Глава 1: Глава 1: Проделки

— Хосю мартыску на Киссмас! — громко и решительно объявил Эл.

Эти слова застали Гарри врасплох. Когда Эл заговорил, Гарри как раз был полностью поглощен тем, чтобы загнать «Рендж Ровер» задним ходом на парковочное место, а потому совершенно не был готов к восприятию фирменного варианта английского произношения своего младшего сына.

День выдался на редкость хлопотным; Эл и Джеймс провели на ногах много часов, бегая и звонко смеясь среди уличных вольеров. Младший сын Гарри уже давно начал сладко зевать. Когда машина покатила по городским улицам, головка Эла склонилась на грудь, и Гарри, заметив это, решил, что малыш уснул. Не сразу сообразив, что означают невнятные детские рулады, он вопросительно взглянул на жену и приподнял бровь. Столь внезапная просьба Эла показалась ему более чем странной.

— Прости, Эл, но мартышку на Рождество тебе никто не купит, — ответила Джинни, одновременно переводя слова сына.

— А мне можно? — с надеждой спросил Джеймс. — Оники такий смешные!

— Да, Джеймсу пулеез одну, Маамочка, — подхватил Эл брата, на сей раз решив зайти с более утонченной и вежливой стороны.

— Они и правда смешные. Но обезьянки не бывают домашними питомцами, мальчики, — объяснила сыновьям Джинни. — Я знаю, что в зоопарке они вас позабавили, но их не зря держат в просторных вольерах — им нужно много места. Им не место в обычном доме, к тому же они кусаются. Так что нет, извини, Джеймс, мартышки у тебя тоже не будет.

— Хм, — недовольно буркнул Джеймс. — Мне вечно ничего не разрешают. — Впрочем, обида вылетела из его головы почти мгновенно. — Этоё што такое? Куда это мы приехали? — поинтересовался он, забавно наклонившись набок в детском кресле и указывая на залитую огнями скалу прямо перед ними.

— Мы всё еще в Эдинбурге, Джеймс. Мы только что побывали в Эдинбурге-Зоо, а вон там — Эдинбургский замок. Если хочешь, завтра мы сможем сходить туда на экскурсию. Хочешь? — спросил Гарри.

— Хмм… — неопределенно протянул Джеймс, с любопытством разглядывая величественную скалу в лучах прожекторов. — Не-а, — неуверенно отозвался он.

Гарри бросил взгляд на Джеймса в зеркало заднего вида и заметил, как хитроватая улыбка озарила личико сына. Он сразу догадался, к чему клонит мальчик, и, как и ожидалось, Джеймс предпринял последнюю попытку.

— Лусше бы мартышку, — заявил Джеймс так, будто это был самый естественный и равноценный вариант осмотру древнего замка. Гарри и Джинни переглянулись и сделали вид, что ничего не услышали.

Гарри затянул ручной тормоз, отстегнул ремень безопасности и выскользнул из уютного тепла салона. Злобный северный ветер тут же налетел на него, превращая дыхание в облачко пара и отчаянно пытаясь выдуть из тела последние крохи тепла. Он быстро отворил дверцу со стороны Эла, протиснулся между сиденьями мальчиков и вытащил курточку младшего. Следом он подхватил пальто Джинни и подал его в протянутую из салона руку жены.

Очень скоро им придется поискать другое место для перевозки верхней одежды, сообразил он. От этой мысли на его лице заблудилась глуповатая улыбка.

— Спасибо, Гарри, — произнесла Джинни, пытаясь натянуть пальто, не вылезая из машины.

— Я сейчас тебя освобожу, Эл, — бросил Гарри, уворачиваясь от цепких детских ручонок. Он прикрыл дверцу, защищая малышей от ледяных порывов, накинул собственное пальто и быстрым шагом обошел машину. Как раз в этот момент Джинни сама отворила свою дверь.

— Я и сама справлюсь, Гарри, — запротестовала жена.

— Ночь холодная, темная и ветреная, а брусчатка скользкая, — твердо возразил Гарри. — Ты же не хочешь упасть?

— Гарри, я беременна, а не беспомощна, — возмутилась Джинни.

Гарри лишь усмехнулся и все равно протянул ей руку. Сдавшись, она позволила помочь ей выбраться наружу.

— Если ты уверена, что не беспомощна, мое пузатенькое чу… — начал было Гарри. Вероломный порыв ветра унес последнее слово прочь.

— Мое кто? — прищурилась Джинни. Ее взгляд буквально прожигал насквозь. Она в последнее время плохо спала, и усталость делала ее еще более вспыльчивой, чем обычно.

— Пузатенькое чю-у-удо. — Гарри торопливо выделил последнюю букву. Он крепко обнял ее, ласково погладил округлившийся живот и поцеловал в лоб. — Ты в порядке? — участливо спросил он. — Малышка не пинает тебя в мочевой пузырь или вроде того?

— Не суетись на пустом месте, Гарри, — потребовала Джинни. — Я в порядке, честно. Просто немного захватывает дух, но это нормально. Сегодня она вела себя тихо.

— Но не слишком тихо? — испуганно переспросил Гарри.

— Нет, Гарри, она шевелится, но без лишних пинков. Она не такая егоза, каким был Джеймс, но и не такая тихоня, как Эл. Пожалуйста, перестань паниковать. — Джинни легонько коснулась его губ своими.

— Раз так, не могла бы ты собрать мальчиков, пока я займусь багажом?

— Разумеется, — тепло улыбнулась она и сжала его руку.

Гарри решительно направился к багажнику и принялся выгружать вещи. Первой на свет появилась коляска Эла. К тому времени, как Джинни вывела младшего сына на тротуар, он уже успел ее разложить. Пока она усаживала мальчика и поправляла его ярко-желтую шапочку с помпоном, Гарри извлек один совсем крошечный и два внушительных чемодана, аккуратно поставив их на плиты мостовой.

Джинни уже застегнула пальто Джеймса; Гарри подхватил старшего сына, поставил рядом на тротуар и присел перед ним на корточки. Ветер продолжал покусывать за руки и лицо, пока Гарри вытаскивал из карманов старшего ярко-оранжевые варежки и помогал их надеть. Когда Джеймс наконец смирился и засунул большие пальцы куда положено, Гарри выпрямился и критически оглядел первенца.

Шерстяная шапка с двумя болтающимися вязаными шарами идеально гармонировала с варежками. Комплект был подарком от Рона (теоретически — от них с Гермионой, хотя Гарри прекрасно знал, что Гермиона имела мало влияния на фанатичную страсть мужа скупать всю детскую атрибутику команды «Дюдлейские Пушки»). Шапка совершенно не сочеталась с рыжими волосами Джеймса и практически ни с одной вещью из его гардероба. Джинни яростно протестовала против ранней попытки брата приобщить племянника к квиддичу, но потерпела поражение. Благодаря забавному качанию шариков, шапка и варежки стали бесспорными фаворитами Джеймса.

Гарри запер машину, спрятал ключи и наконец-то смог натянуть собственные перчатки и надеть шапку.

— Хочешь, я понесу твой чемодан, Джеймс? — спросила Джинни, поправляя зеленый шарф, перчатки и берет.

— Нет, спасики, Мамочка, я уже большой мальчик, сам справлюсь, — Джеймс выдвинул ручку и принялся волочить за собой крошечный багаж по дорожке. Гарри и Джинни переглянулись и с умилением посмотрели ему вслед. Вскоре мальчик остановился и с беспокойством обернулся.

— А куда это мы идем? — поинтересовался он.

— На Боковую, — ответила Джинни, указывая в противоположном направлении. — Нам туда. Следуй за мной, Джеймс.

Она уверенно зашагала по ярко освещенной улице, катя перед собой коляску с Элом и оставляя Гарри наедине с двумя тяжелыми чемоданами.

Накладывая на машину защитные чары, Гарри тихонько пробормотал заклинание и над багажом. Затем он легко, словно пушинки, подхватил оба чемодана и зашагал следом за женой и детьми. Минуя залитую огнями улицу, они вскоре свернули в темный, узкий переулок; Джеймс замедлил шаг и испуганно оглянулся через плечо.

— Все в порядке, Джеймс. Просто иди за мамой, я прямо за тобой, — успокоил сына Гарри.

Добравшись до конца переулка, Джинни взмахнула волшебной палочкой и постучала по простой деревянной двери. Та беззвучно распахнулась, и Гарри последовал за семьей на Боковую — магическое сердце Эдинбурга. Стоило им переступить порог, как дверь за их спинами бесшумно захлопнулась.

Поттеры замерли, во все глаза разглядывая улицу. По сравнению с мрачным неосвещенным переулком, Боковая ослепляла буйством красок. Высоко над головами висели волшебные светящиеся гирлянды и транспаранты. Все вокруг двигалось и переливалось: хлопушки взрывались снопами искр, звезды мерцали, а подарочные свертки сияли изнутри. Каждый магазин был празднично украшен к Рождеству.

— Мама, глянь, палочка! Смотри, Санта! — завизжал Джеймс, указывая на праздничные украшения над головой.

— Санта! — радостно пискнул Эл. — Киссмас!

— Киссмас, — улыбнулся Гарри. Он обнял жену за округлившуюся талию, прижимая к себе так крепко, насколько позволяли обстоятельства, и поцеловал в щеку. — Люблю Рождество.

— И я, Гарри, — прошептала Джинни, отвечая на объятие.

Неспешно прогуливаясь по улице, указывая на иллюминацию и заглядывая в витрины, Поттеры ничем не отличались от остальных семей, любующихся праздничными огнями. Миновав местное отделение Министерства — Шотландское ведомство — и закусочную «Большой кусок», где жарили рыбу с картошкой, они услышали соблазнительный запах.

— Я хочу кусять! — объявил Джеймс, уловив аппетитный аромат, доносившийся из распахнутой двери. — Хочу картошки.

— Скоро поужинаем, Джеймс, — пообещал Гарри. — Сначала дойдем до гостиницы и зарегистрируемся. Мы останавливаемся в «Палке и чертополохе» сегодня и завтра ночью. Она как раз в конце улицы. Видишь ее? — Гарри указал на величественное гранитное здание вдали. — Нам нужно отметиться, сдать вещи, а уж потом найдем, где перекусить.

Они продолжили путь по Боковой, но уйти далеко им не удалось. Огромная толпа зевак столпилась перед рядом витрин. Судя по витиеватым зеленым буквам над входом, магазин назывался «Феникс». Никаких других вывесок не было, но судя по внушительному фасаду, перед ними красовался целый универмаг.

— Ой, какие витрины! — завопил Джеймс. Он рванул вперед, волоча за собой чемоданчик. Гарри застыл с отвисшей челюстью, разглядывая застекленные гиганты. Джинни встала на цыпочки и чмокнула его в щеку.

— В детстве мне рассказывали истории про «витрины Феникса», — поделилась она. — Когда я предложила приехать в Эдинбург на пару дней, отчасти я мечтала увидеть это своими глазами. Здесь еще грандиознее, чем я представляла.

Гарри лишь молча кивнул. Витринный фасад состоял из шести огромных окон, и в каждом разворачивалось целое представление с участием зачарованных движущихся фигур. В первой витрине, пока Санта мирно дремал в кресле-качалке, невероятно занятые домовые эльфы упаковывали подарки, привязывали бирки и отправляли их по желобу вниз. Гарри часто-часто моргнул и посмотрел на Джинни. Ему показалось, что он только что отчетливо разглядел имена Гарри, Джинни, Джеймс и Альбус на бирках, выводимых проворным эльфом. Лицо Джинни сияло.

— Я тоже это видела, — подтвердила она. — Должно быть, какое-то поисковое заклинание, вроде Карты Мародеров или защитных чар Министерства.

Эл отчаянно требовал выпустить его из коляски, а Джеймс рисковал затеряться в толпе. Пока Джинни отстегивала младшего, Гарри бросил чемоданы и вытащил возмущенного Джеймса вместе с его пожитками из гущи зевак. Надежно зафиксировав сумки на коляске и наложив на них охранное заклинание на всякий случай, Гарри усадил Эла себе на плечи.

Взяв Джеймса между собой и крепко зажав его ладошки в своих руках, Поттеры провели добрых полчаса, зачарованно глядя на ожившую сказку в витринах. Они наблюдали, как мешки укладываются в сани, как в другом окне вредный эльф будит Санту, опрокинув его из кресла, а в последней витрине — как нагруженные сани взмывают прямо сквозь стекло в ночное небо.

Главный вход в универмаг располагался как раз возле последней витрины. Двери находились на углу здания, а над ними ярко зеленела вывеска с названием магазина. Рядом с универмагом тянулся широкий проход, ведущий к улице с жилыми домами.

— Это круче, чем зоопарк! — радостно сообщил Джеймс, провожая глазами взмывающие в небо сани.

— Кручезвезд! — подтвердил Эл, глаза которого сияли от восторга. — Пока-пока, Санта! — замахал он ручкой тому месту, где скрылись сани.

Гарри подобрал чемоданы и коляску, водворил запротестовавшего Эла на место, и они продолжили путь по Боковой.

— Хочу картошки, — напомнил родителям Джеймс. — Очень-очень голодный.

— Скоро поедим, Джеймс, — пообещала Джинни, ускоряя шаг в сторону «Палки и чертополоха».

У гостиницы было два входа. Парадные двустворчатые двери в центре фасада охранял швейцар в ливрее. Справа, над входом поскромнее, красовалась вывеска «Пивной зал». Оттуда доносился шум и галдеж, но швейцар уже спешил перехватить их у своего спокойного портала.

— Мистер Поттер, миссис Поттер, — вежливо кивнул мужчина, распахивая дверь. Посыльный уже направлялся к ним за багажом. В вестибюле на пару минут воцарилась суматоха: Джинни пришлось потратить немало усилий, чтобы уговорить Джеймса расстаться с чемоданом, в котором ехал его драгоценный плюшевый мишка.

— Он невероятно ценный, обращайтесь с ним бережно, — предупредила посыльного Джинни.

Семья Поттеров последовала за молодым человеком мимо удобных мягких кресел и диванов. Справа за аркой угадывался изысканный и дорогой ресторан. Прямо по курсу находилась стойка регистрации, а боковая дверь вела в шумный бар. Расторопная ведьма-администратор быстро оформила все бумаги, и вскоре они уже поднимались на лифте в свой люкс на пятом этаже, где торопливо сбросили чемоданы. Пока они ехали в лифте, Джеймс вновь принялся громко возвещать о пробудившемся аппетитном голоде.

— Вернемся в ту рыбную лавку, — решительно объявила Джинни. — Джеймс требует чипсы, а я с тех самых пор, как мы прошли мимо, грежу о треске в кляре.

— Но… — попытался возразить Гарри.

— Ресторан при отеле выглядит роскошно, Гарри, — перебила она. — Но мне ужасно хочется рыбы, а если мы вернемся туда, нам не придется ждать официантов и приготовления заказа. Завтра вечером поужинаем здесь.

— Я о-о-чень голодный, и мне прямо сил нет как нужны чипсы, — поддержал дискуссию Джеймс.

— Ладно, возвращаемся в «Большой кусок», — согласился Гарри.

— И гороховое пюре! — добавила Джинни.

— Сейсяс! — потребовал Джеймс.

Гарри взглянул на побитые карманные часы. Было почти семь — на час позже обычного времени ужина Джеймса, а в такие моменты в нем просыпалась истинно уизлиевская сварливость. Оставив чемоданы на кровати, Гарри подхватил Эла и скомандовал отход.

— Идем.

И уже через несколько минут после прибытия они снова шагали по улице.

У витрин универмага пришлось снова сделать остановку. Магазин уже закрылся, и толпа зевак заметно поредела, но огни горели по-прежнему ярко. Эл сидел у отца на плечах и вовсю тыкал пальцем во всё подряд.

— Санта, сверток, эльф, подарок, поезда!

— Подарок, поезд, — автоматически поправил Гарри.

— Подарок, поезд, — согласился Эл. Гарри вздохнул.

— Он перерастет, Гарри, — тихонько заметила Джинни. Гарри кивнул.

— Интересно, как они это делают? — размышляя вслух, Гарри смотрел, как сани снова растворяются в ночном небе. — Должно быть, невероятно сложная магия.

— Пожалуй, лучше не знать, — ровно произнес глубокий, четкий голос. — Возможно, знание того, как устроено чудо, разрушило бы его. А может быть, это просто рождественская магия, мистер Поттер. Знаете ли, даже маглы способны чувствовать ее волшебство.

Гарри обернулся и замер лицом к лицу с дородным, румяным мужчиной с окладистой белой бородой. Сходство незнакомца с аниматронным Сантой из витрины было поразительным.

— Санта! — восторженно завопил Эл. Мужчина лучезарно улыбнулся и поправил очки-половинки на носу.

— Санта! — подтвердил Джеймс. — А где твоя кпасная мантия?

— Вы правда думаете, что я — настоящий Санта, Эл? А ты, Джеймс? — лукаво прищурился бородатый мужчина. — Разве Санта не должен быть сейчас ужасно занят? У него столько дел, ему некогда разгуливать по Эдинбургу и разглядывать витрины. Наверное, я просто чуточку похож на Деда Мороза.

Лицо Джеймса забавно морщилось в раздумьях. Мужчина улыбнулся, подмигнул Гарри с Джинни, и его глаза весело заискрились.

— Если только я не тот, за кого вы меня принимаете. Может, я без красного кафтана как раз для того, чтобы меня не узнали? Вдруг я под прикрытием инспектирую улицы, чтобы проверить, кто из детей вел себя хорошо, а кто баловался? А вы хорошо себя вели в этом году? — спросил он.

— Да! — пискнул Эл, так энергично закивав, что с него слетела шапка.

— Каждый день? — испуганно переспросил Джеймс. Мужчина рассмеялся и ласково потрепал Джеймса по макушке.

— Большую часть времени — да, — пришел на помощь Гарри.

— Ну тогда ладно, — кивнул незнакомец. Он опустил взгляд на Джеймса, улыбнулся, а затем перевел глаза на Гарри и Джинни. — Это я, — сообщил он, указывая на витрину, где висела табличка: «Самый жаркий день Санты при поддержке универмага Н. Дж. Феникса». — Можете звать меня Ник, — добавил он.

— Санта, хосю мартыску на Киссмас! — снова затянул Эл.

— И мне мартышку, пожалуйста, — попросил Джеймс.

— Обезьянки, говорите? Что ж, я посмотрю, что можно сделать, — пообещал мужчина. — Только вам придется вести себя безупречно все эти дни, мальчики.

— Будем! — пообещал Джеймс.

— Бузем! — яростно закивал Эл.

— Ну а мне пора. Было приятно познакомиться, мистер Поттер, миссис Поттер, молодые люди, — произнес мужчина, развернулся на каблуках и неспешно зашагал прочь по улице.

— Пока, Санта! — крикнул Джеймс.

— Пока-пока, Санта! — добавил Эл.

Гарри посмотрел на старшего сына:

— Как думаешь, Джеймс, он и впрямь был Санта-Клаусом?

— Угу, — с абсолютной уверенностью кивнул Джеймс.

— С чего ты взял? — поинтересовалась Джинни.

— Потому что он знал как нас завут, — мудро изрек мальчик.

Гарри улыбнулся жене, но промолчал. И его, и Джинни узнавали на улице постоянно, а любой, кто хоть немного интересовался волшебной прессой, знал имена всех их детей. «Пророк» вообще вовсю строил дикие догадки насчет пола и имени будущего ребенка Поттеров. Мужчина, в котором Гарри безошибочно признал владельца универмага Ника Феникса, просто ловко подыграл праздничной атмосфере.

— Забавный человек, — тихонько проговорил Гарри. — Детишек он провел мастерски. Как думаешь, он действительно мистер Феникс?

— Конечно нет, Гарри, — громко ответила Джинни. — Он и был настоящим Сантой, просто постеснялся признаться. — Заметив ее мимолетное подмигивание и хитрый взгляд вниз, Гарри сообразил, что Эл внимательно слушал.

— Санта! — радостно подтвердил Эл.

У прилавка «Большого куска» выстроилась длинная очередь из желающих взять еду навынос. Внутри также обнаружилось полдюжины столиков, два из которых пустовали.

— Может, поедим здесь, а не возьмем с собой? — предложил Гарри.

— Да, — согласился Джеймс. Джинни пожала плечами и кивнула.

Простые деревянные столы были лишены таких излишеств, как скатерти. Обстановка оказалась спартанской, хотя в попытке отдать дань празднику промышленного размера солонку и бутылочку с уксусом украшали ленты мишуры. Гарри повел семью к наиболее чистому на вид свободному столику, но их чуть было не опередила суетливая женщина, которая на ходу взмахнула палочкой и быстренько протерла его.

Стоило им войти, как их тут же узнали. Гарри услышал, как фамилия «Поттер» передается из уст в уста с нарастающим изумлением. Именно поэтому он терпеть не мог ходить по магическим забегаловкам. Несколько человек в очереди с любопытством обернулись. Кто-то из невидимых углов крикнул:

— Шо ж вы тут забыли, Поттер?

Пока Гарри лихорадочно соображал, что ответить, Джеймс взял инициативу в свои руки.

— Я голодный, хосю чипсы! — громко заявил он. Очередь дружно засмеялась.

— Отличный ответ, малыш, — отозвалась пожилая женщина. — Веселого Рождества!

— И счастливого Хогмани вам, — вежливо ответил Гарри, мысленно поблагодарив судьбу за то, что пару лет назад они с Джинни поддались на уговоры и посетили праздничный келихи Шотландского ведомства.

Женщина улыбнулась и отвернулась к спутнику. Остальные посетители тоже расслабились. Напряжение, вызванное появлением Поттеров, сошло на нет. Любопытным новичкам, заходившим в конец очереди за едой, объясняли: «Мелкотня требует чипсов», и этого было вполне достаточно.

Ведьма, протиравшая столик, на время разговора куда-то исчезла, но вскоре вернулась, притащив высокий детский стульчик для Эла. Джинни сделала заказ, пока Гарри усаживал довольного младшего сына. Прошло всего несколько минут, как официантка принесла еду.

— Ого, — уставился на тарелку Джеймс. — Столько чипсов! А это што?

— Рыбная котлетка, Джеймс, — пояснила Джинни. — Нельзя же питаться одними чипсами.

— Мозу! — безапелляционно заявил Джеймс с абсолютной уверенностью, свойственной всем трехлеткам.

Гарри разрезал одну котлету пополам и пододвинул Элу. Джеймс не возражал, однако делиться собственными чипсами категорически отказался, несмотря на внушительную порцию. В итоге Гарри и Джинни пришлось подкармливать Эла со своих тарелок.

К концу ужина веки Эла начали слипаться. Гарри расплатился с официанткой и уже собирался вытащить мальчика из стульчика, как вдруг Джеймс шумно выдохнул, уткнулся лицом прямо в тарелку и мгновенно заснул.

— Прекрасно его понимаю. День выдался тяжелым, — зевнула Джинни. — Придется тащить его в отель на руках. Я возьму Эла, а ты сможешь донести Джеймса, Гарри?

— Конечно, — ответил Гарри, бережно приподняв лицо сына из тарелки, стер с его щеки следы горохового пюре, раскрошенных чипсов и уксуса, а затем аккуратно подхватил спящего малыша на руки.

— Я всё есе хосю мартыску, пьяллста… — пробормотал Джеймс, устраивая голову у отца на плече и удобно укладываясь на сгибе руки.

Когда они выходили из ресторана, в зале оставался всего один занятый столик, а очередь у прилавка полностью рассосалась. Обслуживавшая их ведьма любезно придержала для них дверь.

— Спасибо! Вы ведь скоро закроетесь, как только эти доедят? — бросила Джинни взгляд на застрявшую за едой семью.

Официантка улыбнулась и покачала головой:

— Сейчас у нас будет пара тихих часов, до закрытия пабов, а потом начнется сумасшествие часа на полтора-два. Мы работаем до полуночи.

Поттеры не спеша двинулись по практически опустевшей улице. Праздничная витрина продолжала работать, но перед ней стояли всего пара семей. Когда они равнялись с универграмом, из бокового проулка донесся громкий, отчаянный вопль.

— Нет-нет… — голос сорвался на горькие рыдания.

— Што эта? — мгновенно проснувшись, спросил Джеймс.

— Чаво? — подхватил Эл. Гарри и Джинни обменялись тревожными взглядами, в которых без слов читался целый диалог:

Похоже, кому-то нужна помощь.

Да, но как же дети? Ты присмотришь за ними?

Нет, пойдем все вместе.

Джинни вытащила волшебную палочку и кивком показала Гарри следовать за ней.

Крепко держа проснувшихся детей на руках, Гарри и Джинни осторожно заглянули в темный переулок. Источник шума обнаружился быстро. Возле служебной двери, согнувшись пополам и закрыв лицо руками, сидел тот самый человек, с которым они беседовали всего полчаса назад.

— Мистер Феникс? — окликнул его Гарри. — Вы в порядке?

— Меня ограбили! — всхлипнул он. — Какой-то подлый негодяй оглушил меня со спины, я только и услышал «Ступефай», а когда пришел в себя, вот…

Мужчина поднял голову, являя взору сияющее и абсолютно гладко выбритое лицо.

— Мою бороду, — зарыдал он.

Гарри почувствовал, как Джеймс заворочался у него на плече.

— Кто-то ста-арил бо-ороду Санты! — заревел Джеймс, не выдержав. Малыш горько заплакал. Эл тут же присоединился к брату.

— Не плачьте, мальчики, — успокоила их Джинни. — Мы сейчас всё исправим. — Она направила палочку прямо на лицо пострадавшего. — Пожалуйста, сидите тихо-тихо, Санта, — попросила она.