Глава 2: Глава 2: Обслуживание номеров

Марк продолжал искоса наблюдать за тремя разодетыми в пух и прах бизнесменами за соседним столиком. Они всё ещё не сводили глаз с его девушки. Он указал на них Лавандере ещё во время подачи основного блюда.

— Они ведут себя так же незаметно, как акула в детском надувном бассейне, — прошептал он ей. Она лишь рассмеялась, обернулась и одарила трёх волшебников средних лет одной из своих самых томных улыбок.

Её каштановые кудри были уложены в высокую затейливую причёску, а лицо, как обычно, было безупречно накрашено. Марк поймал себя на том, что не может оторвать взгляда от её губ. Они поблёскивали в свете ламп — в яркой розовой помаде, казалось, были вкрапления блёсток. Она оживлённо болтала, как всегда. Марк смотрел на неё, улыбался и кивал. Он знал: пытаться перебить её — дело безнадёжное. Она активно жестикулировала, доказывая что-то важное о современной магловской моде — тема, в которой он ровным счётом ничего не смыслил. Вырез «бато» на её трикотажном платье сполз набок, обнажив плечо. След от волчьего укуса был едва заметен. Марк улыбнулся, вспомнив, что ещё год назад понятия не имел, что такое вырез «бато».

Когда она сделала паузу, чтобы перевести дух, он снова огляделся. «Волшебная палочка и чертополох» был заведением традиционным и довольно старомодным, поэтому в знак уважения к почтенной обстановке большинство посетителей были облачены в классические мантии. Как обычно, они с Лавандерой выделялись. Хотя некоторые молодые гости тоже были в магловской одежде, их было меньшинство, и уж точно никто не одевался так, как она.

Они оба предпочитали стиль «кэжуал-шик», по крайней мере, так утверждала Лавандера. На Марке были чёрные чиносы и нежно-зелёное поло — подарок Лавандеры на день рождения. На ней — облегающие чёрные леггинсы с кружевной отделкой ниже колен, туфли на шпильках и ярко-розовое платье-свитер. Несмотря на свободный ворот, ниже груди платье плотно облегало её изгибы и едва прикрывало бёдра. Из-за их внешнего вида появление пары вызвало лёгкий переполох. Марк уже привык к этому. Его девушка всегда любила быть в центре внимания.

Она замолчала ровно настолько, чтобы изящно доесть последний кусочек десерта. Закончив, она аккуратно положила ложку и вилку в пустую вазочку и сложила руки на столе. Накладные ногти были того же оттенка розового с блёстками, что и её губы, и туфли. Марк уже собирался заметить это, но она заговорила первой:

— Это было очень вкусно. Как тебе твой яблочный тарт, Марк?

— Хорошо, — ответил он. — Но его было маловато, что жаль. Ты же знаешь, как я люблю вкусные тарты, Лавандера. — Он сохранил невозмутимое выражение лица, глядя прямо в её фиалковые глаза. Лавандера хихикнула.

— Вы закончили, сэр, мадам? — поинтересовался молодой официант, подойдя, чтобы убрать посуду. Марк грустно кивнул. Даже спустя столько лет его поражало, насколько лучше становится обслуживание, когда он обедает с Лавандерой.

— Да, спасибо, — сказала она. Одарила официанта лучезарной улыбкой, затем повернулась к Марку, всмотрелась в его лицо и театрально вздохнула. — В это время года я мечтаю оказаться в Австралии или хотя бы в Антарктиде. Шестнадцать часов ночи! Семнадцать, если я останусь у тебя! Для меня это будет рекорд. Ненавижу зиму с её длинными ночами и короткими днями. Ненавижу Рождество.

Он протянул руку через стол и утешающе сжал её ладонь.

— По крайней мере, это не ночь сочельника или Рождества, Лавандера, — сказал он. — Это ночь с двадцать третьего на двадцать четвёртое. Я буду с тобой всю ночь, ты же знаешь. Кстати, отличные ногти, подходят к туфлям.

Лавандера на мгновение улыбнулась, в её глазах блеснул огонёк, но она была полна решимости оставаться мученицей своего состояния. К этому Марк тоже привык.

— Тебе легко говорить, Марк, — капризно проворчала она. — Это не ты превращаешься в волка в каждое полнолуние.

Молодой официант выронил десертные вазочки и попятился, в ужасе сделав два шага назад. Посуда с оглушительным звоном разбилась о пол. Фоновый гул разговоров стих, в ресторане воцарилась напряжённая тишина, и все обернулись посмотреть, что происходит.

— Неуклюжий олух, — бросил один из трёх бизнесменов.

Уголки губ Лавандеры опустились, она печально опустила взгляд. Марк знал: это первая стадия. К тому моменту, как она подняла голову, чтобы испепелить мужчину взглядом и оскалиться в ярости, Марк уже был рядом. Он мягко приложил палец к её губам. К его удивлению, это сработало.

— Принесите счёт, пожалуйста, — твёрдо сказал Марк официанту. — Мы с моей девушкой подождём его в фойе, и я хочу, чтобы его принёс метрдотель!

— Марк… — прорычала Лавандера.

— Я не позволю тебе «малки» этого придурка, Лавандера, — сказал Марк, переходя на шотландский акцент, который использовал только в моменты раздражения. Он говорил тихо, но достаточно громко, чтобы тот человек услышал. — Здесь полно семей, которые хотят спокойно поужинать. До Рождества всего пара дней. Мы не будем устраивать сцену и портить людям вечер, договорилась? — Он с тревогой заглянул в лицо своей девушки, наблюдая, как её взгляд мечется по шумному залу.

— Устроишь скандал — потеряешь преимущество, Лавандера, — добавил он. — А ты ведь знаешь, как любишь быть наверху. — Лавандера снова хихикнула.

Она приняла предложенную им руку и позволила отодвинуть стул.

— Спасибо, Марк, — сказала она. — Приятно знать, что в мире ещё остались джентльмены. — Она взяла его под руку, презрительно прищурилась на официанта и гордо прошествовала к выходу.

Лавандера умела уходить с достоинством. Марк последовал за ней, раздумывая, не спросить ли, где она тренировалась, но решил промолчать. В фойе было почти пусто. Только дежурная ведьма за стойкой подняла глаза, когда они вошли, и продолжила украдкой разглядывать их. Марк знал: всё дело в одежде.

— «Малки»? — спросила она. — Это что-то новенькое.

— Это значит «врезать», «отлупить», «напасть», ну, в таком духе, — пояснил он. Она усмехнулась.

Он направился к дивану, но Лавандера решительно повела его к большому кожаному креслу. Она почти втолкнула его туда, сбросила туфли, забралась к нему на колени и обхватила ноги руками, положив подбородок на колени и надув губы.

Марк просто заключил её в объятия, одной рукой поглаживая по бедру, другой — по босой ступне. Она прижалась к его груди.

— Ханжа, — проворчала она ему в рубашку. — Я так чудесно проводила время, а он всё испортил! Он идиот.

Марк крепче обнял её и поцеловал в макушку.

— В этом мире все идиоты, кроме нас с тобой, — сказал он.

— И то я не всегда уверена насчёт тебя, — тут же добавила Лавандера.

Марк улыбнулся; это была старая, глупая шутка, которую они повторяли уже несколько лет. Он автоматически произнёс следующую реплику:

— Нет, идиотка здесь ты; ты же встречаешься со мной, разве нет? — Как только он закончил, она подняла голову и улыбнулась. Обвив руками его шею, она поцеловала его. Они целовались, пока их не прервали.

Метрдотель громко кашлянул и произнёс:

— Прошу прощения, сэр и мадам, ваш счёт. — Он протянул им чек на серебряном подносе.

— Нет, он Марк, а я Лавандера, — легкомысленно бросила она. Метрдотель не оценил.

— Вашему официанту не помешало бы научиться такту, — сказал Марк, внимательно изучая счёт. — Он не должен ронять тарелки и убегать. Это расстраивает мою девушку.

Лавандера со слезами на глазах посмотрела на мужчину. Это было впечатляющее проявление эмоций, но метрдотель остался невозмутим.

— Думаю, она заслуживает извинений, — сказал Марк. — И этот счёт неверный.

— Неверный, сэр? — метрдотель изобразил удивление.

— Вы включили в него необязательный сервисный сбор. Не вижу причин оставлять чаевые человеку, который оскорбил мою девушку, — отрезал Марк.

— Вы гости нашего отеля, сэр? — спросил метрдотель.

— Это что-то меняет? — резко спросил Марк. Он начинал злиться. Если этот тип попросит их уйти, он предъявит документы. — Ресторан открыт для публики. Мы имеем право здесь находиться.

— Разумеется, сэр. Но это частное владение, и «Волшебная палочка и чертополох» может отказать в обслуживании любому, — мягко ответил метрдотель. — Вы действительно наши гости, но по закону мы имеем право удалить нарушителей спокойствия.

— Нарушителей! — презрительно фыркнула Лавандера.

Марк почувствовал, как накаляется обстановка. Лавандера уже «закипала», и если метрдотель не сбавит обороты, она скоро взорвётся. Он отпустил её. Она спрыгнула с его колен и встала, глядя на мужчину. Метрдотель был крупным, высоким и широкоплечим, он возвышался над Лавандерой, особенно теперь, когда она была босиком, но выглядел обеспокоенным. И правильно, подумал Марк, вскакивая на ноги и вставая за её спиной.

— Вы действительно хотите, чтобы я устроила беспорядки? — тихо спросила Лавандера.

Марк встал рядом, обнял её за плечи и полез в карман за удостоверением сотрудника юридического отдела.

— Меня зовут Марк Мун, и я… — начал он. Но договорить не успел: внезапный плач детей заставил его замолчать.

Метрдотель посмотрел мимо них, его глаза расширились от беспокойства. О Марке и Лавандере мгновенно забыли: и метрдотель, и дежурная ведьма поспешили на звук. Марк обернулся и увидел Поттеров. Гарри нёс Джеймса, который рыдал у отца на плече. Альбус, воя в голос, прижался к округлившемуся животу Джинни, вытирая сопливый нос о воротник её пальто.

— Всё в порядке, босс? — громко спросила Лавандера.

— Очевидно, нет, Лавандера, — огрызнулась Джинни. — И не называй его боссом.

— Привет, Лавандера, привет, Марк, — сказал Гарри, стараясь перекричать детский плач. — У нас небольшая семейная драма. Я собирался заглянуть к вам в отдел, как только успокою мальчиков, судебный пристав Мун. Кто сегодня дежурный? Или… у вас планы? Вы куда-то собираетесь или хотите подняться к нам в номер на чашечку кофе?

Марк испытал злорадное удовольствие, увидев панику на лице метрдотеля. Как только Лавандера выкрикнула своё легкомысленное приветствие, тот понял, что оборотень, которого он собирался выставить, — мракоборец, а благодаря Гарри теперь знал, что Марк — судебный пристав.

— Этот идиот как раз собирался нас выгнать, — ухмыльнулась Лавандера метрдотелю. — Так что мы с удовольствием поднимемся к вам, Гарри.

— Я исправлю ваш счёт и пришлю его в номер Поттеров, мадам, — метрдотель коротко поклонился и удалился.

— Вам стоит поговорить со своим официантом о его отношении к оборотням, — бросил Марк. Спина мужчины напряглась, но он промолчал.

— Кто-нибудь, распорядитесь прислать в наш номер кофейник на четверых и два горячих шоколада, — крикнула вслед Джинни.

— Конечно, миссис Поттер, — отозвалась дежурная ведьма.

Марк наблюдал, как метрдотель зашагал в ресторан. Лавандера не обращала на него внимания. Казалось, она совершенно забыла об инциденте. Она суетилась вокруг мальчиков Поттеров.

— Привет, маленький Джеймси-Веймси, — ворковала Лавандера неестественно высоким голосом. — Что случилось, милый?

— Кто-то украл бороду Санты, — всхлипнул Джеймс. — И мамочка не смогла её починить!

— Я уверена, это был не настоящий Санта… — начала Лавандера. Испепеляющий взгляд Джинни мгновенно заставил её замолчать.

— Мы расскажем, что произошло, когда поднимемся наверх, — сказал Гарри, выразительно глядя на детей.

Пока Лавандера подбирала туфли и покорно следовала за Поттерами к лифту, Марк с любопытством смотрел на Джинни. Ему никогда не удавалось так заткнуть Лавандеру. Даже Дон Браун, её отец, не мог заставить её замолчать так быстро. Это было поразительно. Но ещё больше Марка поразили слова Джеймса.

— Этот… э-э, человек, э-э… Санта, — осторожно начал Марк. — Его сначала оглушили, а потом побрили?

— Да. — Гарри выглядел удивлённым. Джеймс перестал рыдать и уставился на Марка.

— И вы пытались, но не смогли отрастить бороду обратно с помощью магии, — продолжал Марк.

— Откуда ты это знаешь? — подозрительно спросила Джинни.

— Что ты знаешь? — потребовал Гарри.

— Да, что ты знаешь? — повторил Джеймс. Альбус тоже повернулся и уставился на Марка. Тот внезапно забеспокоился, не сказал ли лишнего. Это могло быть просто совпадением, хотя и очень странным.

— Ты знаешь, кто это сделал? — спросил Джеймс. Марку потребовалась секунда, чтобы осознать вопрос.

— Похоже на работу «Бородатого охотника», Джеймс, — серьёзно сказал Марк. — Но сейчас уже слишком поздно, да и вообще, наша очередь только в следующем декабре.

— Бородатый охотник! — Лавандера прыснула со смеху. — Ты всё выдумал… — Снова взгляд Джинни заставил её умолкнуть.

— Бородатый охотник? — встревоженно спросила Джинни.

— Почему слишком поздно? И что значит «не ваша очередь»? — потребовал Гарри, когда двери лифта открылись. Он не дал Марку ответить. — Нет, подожди, поговорим, когда будем в номере, — скомандовал он.

Марк пытался собраться с мыслями. Это же Поттеры! Лавандера знала их очень хорошо. Они учились на одном факультете, в одном классе, а теперь она работала у него. Марк встречался с ними несколько раз, сначала по работе, потом благодаря отношениям с Лавандерой. Он знал их достаточно, чтобы поздороваться, но, в отличие от Лавандеры, не считал себя их другом.

За эти годы Лавандера пару раз брала его на вечеринки к Гарри и Джинни, но Марк не любил шумные компании и не видел Поттеров с тех пор, как родился Альбус. С двумя маленькими детьми Поттеры редко выбирались в свет.

Гарри только успел открыть дверь номера, как появился метрдотель с серебряным подносом.

— Ваши напитки, мистер Поттер, — сказал он, ставя поднос на стол в роскошной гостиной. — Разлить по чашкам, миссис Поттер?

— Нет, спасибо, — ответила Джинни.

Метрдотель повернулся к Марку:

— Я хотел бы принести извинения от лица «Волшебной палочки и чертополоха», мракоборец Браун, судебный пристав Мун. Боюсь, произошло недопонимание, мой официант не полностью ввёл меня в курс дела. Плата за ваш ужин взиматься не будет.

Марк закатил глаза.

— Извинения приняты, — сказал он.

— Не будьте слишком строги к парню, — добавила Лавандера.

— Разумеется, мадам. Сэр. — С вежливым поклоном мужчина удалился.

— Горячий шоколад, а потом спать, — твёрдо сказала Джинни мальчикам. Она попробовала напитки, дала один Джеймсу, охладила другой палочкой и перелила в детскую кружку, которую Гарри достал из чемодана.

— А теперь рассказывай про этого «Бородатого охотника», Марк, — приказал Гарри.

— Да, — повторил Джеймс, снова подражая отцу. — Рассказывай про бородатого охотника, мистер Марк.

Марк посмотрел на мальчиков; они выглядели серьёзными и встревоженными. Он гадал, что же произошло.

— Да, расскажи нам всем чудесную историю, дядя Марки, — сладко улыбнулась Лавандера.

— Наверное, это прозвучит глупо, — начал Марк и глубоко вздохнул. — Восемь лет назад, в конце ноября 1999 года, я был в патруле. Возвращался в офис и услышал, как кто-то воет. Пошёл проверить и нашёл пожилого мужчину, сидящего на мостовой. Его оглушили, а бороду сбрили. Он был раздражён и смущён. Пытался отрастить её магией, но не вышло. Я предложил заявить в полицию, но он отказался. Его оглушили, но больше не причинили вреда, ничего не украли, кроме бороды. Я рассказал шерифу, когда вернулся, а он сказал, что видел то же самое три года назад. Тот человек тогда подал заявление. Но это было в 96-м, и мы решили, что кто-то просто ищет маскировку.

Первого декабря 2002-го всё повторилось. Я узнал об этом только через несколько дней, потому что жертву нашёл другой пристав. И в тот раз, как и в прошлый, пострадавший отказался выдвигать обвинения.

— Ты это выдумал, Марк? — подозрительно спросила Лавандера.

— Нет, — твёрдо покачал он головой. — Это безумие: раз в три года, в конце ноября или начале декабря, кто-то крадёт бороду. Все говорили мне забыть об этом, но меня всегда увлекали странные вещи…

— Никогда бы не подумала, — сказала Джинни, лукаво взглянув на Лавандеру. К счастью, та рассмеялась.

— Кроме случая в 96-м, заявлений не было, так что расследовать было нечего. Как ты знаешь, Лавандера, в 2004-м я перевёлся в Йорк. Там мы и встретились снова. Вскоре после того, как мы начали… встречаться… то же самое произошло в Йорке. Я думал, кто-то решил подшутить надо мной. Но поговорил с сотрудниками местного юридического отдела и выяснил, что там это тоже происходит каждые три года.

— Ты с ума сошёл, это же бред, Марк, — сказала Лавандера. — Почему ты мне не рассказывал?

— Потому что думал, ты скажешь, что я спятил, — сухо ответил он. Джинни усмехнулась. Лавандера улыбнулась ему и прижалась к его плечу.

— Ты знаешь, где третье место? — спросил Гарри. Марк удивлённо посмотрел на главу мракоборцев. Гарри Поттер действительно воспринимал это всерьёз.

— Да, Кардифф, — ответил Марк. — Кражи происходят каждый год: Эдинбург, Кардифф, Йорк, потом снова Эдинбург.

— Значит, в этом году должен был быть Кардифф, — сказал Гарри.

— Так и был Кардифф, — подтвердил Марк. — У меня есть друг, Рис Оуэн, пристав в Уэльском офисе. Вы встречались, но вряд ли помните. В общем, это он, когда я был в Йорке. А в Йорке нас с Рисом информирует Рианна Ригглсворт.

— Рианна из Йорка? Почему ты никогда не упоминал её раньше? — потребовала Лавандера.

— Дай-ка я уточню, — сказал Гарри. — Каждый год, в конце ноября…

— Или в самом начале декабря, — вставил Марк.

— …мужчину оглушают и сбривают ему бороду, — продолжил Гарри. — И это происходит с… когда, ты говоришь?

— Самый ранний случай, который мы нашли, был пятнадцать лет назад, в Йорке, в 1992-м, — сказал Марк.

— Ты занимался исследованиями? — хихикнула Лавандера. — Я знала, что твоя жизнь была скучной, пока я не добавила в неё перчинки, Марки. Но серьёзно, охотиться за крадеными бородами?

— Мы сталкиваемся с кучей странных выходок, Лавандера, — твёрдо сказал Марк. — Я знаю, мы не мракоборцы, но странностей хватает. Ты же знаешь, как легко волшебнику перемещаться с места на место. Мы с Рисом и Рианной встречаемся три-четыре раза в год, выпить и обсудить дела. Всё, от новых методов взломщиков до серии атак заклинанием Денсауджио, что были в начале года.

— Мне нравилось это заклинание, — улыбнулась Лавандера, вспоминая что-то давно забытое.

— Ну так вот, Рис поймал «зубную фею»… — после того как Джинни одарила его испепеляющим взглядом, Марк поспешно пояснил испуганным мальчишкам: — Это мы её так прозвали, потому что она нападала на зубы. Она не была настоящей зубной феей. В общем, Рианна и я передали информацию Рису, и он её поймал. Мы бы очень хотели поймать «Бородатого охотника» или хотя бы понять, зачем он это делает.

— Есть теории? — спросил Гарри.

— Единственная теория: он работает… — Марк осторожно посмотрел на Джинни, затем обратился прямо к мальчикам: — …ненастоящим Санта-Клаусом в магазине. Он всегда выбирает длинные белые бороды. Мы думали, может, он делает из них накладные. — Марк беспомощно пожал плечами. Он с тревогой посмотрел на Лавандеру и увидел, как в её глазах вспыхнуло осознание.

— Борода Мерлина! Ты ведь проверял, правда? — рассмеялась она. — Ты действительно проверял! Ты ходил и допрашивал Санта-Клаусов! Сколько бород ты дёрнул, Марк?

— Это не смешно, — сказал Джеймс. — Ты ужасная.

— Ужасная, — подтвердил Альбус.

Лавандера сникла; она искала поддержки у Джинни и Гарри, но не получила её.

— Она просто шутит надо мной, мальчики. Не над Сантой, — сказал Марк. — Она не хотела ничего плохого, она знает, что непослушные девочки не получают подарков. Мы поможем вашему папе выяснить, что случилось, правда, Лавандера?

* * *

Лавандера проснулась медленно. В постели Марка было тепло и уютно. Несмотря на отсутствие ярких красок, рюшей и стальной клетки, требуемой законом для её превращённого состояния, эта спальня стала для неё таким же убежищем, как и её собственный дом. Марка рядом не было; она всё ещё чувствовала их смешанные ароматы, но самого Марка не было, как и мягкого звука его дыхания.

По мере приближения полнолуния обоняние Лавандеры обострялось. Она глубоко вдохнула и уловила отдалённый запах жареного бекона — он готовил завтрак. Непослушные девочки всё же получают подарки, подумала она, лениво и довольно открывая глаза. Было ещё темно, но это ожидаемо — день зимнего солнцестояния, самый короткий в году. Сегодня в Южной Шотландии будет всего семь часов дневного света.

Лавандера потянулась, наслаждаясь ощущением простыней на обнажённой коже. Она снова принюхалась. Запах изменился и усилился. Теперь она точно знала: жарится бекон. Она выскользнула из тепла постели в прохладный воздух спальни, гадая, не выпал ли за ночь снег. Раздвинув шторы, она уставилась в серую тьму. На востоке едва брезжил рассвет; покатые крыши Старого города Эдинбурга образовывали неровный горизонт из дымоходов, фронтонов и коньков. День был серым, но снега не было.

Она вспомнила вчерашний вечер. Марк пообещал мальчикам Поттерам, что они помогут их папе найти того, кто украл бороду Санты. Это было нелепо, но Джеймс и Альбус были убеждены, что встретили настоящего Санта-Клауса, а поскольку Гарри и Джинни поддержали эту веру, мальчики очень переживали, что будет на Рождество. Марк воспринял всё до смешного серьёзно. Он даже отвёл Гарри в Шотландский офис, где шериф подтвердил его слова.

Покачав головой, Лавандера открыла комод Марка и выбрала брюки и рубашку, которые он наденет сегодня. Нежно-зелёное поло, в котором он был вчера, валялось на полу — она сама бросила его туда прошлой ночью. Его брюки и бельё тоже лежали в ногах кровати. Она подняла поло и натянула его на себя. Схватив сумочку, она вышла из спальни и сделала три шага через крошечный коридор в ванную. Решила, что примет душ позже. Она быстро поправила макияж и, глядя в зеркало, подумала, не купить ли Марку на Рождество зеркало в спальню.

Она вошла на кухню как раз в тот момент, когда Марк выкладывал хрустящий бекон и ломтики жареных помидоров на поджаренный хлеб. Он намазал второй кусок коричневым соусом и закончил сэндвич. Передал ей тарелку. Это был её любимый завтрак, и он об этом знал.

Марк почти всегда был мил, но сегодня он был особенно любезен, а это значило…

— Я заварил кофе, — сказал он, прерывая её мысли. — Могу сделать чай, если хочешь.

Лавандера откусила сэндвич, посмотрела на него и улыбнулась. Он действительно был очень мил.

— Мой любимый Эмм-мм-мм… — начала она, произнося его инициалы как гортанное мурлыканье.

— Мы обещали мальчикам, что поможем, Лавандера, — напомнил он. — Ты обещала своему боссу. Миссис Поттер не трансгрессирует, пока беременна…

— И использование каминной сети или портала вызывает у неё тошноту, я знаю, Марк! Вот почему они используют летающую машину. — Лавандера вздохнула. — И поэтому они собираются расследовать всё в Переулке, чтобы поймать Бородатого охотника и найти этого таинственного Санту, который сбежал, когда заклинание Джинни не сработало. Но мы не на работе. Мы в отпуске, и мы должны были вместе ходить за рождественскими покупками, — напомнила она. — Мы могли бы сначала сходить на Косую аллею, а потом отправиться в Кардифф и Йорк. Поговорим с твоими друзьями из юридического отдела, когда закончим с покупками.

— Нам действительно стоит… — начал Марк.

Он не успел договорить. Лаванда сцепила пальцы в замок и подняла руки над головой. От этого движения её рубашка — его рубашка — задралась на несколько дюймов, открыв весьма любопытный вид. Этого оказалось достаточно, чтобы он умолк. Она опустила руки ему на плечи, приподнялась на цыпочки и поцеловала его.

— Пожалуйста, скажи «да», Эммси-Вэмси. Ну пожалуйста… с вишенкой на торте в виде Лаванды.

Он сдался.

На Чаринг-Кросс-роуд было людно, и им потребовалось время, чтобы добраться до «Дырявого котла». В ярком и шумном пабе яблоку негде было упасть. Им пришлось пробираться сквозь толпу, и они почти достигли двери в задний двор, когда Лаванда услышала обрывок разговора.

— …клянусь бородой Мерлина, подлинник! — произнес мужской голос. — Амулет, защищающий от воров.

Лаванда дернула Марка за руку, заставляя остановиться, и знаком велела ему молчать.

— Ой, Стэн, — услышала она ответ женщины. — Что мне с тобой делать? Зачем ты тратишься на клочок белой бороды?

— Всего пятнадцать сиклей, Белла, — запротестовал мужчина.

Любопытство взяло верх, и Лаванда, потянув Марка за собой, направилась к говорившим.

Мужчина держал тонкую цепочку, по виду серебряную. На ней болталась стеклянная линза диаметром около дюйма, внутри которой что-то плавало.

— Красиво, — солгала Лаванда, улыбаясь парочке.

Мужчине было за тридцать, он был худощав и небрит. Его спутница, такая же тонкая, была, вероятно, на несколько лет моложе. Её мышино-русые волосы висели паклями, закрывая левый глаз — очевидно, она считала это модной прической.

— Это амулет защиты, — с готовностью отозвалась ведьма с сальными волосами. — Отдам за галлеон.

— Это мусор, — начал было Марк, но Лаванда шикнула на него, призывая к тишине.

— А что это там внутри? — спросила Лаванда.

— Это и есть источник силы, — пояснила Белла. — Клочок волос из бороды самого Мерлина.

— Правда? — Лаванда изобразила изумление. Почувствовав, что Марк снова собирается что-то сказать, она крепко сжала его ладонь.

— У меня и гарантия есть, и всё такое, — сказал Стэн и протянул ей квадратный кусочек пергамента.

Лаванда быстро пробежала его глазами и чудом удержалась от смеха.

Амулет защиты от воровства! Гарантировано! Этот амулет убережет владельца от обмана, надувательства, одурачивания и прочих козней негодяев! Наличие шести дюжин волосков из бороды Мерлина гарантирует эффективность!! Мое имя — моя гарантия!!! Фелониус Крукс, Борода Мерлина, Корнуолл.

— У кого вы его купили? — с любопытством спросила Лаванда.

Парочка обменялась настороженными взглядами.

— Я дам вам галлеон, и амулет останется у вас, если вы мне скажете, — предложила Лаванда.

— Один тип продает их из чемодана в Лютном переулке, — сказал Стэн, жадно хватая монету.

Покинув паб, они медленно двинулись по Лютному переулку. Верхняя часть улицы, ближайшая к Косому переулку, была оживленной. Несмотря на прохладу, уличные кафе не пустовали. С тех пор как Джастин Финч-Флетчли выкупил старую лавку «Горбин и Бэркес» и открыл там свой магазин одежды «Финч», этот сомнительный район начал медленно преображаться. Имя Джастина и бренд «Зяблик», специализирующийся на магловской моде для молодых волшебников, приносили ему целое состояние.

Некоторые соседние лавки тоже начали повышать уровень. За последние пару лет появилось еще несколько магазинов одежды. Склонность молодежи носить магловскую одежду поначалу вызывала много споров, и не всегда лестных. Однако, поскольку Гарри, Джинни и большинство членов ОД носили магловские вещи даже на министерские мероприятия, времена менялись. Как только они миновали «Финч», улица постепенно вернулась к своему привычному облику — мрачному и унылому. Они прошли мимо тату-салона и вошли в зону, где на лотках торговали всякой всячиной, зачастую краденой. Лаванда первой заметила маленького человечка с чемоданом.

— Черт, — прошептала Лаванда. — Марк, тебе придется взять инициативу на себя.

— Почему? — спросил он.

— Потому что это не «Фелониус Крукс», а Наземникус Флетчер. Он хорошо известен Управлению магического правопорядка, да и нам тоже. Многие старые авроры арестовывают его «по подозрению», как только видят.

— По подозрению в чем? — уточнил Марк.

— По подозрению в том, что он Наземникус Флетчер, а значит, замышляет что-то недоброе, — улыбнулась она. — Я сама его однажды арестовывала, а он никогда не забывает лиц, так что, как только увидит меня, сразу даст дёру.

Марк выпустил её руку и решительно зашагал вперед. Лаванда проводила его взглядом, тихо выругалась и полезла в сумочку. Её парень был хорошим человеком; он был по-своему привлекателен, обладал приятной угловатостью, а благодаря её неустанным попыткам выкинуть его старый гардероб и полностью его обновить, начал выглядеть весьма достойно. Марк был добрым, внимательным, добросовестным, аккуратным и отлично готовил. А еще он был до крайности прямолинеен. Его решительный шаг встревожил нескольких торговцев, и Наземникус Флетчер мгновенно насторожился. Бросив один взгляд на Марка, он захлопнул чемодан и бросился наутек. Оборванный коротышка просто проигнорировал требования Марка остановиться.

Марк виновато оглянулся на Лаванду и бросился в погоню. Флетчер петлял между лотками. Применить заклинание «Остолбеней» на людной улице было невозможно, но Лаванда не волновалась. Она была уверена: поскольку на всю территорию Косого переулка наложено министерское антиаппарационное заклятие, Флетчеру придется изрядно попотеть, чтобы оторваться от преследователя. Она достала из сумки аврорский бумажник. В стандартном аксессуаре было применено заклятие незримого расширения, и там хранилось много полезного. Выудив метлу и наложив на себя дезиллюминационное заклятие, она устремилась в погоню.

Марк был далеко впереди, но из-за высокого роста его было легко заметить. Лаванда быстро летела над переулком. На развилке Марк свернул налево, к площади Ноу. Лаванда свернула направо, в тупик Олс-Энд, приземлилась, спрятала метлу и сняла заклятие невидимости. Узкий переулок изгибался полумесяцем и упирался в проход, ведущий обратно к площади Ноу.

Вывеска на полпути гласила, что за дверью находится таверна «Утиный стул». У прохода стояли три легко одетые ведьмы. Старшая из них, женщина лет сорока с жестким лицом, сердито направилась к ней.

— Это наше место, — угрожающе заявила она. — Если хочешь вести дела, ищи другое, иначе пожалеешь.

— Я остаюсь, — сказала Лаванда, показывая женщине свое удостоверение. — Лаванда Браун, Аврорат. У меня немного другой профиль работы, чем у вас. Вы не видели Наземникуса Флетчера?

Женщина не ответила, но это было и не нужно: Флетчер выскочил из двери и помчался прямо на неё.

— Привет, Наземникус, — сказала Лаванда, выхватывая палочку.

Флетчер развернулся на каблуках, но Марк уже настиг его.

— Я ничего не делал! — запротестовал он.

— Может, и так, но расскажешь это Гарри, — отрезала Лаванда. — Ты продаешь клочки бороды, а Гарри знает человека, у которого эту бороду украли. Он определенно захочет с тобой побеседовать.

Наземникус Флетчер выругался.

— Я пойду добровольно, — проворчал он. — Не хочу, чтобы за мной еще и домашний эльф охотился.