Глава 5: Глава 5

Воздух над Темзой пах озоном, горелой проводкой и серой, но Гарри не колебался ни доли секунды. Он плотно натянул маску на лицо, широко раскинул руки и головой вперёд спикировал прямо в хаотичный рой вооружённых оборонительных дронов Старка.

В каменной башне Тауэрского моста Рон, Гермиона и Драко наблюдали за ним сквозь толстые оконные стёкла. Драко почти прижималась лбом к стеклу; пальцы дрожали, пока она стискивала у рёбер маленький клатч со спрятанной внутри венецианской стеклянной розой.

— Он совсем с катушек слетел?! — перекрикивая оглушительные взрывы снаружи, воскликнул Рон и машинально пригнулся, когда случайный зелёный луч ударил в наружную каменную стену. — Он только что нырнул прямо в сотню летающих дисков смерти, и из защиты у него лишь тканевые перчатки!

— Он разбивает их строй! — крикнула в ответ Гермиона. Её большие пальцы летали по экрану телефона: она пыталась просканировать частоты дронов. — Посмотри на огромное огненное чудовище, Рон! Изображение сбоит! Гарри уничтожает проекторы!

— Давай, Поттер, — прошептала Драко; её голос так дрожал, что едва разносился по комнате. На долю секунды она закрыла глаза; сердце бешено колотилось о рёбра. — Давай, идиот… только посмей меня здесь оставить…

Снаружи Гарри перевернулся в воздухе на скорости в два Маха, уклоняясь от трёх красных плазменных зарядов, мгновенно вскипятивших речную воду под ним. Паучье чутьё гудело в голове, словно оголённый провод под напряжением. Он выпустил две нити паутины в тяжёлые боевые дроны и одним мощным рывком столкнул их в воздухе с оглушительным грохотом.

Использовав огненный взрыв как прикрытие, он оттолкнулся от обломков и влетел прямо в высокое витражное окно верхней галереи Тауэрского моста.

Едва его ботинки коснулись полированных деревянных половиц, весь коридор погрузился в кромешную тьму.

Свет исчез. Стены растворились, превратившись в кошмарный зал мерцающих зеркал, окутанный густым туманом, в котором невозможно было сориентироваться. Скрытые проекторы Квентина Бека ожили, наполняя узкое пространство визгом помех и искажёнными призрачными фигурами.

— Ты никого не можешь спасти, Поттер! — прогремел из спрятанных динамиков голос Бека, эхом раздаваясь сразу со всех сторон. — Ты всего лишь сломленный мальчишка, играющий в переодевания в мире великанов!

Из густого белого тумана прямо перед Гарри возникла иллюзия. Тони Старк — окровавленный, в потрескавшемся костюме, с тускло мерцающим голубым дуговым реактором. Рядом появилась Драко: она кричала от боли, пока ненастоящие энергетические цепи затягивались вокруг её горла.

— Ты позволил мне умереть, Гарри, — простонал фальшивый Тони механическим, пустым голосом. — А теперь из-за тебя погибнет и моя дочь.

Гарри инстинктивно отступил; сердце отчаянно колотилось в груди. Под маской по лицу струился пот.

— Это не настоящее… просто свет… просто голограмма…

— Неужели? — насмешливо спросил Бек из темноты.

Настоящий крупнокалиберный пулемёт, установленный на невидимом дроне, открыл огонь!

Град стальных пуль прошил иллюзию Драко насквозь, прошёл в считаных сантиметрах от головы Гарри и изрешетил деревянные стены за его спиной. Тяжело дыша, Гарри укрылся за массивной каменной аркой. Вспышки света, фальшивые крики любимых людей и стрельба из невидимого оружия со всех сторон — всё это было специально создано, чтобы сломить его разум.

Гарри глубоко вдохнул, успокаиваясь. А потом закрыл глаза.

Он перестал полагаться на зрение. Перестал доверять обманчивому свету вокруг. Вместо этого обратился вглубь души, к отточенной бдительности аврора, соединившейся со сверхчувствительным электрическим чудом паучьего чутья.

В сознании Гарри мир погрузился в абсолютную тишину.

Он ощутил едва заметное движение воздуха в метре слева. Услышал тонкий высокочастотный гул антигравитационной турбины дрона прямо над головой. Почувствовал еле уловимый щелчок спускового механизма в темноте.

Покалывание.

Гарри открыл глаза — не чтобы смотреть, а чтобы нанести удар.

С ослепительной, немыслимой скоростью он пригнулся под очередью невидимого пулемёта. Выпустил толстую нить паутины прямо в темноту, зацепил невидимый дрон за оптическую линзу и дёрнул на себя, навстречу поднятому колену, вдребезги разбивая его маскировочный экран.

Не оглядываясь, он сделал сальто назад, с силой ударил ботинками по стальному корпусу второго дрона у себя за спиной и, оттолкнувшись от него, взмыл к потолку. Он двигался словно тень: уклонялся от пуль, которых не видел, разбивал совершенно невидимые цели, ведомый одним лишь инстинктом, который сохранял ему жизнь в двух воплощениях.

Меньше чем за полторы минуты Гарри методично уничтожил двадцать четыре стелс-дрона в полной темноте. Генераторы затрещали, посыпали искрами и отключились.

Дым рассеялся, открывая разрушенный коридор, заваленный корпусами выведенных из строя дронов и осколками стекла. В дальнем конце стоял Бек, судорожно хватая ртом воздух. В его руке дрожали серебристые очки Тони Старка.

— Всё кончено, Бек, — тихо сказал Гарри, делая медленный, уверенный шаг вперёд. Костюм был разорван возле рёбер, с костяшек пальцев стекала тонкая струйка крови, но держался он совершенно непреклонно. — Сдавайся.

— Упрямый, самонадеянный сопляк! — прошипел Бек; его лицо исказилось от безумной ярости. Он нажал кнопку ручного управления на наручном коммуникаторе. — E.D.I.T.H., приказ всем оставшимся дронам открыть огонь! Цель — башня моста! Испепелить всех внутри!

— Предупреждение, — раздался из очков голос E.D.I.T.H. — Вероятность сопутствующих потерь — сто процентов.

— ВЫПОЛНЯЙ! — заорал Бек.

Снаружи десятки дронов направили красные лазерные пушки на каменную башню, в которой оказались заперты Драко, Рон и Гермиона. Оружие заряжалось ослепительной энергией.

Внезапно Бек рухнул на колени, схватившись за живот и застонав от боли.

— Гарри… пожалуйста… не дай им это сделать… я был неправ… помоги мне…

Гарри шагнул вперёд, но паучье чутьё вспыхнуло резким, ледяным предупреждением.

Он не протянул руку лежащей на полу фигуре. Вместо этого, благодаря сверхчеловеческим рефлексам, резко развернулся влево и схватил пушку парящего замаскированного дрона, направленную прямо ему в затылок.

За проекцией умирающего на полу Бека настоящий Квентин Бек стоял совсем рядом с Гарри, целясь ему в висок из пистолета с глушителем.

Гарри сжал кулак, смяв стальной ствол пистолета словно бумажный стаканчик.

— Твои иллюзии больше на меня не действуют, Бек, — холодно прошептал он.

В панической попытке нажать на спуск Бек случайно активировал команду дрону у себя за спиной. Шальной плазменный заряд срикошетил от каменной стены и попал Беку прямо в грудь.

Бек с тяжёлым стуком рухнул на пол, схватившись за грудь. Голографический костюм отключился, открыв обычную повседневную одежду под ним. Серебристые очки проскользили по полу и остановились у самых ботинок Гарри.

Гарри поднял очки и надел их.

— E.D.I.T.H., — твёрдо произнёс Гарри.

— Здравствуйте, Гарри, — отозвался ровный голос искусственного интеллекта. — Биометрические данные подтверждены. С возвращением.

— Отмени все атаки дронов, — приказал Гарри, глядя на Бека. — Выполни экстренное прекращение боевых действий и немедленно верни все аппараты на орбитальную оборонную платформу.

— Выполняю протокол прекращения боевых действий.

За окнами погасло красное свечение пушек. Страшное исполинское чудовище-Стихия бесследно растворилось в воздухе. Сотни оборонительных дронов убрали оружие и мирно поднялись в верхние слои атмосферы, пока небо над Лондоном полностью не очистилось.

Золотистое утреннее солнце пробилось сквозь тяжёлые дождевые тучи, залив Тауэрский мост ярким светом.

Бек, испуская последние вздохи, поднял на Гарри глаза, потемневшие от горькой злобы.

— Людям… нужно во что-то верить, Гарри… в наши дни… они поверят во что угодно…

Его голова бессильно склонилась набок, и он замер.

Гарри долго стоял неподвижно, а потом выдохнул — словно задерживал дыхание несколько месяцев. Поднял руку, снял маску и надёжно убрал очки Тони во внутренний карман костюма.

— Им не нужны иллюзии, Бек, — негромко сказал Гарри в тишину. — Им нужна только правда.

Гарри толкнул тяжёлые двери в каменной стене и вышел на основную часть Тауэрского моста. Новый красно-чёрный костюм был обожжён, волосы превратились в спутанное гнездо, пропитанное пылью и потом, а из пореза над левой бровью на щёку стекала кровь. Но зелёные глаза смотрели ясно, живо и уверенно.

Ученики школы Мидтаун высыпали по ступеням каменной башни на солнечный свет, вскрикивая и ахая, когда поняли, что опасность окончательно миновала.

Рон и Гермиона заметили Гарри первыми.

— ГАРРИ! — завопил Рон, сбегая по каменным ступеням; Гермиона спешила за ним по пятам.

— Гарри! Слава богу! — воскликнула Гермиона, прижав руки ко рту от безграничного облегчения.

Но прежде чем кто-либо из них успел добежать до него, мимо обоих пронеслось платиново-светлое пятно.

Драко было плевать на новостные вертолёты, зависшие вдали. Плевать на Пэнси, выкрикивавшую её имя с лестницы. Плевать на пыль, испортившую одежду, и на то, что руки отчаянно дрожали. Она мчалась прямо по каменному настилу Тауэрского моста, не сводя глаз с Гарри.

Гарри остановился. При виде бегущей к нему Драко у него перехватило дыхание.

Драко добежала до него, ни на секунду не замедлившись. Бросилась ему на грудь, крепко обвила руками шею и уткнулась лицом в плечо с отчаянным, сдавленным всхлипом, от которого содрогнулось всё тело.

Гарри инстинктивно крепко обнял её за талию и прижал к себе так тесно, что сквозь костюм почувствовал бешеный, судорожный стук её сердца.

— Полный идиот… — всхлипывала Драко у него на плече, вцепившись пальцами в ткань костюма, словно боялась, что он исчезнет, если она отпустит. — Совершенно безрассудный, невыносимый чудик…

— Драко, — прошептал Гарри, осторожно положив подбородок ей на макушку и закрыв глаза. Его избитое тело накрыла волна безграничного покоя. — Я в порядке. Я здесь. Я же обещал, помнишь?

Драко отстранилась ровно настолько, чтобы обхватить ладонями его лицо. Серебристые глаза были полны горячих слёз; она рассматривала каждый порез, каждый синяк, каждую пылинку на его коже. Большой палец легко и нежно коснулся окровавленного пореза над бровью, заставив Гарри чуть поморщиться.

— Мне было так страшно, Гарри, — прошептала Драко; голос сорвался, обнажив такую болезненную беззащитность, какой она ещё никому в жизни не показывала. — Когда дроны направили оружие на башню… я вспомнила, как погиб папа… а потом подумала, что потеряю и тебя. Прежде чем успею сказать…

Гарри заглянул в её серебристые глаза; сердце колотилось о рёбра.

— Сказать что, Драко?

Драко с трудом сглотнула. Под утренним солнцем её бледные щёки вспыхнули ярким, прекрасным румянцем. Сквозь слёзы она сердито посмотрела на него с тем самым знакомым огненным упрямством, унаследованным прямиком от Тони Старка и Пеппер Малфой.

— Я всё ещё ужасно зла на тебя за то, что ты месяцами лгал мне в лицо! — объявила Драко слегка дрожащим голосом. — Зла, что ты каждую ночь рискуешь жизнью! И зла, что… что за последние три месяца совершенно, безнадёжно в тебя влюбилась!

Гарри застыл. Его зелёные глаза расширились от ошеломляющего, блаженного изумления.

— Ты… что?

— Ты слышал, Поттер! — фыркнула Драко, рукавом вытирая со щеки слезинку, хотя на лице наконец расцвела мягкая, сияющая улыбка. — Так и будешь стоять с дурацким видом или всё-таки поцелуешь меня?

Гарри не колебался ни микросекунды.

Он притянул её ближе за талию, скользнул ладонью к затылку и накрыл её губы своими.

Поцелуй был нежным, отчаянным, переполненным месяцами невысказанных чувств, тихих разговоров на крышах и общего горя. Пальцы Драко запутались в его растрёпанных чёрных волосах; она притянула его ближе и полностью растворилась в поцелуе, пока утреннее солнце отражалось в сверкающих водах Темзы под ними.

Позади них Рон вскинул руки с оглушительным воплем:

— ДА! НАКОНЕЦ-ТО! ПЛАТИ, ГЕРМИОНА!

Гермиона закатила глаза, хотя на заплаканном лице сияла огромная улыбка. Достала из сумки двадцатидолларовую купюру и шлёпнула в раскрытую ладонь Рона.

— Никогда ещё я не проигрывала двадцать долларов с таким удовольствием.

— Я же говорил! — ухмыльнулся Рон, пряча деньги в карман. — Говорил, что они в конце концов разберутся! Правда, для этого понадобились иллюзионист-преступник и четыре огромных ненастоящих чудовища, но победа есть победа!

Гермиона подошла к Рону и посмотрела, как Гарри и Драко наконец отстранились друг от друга и, соприкоснувшись лбами, тихо засмеялись.

— Они ведь правда уравновешивают друг друга? Тони бы одобрил.

— Ага, — негромко ответил Рон; привычные шутки уступили место искренней теплоте. — Старк был бы счастлив увидеть, как Гарри заботится о его девочке.

Два дня спустя, после долгого международного перелёта, самолёт приземлился в нью-йоркском аэропорту имени Джона Кеннеди.

Ученики школы Мидтаун высыпали из терминала, где их встречали огромная ликующая толпа родных, новостные камеры и заплаканные родители. Гарри вышел через двойные двери, одной рукой катя небольшой чемодан, а другой открыто и крепко держа Драко за руку, переплетя пальцы с её пальцами. Ни один из них больше не пытался этого скрывать.

— ГАРРИ!

Взволнованный голос Лили разнёсся по терминалу.

Гарри даже не успел отпустить сумку, как Лили обняла его крепко, порывисто, по-матерински, снова и снова целуя в лоб и щёки.

— Мой милый мальчик! Дай на тебя посмотреть! Ты в порядке? Ну-ка, покажись!

Сразу за ней подошёл Джеймс, обнял и Лили, и Гарри и так крепко прижал обоих к себе, что Гарри едва не оторвался от пола.

— Горжусь тобой, сынок, — пробормотал Джеймс ему в волосы; голос был полон гордости. — Чёрт возьми, как же я тобой горжусь.

Подошёл Сириус, слегка опираясь на деревянную трость, с широченной самодовольной ухмылкой на лице. Он подмигнул Гарри.

— Недурно для парня из Куинса, Поттер. В новостях Человека-паука называют героем Лондона.

— Спасибо, Бродяга, — тепло рассмеялся Гарри, наслаждаясь уютом семейных объятий.

Лили отстранилась и вытерла глаза платком. Её зелёный взгляд переместился на бледную платиновую блондинку рядом с Гарри, которая выглядела непривычно тихой, вежливой и взволнованной.

Лицо Лили мгновенно смягчилось, наполнившись глубокой материнской теплотой.

— А ты, должно быть, Драко.

Драко выпрямилась, и на щеках проступил лёгкий румянец.

— Да, миссис Поттер. Очень… очень рада с вами познакомиться.

Без малейшего колебания Лили шагнула вперёд и заключила Драко в тёплые нежные объятия. На долю секунды Драко оцепенела от неожиданности, затем медленно расслабилась, обняла Лили в ответ и уткнулась лицом ей в плечо, ощутив тёплое, успокаивающее чувство дома, которого не испытывала со смерти отца.

— Спасибо, что присматривала за моим мальчиком в Европе, милая, — тихо прошептала Лили, отстраняясь и глядя на Драко с искренней любовью. — Знаешь, вчера мне звонила Пеппер. Сказала, что по телефону ты звучала счастливее, чем за последние несколько месяцев.

Драко опустила глаза; губы тронула мягкая, искренняя улыбка.

— Так и есть.

— Тогда сегодня вечером ты придёшь к нам на ужин, — объявила Лили тоном, не допускавшим возражений. — Никаких отговорок. Я готовлю ростбиф, картофельное пюре и яблочный крамбл.

Драко взглянула на Гарри, и тот мягко, ободряюще подтолкнул её локтем.

— Я с удовольствием, миссис Поттер, — тихо ответила Драко.

Позже тем вечером, после шумного, суматошного семейного ужина, за которым Сириус рассказывал уморительные истории о том, как Джеймс попадал впросак в старшей школе, а Лили едва ли не силой заставила Драко съесть три порции десерта, Гарри и Драко ускользнули и поднялись по лестнице на крышу дома Гарри в Куинсе.

Рон и Гермиона ненадолго к ним присоединились, устроившись на паре перевёрнутых пластиковых ящиков возле кирпичного парапета. Рон с удовольствием уплетал огромный кусок оставшегося яблочного крамбла с бумажной тарелки.

— Я просто говорю, Гермиона, — произнёс Рон с набитым ртом, — если в следующем году поедем в Париж, я лично обыщу каждого экскурсовода на предмет голографических проекторов.

— Рон, Бек был озлобленным бывшим сотрудником Старка, а не типичным турагентом, — с ласковым вздохом ответила Гермиона, сидевшая рядом и подтянувшая колени к груди. — К тому же, думаю, супергеройских приключений нам хватит до самого выпуска.

— За себя говори, — ухмыльнулся Рон, глядя на Гарри и Драко. — По-моему, наш Человек-паук только начинает.

— Помолчи, Рон, — тихо рассмеялся Гарри, прислонившись к кирпичному парапету.

Ещё несколько минут они непринуждённо перебрасывались шутками, а потом Рон и Гермиона пожелали им спокойной ночи и спустились, оставив вдвоём под открытым небом.

Солнце опускалось за горизонт, окрашивая очертания Манхэттена по другую сторону реки в яркие тёмно-розовые, лиловые и золотые тона.

Драко стояла у парапета в большой серой толстовке Гарри с эмблемой школы Мидтаун, надетой поверх одежды, и держала в руках дымящуюся кружку чая. Прохладный вечерний ветер шевелил платиновые волосы, пока она смотрела на сияющие огни города.

Гарри подошёл и встал вплотную, касаясь её рукой.

— Ну, — негромко произнесла Драко, медленно отпивая из кружки и косясь на него из-под ресниц. — И что теперь, Человек-паук?

— Теперь? — Гарри мягко улыбнулся, обнял её за талию и притянул к своему боку. — Теперь… буду ходить на уроки. Проводить время с Роном и Гермионой. Навещать родных. И как можно больше времени проводить со своей умной, красивой и невероятно язвительной девушкой.

Драко положила голову ему на плечо и глубоко, спокойно вздохнула, закрывая глаза и наслаждаясь теплом его тела.

— Знаешь, папа был прав насчёт тебя, — тихо прошептала Драко в вечернюю тишину. — Перед тем как отправиться сражаться с Таносом, он сказал: если с ним что-нибудь случится… мне нужно найти мальчика в красной маске. Сказал, что ты самый храбрый человек из всех, кого он встречал.

У Гарри в горле встал тугой ком. Он крепче обнял её за талию и поцеловал в макушку.

— Я всю оставшуюся жизнь буду стараться оправдать его слова.

Драко улыбнулась, повернулась, чтобы поцеловать его в щёку, и снова посмотрела на сияющие огни Нью-Йорка.

— Мне нравится, как это звучит, Поттер.

Гарри смотрел на Куинс, прижимая дочь Тони Старка к сердцу, и знал: какие бы угрозы и тени ни ждали их впереди, ему больше не придётся нести на плечах весь мир в одиночку. У него были семья, лучшие друзья, костюм и любовь, которую не могла разрушить ни одна иллюзия во вселенной.