Глава 1: 1.

Гарри застонал. Под веками у него забегали глаза, а потом он приоткрыл их и поморщился от внезапно ударившего по ним яркого света. Сев, он понял, что находится вовсе не в своей кровати в башне Гриффиндора, а в совершенно незнакомом месте. Он лежал на матрасе, расстеленном на полу, который, похоже, был сплетён из какого-то материала. Сверху его укрывало толстое одеяло. Стены, казалось, были сделаны из того же материала, что и пол, но одна из них представляла собой раздвижную дверь.

Оглядевшись, Гарри увидел большинство преподавателей и нескольких учеников. Все ученики были с его курса, кроме Джинни и близнецов Уизли. Здесь были Рон, Малфой, Гермиона, Невилл и Чжоу. Преподавателей было трое: Дамблдор, профессор Макгонагалл, профессор Люпин, Сириус и профессор Снейп. Гарри узнал Снейпа, лежавшего на матрасе в дальнем конце комнаты, только по волосам: они казались немного длиннее, чем он помнил.

—О, Гарри, ты проснулся! Мы понятия не имеем, где находимся. Профессор Дамблдор хочет, чтобы мы сели вон там и попытались разобраться. В комнате почти ничего нет, но вон там стоят шкафы, а в них лежит одежда. Представляешь, на каждой вещи бирка с нашим именем! — воскликнула Гермиона. Она подбежала к нему и протянула руку, помогая подняться.

—Спасибо, Гермиона, — с благодарностью сказал Гарри, принимая её руку и вставая. Теперь он смог получше оглядеть комнату.

Комната и вправду была почти пустой. Посреди потолка висел большой фонарь, а на стенах размещалось несколько табличек с незнакомыми символами.

—А что с профессором Снейпом? Все остальные уже проснулись, — с любопытством спросил Гарри, присаживаясь на свободное место в большом кругу, который образовали остальные.

—Не знаю. Я не помню, что произошло, но профессор Дамблдор сказал, что люди, которые привезли нас сюда, сильно его ударили. Поэтому ему нужно дать отдохнуть, — прошептала Гермиона, когда Дамблдор заговорил.

—Прежде всего, я знаю, что вы все встревожены и напуганы, но нам не следует паниковать, — начал Дамблдор. —Судя по словам людей, которые привезли нас сюда, Министерство использовало нас, чтобы расплатиться за что-то. Насколько я могу судить, мы находимся в некоей гостинице, и от нас ожидают, что мы будем здесь работать.

Он закончил со вздохом, оглядывая всех с явным беспокойством. Гарри заметил, что взгляд Дамблдора задержался на всё ещё лежавшем без сознания профессоре дольше, чем на остальных.

—Альбус, почему всё это случилось? У тебя есть предположение, в какой мы стране? Эти надписи на стенах явно не на английском, — спросил Сириус, сидевший рядом с профессором Люпином.

—Судя по символам на табличках, мы в Японии или, возможно, в Китае. И вот теперь я вспомнил, где мы. Я всё расскажу, если вы пообещаете не паниковать, — тихо произнёс Дамблдор и строго посмотрел на всех.

Присутствующие переглянулись и кивнули. Малфой и его дружки загадочным образом молчали, что Гарри показалось подозрительным.

—Много поколений назад Министерство заключило сделку с хозяйкой этой купальни, но свою часть договора так и не выполнило. После этого купальня больше не связывалась с Министерством по поводу сделки. Министерство решило, что о ней забыли, но, похоже, владелица наконец решила взыскать долг, — объяснил Дамблдор, покачав головой с явным разочарованием.

—Но почему владелица до сих пор цепляется за эту сделку? Она же была заключена много поколений назад! Да и паниковать вроде бы не из-за чего! — пронзительно воскликнула Джинни, явно начиная волноваться.

—Ты права, мисс Уизли, но я ещё не закончил, — сказал Дамблдор, улыбнувшись всем скорее виновато, чем весело. —Это купальня для духов, божеств и прочих подобных существ. Владелица купальни всё ещё та же, что и много поколений назад, и теперь она решила получить причитающееся. Министерство забрало печать одной ведьмы, а взамен должно было предоставить духам этой купальни волшебные палочки. Этого так и не произошло — отсюда и наше нынешнее положение.

Лица у всех посерели; присутствующие явно изо всех сил старались не поддаться панике.

—Здесь нельзя аппарировать, к тому же, похоже, на нашу магию наложили ограничения. Поэтому нам стоит поступить так, как сказано в записке, — рассудительно произнёс Дамблдор, словно вся эта ситуация не слишком его удивляла.

—В какой записке? — одновременно спросили близнецы Уизли, похоже, воспринявшие новость даже спокойнее Сириуса.

—Когда я проснулся, рядом с моим матрасом лежала записка, — объяснил Дамблдор. —Она была на английском. В ней говорилось, что нам предстоит какое-то время работать в купальне прислугой. Министерство не захотело снабжать купальню волшебными палочками и магией, поэтому вместо этого предложило нас — учителей и учеников. Они решили одним махом убить двух зайцев: им казалось, что я собираю армию, чтобы свергнуть Фаджа, — усмехнулся Дамблдор. В его глазах снова замерцал знакомый огонёк.

Внизу послышался протяжный удар гонга. Все услышали шум и суету этажом ниже, переглянулись и задумались, что делать.

—Думаю, нам следует надеть эту одежду и отправиться работать…

Дамблдор оборвал фразу, заметив, что происходит за их спинами. Иногда он забывал, что собирался сказать, и на мгновение замолкал, поэтому к таким паузам все привыкли. Но теперь они услышали шорох ткани — будто кто-то завязывал ленту.

Все обернулись и изумлённо ахнули. Северус Снейп был одет в форму, похожую на ту, что им выдали и которую они видели в шкафу, но всё же совершенно другую. Их форма была розовой, с белыми поясами-лентами, которые, вероятно, служили для того, чтобы закатывать длинные рукава. Форма Снейпа была тёмно-синей, с поясом светло-фиолетового цвета. Но на нём были длинные брюки, а верхняя часть одежды была гораздо длиннее, чем у всех остальных.

Изменилась и внешность преподавателя. Именно она поразила всех больше всего. Его крючковатый нос стал меньше и выпрямился. Кожа осталась такой же бледной, но перемены в лице делали его намного моложе. Волосы, за которые его нещадно дразнили не только ученики, но и коллеги, теперь были очень длинными — почти до колен. Снейп стоял лицом к группе, зажав во рту большую украшенную драгоценностями шпильку. С сосредоточенным видом он собирал большую часть волос в пучок и закреплял его шпилькой.

Наконец он заметил, что все смотрят на него в изумлении, даже Дамблдор, хотя тот удивился не так сильно.

—Что? — спросил Снейп, недоумённо приподняв бровь.

—П-профессор Снейп… Вы так изменились! — наконец выговорила Гермиона, сама всё ещё пребывая в шоке.

Снейп ещё немного сохранял озадаченное выражение, потом его глаза расширились. Он поднял руку и потрогал волосы.

—Подождите… Гламур? — протянул он, всё ещё не вполне понимая, что происходит.

—Северус, я и не знал, что ты носишь гламур, — сказал Дамблдор.

Все резко повернулись к нему.

—Вы не знали?! — хором воскликнули они.

—Совершенно не знал! Я ведь должен был почувствовать магию… если только… Северус! — ахнул Дамблдор, глядя на преподавателя зельеварения. К всеобщему изумлению, Снейп выглядел немного печальным.

—Прости, Альбус. Я бы ни за что не стал это скрывать, если бы не был вынужден, — извинился Снейп, подходя и садясь на место, которое для него тут же освободили.

—Что скрывать, профессор? — спросила Гермиона. Увидев, как изменился профессор зельеварения, она напрочь забыла о том, как обычно следовало с ним разговаривать.

—Правда в том, что я один из божеств, управляющих этой купальней, — сказал Снейп.

Драгоценный камень в его шпильке засветился, и в мгновение ока на его месте оказался маленький девятихвостый лис. Ещё одна вспышка — и в комнате снова стоял их профессор.

Все удивительно спокойно отнеслись к этому, особенно ученики. Они годами в шутку придумывали, к какому ещё виду существ может принадлежать их преподаватель, но никто не ожидал, что он и вправду окажется не человеком.

—Прежде чем начнутся обвинения: я ничего не знал о долге Министерства перед купальней, — пояснил Снейп.

—С чего нам верить, что ты не лжёшь? — подозрительно спросил Сириус, прищурившись и глядя на своего школьного врага.

—Потому что, Блэк, по условиям моего договора с хозяйкой, находясь в этих стенах, я не могу лгать, — ответил Северус и чуть улыбнулся, к всеобщему изумлению.

—Значит, всё это правда? — спросил Сириус, широко раскрыв глаза.

—Да, боюсь, что так. Но, как я уже говорил, я помогаю управлять этим местом, так что, возможно, смогу сократить срок вашей работы здесь. Но прежде чем мы пойдём, все наденьте форму. Вон там есть ширма для девушек и, разумеется, для Минервы.

Он повернулся к ученикам, которые каким-то чудом всё это время молчали, и жестом предложил им поторопиться.

—О, и ещё кое-что. Здесь людей терпеть не могут, так что держитесь вместе. А, и Драко?

Снейп остановил мальчика, который собирался достать форму из шкафа в глубине комнаты.

—Да? — отозвался тот, взяв одежду и направляясь обратно к преподавателю. Все остальные замолчали, прислушиваясь.

—Много поколений назад твой предок из рода Малфоев женился на речном боге. Так что ты не совсем человек. Местные это заметят и, скорее всего, оставят тебя в покое. Но не зазнавайся: они будут смотреть на тебя свысока, если твой характер окажется хуже ихнего, какой бы ни была твоя природа, — предупредил Снейп.

Затем он направился к стене, похожей на раздвижную дверь, и распахнул её. В комнату ворвался сильный порыв воздуха с запахом моря.

Все разом повернулись от пустого шкафа, держа в руках форму, и выглянули наружу. Увиденное их потрясло: перед ними расстилалось огромное море, которому, казалось, не было конца.

—Не волнуйтесь, мы не на острове. Наверное, недавно прошёл дождь. Во время дождя здесь всегда так, — крикнул Снейп с порога. —Ну же, мы и так уже опаздываем. Идите переодевайтесь. Девушки, вон там есть дверь в отдельную раздевалку.

Он махнул рукой, и часть стены с грохотом распахнулась. За ней и правда оказалась другая комната. Женщины кивнули и вошли, закрыв за собой дверь.

Снейп уже собирался развернуться, как раздался громкий грохот. Он обернулся и увидел, что Гарри с Драко, пытаясь надеть форму, упали и свалились друг на друга. Преподаватели тем временем растерянно разглядывали свои наряды.

Снейп вздохнул, подошёл к озадаченным ученикам и осторожно помог им сесть.

—Слушайте внимательно. Объяснять буду только один раз! — крикнул он остальным, и все обернулись.

Они наблюдали, как Снейп аккуратно поправил форму и привычными движениями завязал пояс.

—Проверьте, чтобы форма сидела ровно, а узлы были крепкими. Я не собираюсь ходить с вами повсюду, пока вы выглядите неряшливо. Поторопитесь: день уже начался. Если я опоздаю ещё сильнее, меня опять заставят отмывать большую купальню! — крикнул Снейп, выходя из комнаты и закрывая за собой дверь.

Все видели его силуэт за дверью: он сидел на краю настила и смотрел на море.

Прошло немало времени, но в конце концов все как следует оделись. Почему-то Сириус провозился дольше остальных. Женщины вышли из отдельной комнаты, и Дамблдор объявил, что они готовы. Снаружи они увидели, как Снейп поднялся, подошёл к двери и открыл её. Он оглядел всех и кивнул, но, взглянув на комнату за их спинами, покачал головой.

—Дарасинай! — резко бросил он, а потом прикрыл рот ладонью и покраснел. Все недоумённо посмотрели на него, даже Дамблдор: они гадали, какое грубое прозвище он им только что дал.

—Прошу прощения. «Дарасинай» по-японски значит «неряшливые». Не могли бы вы убрать свои футоны? Духи, которые убирают эти комнаты, очень старые, и я не хочу, чтобы они поранились, — сказал он. Подойдя к шкафу, из которого они брали форму, Снейп открыл соседний и указал на место, где был сложен его матрас, а под ним лежала подушка. —Сможете быстро это сделать? Нет, забудьте. Так мы слишком долго провозимся. Если я задержусь ещё сильнее, мне поручат что-нибудь хуже большой купальни. Например, работу у Дзэнибы или ещё что-нибудь.

Снейп фыркнул и махнул рукой. К всеобщему изумлению, матрасы и простыни сами собой сложились и убрались в шкафы, а дверцы за ними закрылись.

—Ну вот. Следуйте за мной. Мы наверняка встретим гостей, но почти никто из них не говорит по-английски, так что всё будет в порядке. И не таращьтесь! — сказал он тоном, в котором наконец снова послышался прежний профессор зельеварения.

—Почему я должен тебя слушать? — пробормотал Сириус так тихо, что его едва расслышали даже ученики.

Но Снейп услышал. Он резко обернулся и злобно огрызнулся:

—Если хочешь, чтобы срок твоего наказания растянулся настолько, что ты умрёшь в этой купальне, выполняя самую грязную и мерзкую работу, на которую даже лягушек не пошлют, — пожалуйста!

Его глаза на миг вспыхнули. Затем он отвернулся и быстро зашагал по балкону. Невилл вышел из комнаты последним, сдвинул дверь и поспешил за остальными.

Они следовали за профессором по множеству коридоров. Чем дальше они шли, тем роскошнее становилась отделка. Наконец они добрались до помещения, соединявшего разные части здания. Там Снейп остановился и обернулся.

—Здесь начинаются купальни. Поэтому, пожалуйста, не пяльтесь: посетители и без того недолюбливают людей. Просто не задерживайте взгляд ни на ком слишком долго и помалкивайте, если к вам не обращаются. Тогда всё будет в порядке, — сказал он и толкнул дверь.

Все восхищённо оглядели зал с высоким потолком. В помещении было так влажно, что им на мгновение стало трудно дышать. Тут они наконец поняли, что именно Снейп имел в виду под духами и божествами. Повсюду находились самые разные существа. О некоторых Гермиона читала только в древних книгах из библиотеки.

Снейп вдруг резко остановился. Дамблдор шёл прямо за ним и тоже замер. Остальные налетели друг на друга. Все выглянули из-за плеч впереди стоящих, пытаясь увидеть, что заставило профессора остановиться. Они понимали, что не следует ничего говорить, иначе на них обратят внимание.

Им едва удалось сдержать удивлённые возгласы. Перед ними стоял огромный дух, похожий на редьку, с чашей вместо шляпы. Он жестикулировал, обращаясь к их преподавателю, а затем указал на них.

—Карэра ва нинген дэсу, — услышали они, как сказал Снейп.

—Кинисинай дэ кудасай, — ответил дух-редька, кивнул Снейпу и пошёл дальше.

—Инари-сама! — крикнул кто-то у них за спиной.

Все обернулись. К ним бежала женщина в похожей форме; на вид ей было примерно столько же лет, сколько ученикам. Она остановилась перед Снейпом, тяжело дыша, и быстро заговорила по-японски.

—По-английски, — коротко сказал преподаватель, указав на них.

—Ах да! — Женщина перешла на английский и обратилась к ним: —Я Тихиро, приятно познакомиться! В общем, Инари-сама, Каонаси снова пришёл, и я не знаю, пустит ли его Юбаба после того, что случилось в прошлый раз. Не могли бы вы спросить её, пожалуйста?

Она сложила ладони, а Снейп потёр переносицу.

—Ладно. Но смотри за ним! — крикнул он вслед Тихиро, которая убежала сразу после его согласия. —Клянусь, эта девчонка сведёт меня в могилу. Ей непременно нужно снова привести Каонаси в купальню.

Он продолжил идти.

—Я знаю, вы все об этом думаете. Да, Тихиро человек. Но случай у неё особый: она попала сюда в десять лет, перехитрила Юбабу в её же игре и спасла К-Хаку.

Снейп продолжал быстро шагать, обходя людей, заглядывавших из купален.

—Кто такой Хаку? — наконец спросил Драко с задних рядов. С момента их прибытия он почти ничего не говорил.

—Он управляет этим местом вместе с Юбабой. Я ему подчиняюсь. Технически у меня здесь больше власти, чем у него, но мы всем говорим, будто я божество маленькой речки в Хоккайдо.

Наконец они подошли к шахте, похожей на деревянный подъёмник. Внутри находился рычаг.

—Все внутрь. Скоро увидим Юбабу, а мне совершенно не нужна ещё одна лекция о том, что следует приходить вовремя, — невозмутимо сказал Снейп и потянул за рычаг, как только все вошли в лифт.

—Я постараюсь максимально сократить сроки вашего наказания, но полностью от него не избавлю. Это Министерство навлекло на себя беду, — всё тем же спокойным тоном добавил он, пока подъёмник стремительно нёсся вверх. —Перед Юбабой постарайтесь ничего не говорить. Она легко выходит из себя. И с Хаку не разговаривайте, ясно? Он не любит людей, кроме Тихиро. В ней, кстати, есть кровь духов.

Снейп вышел из лифта, едва двери раздвинулись.

Все тоже выбрались наружу и замерли, разглядывая огромные расписные вазы, украшения и прочие вещи на новом этаже — всё выглядело ОЧЕНЬ дорогим.

—Сюда! — позвал Снейп от большой богато украшенной двери справа.

Все остановились и уставились на дверной молоток. Его пугающая реалистичность их слегка насторожила.

—Юбаба-сама, модоре кимасита, — чётко произнёс Северус, постучав в дверь.

Дверной молоток ожил, кивнул ему, и двери распахнулись. За ними тянулся ряд дверей, ведущих по прямому коридору, который становился всё роскошнее по мере приближения к концу.

—Идите за мной. И помните, что я говорил. Тихо, — прошептал Северус и уверенно зашагал по коридору, словно бывал здесь сотни раз. Что, как поняли остальные, скорее всего, было правдой.

Наконец они оказались в ярко освещённом кабинете. Свет лился сквозь стену, целиком состоявшую из окон и выходившую к морю, которое они уже видели. Все замерли, разглядывая обитателей комнаты. За столом сидела старуха с огромными носом и головой. На пальцах у неё сверкало множество колец с драгоценными камнями, а волосы были туго стянуты в пучок на макушке. На полу полуголый гигантский младенец играл с тремя живыми зелёными головами с усами.

Наконец они заметили мужчину с длинными зелёными волосами, примерно такой же длины, как у Снейпа, но распущенными. На нём была форма, похожая на ученическую, только бело-голубая.

—О, Инари каэттита не? — скрипуче спросила старуха за столом.

—Хай, Юбаба-сама. Эйго дэ онэгайсимасу, — ответил Снейп, слегка поклонился, а затем указал на людей за своей спиной. Юбаба и мужчина внимательно их оглядели.

—Ладно. Полагаю, им есть что сказать? Но пусть следят за словами: я сегодня не в духе, — произнесла Юбаба скрипучим голосом, таким же строгим, как у профессора Макгонагалл.

—О, мне есть что сказать, старая карга! — крикнул Сириус.

—Сириус! — прошипел Люпин, стоявший рядом, и схватил его за руку.

—Что ты сказала? — прорычала Юбаба. Окна затряслись, а бумаги на её столе взлетели в воздух.

—Хаку, уходи отсюда! Икэ! — быстро крикнул Снейп и бросил Хаку предупреждающий взгляд.

Хаку кивнул. Перед камином Юбабы появилась дыра, и он нырнул в неё. Отверстие тут же закрылось.

—Юбаба-сама, пожалуйста, успокойтесь. Этот человек всегда был таким. Виноват только он сам. Прошу, не срывайте гнев на учениках, — сразу же сказал Снейп, низко кланяясь старухе, которая остановилась в нескольких шагах от них.

Ученикам было неловко видеть, как сильно он впился ногтями в ладони: из-под его пальцев сочилась кровь и стекала по ним.

—Ладно. Но этот мужчина первый день будет отмывать большую купальню вручную. Потом поможет лягушкам чистить уборные, — прорычала Юбаба, указав на Сириуса и проведя пальцем по прямой линии.

Раздался странный звук, похожий на застёгиваемую молнию. Сириус издал придушенный звук. Все повернулись к нему и увидели, что Юбаба волшебством зашила ему рот.

Снейп попытался сдержать смех, но не смог и вскоре уже хохотал, согнувшись пополам.

—Инари… — начала Юбаба, но осеклась, просто улыбнулась и взъерошила смеющемуся мужчине волосы.

Ученики были потрясены: они никогда прежде не видели, чтобы Снейп улыбался, не говоря уже о том, чтобы смеялся. Сириус же выглядел в ярости.

—Разве я не предупреждал, Блэк, что Юбаба легко выходит из себя? — спросил Снейп, всё ещё посмеиваясь и вытирая слёзы.

—Тише ты! — крикнула Юбаба из-за стола.

—Я уже знаю, зачем вы пришли. Сокращу срок вашей принудительной работы до месяца, и ни днём меньше. Невежливый останется здесь на два месяца. Только потому, что вы не знали, что происходит. Проследи, чтобы в следующий раз эти министерские прихвостни прислали взрослых, которые хотя бы понимают, куда их посылают. А ещё лучше — пусть просто выплатят мне то, что должны! — крикнула она, ударив кулаком по столу. —Спасибо, Юбаба-сама. Тихиро хочет узнать, можно ли впустить в купальню Каонаси. Он пришёл в гости, — осторожно спросил Снейп.

—Пусть входит, пока я в таком хорошем настроении, — ответила Юбаба, махнув рукой. —Но если что-нибудь случится, отвечать будешь ты. Понял?

Она указала на Снейпа длинным накрашенным ногтем.

—Разумеется, — ответил он и снова поклонился.

Затем Снейп вышел из кабинета. Учителя и ученики поспешили за ним, стараясь как можно скорее выбраться от этой устрашающей женщины.

—Блэк, я не сниму это заклинание. Вот и решена проблема, — сказал Северус, едва они вышли из комнаты.

—Ну что ж! — воскликнул он, внезапно повеселев и хлопнув в ладони. —За работу!