Глава 1: 1.

Сын у него был сплошь нескладные руки и ноги да кудрявые рыжие волосы. За эти гены Рон мог только извиниться и надеяться, что Хьюго со временем освоится в собственном теле — как когда-то он сам. В четырнадцать лет неловкости не избежать. Но Рон не думал, что дело в его стряпне, сколько бы Хьюго ни настаивал.

— Да посмотри на это! — возмущался Хьюго, размахивая рыбной палочкой, пока та не развалилась на куски.

— А что с ней не так? — спросил Рон. — Ты сам сказал, что хочешь питаться здоровее. Рыба полезная.

— Не когда она в панировке!

— Тогда ешь горошек и кукурузу.

Хьюго уставился на отца, схватил дневник и пролистал страницы до последней записи. Потом посмотрел на часы и, согнувшись над столом, яростно нацарапал предложение. Рон вытянул шею и сдержал усмешку.

12:43. Неужели папе так сложно приготовить что-нибудь, что нельзя просто сунуть в духовку и оставить там на двадцать минут? Ему совершенно наплевать на мои потребности в питании.

— Можно я выйду из-за стола? — вдруг спросила Роза, насаживая на вилку остатки овощей.

— А? Мы же только сели.

— Я камином перемещусь к Рокси и научу её тому приёму в квиддиче, которому меня научила тётя Джинни…

Она сунула в рот остатки еды и быстро прожевала. Рон молча восхитился: Роза преуспела и в скоростном поглощении пищи — наравне со всем остальным. Она основательно сглотнула и продолжила:

— …Но мне нужно поскорее туда попасть, потому что в три по радио будет передача об алхимии.

— Ладно, — сказал Рон. — Только возьми с собой коробку и оставь её у Джорджа, хорошо? Осторожно поставь, там образцы нового товара.

Роза согласно промычала и поспешила прочь. Меньше чем через минуту её уже не было, и за столом остались Рон и Хьюго, который наконец вернулся к явно не соответствовавшему его стандартам обеду.

Рон взглянул на часы.

— Вот это да, — сказал он. — Новый рекорд. По-моему, она управилась меньше чем за три минуты.

Он ожидал от сына молчания или какой-нибудь язвительной реплики. Вместо этого Хьюго положил нож и вилку, выпрямился и — совсем как Перси — произнёс:

— Вообще-то, отец, я рад, что она ушла. Мне нужно с тобой кое-что обсудить.

— Да? Если опять насчёт моей стряпни, Хью, никто не мешает тебе самому попробовать…

— Нет, — с достоинством сказал Хьюго. — Отец, я влюблён.

Не смейся, не смейся, не смейся, не смейся…

Рон серьёзно кивнул.

— Понимаю. В кого?

Уши Хьюго порозовели.

— Не думаю, что это имеет отношение к делу. Меня беспокоит другое: мне кажется, она не знает, и… — Хьюго на миг поджал губы и набрал в грудь воздуха. — Я не совсем понимаю, как ей об этом сказать, потому что она не замечает ни одного моего намёка.

— И ты хочешь моего совета? — спросил Рон, удивившись, как ему польстило это признание.

Хьюго дёргано кивнул.

— Ну… Я бы посоветовал просто сказать ей, что ты чувствуешь.

Хьюго смотрел на него, казалось, целую вечность, затем, не отводя сердитого взгляда, снова схватил дневник.

— Нет, нет, — поспешно сказал Рон. — Не надо. Хьюго, только не записывай это, не…

Но Хьюго уже строчил, почти уткнувшись носом в страницу и лишь изредка поднимая глаза, чтобы мрачно взглянуть на вздыхающего отца. Наконец дневник с грохотом захлопнулся.

— Закончил? — спросил Рон.

— И это всё, что ты можешь сказать? — возмутился Хьюго. — Я пришёл к тебе, потому что думал, что ты творческий человек и сможешь придумать что-нибудь пооригинальнее мамы.

— Послушай, мы с твоей мамой не особо хорошо умели говорить друг другу о своих чувствах, — сказал Рон. — Я даю тебе совет, который хотел бы дать самому себе в четырнадцать лет.

Он поморщился: сын по-прежнему выглядел совершенно неубеждённым.

Когда решаешь завести детей, о таком не думаешь. Этого точно не было в их списке плюсов и минусов. А план подготовки к неудобным вопросам в основном касался травмирующих событий прошлого и технических сторон секса. Если подумать, возможно, им стоило сходить на терапию ещё раз. Когда они решили завести детей, они представляли себе будущее примерно до того момента, как те попадут в Хогвартс. А дальше как-то само собой подразумевалось, что школой займётся Хогвартс, дети смогут заботиться о себе сами или найдут ответы в книжках…

— Есть одна книга! — почти выкрикнул он сыну.

Хьюго снова схватил дневник, но на этот раз сразу перелистнул в самый конец, к страницам для заметок, и с нетерпением уставился на отца.

— Какой у неё номер по классификации Дьюи? Она, наверное, в библиотеке…

— Нет, не в библиотеке, — сказал Рон, тоже подавшись вперёд и понизив голос. — Кажется, она всё ещё у Гарри. Книга очень старая. Фред и Джордж раздобыли её у кого-то, потом отдали мне, а я передал Гарри. Не знаю, откуда она вообще взялась…

Хьюго дрожал от возбуждения.

— И она до сих пор у него?

— Называется «Двенадцать безотказных способов очаровать ведьм», — сказал Рон, пока сын записывал название. — И твоей маме её видеть совершенно незачем. Некоторые главы… В общем, они будут полезнее, когда ты станешь постарше. Но там много советов о том, как быть… — Он беспомощно пошевелил руками. — Красноречивее. Прямее. Яснее показывать свои намерения, не пугая девушку.

Хьюго кивнул.

— Вот что мне нужно. Чёткая инструкция.

Рон поднял руки.

— Она в любом случае чётче, чем всё, что я смог бы тебе объяснить, — пообещал он.

Из гостиной донёсся шум камина, и Рон услышал, как мать поздоровалась с кем-то. Он снова посмотрел на сына и постучал пальцем по странице, где тот записал название.

— Запомни, — прошептал он. — Книга у Гарри.

Гарри вернулся домой с новым синяком вдоль бока, поморщился, снимая плащ, и ещё не успел как следует скинуть сапоги, как его напугал чересчур серьёзный голос:

— Здравствуйте, дядя Гарри.

— Хьюго! Мерлин… Ты в порядке? Что ты здесь делаешь?

Племянник стоял и пристально смотрел на него, держа в руках дневник. Выражение его лица было серьёзнее обычного.

— Мне нужны жизненно важные сведения.

— А, ясно, — сказал Гарри. Он оглядел кухню и только тут заметил, как тихо вокруг. — Где моя семья?

— Сейчас это неважно.

— Вообще-то важно, Хью, — встревожился Гарри. — Ты ведь Хьюго, да?

— Вы очень подозрительны, дядя Гарри. Вам нужна терапия, — сообщил Хьюго. — Тётя Джинни отвезла Джеймса в Святого Мунго…

— Почему?! Что-нибудь случилось?

— С ним всё в порядке. Аль его сглазил, и ему не могут вернуть нормальный размер ног. В общем, как я уже сказал, мне нужны жизненно важные сведения. Пожалуйста, — произнёс он, указывая на кухонный стол, — садитесь.

— Хьюго, это моя кухня.

— Можем остаться стоять, если вам так удобнее.

Убедившись, что только его племянник способен быть настолько странным, Гарри подчинился. Хьюго сел напротив и сложил пальцы домиком перед ртом. Дневник лежал раскрытым перед ним.

— Вот в чём дело, дядя Гарри, — объявил он. — Я обнаружил, что… влюбляюсь.

Не смейся, не смейся, не смейся, не смейся, не смейся…

— Понимаю, — серьёзно сказал Гарри, слегка кивнув.

— Отец сказал, что у вас может быть одна книга, которая мне поможет. — Хьюго заглянул в дневник. — «Двенадцать безотказных способов очаровать ведьм».

Гарри слегка нахмурился.

— А, да, эта книга… — Он замялся. — Кажется… думаю, Рон забыл, что в ней написано. По-моему, для тебя она пока рановата.

— Я чрезвычайно зрелый для своего возраста, — заявил Хьюго.

— Я это знаю, Хью, — ласково сказал Гарри. — Но там есть главы… довольно откровенные. Если честно, не уверен, что твой отец сам до конца подумал, когда решил отдать книгу мне.

Хьюго прищурился и записал что-то в дневник.

— Так она у вас или нет?

— Э-э… Кажется, я отдал её Тедди. Или она на чердаке?

Хьюго почти целую минуту смотрел на него. Потом в его голосе зазвучало осуждение:

— Вы только что сказали, что некоторые части книги очень откровенные. И отдали её крестнику? Своему фактически приёмному сыну?

Гарри замер.

— Нет…

— Так где она?

Гарри встретился взглядом с Хьюго. Наконец он пробормотал ругательство и сказал:

— Тебе бы работать на допросах.

Хьюго встал и с грохотом хлопнул кулаками по столу.

— Где книга, дядя Гарри? Это вопрос любви!

— Она у Тедди, ладно? — воскликнул Гарри. — Я отдал её Тедди, потому что хотел выглядеть крутым крёстным! Доволен?

Хьюго шумно выдохнул через нос и неодобрительно покачал головой — точь-в-точь Гермиона.

— А ведь вы должны быть примером для нашего поколения, — сказал он.

Он собрал дневник и резко захлопнул его.

— Я сразу отправлюсь на площадь Гриммо поговорить с Тедом.

Гарри виновато кивнул, когда Хьюго ушёл в гостиную. Он дождался шума камина, а потом расхохотался.

Тут же позвонил Рону через камин.

— Я просто подыграл твоему сыну, — сообщил он. — Представление было что надо.

— Ты про книгу? Я думал, предупредить тебя, но решил, что будет смешнее, если он сам явится.

— Теперь шутка удалась на славу. Я знаю, что Тед стащил ту книгу много лет назад.

Тедди услышал, как Вик позвала его, и тут же перестал печатать. Он уже был готов исполнить очередную просьбу сильно беременной девушки. Ступени старой лестницы заскрипели под его ногами. Гарри подарил им этот дом, когда они сообщили, что ждут ребёнка: сказал, что дом простаивает и используется лишь изредка — как лондонская база.

«Я получил его от крёстного, — объяснил он. — Логично, что я передам его вам».

Тедди думал, Вик зовёт его помочь встать с дивана, достать что-нибудь, до чего она не могла дотянуться, или сходить купить еду, которую ей вдруг захотелось. Но он никак не ожидал увидеть в гостиной Хьюго: на плечах у того ещё оставался каминный пепел, а сам он выглядел решительным и ещё серьёзнее обычного.

— Что ты здесь делаешь? — выпалил Тедди.

— Насколько я понимаю, у вас есть то, что мне необходимо, — высокопарно заявил Хьюго.

— Что? О чём ты?..

Хьюго обернулся к Вик.

— Вы не возражаете, если я поговорю с вашим мужем наедине?

— Мы не женаты, Хьюго, — с нажимом сказала она.

— Ах да, — ответил он, удивительно напомнив Молли Уизли. — Очень современно.

— Что тебе нужно, Хью? — настороженно спросил Тедди. Он заметил, как пальцы Хьюго подёргиваются над дневником.

Хьюго посмотрел на него.

— Я знаю, что у вас есть книга, которая мне нужна. «Двенадцать безотказных способов очаровать ведьм»…

Тедди схватил его за руку и вытащил из комнаты, не обращая внимания на смешок Виктуар.

— Откуда ты о ней узнал? И кто сказал, что она у меня?

— Дядя Гарри сказал, что отдал её вам.

Тедди густо покраснел.

— Нет, не отдавал. И зачем она тебе? Она не для четырнадцатилетних.

— Я чрезвычайно зрелый для своего возраста, — нахмурился Хьюго, выдёргивая руку из его хватки. — И вообще, она нужна мне, потому что я влюблён. Совершенно неожиданно, уверяю вас, но это правда.

Не смейся, не смейся, не смейся, не смейся…

— Понимаю, — спокойно сказал Тедди. — И ты думаешь, эта книга поможет?

— Я должен хотя бы попробовать, — произнёс Хьюго так, будто собирался отправиться на битву.

— Ну… Я нашёл эту книгу у Гарри в кабинете много лет назад. Он отругал меня, когда застал за чтением, но позже я вернулся и одолжил её. Думал, он так и не заметил, но, похоже, заметил… — Тедди потёр затылок и тяжело вздохнул. — Не могу поверить, что он тебе рассказал. Серьёзно, Хьюго, тебе пока…

— Отец посоветовал мне эту книгу, — сказал Хьюго и будто стал немного выше. — Очевидно, он считает, что я готов.

— Мерлин… — пробормотал Тедди. — Рон посоветовал её тебе? Даже несмотря на главу про… — Он покраснел ещё сильнее. — Даже несмотря на главу про куннилингус?

Кажется, впервые за всё время Тедди увидел на лице Хьюго полнейшее замешательство.

— Что это такое?

— Чёрт возьми, я не отдам её тебе! Ты меня разыгрываешь, да? Спорим, Рон ничего такого…

Внезапно Хьюго разозлился. Он раскрыл дневник и яростно перелистал несколько страниц назад.

— Вот… вот! Среда, 12:56. «Отец сообщил мне о книге, которая может помочь мне завоевать Эстер. Говорит, она сейчас у дяди Гарри. Называется…»

— Эстер? — переспросил Тедди. — Та подруга Лили, которую она привозила на Рождество в Нору?

Хьюго покраснел так сильно, что Тедди удивился, почему у него до сих пор не загорелись уши.

— Неважно, кто она. Важно, что она существует и что она… всё для меня. Ты же писатель. Должен понимать…

— Ладно, ладно, — сказал Тедди, которому, в отличие от Гарри и Рона, не хватало терпения слушать поэтические излияния Хьюго. — В общем, книги здесь нет…

К своему ужасу, Хьюго схватил его за мантию и толкнул к стене кухни.

— Какого… Хьюго!

— Где она, Тедди? — потребовал Хьюго, глядя на него безумными глазами. — Я уже говорил дяде Гарри: дело касается любви. И я требую, чтобы ко мне отнеслись серьёзно!

Тедди оттолкнул его.

— Ты самый странный из всех в этой семейке, — пробормотал он. — Я её спрятал, ясно?

— Где? — спросил Хьюго низким, холодным голосом.

— На чердаке Норы. Но я не собираюсь помогать тебе её добыть, Хьюго. Не хочу иметь к этой книге никакого отношения, понял? Найдёшь её сам — и сделаешь это так, чтобы Молли Уизли ничего не узнала.

Хьюго разгладил мантию и глубоко вдохнул носом.

— Спасибо, Эдвард, — сказал он. — Вы оказали мне большую услугу. Простите, что вам пришлось такое увидеть. Теперь я оставлю вас с женой в покое.

Тедди проводил его взглядом, слегка качая головой. В дверях появилась Виктуар и прыснула со смеху.

— Значит, вот у кого ты этому научился? — спросила она.

На самом деле всё оказалось легко — даже разочаровывающе легко. После обеда взрослые всегда были слишком заняты, чтобы следить за тем, как дети носятся по Норе. А кузены уже знали: Хьюго вполне устраивает играть одному, и, скорее всего, он всё равно испортит им веселье.

14:23. Никто даже не спросил, зачем я спустил лестницу на чердак. Только Джеймс проходил мимо и спросил, собираюсь ли я поговорить со своим единственным другом. Вот так-то. Упырь оказывается милым, когда узнаешь его получше. Джеймс такой предвзятый.

Хьюго закрыл дневник и поднялся по лестнице до конца. На полпути он остановился, чтобы записать, как Джеймс, гордо удаляясь, обозвал его неудачником.

На чердаке отвратительно пахло из-за упыря. При свете одного лишь маленького огонька на специальной зажигалке папы почти ничего не было видно. Фред без лишних вопросов одолжил её Хьюго.

— Я ищу книгу, — сказал он упырю. — Тедди где-нибудь её спрятал. Ты же знаешь Тедди: думает, что яркие волосы заменяют личность. Сейчас живёт во грехе.

Склизкий и вонючий упырь протяжно, с хрипом застонал.

— Я был бы очень признателен, — сказал Хьюго. — Мне пришлось ждать этого обеда всю неделю, иначе всё выглядело бы подозрительно. А через пару дней я возвращаюсь в Хогвартс, и, если придётся ждать до лета, может оказаться слишком поздно. Понимаешь, я влюблён.

Упырь странно, содрогаясь, простонал и не умолкал очень долго.

— Не смейся надо мной! Я серьёзно. Это настоящая любовь. И эта книга может мне помочь. Ты уверен, что Тедди ничего здесь не прятал? Ты же должен его помнить.

Упырь пополз по пыльному полу чердака, огибая коробки и сундуки. Он стонал и оставлял за собой блестящий след, совсем как слизень. Наконец добрался до свёрнутого, изъеденного молью ковра и снова громко застонал.

— Спасибо, — сказал Хьюго, опускаясь рядом на колени.

Он просунул руку в свёрнутый ковёр, морщась при мысли о пауках, ползающих по пальцам, и нащупал что-то твёрдое. Хьюго вытащил находку.

Вот она: «Двенадцать безотказных способов очаровать ведьм».

Он открыл книгу и пробежал глазами по названиям глав. Увидел слово, которое упомянул Тедди. Хьюго много раз записывал в дневнике, как раздражает его — человека, гордящегося своим богатым словарным запасом, — встречать незнакомое слово. Но когда он прижал Тедди к стене, времени записать его или спросить, как оно пишется, не было. Он запомнил его лишь смутно и не знал, с какой буквы искать его в словаре. Теперь же слово было перед ним. Хьюго явственно услышал, как его произносит Тедди.

Он пролистал книгу до нужного раздела. Глаза у него расширились.

— Как ты мог посоветовать мне такое? — взвизгнул Хьюго, швырнув книгу перед отцом. — Это отвратительно!

— Э-э… — Рон напрягся: за столом воцарилась тишина, и все посмотрели на него. — О, смотри-ка. Ты её нашёл.

— Что это? — нахмурилась мама, прочитав название.

— НЕПОТРЕБСТВО, МАМА!

Чтобы подкрепить слова, он раскрыл книгу на странице, где двигалась подробная магическая иллюстрация. Половина гостей за столом разразилась потрясённым смехом, другая поспешно отвернулась. Папа, дядя Гарри и Тедди замерли в лёгком ужасе.

— Рон! — воскликнула бабушка. — О чём ты думал? Ему ведь только-только исполнилось четырнадцать!

Она наклонилась и так быстро захлопнула книгу, словно та могла её укусить.

— Я не думал, что ты и правда ему её отдашь, — прошептал дядя Гарри.

— Я не думал, что он и правда её найдёт, — прошептал в ответ Тедди. — Все дети боятся упыря, да?

— Чёрт, когда они были маленькими, боялись, Тед…

— Хьюго, — произнесла мама спокойным голосом, но с громовым выражением лица. — Почему бы тебе не убрать эту книгу, а мы обсудим всё дома…

— Нет! — крикнул Хьюго, уперев руки в бока. — Пусть все услышат, какую чушь мне приходится терпеть. Отец отдал её дяде Гарри, тот отдал её Тедди…

— Я не отдавал! — поспешно сказал Гарри. — Я просто пошутил, Хьюго…

— Отдал, — быстро сказал Тедди, слегка съёжившись под взглядом дяди Билла. — Гарри отдал её мне. Это было очень травмирующе, мне ведь было всего пятнадцать…

Дядя Гарри в полном предательском изумлении уставился на крестника.

— …Так что я спрятал её на чердаке, чтобы дети её не нашли…

Дядя Джордж заходился от смеха, вытирая слезу.

— Боже, — прохрипел он. — Я и забыл про эту книгу. Сколько лет её не видел…

— Послушайте, — заикнулся Рон. — Там не только про… такое, ясно? Это всего несколько глав. И я, конечно, собирался поговорить с ним. Просто подумал, что кое-что — например, главы о внимании, сопереживании и уместных комплиментах — поможет ему в общении…

— И ты не подумал обсудить это со мной? — возмущённо воскликнула мама.

Хьюго скрестил руки и согласно кивнул. Когда отец сказал, что маме эту книгу видеть не следует, он не думал, что всё дойдёт до такого…

— Это… Это мужские дела! — запинаясь, сказал отец.

Он отчаянно посмотрел на Гарри.

— Это ведь не так уж плохо, правда?

— Не знаю, — неловко ответил дядя Гарри. — Я прочёл её уже после войны. Потом ещё подумал… Ты же помнил, что я встречаюсь с твоей сестрой?..

Тётя Анджелина так громко расхохоталась, что едва перекрыла крики бабушки.

— Ты не должен был отдавать её ему! — настаивал папа, краснея ушами.

— Я не отдавал! И не пытайся выкрутиться. Зачем ты тогда отправил его ко мне?

Гарри вдруг посмотрел на дверь.

— Куда это ты собрался, Эдвард?

— Похоже, это семейное дело, — смущённо сказал Тедди, уже стоя на пороге гостиной.

— А ну вернись и признайся, что не так уж ты и травмировался, когда я поймал тебя с этой книгой…

— Послушайте, — спокойно сказала тётя Джинни. — Хьюго, убери книгу со стола, особенно после того, как мы только что поели. Но, думаю, папа просто решил, что ты уже достаточно взрослый.

— Дело не в том, насколько я зрелый! — упрямо возразил Хьюго. — Я просто не понимаю, при чём тут гриффиндорское благородство! Я пришёл к вам за советом о любви, а вы вот что думаете о ней?!

— Глава о внимании и сопереживании тебе очень пригодилась бы, Хьюго! — сердито сказал папа.

— Ты знал, что у него есть эта книга, когда он начал встречаться с моей дочерью? — прорычал дядя Билл, указывая на Тедди и обращаясь к дяде Гарри.

— Билл, ты сам отдал её мне и Фреду, — рассудительно сказал Джордж. — И там целый раздел о том, как не довести девушку до беременности. Видно, он книгу не слишком внимательно читал…

— Ты должен был дать мне её проверить, чтобы убедиться, что она не поощряет женоненавистничество! — отчитывала мама папу.

— Но если бы она этому учила, я бы не смог добиться тебя, разве нет? Ты бы мне такого не спустила…

— Нет, вы не понимаете, — возразил Тедди. — Я сразу понял, что книга не для детей, поэтому спрятал её у упыря. Чтобы никто другой на неё не наткнулся…

— Так вот откуда ты всему этому научился? — лукаво спросила Анджелина у Джорджа.

— Надеюсь, кроме Тедди её никто не видел, Гарри. Иначе наш сын мог заглянуть хотя бы в оглавление…

— Тед, ты заглядывал? — требовательно спросил дядя Гарри.

— Э-э… Я… Не знаю. Наверное, придётся…

Хьюго почувствовал прикосновение к плечу, обернулся и увидел, что бабушка зовёт его за собой. Он пошёл за ней в тихую гостиную, прихватив книгу и дневник. За дверью всё ещё приглушённо препирались взрослые.

— Ну что, — спокойно спросила бабушка, уперев руки в бока, — доволен собой?

— Да, немножко, — признался он.

Хьюго нахмурился.

— Я знаю, они все надо мной смеются. Считают меня неловким и несносным. Сами виноваты, если спросите меня.

Бабушка наклонила голову.

— Ох, милый. Ты и правда неловкий и несносный. Поэтому мы все тебя так любим. Ты лучше всех в нашей семье понимаешь, чего хочешь.

Она забрала у него книгу, пробежала глазами по оглавлению и неодобрительно цокнула языком.

— Подумаешь, будто я глупая. Или будто семерых детей аист принёс. Где, по-твоему, Билл её взял? Мы с дедушкой купили её много лет назад.

— Пожалуйста, не надо, — сказал Хьюго, но бабушка его не послушала.

— Я скажу им, что отобрала у тебя книгу и выбросила. Но, милый, на твоём месте я бы прислушалась к отцу. Некоторые главы — про общение — тебе и правда могут пригодиться. Последние главы пока можно пропустить, пока не подрастёшь, — строго добавила она.

— Бабушка, дело в том, что я влюблён, — сказал он.

Она улыбнулась и обняла его.

— Надеюсь, всё сложится хорошо.

Она взглянула на дверь: за ней всё ещё спорили.

— Но, э-э… Позволь дать тебе совет. Любовь и влечение… Иногда лучше хотя бы делать вид, что некоторые вещи личные, даже если мы все и так всё знаем. Понимаешь?

— Да, хорошо, — справедливо ответил он. — Наверное, я мог бы подождать и накричать на папу дома.

— Хотя вышло довольно смешно, милый, — заверила его бабушка.

Всего несколько недель спустя Хьюго сидел за партой в гостиной Гриффиндора, составляя карту звёздного неба для астрономии и то и дело поглядывая на Эстер. Она наклонилась над работой, и у Хьюго порозовели уши: блузка чуть съехала, пока она завершала карандашом плавную дугу.

— Вот, готово, — сказала она.

— Очень хорошо, — ответил он. — У тебя всегда такие аккуратные карты. Ты правда в этом талантлива.

Эстер просияла.

— Спасибо. Вот бы ещё трансфигурация давалась так же легко!

Рука Хьюго непроизвольно потянулась к дневнику: ему хотелось записать точное время, когда она улыбнулась, как засияли её прекрасные голубые глаза и какие у неё идеальные зубы. Может быть, сочинить стишок о ямочках на её щеках. Но он остановился и вспомнил.

— О, — сказал он. — У тебя с ней трудности? Что именно не получается?

И он откинулся на спинку стула и выслушал Эстер — искренне и внимательно. Дневник рядом с ним так и остался закрытым.