Глава 1: Новая глава

Гермиона устало вздохнула, услышав, как Рон и Гарри в очередной раз спорят с Драко Малфоем. «Мерлин, эти трое просто не могут держать себя в руках», — подумала она, раздражённо поджав губы. Она знала: вмешательство профессора Снейпа — лишь вопрос времени.

— Мистер Поттер! Мистер Уизли! Останетесь после уроков! — Голос Снейпа рассёк воздух, словно хлыст, ледяной и полный презрения.

Ну вот, пожалуйста.

— Н-но, профессор… — вмешался Гарри; в его голосе смешались непокорность и отчаяние, но Снейп оборвал его взглядом, способным заморозить солнце.

— Десять баллов с Гриффиндора! — отрезал Снейп, довольно сверкнув тёмными глазами. Гарри уставился в пол, напрягши плечи от едва сдерживаемого гнева. Рон рядом с ним мрачно нахмурился и провёл пальцем по горлу, безмолвно обещая, что сделает с Драко, если застанет того одного.

— Не повезло, приятель, — сочувственно пробормотал Невилл, нерешительно похлопав Гарри по плечу в утешение.

— Я его убью, — прорычал Рон низким, угрожающим голосом, полным кипящей ярости. Гермиона знала: это приведёт лишь к новым неприятностям.

— Займись зельем, Рон! — настойчиво прошептала Гермиона, бросая взгляды на Снейпа, который крался по классу, словно хищный кот, готовый наброситься при первых признаках неповиновения. Рон пробормотал что-то невнятное, но нехотя повернулся к котлу.

— Нечестно! — пожаловался Гарри, нарезая селезёнку тритона неровными кусками.

Над ним нависла тень Снейпа. Тот усмехнулся со злорадным удовольствием.

— Ещё пять баллов с Гриффиндора за нытьё, достойное капризного ребёнка, — протянул он и продолжил обход, оставив Гарри кипеть от ярости с покрасневшим лицом.

Гарри едва не вскочил с места, чтобы придушить Снейпа, но Гермиона успела дёрнуть его обратно, прежде чем профессор заметил.

— Просто. Прекрати, — прошипела она. В её настойчивом голосе звучала мольба: пусть он оставит это, пока они не потеряли ещё больше баллов.

— Но, Миона… — прорычал Рон.

— Молчи, Рон, — предупредила Гермиона тоном, не допускавшим возражений, и заставила себя сосредоточиться на котле, хотя от царившего в комнате напряжения в голове гудело.

Класс напоминал пороховую бочку, готовую взорваться. Сердце Гермионы колотилось, а в животе всё скручивалось от тревоги и дурных предчувствий. Они повторяли Состаривающее зелье — уже готовили его на четвёртом курсе, но Снейп хотел посмотреть, сколько слабоумных болванов успели забыть простейшие действия.

Снейп подошёл к котлу Невилла, возле которого бедный мальчик дрожал, сидя рядом с Симусом.

— СИМУС, НЕТ! — вдруг завизжала Гермиона. Её голос прорезал напряжённую тишину; она вскочила со стула, широко раскрыв глаза от паники.

Профессор Снейп резко обернулся, в ужасе затаив дыхание: Симус собирался добавить в зелье неверное количество слёз гаста. Снейп оказался рядом с ним как раз в тот миг, когда пузырёк с тихим бульканьем упал в котёл.

Остальные ученики пригнулись, прежде чем их успел накрыть вихрь разрушения, который Симус, как и следовало ожидать, устроил.

Воздух затрещал от энергии. Котёл с грохотом взорвался, окатив Снейпа своим содержимым. Нежно-зелёная дымка окутала его с головы до ног. Когда она рассеялась, Северус Снейп исчез.

На его месте сидел растерянный черноволосый трёхлетний ребёнок с тёмными глазами и желтоватой кожей. Вокруг него распласталась непомерно большая чёрная мантия.

— Какого чёрта?! — выпалил Рон, недоверчиво глядя на малыша.

От его возгласа ребёнок сморщился, но упрямо удержал готовые пролиться слёзы.

— Это… профессор Снейп?! — прошептала Пэнси, выглядывая из-за парты.

Сердце Гермионы сжалось, когда она увидела, как другие ученики прикрывают рты руками, посмеиваясь жестоко и насмешливо.

— Не смейте над ним издеваться! — резко бросила она, свирепо глядя на них и словно вызывая любого, кто посмеет высмеять беззащитного малыша. Тот сидел, нервничая и теребя огромную мантию.

— Великолепно! Он ребёнок! — захохотал Гарри.

— Прекрати, Гарри!

Гермиона подошла к малышу и присела перед ним.

— П-профессор?

— Меня зовут Севелус… А что такое «плофессор»? — прошептал он, нервно перебирая пальцы.

— Эм, это значит «учитель». Сколько тебе лет, Северус? — мягко спросила Гермиона.

— Мне тли года, — застенчиво пробормотал Снейп, поднимая на неё глаза.

— Я Гермиона Грейнджер. Пойдёшь со мной, Северус? Нам нужно к директору.

Снейп вдруг напрягся и сжал кулаки по бокам. Его взгляд заметался по комнате в поисках пути к отступлению.

— А где ма… моя мама?

— Её здесь нет, но обещаю: с тобой всё будет хорошо. Я отведу тебя к профессору Дамблдору. Он очень добрый, — ободрила его Гермиона.

— Ты будешь со мной? — тихо и нерешительно спросил Северус. В его тёмных глазах теплилась надежда; он смотрел на неё, ища поддержки.

— Буду. Идём. — Гермиона протянула ему руку.

Северус посмотрел на её ладонь с удивлением и восхищением. Она казалась такой мягкой и гладкой. Он растерянно поднял глаза на Гермиону.

— Ой, прости! Подожди, — пробормотала она, подбирая его мантию.

— Она на меня не налезет, — заметил Снейп, разглядывая одежду.

— Сейчас сделаем так, чтобы налезла. Вот! — Она взмахнула палочкой и уменьшила мантию до нужного размера.

Северус с восторгом смотрел, как мантия уменьшается прямо на глазах. На его лице расцветало изумление. Превращение казалось ему настоящим волшебством — новым, захватывающим открытием.

Гермиона рявкнула на учеников, глазевших из-за её спины:

— Хватит на него пялиться! Дайте ему переодеться!

Все поспешно отвернулись, кроме Драко.

— Я староста школы! Мне полагается проводить декана своего факультета к Дамблдору, не находишь? — проворчал он, подходя к ним.

— Ладно! Хочешь пойти с Драко, Северус? — спросила Гермиона уже одетого малыша.

— Ты тоже пойдёшь, — потребовал Северус.

— Он даже ребёнком продолжает тобой командовать?! — раздражённо воскликнул Рон.

— Прекрати, Рон! — бросила Гермиона через плечо.

— Идём, Грейнджер. — Драко направился к двери.

Северус поднял глаза на Гермиону и спросил:

— Зачем ты давала мне луку?

— Чтобы взять тебя за руку.

— Можно мне взять тебя за луку? — Северус склонил голову вправо, с обожанием глядя на неё снизу вверх.

— «Можно, пожалуйста», — но да, конечно. — Гермиона снова протянула руку, и Северус застенчиво за неё взялся. Ладонь и правда была такой же мягкой и гладкой, как казалась.

— Ладно, это мило! Почему он такой милый?! — Пэнси была потрясена тем, что ей пришлось употребить слово «милый» по отношению к Северусу Снейпу.

Ученики смотрели, как Гермиона и Драко выводят Северуса из класса.

— Блейз, ты за главного! — крикнул Драко.

Блейз повернулся к остальным со злорадной ухмылкой, а те дружно застонали.

** **

— Что значит «вы будете о нём заботиться»? То есть вместе? В смысле — вместе-вместе? — Драко недоверчиво уставился на Дамблдора.

— Да, мистер Малфой. Вы и мисс Грейнджер — старосты школы, а потому будете вместе заботиться о Северусе, пока мы не найдём способ всё исправить. Я свяжусь с Горацием по камину и узнаю, нет ли у него Состаривающего зелья, — ответил профессор Дамблдор, отпивая чай.

Северус сидел неподалёку и, посасывая лимонную дольку, с открытым ртом разглядывал портреты директоров.

Гермиона сердито посмотрела на Драко.

Тот закатил глаза и сказал:

— Серьёзно, Грейнджер, ты ответственная, а я нет. Ты лучше справишься с заботой о нём.

Дамблдор покачал головой и тихо произнёс:

— Мистер Малфой, ему нужны вы оба.

Драко вздохнул, но согласился, а Северус с любопытством наблюдал за происходящим.

** **

— Это твоя комната, Северус. — Гермиона улыбнулась, показывая ему помещение, которое Хогвартс волшебным образом создал в покоях старост.

— Моя? Я не буду спать на диване? — Северус во все глаза уставился на большую кровать посреди комнаты.

Гермиона опешила. На диване?

Она покачала головой и сказала:

— Нет, ты будешь спать здесь. Хорошо? Уже поздно. Давай сходим поедим, а потом я уложу тебя спать?

— А что значит «уложу спать»? — Северус склонил голову набок. Звучало приятно.

От его невинного вопроса у Гермионы защемило сердце. Неужели родители никогда не укладывали его спать?

— Покажу после ужина, хорошо?

— Хорошо.

** **

Они поужинали с Драко в гостиной старост. К удивлению Гермионы, Северус старательно съел всё, что ему предложили. Даже она сама в детстве ела далеко не всё.

Драко тоже это заметил. Он недоумённо взглянул на Гермиону, когда Северус молча съел овощи. Похоже, Северус был… очень необычным ребёнком.

После ужина Гермиона сказала:

— Пойдём, теперь я уложу тебя спать.

Северус тихо вошёл в свою комнату; Гермиона шла прямо за ним. Драко неторопливо последовал за ними. Северус сам, без помощи Гермионы, забрался на кровать. Она наклонилась, осторожно помогла ему устроиться под одеялом, погладила по голове и плотно подоткнула одеяло со всех сторон.

— Хорошо, — застенчиво пробормотал Северус, глядя на Гермиону. Почему она не его мама?

— Правда? Если хочешь, завтра мы тоже тебя уложим, — предложила она.

— Ладно, хо́рошо, — прошептал Северус, смыкая веки.

Гермиона и Драко тихо вышли и закрыли дверь. Она повернулась к нему и прошептала:

— Ты видел, Малфой?! Он даже не знал, каково это — когда тебя укладывают спать!

Драко закатил глаза.

— Мерлин, Грейнджер. Меня мать тоже не укладывала — это делал домовик. Не начинай жалеть Снейпа. Когда он станет прежним, то убьёт тебя, если будешь вести себя с ним как мамочка.

— Пока что нам поручено о нём заботиться, Малфой! Ты умрёшь, если будешь с ним ласков? Он всего лишь ребёнок!

— Это Снейп, Грейнджер. Не просто ребёнок — Снейп. Ты вообще понимаешь, о ком я говорю?

— Мне всё равно, Снейп это или сам Ты-Знаешь-Кто! Этот ребёнок явно нуждается в любви и ласке, и я собираюсь ему их дать! — Гермиона топнула ногой.

— Уф, вы, гриффиндорцы, такие правильные! — протянул Драко, но знал, что придётся следовать её плану.

Каким-то образом она всегда выигрывала любой спор с ним. Возможно, потому, что в глубине души он не любил видеть, как она расстраивается или разочаровывается из-за него. А может, потому, что знал: она права. Если честно, скорее первое.

** **

Свирепые порывы ветра терзали деревья за окном, а молнии озаряли первобытную черноту неба. После оглушительного, раскатистого удара грома застучали первые капли дождя. Это была первая гроза в году.

Гермиона проснулась с громким судорожным вздохом и посмотрела на окно. Сердце грохотало в такт бушевавшему за стенами небу. Она с детства боялась гроз. Никогда прежде ей не приходилось пережидать их в одиночестве, но в этом году у неё была отдельная комната — и больше никого рядом.

За дверью послышался тихий топот маленьких ног, но стука не последовало. Гермиона пошла открывать. Снаружи стоял Северус; его глаза были полны безмолвных слёз.

— Что случилось, Северус? — Гермиона тут же забыла о собственном страхе и присела рядом с ним.

— Я н-не м-могу уснуть, — прошептал Северус, шмыгнув носом.

— Из-за грозы? Она тебя напугала, милый? — Гермиона потянулась к его щеке, но, к её ужасу, Северус отшатнулся.

— Н-нет, я х-хлаблый мальчик, — возразил он, хотя в глазах ясно читался ужас. Он не хотел, чтобы она считала его глупым отродьем, как часто называл его отец.

— Что здесь происходит, Грейнджер? — Драко зевнул и лениво потянулся, подняв руки над головой.

— Про… Северус не может уснуть, — объяснила Гермиона.

Прежде чем Драко успел отпустить какую-нибудь колкость, небо прорезала молния, и вдали прокатился гром. Гермиона и Северус одновременно вздрогнули и попытались успокоиться.

«Мерлин, не верю, что собираюсь это сделать! Должно быть, я сошёл с ума! Будь проклята Грейнджер за то, что она такая… такая красивая!» — подумал Драко.

Он прочистил горло и с напускным безразличием протянул:

— Колыбельную я вам петь не стану, но залезайте ко мне в кровать. Говорят, в тепле и уюте быстрее засыпаешь.

Гермиона открыла рот, собираясь отказаться, но тут Северус сказал:

— Ничего, я посплю под кловатью.

От этого предложения у Драко едва не вылезли глаза из орбит.

— Нет! Ни под чьей кроватью ты спать не будешь, Северус! — воскликнула Гермиона.

Драко кивнул, на сей раз соглашаясь с ней. Что за люди окружали его профессора в детстве?

— Грейнджер, ложись в кровать.

— Я не буду спать в твоей кровати, Малфой!

— Я хочу с вами обоими, — заупрямился Северус.

— А я не буду спать в твоей, Грейнджер! Одному Мерлину известно, сколько шерсти оставляет эта зверюга! — отрезал Драко, сжав кулаки по бокам.

— Ты любишь Живоглота, не ври! Неделю назад я видела, как ты с ним обнимался! — рявкнула Гермиона, яростно сузив глаза.

— С шерстью твоего кота проще справиться, чем с тем гнездом гиппогрифа, которое ты называешь причёской! — парировал Драко, капризно скрестив руки на груди.

— По крайней мере, я не прихорашиваюсь перед зеркалом, как глупый павлин!

— Совершенство требует времени. Не жду, что ты это поймёшь. — Драко усмехнулся, когда лицо Гермионы побагровело от ярости.

Северус вдруг захныкал и закрыл лицо ладонями, мгновенно заставив обоих замолчать.

— Что случилось? — встревоженно спросила Гермиона.

— Он б-будет тебя бить, — всхлипнул Северус, заливаясь слезами.

Драко потрясённо ахнул. Неужели Северус действительно думает, что он хоть пальцем тронет Гермиону? Да она сама изобьёт его до потери сознания!

Глаза Гермионы тоже наполнились слезами.

— Нет, милый. Малфой не станет меня бить. А если попробует, я его прокляну.

— Н-но он больше тебя? Он м-может сделать тебе больно, — испуганно прошептал Северус. Он за неё переживал.

— Послушай, малыш, — Драко присел перед ним, — я не стану бить Грейнджер, даже если я больше неё. Настоящий мужчина не бьёт женщину, понял? Как бы сильно ему ни хотелось, он этого не сделает. Ясно?

Северус молча кивнул, думая о собственных родителях. Выходит, его отец — не настоящий мужчина. «Когда вырасту, хочу быть как мистер Малфой!»

— Я устал, — прошептал он.

Прежде чем эти двое успели снова заспорить, в чьей кровати спать, Северус продолжил:

— Давайте в моей кловати? Она мягкая!

Драко и Гермиона нерешительно согласились и пошли за маленьким Северусом в его комнату. Гермиона помогла ему забраться на кровать и повернулась к Драко.

— Я справа! — выпалил тот прежде, чем она успела заговорить. Гермиона нахмурилась, но была слишком уставшей, чтобы спорить, и согласилась.

Старосты неловко улеглись по обе стороны от Северуса, пока снаружи оглушительно грохотал гром и сверкали молнии. Северус сглотнул и взял Гермиону за руку.

«Только в Хогвартсе можно оказаться в одной постели со Снейпом и Малфоем одновременно!» — с невольным весельем подумала она.

— Боишься, малыш? — устало спросил Драко, закинув руку на лицо. Он лежал в постели со Снейпом и Грейнджер — ну и денёк!

— Не боюсь! Я большой мальчик! — воскликнул Северус за миг до нового раската грома. Он всхлипнул, и по лицу потекли слёзы. — Я б-большой мальчик, — повторил он себе, крепко зажмурившись.

Гермиона сердито посмотрела на Драко и беззвучно произнесла:

— Не смущай его!

Драко закатил глаза, но понял, что перегнул палку.

Гермиона тихо сказала:

— Хорошо, Северус, я тебя обниму. Ты не против?

Когда он слегка кивнул, она обвила его рукой и притянула ближе. Он сонно пробормотал:

— Что ты делаешь?

— Обнимаю. Разве… разве родители тебя не обнимают, милый? — нерешительно спросила Гермиона.

— Не надо, — беззвучно произнёс Драко поверх головы Северуса.

— М-м, нет… хо́рошо, мне нлавится, — пробормотал малыш, придвигаясь ближе и закрывая глаза.

— Спокойной ночи, Северус, — прошептала Гермиона ему в волосы, но он уже спал.

Убедившись, что Северус действительно уснул, Драко прошипел:

— Ты же знаешь, что он всё вспомнит, когда станет прежним? И что тогда? Думаешь, он тебя пощадит? До конца года будешь сидеть на отработках!

— Справлюсь. Малфой… мне кажется, с ним… жестоко обращались…

— Только никому не рассказывай. Он тебя замучает, — предупредил Драко.

— Ты обо мне заботишься! — поддразнила Гермиона.

— Да отвяжись, Грейнджер! — проворчал Драко и отвернулся.

Гермиона тихо рассмеялась в ответ. Глядя на бледное личико ребёнка в своих объятиях, она подумала: «Я дам тебе столько любви, сколько смогу. Этого будет недостаточно, но хотя бы на этот раз детство у тебя будет лучше. Я об этом позабочусь».