Глава 1: Глава 1

Когда дым рассеялся, Скорпиус Малфой не услышал, как дед ругается. Плохой знак. Это могло означать, что дедушка очень, очень зол… или мёртв. Мысль была немного иррациональной и недоброй, но Скорпиус надеялся на второй вариант. Когда дедушка сильно злился, он был не просто страшен — он становился чудовищно жутким и мог заставить тебя упасть на колени и молить о пощаде.

(Скорпиусу полагалось молчать об этом, но однажды он видел, как отец разрыдался после того, как в полупьяном виде сказал дедушке что-то ужасное. Старший Малфой замер, а потом спокойно пробормотал что-то в ответ.)

Так что, когда сквозь мутно-зелёный туман проступила фигура — не дедушки, а подростка, лет на год или два старше Скорпиуса, — мальчик приготовился в любой момент рухнуть на колени. Но прошло почти пять минут, а подросток так и не поднялся. Осторожно приблизившись, Скорпиус опустился рядом и коснулся его плеча.

Реакция последовала мгновенно.

— Ты ещё кто, чёрт возьми?! — потребовал подросток, перекатившись подальше и шаря рукой в поисках палочки. К счастью, дедушка хранил её в своей трости, а та лежала в другом конце комнаты.

Скорпиус нахмурился, но не двинулся с места.

— Вы не помните?

Подросток быстро огляделся и коротко покачал головой.

— Нет. Но… — Он пронзительно взглянул на Скорпиуса. — После смерти моей матери сюда никто не заходил.

Скорпиус напряг память. Мать дедушки, должно быть, умерла достаточно рано, чтобы отец ни разу о ней не упомянул, но достаточно поздно, чтобы дедушка успел её хорошо узнать. Мальчик поднял руки, словно предлагая объяснение:

— С зельем вышла небольшая неприятность. Ещё две минуты назад вы были постарше. Хотите, покажу?

Дедушка склонил голову набок.

— В самом деле?

Скорпиус указал на лестницу.

— Наверху, прямо там, висит семейный портрет. На нём вы, бабушка, отец, мать и я.

— …Я твой дедушка?

— Мы ведь слишком похожи, чтобы быть кем-то другим, разве нет?

Подросток направился к нему, по пути проведя ладонью по лицу.

— Похожи, — согласился он. — Но форма твоего лица… А рот у тебя от кого?

— От матери, — ответил Скорпиус. — По-моему, так.

Дедушка, критичный как всегда, поправил слишком длинную мантию и спросил:

— Кто твоя мать?

— Она из семьи Гринграсс, — ответил он.

Подросток, кажется, остался доволен и принялся расхаживать по лаборатории, в которой царил беспорядок.

— Хорошая кровь, — усмехнулся он. — А лорду… лорду Волан-де-Морту удалось осуществить свои планы?

Скорпиус всегда знал, что его семья была не на той стороне до самого конца войны. Но он не представлял, что она настолько глубоко увязла в этом. Или, по крайней мере, что всё началось так давно. Подобрав подходящий ответ, мальчик вздохнул:

— Нет, к сожалению.

Подросток фыркнул и закатал рукава.

— И правда, жаль… — пробормотал он.

Поднявшись и быстро схватив трость, дедушка с надеждой спросил:

— Так что, наверх?

— Идите за мной.

Скорпиус поспешил к лестнице.

— Ну же! Я могу одолжить вам одежду!

Поднявшись наверх, дедушка остановился перед семейным портретом и несколько раз моргнул.

— Впечатляет, — сказал он.

— Предыдущий был больше, — с улыбкой заметил Скорпиус. — Но мама и бабушка отговорили вас от такого размера. Сказали, что это чересчур, если через пару лет всё равно придётся заказывать новый.

Пальцы дедушки скользнули по раме. Его взрослое лицо на портрете безмолвно взирало на них, словно обвиняя. Скорпиус поморщился.

Подросток тихо произнёс:

— …Последний портрет, который я помню, был только с отцом и мной.

— Значит, ваша мать умерла не так давно?

— Как раз после того, как я закончил первый курс в Хогвартсе.

Скорпиус постучал пальцами по перилам лестницы, ведущей к спальням.

— В каком ты классе? Я сейчас на третьем.

— На четвёртом, — ответил дедушка.

Мальчик кивнул, хотя собеседник этого не видел.

— Круто. Теперь одежду?

— Где твои родители? Или, точнее, моя жена.

Скорпиус вздохнул.

— Бабушка и мама уехали покупать платья к зимнему балу в эти выходные, а отец… кажется, работает в Министерстве. Хотя, может, он на задании. Он никогда толком не рассказывает, чем занят изо дня в день.

Дедушка посмотрел на него.

— Они скоро вернутся, верно? И смогут всё исправить?

— Ничего себе, ты и правда испугался, да?

Лицо четырнадцатилетнего подростка залилось красным.

— Ничего я не испугался! — огрызнулся он. — Это просто нелепая случайность! Кто-нибудь да сумеет её исправить!

Улыбка Скорпиуса погасла.

— Это точно, — серьёзно согласился он. — Мама потрясающе разбирается в зельях. А если не сможет помочь, то поговорит с портретом профессора Снейпа в Хогвартсе. Для портрета он всё ещё много знает о зельях.

— Снейп? Ты про Северуса Снейпа?

— Да?

Дедушка расплылся в довольной улыбке.

— Я знал, что правильно поступил, взяв этого коротышку под своё крыло, — радостно пробормотал он.

Неужели во времена дедушки все дети были такими? Переживали о чистоте крови, выбирали нужных людей и заказывали огромные портреты? А может, слизеринцы и сейчас только об этом и думают. Скорпиус не знал — он ведь был когтевранцем.

— Вы ещё и выбрали его крёстным отцом моего папы, — добавил он.

Дедушка, явно довольный собой, махнул рукой.

— Пойдём поищем что-нибудь подходящее.

— Наконец-то!

-

— Привет, мама! — крикнул Скорпиус, съезжая по перилам к матери и бабушке. Он поцеловал мать в щёку. — Угадай, что сегодня случилось!

Бабушка издала сдавленный звук. Следом раздался тихий глухой стук. Мама ахнула, переводя взгляд с неё туда, куда она смотрела.

— О боже…

— Ты ведь сможешь исправить дедушку? Я сказал ему, что ты сможешь.

Между бровями Астории пролегла тревожная складка.

— Очень на это надеюсь, молодой человек! Иначе бабушка вряд ли обрадуется мужу-ребёнку!

Подойдя к ним, блондин проворчал:

— Я не ребёнок.

— Ещё какой! — резко ответила женщина. — Ты почти ровесник моего сына. Ты ребёнок.

Дедушка фыркнул и уже собирался возразить, но Скорпиус выразительно посмотрел на него, давая понять, что лучше не надо. В споре с мамой не уцелеть никому. Даже бабушке.

Дедушка вздохнул и слегка ссутулился. Мама протянула руку и положила ладонь ему на плечо.

— Ты в порядке, Люциус? Наверное, это сильный шок, а Скорпиус…

— Ни черта не может объяснить толком, — проворчал он, заканчивая за неё.

Мама хихикнула.

— Не ругайся, — тут же пожурила она. — Тебе это не к лицу.

— Хватит! Ты мне кто, мать, что ли? — прошипел он, сузив серые глаза.

На мгновение Астория погрустнела.

— Нет, — прошептала она.

Она поманила их к себе и мягко спросила:

— Милые, присмотрите за бабушкой, пока я осмотрю лабораторию зелий?

Она вопросительно взглянула на сына. Тот кивнул.

— Конечно, мама! — бодро отозвался Скорпиус и опустился на колени рядом с бабушкой. — Дедушка, возьмёшь её за ноги? Она же твоя жена.

Мальчик замолчал и внимательно посмотрел на лицо женщины.

— Это ведь Нарцисса Блэк?

— Когда-то была, — ответила Астория, терпеливо ожидая, пока мальчики закончат.

Взгляд Люциуса смягчился.

— Она и сейчас прекрасна.

— Фу, дедушка! Она же лет на сто старше тебя! — передёрнулся тринадцатилетний Скорпиус.

Мама шлёпнула его пониже спины.

— Следи за языком! — велела она. — Может, мне просто левитировать её?

— Пожалуйста, — согласился второй подросток.

Через несколько минут Нарциссу Малфой удобно устроили на диване в гостиной, а Астория спустилась в лабораторию, чтобы выяснить, легко ли можно приготовить противоядие.

Скорпиус встал и принёс шахматную доску.

— Сыграем, дедушка?

Старший блондин вздохнул.

— Почему бы и нет?

Они играли уже минут двадцать, когда вернулась мать Скорпиуса.

— К утру у меня будет противоядие, — сообщила она. — Скорпиус, когда отец вернётся домой, жду от тебя объяснений. У меня нет сомнений, что именно ты устроил там весь этот переполох.

Блондин застонал и спрятал лицо в ладонях.

— Отец будет в ярости!

— И чья же это вина? — лукаво спросил Люциус, передвигая ладью. — Мат!

Младший выглянул из-за пальцев.

— Ты жульничал! — заныл он.

Дедушка тихо рассмеялся и ухмыльнулся.

— Ничего подобного. Ты просто отвлёкся.

— Очень хитро, Люциус, — похвалила Астория. — Увидимся за ужином.

Она нежно провела рукой по голове тестя и вышла.

До конца дня Люциус, казалось, не переставал улыбаться, хотя губы его так ни разу и не изогнулись вверх.

-

Как и следовало ожидать, увидев отца в таком виде, Драко тут же набросился на сына:

— Что ты натворил?!

Скорпиус испуганно отпрянул.

— Это случайно получилось!

— Очень на это надеюсь! — рявкнул отец. — А если это нельзя будет исправить…

Нарцисса вошла в столовую с бокалом вина и села напротив мужа.

— Не волнуйся, Дракон, всё поправимо. Астория уже занимается противоядием.

Драко заметно успокоился.

— Вот и хорошо, — вздохнул он.

Сев за стол, он откусил кусочек ужина и как ни в чём не бывало добавил:

— Надеюсь, ты не против до конца года летать на школьной метле, Скорпиус.

— Папа! — простонал тринадцатилетний мальчик.

Люциус фыркнул.

— Я бы на твоём месте не смеялся, — хихикнула Нарцисса. — Ты забыл наложить защитные чары — вот почему сам теперь такой.

Четырнадцатилетний нахмурился.

— Защитные чары нужны малышам, а не детям его возраста!

— Он когтевранец. Ему любопытно, — пробормотал Драко с набитым ртом.

Взгляд Люциуса смягчился.

— Моя мать тоже была когтевранкой.

Жена улыбнулась.

— Да, была. И очень хорошей.

Дедушка улыбнулся ей в ответ — словно она не могла сделать ему более приятного комплимента.

-

— Готово!

— Спасибо, — пробормотал дедушка.

Он взял флакон и поспешил к себе в комнату.

— Если через пятнадцать минут не вернусь, пришлите кого-нибудь проверить, — бросил он на ходу.

-

Прошло пятнадцать минут.

— Скорпиус, сходи за дедушкой, — распорядился Драко, переворачивая страницу газеты.

Мальчик уронил книгу.

— Он с меня шкуру спустит! — возмутился он.

Бабушка отложила вязание и нахмурилась.

— Так тебе и надо, негодник.

— Мама!

Бабушка ничуть не смягчилась.

— Иди.

Вздохнув, Скорпиус закрыл книгу и, волоча ноги, поплёлся к комнате дедушки.

-

— Дедушка? — позвал Скорпиус, открывая дверь спальни.

На кровати лежал старик, которого он знал всю свою тринадцатилетнюю жизнь.

— Дедушка! — радостно воскликнул он.

Мужчина сел, поморщившись.

— Скорпиус, — проворчал он. — Куда ты дел мою трость?

— Э-э… спрятал.

Дедушка смерил его уничтожающим взглядом.

— Никогда больше не говори «э-э». Это тебе не к лицу. И когда мы спустимся вниз, жду, что ты принесёшь мне трость.

— Да, дедушка.

На минуту воцарилась тишина.

— Я должен тебя наказать.

— Не будешь? — с надеждой оживился Скорпиус.

Стальные серые глаза взглянули на него.

— Тебе нужно быть осторожнее.

— Я знаю.

— Ничего ты не знаешь, — резко ответил мужчина. — Из-за того, что она не была осторожна, погибла моя мать.

— Ох… — тихо прошептал Скорпиус.

Дедушка поднялся и положил ему руку на плечо.

— Я люблю тебя. И свою мать я тоже любил, — негромко сказал он. — Однажды я не смогу защитить тебя от той участи, что постигла её. Если ты не научишься быть осторожнее, через несколько лет история повторится — а меня не будет рядом, чтобы всегда присматривать за тобой.

Блондин опустил глаза.

— Прости, — сказал он.

— Просто пообещай, что будешь осторожнее.

Тринадцатилетний мальчик обнял старика и кивнул.

— Обещаю!

Дедушка погладил его по волосам.

— Больше мне ничего и не нужно.