не будем об этом. А вот и девушки. Чья очередь танцевать? — Рон танцами не интересовался, поэтому Гарри считал своим долгом позаботиться, чтобы сестра его спутницы тоже хорошо провела время.

— Моя! — радостно объявила Падма, а сестра показала ей язык. — Наберись терпения, — сказала она Парвати.

На танцполе Падма сказала Гарри:

— Пока нас не было, мы очень странно столкнулись с твоей совой. Если бы я не знала, что это невозможно, решила бы, что она нам угрожала.

— Наверное, вы что-то неправильно поняли. Букля не станет обижать моих друзей.

— По-моему, именно это она и пыталась нам сказать.

Гарри и Букля направились к озеру на второе испытание.

— Да, я рассказал Седрику и тебе о драконах, но только потому, что знал: Каркаров и Максим сами сообщат об этом своим чемпионам. Было бы нечестно, если бы только мы не знали, что речь идёт о драконах.

Букля гавкнула.

— Да, но я не знал, что ты уже всё знаешь. Хотя всё равно считаю жульничеством то, что ты сказала мне, будто там говорят на языке русалок. Кстати, как ты вообще выучила русалочий?

Букля уставилась на него. Гарри терпеть не мог, когда она так делала. Он никогда не мог выиграть у неё состязание в гляделки.

— Ладно! — сказал он, отводя взгляд. — Храни свои секреты. Я всё ещё не понимаю, кого именно ты собираешься спасать. Рон и Гермиона пропали, так что, наверное, мне придётся спасать одного из них.

— Гав?

— Конечно, Гермиону. Но никто из твоих друзей не пропал?

— Гав.

— Ну, я тоже не знаю, кого ты должна спасать. Вот мы и пришли. Удачи.

Грянул пушечный выстрел, и Букля взмыла с его плеча. Гарри достал жабросли, которые заказал по почте, — он почти не сомневался, что Букля тоже припрятала немного, чтобы воспользоваться ими самостоятельно. Он уже собирался их съесть, когда заметил, что в воде появилось нечто большое.

Совы не колибри, но Букля на мгновение и правда зависла над тем, что Гарри теперь мог разглядеть как гигантского кальмара. Несколько быстрых взмахов крыльями снова подняли её в воздух, и она принялась кружить над озером.

Гарри съел жабросли и нырнул в воду.

Гарри пришлось спасать Рона, но он заодно спас и маленькую девочку. Он понимал, что сейчас она слишком мала, но она была наполовину вейлой и со временем вырастет, поэтому считал это вложением в будущее. Он наблюдал, как Виктор спас Гермиону, а Седрик — Чо, но никаких признаков похищенного Буклей человека не заметил. Он вернулся к судьям.

За спасение двух человек и благородное поведение Гарри получил баллы — маленькая вейла и её сестра тоже были ему благодарны, так что эта часть плана, похоже, сработала. Но Букля получила максимальную оценку. Гарри посмотрел на неё, пока обсыхал, а мадам Помфри осматривала его. Букля просто стояла на скамье и ела большой толстый кусок бекона. Она не успела закончить до того, как они отправились обратно, и Гарри не обращал внимания на кусок мяса у себя на плече, пока они шли.

— Итак, я видел, как орлы сбрасывали рыбу гигантскому кальмару. Сколько рыбы тебе пришлось ему предложить?

— Гав!

— Вот столько! Хорошо, что он был тебе должен. Но я всё ещё не знаю, кто был твоей заложницей. Ты сказала, что этот, как его там, был хорош для связи на одну ночь, но не для длительных отношений, так что, думаю, это не он…

Она снова посмотрела на него так, будто он был идиотом.

Гарри на мгновение задумался.

— А, бекон. Точно. Что ж, осталось ещё одно испытание, и всё закончится.

— Гав.

— Я тоже!

Гарри с Буклей на плече стоял вместе с другими участниками и судьями перед входом в лабиринт.

— В связи с особенностями одного из участников над лабиринтом установлена невидимая крыша, — объяснял Дамблдор. — Единственный путь к Кубку лежит через лабиринт. Вы войдёте в него в порядке, соответствующем вашим баллам. Мистер Диггори…

Внезапно Букля взмыла в воздух.

— Букля! Твоя очередь ещё не пришла! — крикнул Гарри.

Сова полетела не ко входу, а прямо к профессору защиты в этом году. Она выхватила из рук Грюма его неизменную флягу, когда тот подносил её ко рту.

— Чёртова птица! — заорал аврор, поднимая палочку.

— Экспеллиармус! — крикнул Гарри и выбил палочку из руки одноногого мужчины, когда тот целился в Буклю.

— Поттер! Уберите палочку! — снова исполнявший обязанности Крауча Перси закричал на него.

— Он целился в Буклю!

Старый аврор медленно поднялся на ноги, но тут его начало трясти. Он с ещё большим трудом попытался встать, затем рухнул и, крича, сорвал с себя деревянную ногу.

— Я добьюсь, чтобы вас арестовали за это, Поттер! — крикнул Перси, подбегая к Грюму. В этот момент волосы аврора начали темнеть, а вместо деревянной ноги появилась новая. Перси отступил.

Меньше чем через минуту с места, где Гарри сбил Грюма, поднялся незнакомец, которого Гарри никогда прежде не видел. Он попытался убежать, но успел сделать всего несколько шагов, прежде чем Дамблдор связал его.

— Бартемиус Крауч-младший! — воскликнул Бэгмен.

— Состязание! — закричала мадам Максим.

— Верно! — сказал Дамблдор. — Диггори, вперёд! Букля, вперёд! Отныне между участниками будет перерыв в полминуты. Готовы, мистер Крам?

Букля уронила флягу Гарри и стрелой понеслась в лабиринт. Она перелетала большинство препятствий, обходила остальные и игнорировала всё прочее, пока не добралась до Кубка. В той же части лабиринта находилась акромантула, но она не успела ничего сделать, прежде чем Букля схватила Кубок и исчезла.

Букля терпеть не могла портключи. Сама она никогда не путешествовала с Гарри таким способом, но каждый выпускник Академии почтовых сов был обязан сдать зачёт по портключам — иначе как можно было бы доставлять почту между континентами? Вращение прекратилось, а Букля всё ещё летела, держа Кубок. Впереди оказался невысокий плотный волшебник, который нёс что-то вроде младенца.

— Эта птица всё испортила! Убей её! — закричало существо.

Значит, её хотели убить? Когда взрослый волшебник поднял палочку, Букля полетела прямо на него. Увидев хищную птицу, на огромной скорости несущуюся к его лицу, он запаниковал и выставил перед собой руку с палочкой. Прямо перед столкновением Букля взмыла вверх, но запустила в него Кубком и выхватила палочку.

Через мгновение она снова ощутила это раздражающее вращение: они вновь воспользовались портключом. Когда всё остановилось, Букля завершила взмах крыльями и вырвала палочку из руки волшебника.

Тем временем стены лабиринта начали уменьшаться — именно так и должно было происходить после того, как кто-то схватил Кубок. Букля осторожно проверила пространство и обнаружила, что невидимая крыша тоже исчезла. Она взмыла вверх, заметила Гарри и спикировала к нему.

Гарри краем глаза увидел, как Букля несётся к нему, и автоматически поднял руку, чтобы она могла приземлиться. Он мирно разговаривал со сфинксом. Раздался гонг, возвещавший об окончании состязания, и именно в тот момент Гарри встретился с совершенно обнажённым существом — наполовину женщиной, наполовину львом. Он воспользовался ситуацией. Загадок он не знал, поэтому рассказывал ей анекдоты «тук-тук».

— Кто там, Дуэйн?

— Привет, Букля, держись. Дуэйн — это ванна, я тону.

— Ты уверена, что не знаешь ни одной загадки? А как насчёт скороговорок? Есть какие-нибудь хорошие шутки?

— Прости. Что у тебя там, Букля? Палочка? Эй! Она ощущается так же, как моя собственная. Спасибо, девочка! Олливандеру понадобились сотни попыток, чтобы подобрать мне совместимую палочку, а первая же палочка, которую принесла ты, прекрасно подошла. Ты и правда самая умная сова!

— Что ж, кусты почти исчезли, так что, думаю, нам пора уходить. Было приятно познакомиться…

Гарри собирался похвалить сфинкса за её загадку, но тут закричала девушка. Гарри повернулся на звук и увидел, как акромантула напала на кого-то. Он бросился туда и применил оглушающее заклинание. Оно не подействовало на гигантского паука, поэтому Гарри попытался поднять его в воздух. Чудовище взмыло, а то, что оно держало в когтях, выпало, пока паук пытался нащупать опору — хоть какую-нибудь. Гарри подбежал и обнаружил, что кричала вовсе не девушка. Это был Питер Петтигрю, частично завёрнутый в паутину — причём очень дорогую.

— Ну надо же, если это не Питер, — сказал Гарри, направляя на старшего волшебника вторую палочку.

— Гарри! Ты ведь не причинишь вреда старому другу…

— Нет. Тебе не повезло, что ты не мой старый друг.

— Поттер!

Гарри внезапно согнулся от острой боли, сосредоточенной в шраме. Он повернулся и увидел крошечного Тёмного лорда, смотревшего на него из кучи лохмотьев.

Петтигрю решил воспользоваться этим моментом, превратился в крысу и бросился прочь. Он не успел пробежать и нескольких крысиных длин, как оказался в воздухе, надёжно зажатый когтями белой совы. Очень скоро он поднялся слишком высоко, чтобы рискнуть снова превратиться в человека. Падение — точнее, внезапная остановка в конце — убило бы его. Он беспомощно висел и думал, в какой момент всё пошло не так.

А затем когти разжались.

Тем временем на земле Гарри отступал от миниатюрного Тёмного лорда.

— Ты мудро делаешь, что боишься меня, Поттер! Я предлагаю тебе ещё один шанс присоединиться ко мне!

— Боюсь? — выдохнул Гарри, превозмогая боль. — Возможно, и боюсь. Я боюсь, что пятна не отстираются.

— О чём ты говоришь? Какие пятна?

Гарри снял заклинание, и девяностофунтовая акромантула рухнула с пятиметровой высоты прямо на Волдеморта. Результат оказался не из приятных.

Дамблдор как раз подошёл и находился ближе к месту падения, чем Гарри. Эти конкретные мантии лилово-зелёного цвета больше никогда никто не видел. Возможно, пятна действительно не отстирались.

— Что ж, профессор, похоже, Букля выиграла Турнир Трёх Волшебников.

— Да, весьма впечатляюще, — несколько рассеянно ответил Дамблдор, растирая мантию тряпкой.

Гарри лишь покачал головой.

Пятна не растирают, — думал он, направляясь к выходу с поля для квиддича, где раньше стоял лабиринт. Волшебники — никакого здравого смысла!

Вскоре к нему присоединилась Букля, всё ещё державшая в когтях крысу Петтигрю. Она несколько раз подбрасывала его и снова ловила, после чего тот, кажется, предпочёл больше не двигаться. Гарри наколдовал верёвку вокруг его шеи: если только он не был двойным анимагом, который вдобавок умел превращаться в слизняка, на этот раз ему не сбежать.

— Мистер Поттер! Поздравляю! — воскликнул министр магии Корнелиус Фадж.

— Я не победил, — сказал Гарри. — Букля победила.

— Но я не могу вручить награду птице!

— Эй! Это глупые правила волшебного мира заставили её участвовать. Придётся вам столкнуться с последствиями собственных решений.

Зелёно-мантиевый мужчина рассвирепел.

— Я министр! Я не сталкиваюсь с последствиями!

Гарри не мог с этим поспорить, поэтому решил не сообщать министру, что держит Петтигрю. Он пожелал политику доброй ночи и нашёл высокого чернокожего лысого аврора, которому мог передать крысу. Мужчина по имени Бруствер согласился заняться этим делом и попытаться добиться освобождения Сириуса, если окажется, что крыса действительно Петтигрю.

Гарри двинулся дальше сквозь ожидающую толпу, пока не нашёл тех, кого искал.

— Привет, Гарри!

— Поздравляю, Гарри!

— Но я не победил.

— Нет, зато победила твоя лучшая подруга, так что всё хорошо. Правда, девочка? — Падма нежно погладила Буклю и взяла Гарри под руку. Парвати провела ладонью по спине Букли и взяла Гарри под другую руку.

Они направились обратно к замку, когда к ним подбежала Гермиона.

— Гарри! Что произошло?

— Кто-то должен Букле тысячу галлеонов. А теперь, если вы не возражаете, нам нужно немного повеселиться.

— Но… они учатся на разных факультетах. Ты не можешь пойти с обеими в одну гостиную.

Гарри лишь слегка пожал плечами: он не хотел расстраивать Буклю, у которой выдался тяжёлый день. Они ушли.

— Значит, общие гостиные не подходят. А есть какие-нибудь необычные комнаты? — спросил он.

— Ванная старост?

— Звучит неплохо.

— Гарри? — Падма, всегда предпочитавшая заранее продумывать планы, хотела знать: — Что Букля будет делать с тысячей галлеонов?

— Совы не пользуются волшебными деньгами. Значит, мне придётся обменять их на что-нибудь, чем они пользуются.

Парвати задала очевидный вопрос:

— Какими деньгами пользуются совы?

— Никакими.

— Тогда на что ты их обменяешь?

Букля посмотрела на неё так, будто та была идиоткой. Парвати начинала ненавидеть это выражение на совином лице почти так же сильно, как Гарри. Ни она, ни её сестра не умели так хорошо, как Гарри, понимать, о чём думает сова, когда смотрит на них подобным образом. Но на этот раз он пришёл на помощь и спас чувство собственного достоинства своих подруг от совиного взгляда.

— На бекон.