Глава 1: Новая глава

Директор Альбус Дамблдор был совсем не в духе. Он хмуро смотрел на мальчика, стоявшего перед ним. Близнецы Уизли… нет, даже Мародёры никогда не устраивали такого разгрома. Ему вдруг пришло в голову, что из‑за этого он, возможно, даже лишится должности. Но все говорили, что это сделал Гарри, — вот они и оказались здесь.

— Мистер Поттер, не будете ли вы так любезны рассказать мне, что здесь происходило прошлой ночью, пока я был занят на заседании Визенгамота, используя всё своё политическое влияние, чтобы не дать им передать управление страной Волан‑де‑Морту?

Мальчик поморщился. Но на него подействовал не тон голоса директора, а его громкость.

— Честно говоря, директор, это всё вина Малфоя. Он каким‑то образом нашёл способ провести Пожирателей смерти в школу. В конце концов мы выяснили, что он использовал исчезательный шкаф: они перемещались из шкафа снаружи школы в шкаф внутри. Как только мы это поняли, мы приняли меры, чтобы это остановить.

— И поэтому они привязаны к стропилам Большого зала?

— Честно говоря, директор, это была идея Дина. Там высота примерно в четыре, может, четыре с половиной этажа, и когда Пожиратели смерти выходили, первый шаг показался им великоват. А что делать с теми, кто выжил, решили ребята из Когтеврана. Клянусь! Никогда не думал, что они могут быть такими беспощадными; но, полагаю, в Когтевран не попадают без изрядной доли воображения.

— Но прежде чем мы с этим разобрались, в замке уже находилось около двух десятков Пожирателей смерти. Честно говоря, директор, Рон сообразил, что они попытаются открыть главную дверь, но этой задачей занимались меньше половины из них. Остальные должны были причинить как можно больше смертей и разрушений. А ещё там было два оборотня, которым поручили напасть на гриффиндорцев, — это нас сильно замедлило и позволило нанести большой ущерб, прежде чем мы смогли что‑то сделать. Честно говоря, использовать сок вонючки придумал Невилл. Похоже, он единственный знал, что этот ужасный запах для оборотней в миллион раз невыносимее. Так что мы наполнили этим соком воздушные шары и отправили нескольких ребят охотиться на оборотней по коридорам на мётлах.

— Воздушные шары?

— Честно говоря, директор, у нас не было воздушных шаров, и Симус предложил использовать презервативы. У него, похоже, был запас. Но это сработало. Было немного неловко вручать их Анджелине, Кэти и Алисии, но они отлично умеют попадать во что‑нибудь, бросая предметы с метлы. Честно говоря, директор, эту идею предложил Оливер, когда мы поняли, что оборотни находятся возле башни Гриффиндора. Мы никак не ожидали, что они выпрыгнут из окна, пытаясь сбежать от запаха. А поскольку вход в башню Гриффиндора находится на седьмом этаже, к моменту падения на землю они летели уже довольно быстро, так что, честно говоря, директор, то, что случилось с теплицами, было не нашей виной.

— Так вот, когда мы выбрались из башни, призраки рассказали нам, что одна группа пытается прорваться в башню Когтеврана, а другая — в общежитие Хаффлпаффа в подвале. Пожиратели смерти не трогали слизеринцев — наверное, профессиональная вежливость или что‑то в этом роде. В любом случае мы были рады, что об этом не надо беспокоиться. Гермиона повела одну группу к Когтеврану, а я повёл остальных к подвалу. Так что, честно говоря, директор, скорее всего, это Гермиона виновата в том, что все доспехи в замке сошлись в коридоре возле башни Когтеврана. Я слышал, что доспехи понесли большие потери, но в итоге подавили Пожирателей смерти просто за счёт численности. Позже Гермиона сказала, что они наложили на доспехи чары, чтобы сделать их тяжелее: ведь полные доспехи, хоть и тяжёлые, нигде не бывают достаточно толстыми, и первые несколько комплектов не выдержали даже первого заклинания. Это единственное, что, как мне кажется, могло привести к тому, что пол провалился под местом сражения. Но есть и хорошая сторона: ни один ученик не пострадал. Честно говоря, я не знаю, кто соорудил верёвочный мост, чтобы вывести когтевранцев после того, как пол провалился на этаж ниже. Но позже он очень пригодился в Большом зале.

— Тем временем мы добрались до подвала по задней лестнице возле класса трансфигурации — нам велели избегать главного входа. Вы вообще представляете, что в этом замке 149 лестниц — почти по одной на каждых двух учеников? Что с этим не так? Но я отвлекся.

— Мы завернули за угол и обнаружили большое скопление Пожирателей смерти. Они напали, мы отбивались, но кучка учеников, у которых преподавателем защиты была Амбридж, никак не могла выстоять против Пожирателей смерти. Фред и я прикрывали тыл, а Джордж повёл остальную группу на кухню — это казалось единственным способом спастись.

— Честно говоря, директор, оживить еду придумал Джордж. Понятия не имею, как они успели зачаровать столько продуктов за такое короткое время, но к тому моменту, когда Фред и я отступили к входу на кухню, там уже была целая армия овощей с ножами, жареных кур с топориками и десертов, размахивающих вилками. Я никогда больше не стану есть булочку после того, как увидел, что она сделала с одним Пожирателем смерти.

— Честно говоря, профессор, я не имею никакого отношения к тому, что произошло в подземельях Слизерина. Откуда мне было знать, что большинство из них не поддерживали Волан‑де‑Морта? Я не причастен к тому, что фанатиков избили до потери сознания битами загонщиков, вытащили и подвесили на квиддичных воротах в одном нижнем белье. Кто бы мог подумать, что у Нотта трусы с улыбающимися рожицами? Но я снова отвлёкся.

— Пока еда поедала Пожирателей смерти, мы пробирались в Большой зал по тайному проходу возле второй кладовой. Честно говоря, директор, именно тогда я узнал, что происходило с Пожирателями смерти, которые всё ещё проникали через исчезательный шкаф. Пока мы были там, призраки сказали нам, что сам Волан‑де‑Морт стоит у парадной двери. Я крикнул всем, чтобы покидали замок. Честно говоря, директор, я тогда был напуган до полусмерти. Я направился к вестибюлю, надеясь выиграть для всех немного времени, чтобы они успели убежать. Я не ожидал, что другие ученики пойдут со мной. Я пытался сказать им, чтобы спасались, пока есть возможность, но будто никто меня не слушал.

— Честно говоря, директор, думаю, если бы Волан‑де‑Морту не показалось забавным, что кучка детей пытается его остановить, мы бы все погибли. Он смеялся над нами, а рядом с ним стояла Амбридж и говорила, что за весь год ученики не выучили никакой защитной магии. Я всегда знал, что эта женщина — зло.

— Но когда Фред и Джордж появились на главной лестнице и выпустили бладжеров, они поняли, что что‑то идёт не так. Понятия не имею, как они так быстро поднялись и спустились из башни Гриффиндора, но близнецы каким‑то образом зачаровали бладжеров так, чтобы те игнорировали учеников, и сделали их намного мощнее. Вот откуда взялись все эти дыры в стенах и окнах вестибюля. Эти бладжеры не останавливались ни перед чем.

— Честно говоря, директор, когда Луна Лавгуд попросила меня помочь поднять тот ящик к потолку, я даже никогда не слышал про бурмитов. К счастью, Пожиратели смерти были заняты бладжерами и уворачивались от заклинаний, которые на них швыряли остальные ученики, так что мы смогли поднять ящик наверх. Когда он оказался у потолка, Луна наложила заклинание, чтобы открыть его, и эти маленькие твари сразу взялись за каменную кладку. Откуда мне было знать, что бурмиты — как термиты, только едят камень, а не дерево?

— Волан‑де‑Морт только что уничтожил одного из бладжеров и повернулся к ученикам в коридоре, ведущем в Большой зал, но его первое «Авада Кедавра» не сработало, потому что Чжоу создала физический барьер. Он получился большим и довольно неприличным, но он нас защитил. Позже она сказала, что много практиковалась в создании чего‑то подобного, поэтому смогла так быстро сотворить такой гигантский барьер. В общем, кое‑кто из учеников наконец опомнился и начал убегать. Когда Волан‑де‑Морт собирался снова произнести заклинание, на них обрушился потолок: полагаю, вес шестерёнок и гирь больших часов оказался слишком велик для камня после того, как бурмиты начали его грызть. Пока он смотрел вверх, пытаясь понять, что происходит, я оглушил Волан‑де‑Морта заклинанием, и, в отличие от некоторых других людей в вестибюле, он не успел увернуться от часов. Конечно, бладжер и ученики добили остальных Пожирателей смерти. Ох, как же они были злы на Пожирателей смерти и особенно на Амбридж. Однажды я подслушал, как двое спорили: один говорил, что не стоит добивать поверженного врага, а другой ответил, что от этого врага осталось лишь жирное пятно на земле — вот всё, что осталось после того, как по ней выпустили более тридцати «Редукто». Но чего я не понимаю — где были остальные учителя всё это время?

— Амбридж заперла их в их же комнатах. Так вы хотите сказать, что под обломками хогвартских часов лежит тело Волан‑де‑Морта?

— Да, если только его тело не исчезло, как это было, когда мне был год.

— Это отличные новости, Гарри! Я почти готов закрыть глаза на то, что случилось с замком. Но вы так и не рассказали про краску.

— Про что?

— Про красную краску, которой двадцатифутовыми буквами на фасаде замка было выведено: «Дамблдор — болван», причём почерком, похожим на ваш?

— Честно говоря, директор, после того как Волан‑де‑Морт был убит, мы вроде как устроили небольшую вечеринку. Если это сделал я, то в свою защиту могу сказать, что в тот момент был пьян.