Глава 1: 1.
1.
99
0
Гермиона и Северус уже много лет преподавали в Хогвартсе и ни разу не брали отпуск. Конечно, летние каникулы они могли проводить как душе угодно, но предпочитали оставаться в замке и несколько недель присматривать за ним, пока Минерва на время уединялась в ещё более глухом уголке Шотландского нагорья. Они уезжали на её ежегодный праздник — шумное мероприятие, на которое съезжались близкие друзья Минервы и учёные со всего волшебного мира. Она превращала семейный дом в роскошную площадку и любезно приглашала весь персонал Хогвартса.
В первый год работы Гермионы в школе именно Северус сжалился над ней и придерживал ей волосы, пока её выворачивало наизнанку в конце вечера. А потом он на цыпочках пересёк с ней на руках большую гостиную, лавируя среди уснувших где попало гостей, и нашёл тихое место, где она могла бы вздремнуть. Он дождался, пока не убедился, что сможет аппарировать их обоих обратно в замок без особых неприятностей.
—Прости, что я такая… ну… на колёсиках… э-э… в дрова пьяная, —заплетающимся языком произнесла Гермиона.
Северус ответил заботливым бурчанием. То был её первый праздник для сотрудников и первый раз, когда она поняла, что у Северуса есть мягкая сторона — можно сказать, даже плюшевая. Оказалось, он умел варить идеальное средство от похмелья. А ещё, к собственному удивлению, Гермиона обнаружила, что ей нравится его общество — со всеми его ворчливыми выходками.
Шесть лет преподавания и три года брака спустя Снейпы в свободное время почти без перерыва занимались исследованиями. Они работали над общими проектами: Северус испытывал зелья, а Гермиона собирала сведения о магических свойствах экзотических трав. На всё это уходило немало времени: эксперименты, переводы, разрешения на сбор трав — и лишь потом можно было привести результаты в порядок и отправить их в печать. И всё это время их вполне устраивал размеренный ритм работы и совместной жизни.
И всё же однажды ветер перемен позвал их за собой. Сова влетела в рабочую комнату Снейпов и сбросила письмо прямо на кучку свежемолотого рога двурога. Тот небольшим облачком разлетелся по сюртуку Северуса, и тот бросился гоняться за нахальной птицей по всей комнате. Гермиона читала знакомый почерк на письме, пока за её спиной грохотали взмахи крыльев и рук и раздавалось проклятое птичье уханье. Тогда она и решила, что, пожалуй, этим летом пора что-нибудь изменить.
—Сегодня утром пришло письмо от мамы, —радостно крикнула Гермиона Северусу.
Через несколько часов она нашла его в кабинете — дала ему время успокоиться после происшествия с совой. Помахав письмом у него перед носом, она наклонилась и поцеловала его в щёку.
—Думаю, нам стоит съездить к ним. Мы не виделись с самой свадьбы — даже не верится, что столько времени прошло.
—Да, разумеется. Они живут на другом конце света и не особенно стремятся перенимать волшебные обычаи, —отрывисто ответил он.
Северус резко отложил перо и посмотрел на жену, когда она возразила:
—Да ладно тебе, они же прислали сову. Ну и что, что они не пользуются двусторонним зеркалом и не держат на виду волшебные фотографии, которые мы им прислали… Ладно, с зеркалом вышло не очень удачно, но, если говорить начистоту, мы ведь не предупредили их, что постоянно видим всё, что происходит по ту сторону, и что его нужно отложить, прежде чем… —Гермиона часто моргнула и покачала головой. —Впрочем, неважно! Это не значит, что они не стараются.
Северус закатил глаза.
—Хорошо, хорошо… Мы навестим Грейнджеров.
Он поднял руку и бережно накрыл ладонью тонкие пальцы Гермионы, испачканные чернилами от многочисленных заметок. Его чёрные глаза всматривались в её золотистые.
«Может, нам и правда не помешает отпуск», —подумал он. Предплечья всё ещё саднило от совиных клевков.
—Когда уезжаем? —спросил он, сложив пальцы над лежавшими перед ним эссе.
Гермиона улыбнулась и кокетливо провела пальцем по его рукаву.
—Давай закончим всё на этой неделе… А я поищу билеты на самолёт.
—Билеты на самолёт! Гермиона! Никаких полётов на этих ваших самолётах — ты с ума сошла, ведьма? —рявкнул он. —Эти летающие магловские банки с сардинами? Снейпы — в самолёте? Ты шутишь.
Он резко откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди, приняв самую непреклонную позу.
Позже Гермиона потянулась к багажной полке, чтобы убрать туда ручную кладь. Заклинанием Коловорота она превратила сумку в яркую, украшенную ананасами.
—Снейпы в самолёте. Готово, —тихо усмехнулась она.
Северус запретил Гермионе менять узор на его сумке на целую россыпь кричащих зелёных пальм, поэтому его багаж остался элегантного серого цвета, а укладывал его он сам.
Они взяли с собой палочки и целый набор зелий на случай, если что-нибудь понадобится в поездке. Но Гермиона уговорила Северуса считать этот отпуск магловским: оставить работу и связанную с ней магию позади и по возможности насладиться жизнью среди маглов. Когда он закатил глаза, она объяснила, что смена обстановки и темпа поможет им вернуться в волшебный мир отдохнувшими и готовыми к новому учебному году. В конце концов любопытство взяло верх, и Северус согласился на очередной эксперимент жены — при условии, что не почувствует себя слишком неуютно. Ведь он всё ещё мог пользоваться беспалочковой магией, рассудил он, пока маглы вокруг ничего не замечают.
Когда Снейпы добрались до дома Грейнджеров и постучали в дверь, держа в руках чемоданы, жара и ослепительное солнце уже начали их плавить. Солёный морской воздух вместо прохладного ветерка яростно хлестал по лицам. Одной рукой они придерживали очки, а другой — тяжёлые чемоданы, которые теперь раскачивались из стороны в сторону из-за чар расширения. Услышав стук, Жан и Джон Грейнджеры одновременно выглянули из-за двери, а затем, обняв и затискав гостей, втащили их внутрь.
—Ты какой-то бледный, Северус. Что это подземелья с тобой сделали? —спросила миссис Грейнджер и крепко похлопала его по щеке. Северусу отчаянно хотелось увернуться.
—Мам, вы получали наши совиные письма с новостями о последнем проекте — о том, как змеиный корень влияет на силу сморщенного инжира. Мы добавляли его в почву на разных стадиях роста… —вставила Гермиона, поправляя растрёпанную ветром одежду.
Миссис Грейнджер на ходу отмахнулась от её слов, почти не взглянув на дочь.
—Да-да, очень хорошо, Гермиона. Ты всегда была умницей. Заходите, покажем вам сад. В этом году у меня снова хорошо пошла лаванда… Джон, спроси у Северуса, не хочет ли он выпить.
Миссис Грейнджер провела Гермиону через гостиную на заднюю веранду, в сад. Мистер Грейнджер поцеловал дочь в макушку и тепло похлопал по плечу, а потом спросил Северуса, следил ли тот в этом году за чемпионатом мира. Гермиона бросила на мужа раздражённый взгляд и последовала за матерью.
Позже все четверо собрались за ужином, который готовили на гриле. Северус то ли идеально поджарил мясо беспалочковой магией, то ли наложил на пиво стазис, чтобы оно не нагревалось в изнуряющую жару. А может, и то и другое.
—Завтра погуляйте где-нибудь, милые. Гермиона говорила, что вы уже несколько лет совсем не бывали вдвоём, —посоветовала миссис Грейнджер, накладывая себе ещё фруктового салата.
—Для пляжа обещают отличный день, —добавил мистер Грейнджер. —Мы с Жан иногда гуляем там по вечерам, но теперь нам больше нравится оставаться дома, в уюте родного очага.
Он промахнулся вилкой мимо рта, и кусочек сосиски упал обратно на тарелку: взгляд его невольно устремился к телевизору. Тот ещё до ужина предусмотрительно поставили у окна, чтобы мистер Грейнджер мог украдкой поглядывать на результаты футбольного матча.
Промокнув рот салфеткой, Северус откинулся на спинку стула и обнял Гермиону за плечи.
—Да, думаю, день на пляже — именно то, что нам нужно.
Гермиона подняла бутылку пива и чокнулась с ним в знак согласия. Они пробыли у Грейнджеров всего день, но Гермионе уже начинало казаться, что они с Северусом мешают родителям жить по-своему.
—Я не надену эту проклятую штуку! Я закутаю руки и ноги в одежду, чтобы защитить свою нежную кожу от солнца, —возмутился Северус и бросил крошечные разноцветные плавки в пляжную сумку.
—Тебе бы не помешало немного позагорать, Сев, —мягко сказала Гермиона, складывая полотенца. Она надела белый сарафан и босоножки на тонких ремешках, а Северус согласился хотя бы надеть шорты для сёрфинга, белые льняные брюки и лёгкую рубашку на пуговицах. Без преподавательских мантий, брюк и свитеров, ставших их привычной одеждой, они оба выглядели на удивление элегантно.
Гермиона распустила волосы. Очки, водружённые на макушку, едва удерживали кудри от лица — и от Северуса тоже: морской воздух раздувал их особенно сильно. Пока Гермиона то и дело крутила головой, разглядывая магазины вдоль пляжа, её непослушные локоны хлестали Северуса по носу и забивались ему в рот. В его сторону доносилось раздражённое:
—Тс-с… пфу… фф…
—М-м? —отозвалась Гермиона. —О, смотри! Уроки сёрфинга!
Северус терпеть не мог, как песок обжигал ему ноги, но не любил и босоножки, которые Гермиона уложила в сумку. Оставалось надеяться, что вечером ему не придётся мазать подошвы мазью от ожогов. Он быстро перебирал ногами по раскалённому песку, пока они не нашли место для большого, но хлипкого зонта, одолженного Грейнджерами.
Урок сёрфинга, на который Гермиона записала их обоих, шёл ужасно. Северус несколько раз свалился с доски. Сначала он просто шагнул в воду, но набежавшая волна ударила по его худым ногам и сбила с ног. Вынырнув, он замахал руками, дополз до доски на четвереньках, отплёвываясь и ругаясь. Даже без плаща он каким-то образом умудрялся походить на промокшую летучую мышь, выбравшуюся из пучины.
Несмотря на убийственные взгляды Гермионы с берега, теперь он использовал Чары прилипания, чтобы удержаться на доске, а когда волн не было — заклинание «Локомотор», чтобы скользить по воде. Инструктор по сёрфингу смотрел на него в полном недоумении.
Зато урок Гермионы проходил как по маслу. На занятие Северус надел рашгард — облегающую футболку для плавания, — но снял его, когда сел под безвкусным провисшим зонтом посмотреть на урок Гермионы, и забыл надеть обратно. Поэтому, когда он отплыл к Гермионе, чтобы немного поплавать вместе с ней, а спустя какое-то время вернулся на берег, кожа уже стала ярко-розовой. Гермиона заметила это, когда они вытирались, и задумалась, хватит ли у неё мази от ожогов, чтобы намазать почти всего Северуса Снейпа.
На обед они устроились в маленьком кафе, сплошь украшенном кричащими картинками на сёрферскую и пляжную тематику. Северус приподнял бровь, разглядывая официанта — юного парня с обнажённым торсом и выгоревшими на солнце волосами.
—Мне специальное блюдо, —распорядился он, пробежавшись глазами по меню и решив, что слишком голоден, чтобы долго выбирать.
—Мне то же самое, —поддержала Гермиона.
Через несколько минут перед ними поставили тарелки с чёрной как смоль пастой и непонятными кусочками — то ли креветками, то ли овощами, то ли и тем и другим.
—Восхитительно, —саркастически протянул Северус.
—О-о, чернила головоногих, Сев! Ты же используешь их в зельях, —с воодушевлением сказала Гермиона.
—Именно поэтому я не хочу есть их на обед, —ответил он, чётко выговаривая каждое слово сквозь зубы.
Он втянул лапшу в рот с тихим чавканьем, разбрызгав чернила во все стороны. Поморщился, съел ещё пару кусочков, а потом и вовсе бросил блюдо, пока Гермиона продолжала рассказывать о химических и лечебных свойствах этой чёрной жидкости. Она доела всё и чуть ли не вылизала тарелку.
—Мороженое? —предложил Северус.
Он расплатился магловскими деньгами, дважды перепроверив расчёты, а потом повёл их в мороженицу, которую приметил ещё по дороге. За исключением нахальной чайки, нырнувшей прямо за клубничным рожком Гермионы, десертом они смогли насладиться спокойно. Северус мастерски отогнал птицу и при этом не уронил огромный фисташковый рожок с тремя шариками.
Гермиона вложила руку в руку Северуса, и они пошли вдоль длинного ряда магазинов, тянувшихся вдоль берега. Кожа Северуса уже стала ярко-розовой.
—Э-э… как ты себя чувствуешь? —нерешительно спросила Гермиона.
Северус посмотрел на свою открытую солнцу кожу и болезненно поморщился.
—Жжётся, —с трудом выговорил он.
—У меня с собой много мази… О-о! —Гермиона отвлеклась, резко дёрнула его за руку и воскликнула: издали вывеска показалась ей картиной с великолепной птицей, летящей над закатом, который отражался в океане.
Гермиона взглянула на Северуса и заметила, как нахмурился он, прочитав надпись над дверью: «Татуировки».
—Ох, Сев, прости…
Она знала, что тема татуировок давно была для него болезненной — и на то имелись очевидные причины, — хотя его собственную метку сняли магией много лет назад. Он посмотрел на неё с лёгкой улыбкой и мягко провёл пальцами по внутренней стороне её предплечья. На нежной коже закружились блестящие чернильные точки, и появилась выдра, плывущая кругами, а над ней — ворон, который кружил в воздухе и встречался с ней взглядом. Игривый танец этих двоих заставил Гермиону улыбнуться. Она подняла сияющие глаза на Северуса.
—Всё хорошо, Гермиона, —мягко сказал он.
Он провёл пальцами над танцующей парой. Выдра и ворон уложили крошечные чемоданчики, надели забавные солнечные очки и вместе поплыли к сияющему закату. Чернила исчезли с мерцанием.
Гермиона сжала его руку.
—Ну что, пойдём? —со смехом спросила она. —День был чудесный.
Она прислонила голову к его плечу.
—И правда, —улыбнулся он в ответ.
Гермиона и сама удивлялась, как хорошо её муж отнёсся к отпуску. Более того, похоже, ему даже нравилось.
—Вот вы где, дорогие! —раздался позади голос.
Гермиона обернулась и увидела, как миссис Грейнджер быстрым шагом приближается к ним, размахивая руками.
—Пойдёмте с нами прогуляемся! —позвала она.
Мистер Грейнджер остановился у витрины ресторана, сложил ладони козырьком и прильнул к стеклу. Судя по всему, внутри был телевизор, настроенный на важный футбольный матч.
Северус едва удержался от театрального закатывания глаз, поправил очки и быстрым шагом двинулся дальше по тротуару.
—Ох, Северус! —со вздохом сказала Гермиона.
По крайней мере, несколько минут он успел насладиться отдыхом, подумала она. В следующем году она наверстает упущенное. Или, может быть, они съездят куда-нибудь осенью, если Минерва сможет их отпустить? Гермиона улыбнулась этой мысли. Она вполне могла привыкнуть проводить каникулы подальше от замка. А Северус… на его благоразумие можно было рассчитывать. В основном.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!