Глава 1: Новая глава

Она была уверена, что это женщина, которая пожирала её сына изнутри. Вытягивая из него эмоции и делая его резким и чувствительным. Не то чтобы Люциус это заметил, или кто-либо другой. Её сын был прекрасным актёром. Из него вышел бы хороший игрок, его сигналы были тонкими, и только тот, кто был чутко настроен на его настроение и выражения лица, заметил бы сильное напряжение в нём. Скованность в его плечах у другого мальчика могла бы показаться нервным ёрзанием. Напряжённость в уголке его рта, даже когда он носил свою привычную презрительную ухмылку, у кого-то другого могла бы выглядеть как неуверенная перемина с ноги на ногу. Он был натянут как струна, и она ожидала, что он вот-вот сорвётся.

Её сын покачивался на цыпочках и небрежным взмахом руки отослал своих друзей. Они, разумеется, немедленно подчинились. Его подавляющее присутствие обеспечивало естественное лидерство. Его глаза не отрывались от девушки, пока они направлялись к небольшой группе Уизли. Его губы мгновенно искривились в фирменной усмешке, но глаза матери были прикованы к этой девушке, этой молодой женщине, этой сирене.

Она была ослепительна, в магловской одежде, которая соблазнительно облегала её фигуру и грациозно спадала до самых ног. Её форма была стройной и подтянутой, со всеми правильными изгибами, чтобы прельщать. Её лицо было утончённым, умным, с широкими шоколадными глазами, которые сияли, глядя на её друзей, даже с такого расстояния. Но именно её волосы привлекли внимание Нарциссы. Они ничем не напоминали её собственные шелковистые локоны. Это был удивительный буйный поток упругих блестящих кофейного цвета кудрей, с завитками поцелованных солнцем блонда и каштана. Это была самостоятельная сущность, ниспадающая на её плечи и вниз по её стройной спине, пульсирующая жизнью и жизненной силой.

Она, должно быть, почувствовала его взгляд на себе, потому что повернула голову, взглянув через плечо. Её глаза мгновенно сфокусировались на Драко, широко раскрытые и выразительные, окно в самую её душу. Её подруга обратилась к ней дважды, прежде чем она отвернулась и вернулась к разговору. Когда один из мальчиков Уизли обнял её хрупкие плечи способом, который кричал о близости, тонкое стекло в руке Драко разлетелось от силы его хватки.

Нарцисса цокнула с укором, доставая палочку одной рукой и беря руку Драко другой. Она проигнорировала призыв директора к тишине и тихо произнесла заклинания исцеления, спокойно наблюдая, как кровь выступала наружу, пока порезы заживали. Она вытерла кровь чистым шелковым платком, украшенным гербом Малфоев. Оба Малфоя проигнорировали тёплые приветственные слова Дамблдора и призывы к единству, пока он не произнёс слова, от которых её сын окаменел, как доска.

— И теперь, чтобы начать, я хотел бы, чтобы наши старосты школы разделили танец. Гермиона Грейнджер и Драко Малфой.

Прошла доля секунды, пока её сын собирал своё неизменное самообладание, а затем его глаза встретились с её глазами через комнату. Гермиона — вот как её звали, и она была старостой школы. Видимо, у неё был интеллект, соответствующий её красоте. Неудивительно, что он был очарован.

Драко встретил её посередине, музыка зазвучала вокруг них. Она взяла его руку без колебаний и немедленно подстроилась под его длинные скользящие шаги, словно танцевала с ним сотни раз.

Для нетренированного глаза это был обычный танец. Формальный, в стиле магического мира. Просто элегантный вальс. Но Нарцисса видела, как её сын танцевал со многими женщинами. Его обучали этому искусству с самого раннего возраста лучшие преподаватели. Он держал даже своих многих девушек на скованной дистанции, танцуя с утончённой формальностью, которая была почти холодной. Он держал эту девушку всего в трёх дюймах от своего тела, безупречно ведя её через набор стильных шагов, в результате которых её ноги касались его. Его рука лежала на пояснице, их руки были прижаты близко к телам. Его глаза ни на мгновение не отрывались от её глаз.

Казалось, она таяла в его прикосновениях, пока он кружил её по полу. Их движения были в идеальной синхронизации. Её бёдра покачивались в такт ему, создавая тонкую интимность, которую остальные в комнате, казалось, не замечали. Глаза Нарциссы сфокусировались на матери девушки через комнату, и она не удивилась, обнаружив, что лицо другой женщины сморщилось в размышлении, а глаза сузились в созерцании. Нет, она была не единственной, кто это видел.

— Это позор, — прошипел её муж рядом с ней, протягивая ей бокал вина, который она деликатно отпила. — Позволить такой низкорождённой грязнокровке, как она, занять самую престижную должность в Хогвартсе, а затем требовать, чтобы мой сын унижался, танцуя с ней. Этот Дамблдор старый...

Его голос оборвался от её холодного взгляда. Когда она убедилась, что выбила Люциуса из равновесия и полностью завладела его вниманием, она наконец заговорила, придав своему голосу максимально ледяной оттенок, на какой только была способна.

— Люциус, ты никогда больше не будешь так говорить о моей будущей невестке. Ты меня понял?

У него не нашлось ответа. Он притворился мертвым.

Мальчик находился под огромным давлением. Большая часть его была самоиндуцированной, но его нелепо высокие стандарты для самого себя катализировались высокими ожиданиями Люциуса от Малфоя. Она ненавидела, когда он говорил: «Ты Малфой! Веди себя соответственно». Он был больше, чем просто Малфой, он был её сыном. И теперь в смесь добавилась женщина. По натуре Драко редко бывал расстроен. Решителен — да. Но редко расстроен. Но она видела это в его глазах, хрупкое беспокойство. Его обычная целеустремлённость, которая могла быть такой подавляющей, притупилась. Как будто основная часть его внушительного внимания была направлена куда-то ещё. Это должна быть женщина.

Комната была переполнена людьми, рассадником микробов и болезней. Она деликатно содрогнулась. Люциус стоял в конце их стола, окидывая толпу людей холодным взглядом превосходства. Несомненно, откуда её сын унаследовал своё огромное эго. Драко стоял немного в стороне от них с узлом своих друзей. Ей не нравились Крабб и Гойл, но она могла уважать потребность своего сына пасти их, давать им руководство. Бог знает, что они не продержались бы и двух недель в Хогвартсе без лидерства Драко. Учитывая, кем был их отец, они были его товарищами по детской кроватке, и её мальчик, если что, был верным.

У него были другие друзья для интеллектуального вызова. Блейз Забини, который также стоял с ним, имел острый умный разум. За исключением вопиющего исключения его двух громил, её сын окружал себя остроумными людьми. О, и Пэнси. Она была достаточно милой девушкой, решила Нарцисса, но ей чего-то не хватало. Она ничего не давала её сыну. Между ними не было искры. И Драко был таким же сдержанным и вежливым с девушкой, как и со всеми остальными. Это была не она. Но кто-то действовал ему на нервы. Возможно, если бы эта молодая женщина была здесь сегодня, она могла бы мельком увидеть её.

ЕСЛИ она училась в Хогвартсе, она была бы здесь. Дамблдор устроил большой бал для студентов и их семей. Чтобы способствовать единству факультетов и терпимости. Знали ли маглы, насколько их здесь некоторые ненавидят? Она наблюдала с большим интересом, когда что-то зацепило интерес её сына, и он сосредоточил своё внимание на двери; Крабб, который говорил, даже не заметил этого. Это была небольшая группа из трёх человек. Девушка и её родители.