Глава 1: Новая глава

«Клянусь, я никогда не думал, что доживу до того дня, когда «Пушки» выиграют лигу».

«Я же говорил тебе, что это только вопрос времени…»

«Дорогой брат, прости моё потрясение, учитывая, что команда большую часть прошлого века едва выигрывала хоть один матч».

«Ну, сам виноват, что сомневался в них, — пожал плечами Рон. — В общем, тебе нужен мой рецепт яблочного пирога или нет?»

«Давайте уже перейдём с квиддича на другую тему, — быстро вмешалась Гермиона. — Этот пирог действительно что-то особенное. Удивительно, что ты раньше никогда не просила рецепт, Джинни».

Младшая рыжая приподняла бровь.

«Ну, учитывая, что Рон научился готовить всего неделю назад…»

«Три года, если уж на то пошло, — перебил Рон. — Потому что, в отличие от некоторых, я не могу жить на магловской еде навынос».

«Ну, мы с Гарри по вечерам заняты. Как-то сложно сосредоточиться на приготовлении штруделя, когда обе наши руки постоянно блуждают».

Рон мрачно уставился и совсем замолчал, а Гарри и Джинни оба рассмеялись. Смех Джинни был открытым, а вот Гарри, казалось, не мог посмотреть Рону в глаза, хотя и смеялся вместе с ней.

Плечи рыжего мужчины напряглись, ногти впились в ладонь. Ни Гарри, ни Джинни этого не заметили, а вот Гермиона — да. Она буквально чувствовала исходящие от её рыжего парня разочарование и раздражение. Осторожно протянула руку и положила ладонь ему на бицепс. Голубые глаза Рона метнулись к ней, и черты его лица чуть смягчились, когда он заметил её беспокойство.

— Рон, — осторожно спросила Гермиона. — Ты…?

— М-мне нужно проведать Джорджа, — резко встал Рон. — Увидимся позже, ’Миона.

Старший рыжий схватил пальто, быстро чмокнул Гермиону в щёку и вышел из комнаты. Они услышали, как за ним с грохотом захлопнулась входная дверь.

— Что это было вообще?

Гарри смотрел вслед Рону, выглядя немного растерянным. Гермиона уставилась на него с открытым ртом: она знала, что Гарри не очень хорошо разбирается в эмоциях, но неужели он правда не понимал, почему Рон так разозлился?

— Наверное, просто у него опять одно из его настроений, — легкомысленно сказала Джинни. — Ты же знаешь, какой Рон.

Гарри и Джинни захихикали.

Этого хватило. Самообладание Гермионы лопнуло.

— Он ненавидит, когда вы так делаете.

Гарри приподнял бровь и обменялся с Джинни растерянными взглядами. Голос Гермионы изменился: он больше не был расслабленным и приятным, а стал резким, как лёд, с ядом в каждом слоге.

— Что? О чём ты…?

— Вы что, не понимаете, как ему это уже тошнит?

— Что?

— Когда вы делаете из него punchline шутки.

— Мы просто шутим…

— Нет. Нет, вы не шутите.

— Гермиона, ты говоришь бессмыслицу…

— Я говорю бессмыслицу? — выплюнула она, и волосы, казалось, заискрились электричеством. — Вы двое правда ничего не понимаете?

Ошеломлённые выражения на их лицах, казалось, подтвердили подозрения Гермионы. Они не имели ни малейшего понятия.

— На случай, если у вас память дырявая, — начала Гермиона, намеренно говоря медленно, чтобы успокоить собственный гнев, который уже грозил вырваться наружу. — Позвольте напомнить вам обоим, что он никогда не рассказывает о том, чем мы с ним занимаемся за закрытыми дверями. Он знает, что эта тема вам обоим неприятна, так почему же ему не оказывают такой же учтивости?

Гарри и Джинни совсем замолчали.

— Джинни, я ещё наполовину понимаю, почему ты не видишь в этом ничего плохого. Я знаю, что братья и сёстры часто подкалывают друг друга по таким поводам, но какой старший брат хочет слышать о сексуальной жизни своей сестры? А ты специально это делаешь, потому что знаешь, что он ненавидит это слышать. Сестринские подколки — это одно, но это уже слишком! Я знала, что ты пошла в Фреда и Джорджа, но, ради бога, притормози!

— Гарри, — Мальчик-Который-Выжил вздрогнул, когда она перевела внимание на него, — ты должен знать, как Рона бесит вся эта тема. Особенно после того, что случилось с этим проклятым медальоном. Мне плевать, если у вас с Джинни лучший секс на свете, но ты не должен рассказывать об этом брату Джинни. Который, напомню, твой лучший друг с одиннадцати лет. Мне хотелось бы думать, что ты уже усвоил, что он не любит слышать о вашей с Джинни сексуальной жизни, но, видимо, этот конкретный жизненный урок ты пропустил.

Лицо Гарри стало очень бледным, руки он неловко скрестил.

— Я знаю, что вы оба его любите, но, Мерлин свидетель, ему совсем не обязательно постоянно чувствовать себя неловко. Чарли — асексуал, и вы следите, чтобы при нём всё было ace-safe. Так, может, вы оба наконец поймёте и беспокойство Рона. То, что он об этом не говорит, совсем не значит, что его это не раздражает.

Гермиона встала и сняла пальто со спинки стула. Она направилась к двери, но остановилась и обернулась, чтобы снова посмотреть на Гарри и Джинни.

— А теперь, если вы меня извините, я пойду и сделаю так, чтобы Рон забыл всё, что вы наговорили. В конце концов, не просто так я наедине называю его «королём».

Гарри и Джинни оба очень притихли.

Гермиона закрыла за собой дверь, улыбаясь про себя.

Посмотрим, как им понравится самим хоть получить по заслугам…