Глава 1: Новая глава

То, что ты снял обезьяну со спины, ещё не значит, что цирк уехал из города.

Джордж Карлин

— Понятия не имею, чего вы хотите, Поттер, — сказал Снейп с поджатыми губами, — но уверяю вас: Грейнджер не прикована к столу и не вкалывает на мою лавку.

— Так она здесь! — выпалил Рон, вламываясь в жилище.

— Неразумно, — сказал Снейп с полнейшей бесстрастностью.

— Гермиона! ГЕРМИОНА! ГДЕ ТЫ?! — проревел Рон.

Снейп сверкнул взглядом на Поттера.

— Так авроры уважают граждан волшебного мира?

Гарри стиснул зубы.

— Он имеет право видеть свою невесту.

— И с какого же, изволите спросить, из гниющего грибка на пальце Мерлина вы взяли, что его невеста находится в моём доме?

— Мы знаем, что Гермиона здесь, — повторил Гарри.

— И это даёт вам право вламываться в мой дом? — прошипел Снейп. Он усмехнулся Гарри в лицо. — Гер-ми-о-на, — добавил он, чеканя полное имя, — здесь живёт. Логично, что она бывает здесь хотя бы часть времени.

— Не выпускать её отсюда — не значит «здесь живёт», — кольнул Поттер.

— Вы так низкого о ней мнения, что верите, будто она позволит держать себя здесь взаперти против воли?

Гарри умудрился выглядеть несколько неловко — если неловкость и вид человека, страдающего запором, одно и то же.

— Вы вообще знаете свою подругу — или вы скучаете по ней лишь потому, что некому делать за вас вашу работу?

Лицо Гарри залилось яростной краской, и он наставил палочку Снейпу в лицо.

Снейп шагнул ближе, так что кончик палочки впился ему в щёку.

— Ну давайте, Поттер, докажите мне, какой вы трус, напав на безоружного человека.

Рука Гарри дрожала — хотя, от внутренней борьбы это или от нетерпения проклясть этого субъекта, оставалось неясным. Но прежде чем он успел что-то сделать, заклинание просвистело и вонзилось Снейпу точнёхонько в спину.

Снейп охнул и смялся на пол, а из тени вышел Рон, выглядевший чрезвычайно собой довольным.

— Ты в порядке, приятель? — ухмыляясь, спросил Рон. — Я не нашёл Гермиону. Думаю, эта кровавая скотина спрятал её где-то.

Снейп сплюнул кровь на землю и медленно поднялся.

— Вы двое — вот уж поистине божьи дураки, — фыркнул он. — Нападение на безоружного. Взлом и проникновение в частное жилище. Без ордера. Непростительные. С чего вы взяли, что вам позволено уковылять прочь без свершения правосудия?

— Правосудия? — неверяще выпалил Рон. — Заливай кому другому. Хорош из себя праведника — сам кровавый Пожиратель смерти!

— Если вы не получили сводку, мистер Уизли, моя роль в войне была искуплена признанием Альбуса Дамблдора и сердечным провозглашением вашего лучшего друга в лицо Тёмного лорда. Или вы попросту глупы? Насколько я понимаю, у большинства чистокровных проблемы с чтением, письмом и базовой арифметикой.

Гарри насупился, а Рон приобрёл цвет, от которого его волосы выглядели словно радиоактивные. Палочка Рона мигнула — и Снейпа немедленно вырвало исполинским слизнем.

— Он не скажет нам, где Гермиона, если его мутит слизнями, Рон! — зашипел Гарри.

— Скажет, если их вырвет достаточно! — заорал Рон.

Из розовых кустов подняла головку маленькая змейка и издала стрекочущий звук.

Рон наставил на неё палочку тоже.

Из её головы распустился хвост из разноцветных перьев, и она загрохотала.

Рон метнул в неё заклинание, та взвизгнула и исчезла в кустах.

— Пошли, Гарри, — заскулил Рон. — Надо найти Гермиону, чтобы гоблины открыли сейф, который Дамблдор нам оставил, а?

— А я-то думал, ты хочешь спасти невесту! — укорил Гарри.

— Ну да, — хмыкнул Рон. — Это, типа, вместе идёт! Мы женимся, как Дамблдор хотел, получаем тот коттедж в Моулд-на-уолд, наполняем его детьми — и сверху кучу галеонов, чё не так-то?

— Не думаешь, что стоит спросить Гермиону, хочет ли она вообще детей? — спросил Гарри.

— Чево? Она ведьма. Конешна, хочет детей! И у нас будет как минимум семеро — на приличную фамильную команду по квиддичу Уизли!

Из розового куста высунулась ещё одна змейка, к ней присоединилась другая. Они распустили свои перистые хохолки и загрохотали вместе.

Рон обернулся — и одна змейка выплюнула ему в лицо липкий сгусток яда, а вторая его подожгла.

Он пошатываясь добрёл до фонтана, чтобы смыть его, но когда вода коснулась яда, та вскипела.

Рон с воплем понёсся к дому — но поскольку он был ослеплён, впечатался лицом в стену…

Только пылающий яд растворил стену, и Рон просто продолжал бежать — хромая, шатаясь и вопя на пути сквозь каждую стену. Пока Ронообразные дыры в стене шипели и дымились, как ворчливый старый дракон, губы Гарри сжались в тонкую линию.

Он протянул Снейпу руку и одновременно наколдовал на него серию аврорских заклинаний — и старший волшебник вскоре перестал извергать слизней. Ниффлеры, поедавшие вышеупомянутых слизней, казались довольно раздосадованными исчезновением своего шведского стола.

— Хватит ли, чтобы его обвинить, Севидж? — сказал Гарри, казалось, никому конкретно.

— Ага, — раздался голос, и из живой изгороди вышел суровый на вид мужчина. У него в волосах сидел пернатый змей, всеми силами старавшийся соорудить уютное гнездо из его волос, веточек, разных блестящих штучек и паутины.

Севидж вздохнул, когда змей прелестно пискнул, пощекотав его языком.

— Мне за эту чушь платят непростительно мало.

К змею на его голове присоединился ещё один, и они принялись миловаться прямо поверх неаккуратного гнезда из волос Севиджа.

Гарри хихикнул, наколдовывая несколько заклинаний, дабы привести многострадальные стены в порядок.

— Я почуял, что Рон что-то затевает, ещё когда Молли застукали за сплетнями о его наследстве от Дамблдора за тем последним ужином на Гриммо. Я не мог расследовать это в одиночку — обвинили бы в предвзятости из-за личной близости к делу. Мне жаль, что вам пришлось через это пройти, — извиняясь, сказал Гарри. — Хотя бранитесь вы по-прежнему отменно. Я снова почувствовал себя одиннадцатилетним.

Северус пожал плечами.

— Старые привычки.

Раздался негромкий хлопок — прибыла Гермиона, с руками, полными покупок. Она оглядела следы опустошения, протянувшиеся через её задний сад, и нахмурилась.

— Заливаешь с утра пораньше, дорогой? — спросила она Северуса.

— Произошла лёгкая разногласица, — бесстрастно сказал Северус. — Впрочем, миникетцалькоатли всё уладили.

— Они сейчас такие капризные — у них сезон гнездования, — вздохнув, сказала Гермиона.

— Не мне рассказывать, — проворчал Севидж, пока змейки устраивались на его голове.

— Аврор Севидж, я не… — Гермиона подняла бровь. — Что, скажите на милость, здесь происходит? — Она перевела взгляд с Севиджа на Гарри и Северуса.

— Некая Ласка попыталась использовать вас в качестве ключа от сейфа — чтобы унаследовать коттедж, землю и деньги, спасая вас из моих лап и женившись на вас самолично.

— Но… мы же уже женаты, — растерянно сказала Гермиона.

— Вот именно, Уизли же не удосужился проверить, а? — пожав плечами, ответил Северус. — Не то чтобы это меня удивило. Удосужься — выяснил бы, что дамблдоровский пунктик о наследстве мы уже давно исполнили.

— Он не знал, что мы живём в родовом доме Дамблдора? — спросила Гермиона. — Как можно было не заметить эти ужасающие красные абажуры с кисточками?

— Хорошие новости, — промурлыкал Северус. — Ласка теперь носит их на голове и убежал вон туда — куда-то. — Он обвёл жестом окрестности их земель. — И он был в огне.

— Слава Мерлину, — фыркнула Гермиона, ставя покупки и призывая лимонад и стаканы для гостей. — Пункт про «оригинальную мебель нельзя выносить из прихожей» доводил меня до безумия.

— Мы действительно не можем, — сказал Северус. — Но там не сказано, что этого не может кто-то другой. — Он уставился на Гарри.

Гарри, похожий на оленёнка, застигнутого фарами, сник.

— Что нужно вынести?

— Как насчёт всего, что выглядит так, будто прибыло из латиноамериканского борделя, — фыркнул Северус.

Гарри, отхлёбывавший лимонад, выплюнул глоток и закашлялся.

— Что?

— Милости прошу, пройдитесь и полюбуйтесь. Дамблдоровская семейная сентиментальность — в поистине чудовищном исполнении.

Гарри зашёл в дом и через несколько минут вернулся.

— А что это за куча зелёной пряжи?

— Я пыталась прикрыть эти безвкусные абажуры хоть чем-то, — призналась Гермиона. — Никогда не думала, что буду вязать чехольчики для всех своих ламп. Но пришлось бросить: миникетцалькоатли вынесли из дома всё зелёное. Даже спёрли с моего стола малахитовое пресс-папье.

Севидж сгрёб кусок малахита, упавший ему на нос.

— Нашёл, мэм.

— Благослови вас Мерлин, аврор Севидж, — сказала Гермиона. — Это был мой зачарованный фиксатор для артрита Минервы.

— Всегда к вашим услугам, — сказал Севидж, по всему видя, смирившийся с ролью человеческой опоры для гнездования.

— Ну, вам обоим самое время войти к ужину, — сказала Гермиона. — Пламя не погаснет, пока кетцалькоатли не закончат гнездо, а яд делает вас невообразимыми, пока не выветрится.

Гарри и Севидж переглянулись.

— Куда уж нам сопротивляться такой логике.

Северус подлил им лимонаду.

— Никуда вам не деться.