Глава 1: Глава 1. На ужин просто так не приходят

Драко

Драко Малфою в последнее время редко на что было жаловаться.

Конечно, он испытывал раскаяние — за Метку на руке, за своё тираническое поведение в детстве, за участие в разукрашенном культе — но он не мог заставить себя почувствовать настоящее сожаление. Потому что каждое из этих решений привело его сюда, к этому столу в Министерстве, и к Гермионе Грейнджер.

Его девушка. Она была его девушкой. И он сидел напротив неё каждый день.

Он всё ещё не мог поверить своему везению. Он часто размышлял о несправедливости всего этого — как он посмел быть столь счастливым в жизни, когда не сделал ничего, чтобы это заслужить? Его взгляд мягко скользил по Гермионе. Дикие пряди пушащихся волос, чернильные разводы на её длинном носу, раздражённая складка на её сердечкообразных губах. Её острые карие глаза сверкали плохо скрываемой яростью, пока она сверлила Перси Уизли взглядом.

Его ведьма была ослепительно прекрасна.

— ПЕРСИ! — от громкого окрика Грейнджер ведьма, сидевшая прямо за Гермионой, слегка подскочила на стуле.

Перси материализовался у их общего стола, как зловещий рыжий дух с веснушками.

— Тебе что-то от меня нужно, Гермиона? — спросил Перси, вертя в руках свои поддельные запонки. Мужчина был тщательно ухожен, но Драко чувствовал, что под одеждой он всё равно носит потрёпанный вид Уизли.

Гермиона нахмурилась, перебирая свои бумаги, некоторые из которых светились.

— Перси, ради всего святого, почему мы сейчас здесь? Вся эта работа могла подождать до следующей недели. Я просматриваю эти файлы, и, честно говоря, не думаю, что это дело заслуживает пятничного марафона.

— Это не моё расписание, Гермиона, это Кингсли, — настаивал Перси, его большие совиные глаза моргали за роговыми очками. — Я уже говорил ему об этом несколько раз. Уверяю тебя, никто не хочет работать в пятницу вечером. Меньше всех — я.

Глаза Перси скользнули к Драко.

— Верно ведь, приятель? — Перси слишком фамильярно ткнул его в плечо.

Драко ответил на эту сентиментальность прохладной улыбкой.

К несчастью для Драко, семья Уизли занимала очень важное место в жизни Гермионы. Драко знал, что ему нужно завоевать поддержку каждого члена семьи, каким бы подавляющим и невозможным ни казалось это дело.

Он приложил все усилия, но пока его уровень успеха с каждым членом семьи сильно варьировался.

Артур Уизли несколько раз устраивал ему допросы о его мыслях, чувствах и намерениях — фактически, при каждой их встрече — и его общее отношение к Драко было в лучшем случае прохладным.

У Молли Уизли, казалось, тоже были смешанные чувства насчёт Драко. С одной стороны, он всегда чувствовал на себе её суженные глаза, словно она ожидала, что Драко в любой момент наложит проклятие на всю семью, выкрикивая: «Сюрприз, неблагодарные предатели крови!» С другой стороны, она всегда по-матерински цокала над его тарелкой во время еды, накладывая ему добавку и делая обеспокоенные замечания о его «костлявых запястьях».

Больше всего повезло с Джинни, которая прямо согласилась быть его союзницей. Однако это шло с небольшим уловом: она заставила его быть её личным слугой целый день. Драко считал, что проявил большую силу характера и настоящую преданность Гермионе, играя в это унизительное мероприятие.

Двое старших, Билл и Чарли, всегда оценивали его, с хитрыми, недоверчивыми глазами, но хотя бы включали его в разговоры.

Джордж, этот мелкий мерзавец, обманул его. Драко думал, что сразу расположил к себе Джорджа, согласившись участвовать в его тупых розыгрышах. Вместе они разработали план трансфигурировать волосы Рона в нерушимую комбинацию ёжика с чёлкой, которая исчезнет, только если Хорёк отречётся от «Чадлийских Пушек».

Мнение Рона о нём и так было ниже грязи, но худшим было то, что он был всего лишь пешкой в больной, извращённой игре Джорджа.

Вскоре после инцидента с причёской Джордж подмешал в любимый (самый дорогой) гель для тела Драко ускоритель роста волос. Ему пришлось брить всё тело с головы до ног четыре дня подряд. А последующая линька была кошмаром.

Джордж величественно простил Драко все прошлые грехи в конце этого ужасного эпоса, но было поздно. Драко больше не смел ему доверять.

Операция «Завоюй Уизли» была каторгой. Настоящей пахотой.

С одним исключением: Перси Уизли принял его сразу и с восторгом. Слишком большим восторгом для вкуса Драко. Полагал, что следовало бы быть благодарным, но…

Он поднял взгляд на жадный взор Перси и вздохнул. На что только не пойдёшь ради Грейнджер.

— Бьюсь об заклад, ты бы хотел быть… где-нибудь… Что ты планировал на вечер, напомни? — спросил Перси у Драко, всё ещё наклоняясь к нему, рука навязчиво лежала на его столе.

— Я ничего не планировал на сегодня, потому что ты сказал нам, что придётся здесь сидеть с бумагами, — ровно сказал Драко. — Ты напоминал об этом каждый день на этой неделе.

Перси кивнул ему и повозился с бабочкой.

— Ну да, конечно…

— Правда, я не думаю, что тебе стоит сейчас мешать Драко, — сказала Гермиона, склонившись над бумагами и яростно строча. — Если Кингсли действительно настаивает, чтобы мы закончили это сегодня, нам лучше не поднимать головы. Чем быстрее, тем лучше. Это касается и тебя, Перси, — добавила она.

— Если бы я мог что-нибудь для тебя сделать… — Перси положил руку на плечо Драко, который аккуратно её стряхнул.

— Ну, вообще-то есть… — начала Гермиона.

— Знаешь что, Драко, ты прав, — сказал Перси, возвращая руку на плечо Драко. — Есть кое-что, что я могу сделать.

Он поморщился и отбил руку Перси, но волшебника это не смутило.

Перси надел вид напускной решимости. Даже его веснушки, казалось, важно выпрямились.

— Прошу прощения на минутку.

Выразив эту расплывчатую сентенцию, Перси зашагал в свой кабинет, отбивая дорогой пару зачарованных бумажных меморандумов. Драко встретился глазами с Гермионой, которая лишь пожала плечами, прежде чем снова склониться над бумагами. Она всегда умела опустить голову и закончить задачи. Драко был ленивее.

Поэтому он наблюдал и ждал.

Перси с грохотом захлопнул дверь своего кабинета, но Драко всё ещё видел, как он беззвучно шевелит губами, произнося заклинание, через окна. Наконец налился растущий красный свет. Судя по всему, Перси составлял Визгбэн. Драко украдкой огляделся, а затем снял заглушающее заклинание Перси одним маленьким трюком, которому его научила Грейнджер.

— ЭТИ ЛЮДИ НЕ ХОТЯТ РАБОТАТЬ В ПЯТНИЦУ ВЕЧЕРОМ, КИНГСЛИ! ЛЮДИ ЭТОГО ОТДЕЛА — МОЯ СЕМЬЯ—

Спорно, подумал Драко.

Гермиона подняла взгляд от светящихся бумаг, чтобы изумлённо поднять бровь в сторону Драко, затем заново наложила заглушающее заклинание. Вездесущая ведьма, подумал он с нежностью.

После ещё минуты-двух криков, которые Драко больше не слышал, Перси вышел из кабинета и возвысил голос, чтобы он разнёсся по всему отделу.

— Ну вот, я всё уладил. Вы все свободны на вечер!

Несколько человек радостно закричали. Большинство сразу же начало собираться; файлы взметнулись в свои шкафы, перья скрылись из виду, стулья остались пустыми и вращающимися. Некогда заставленные кабины теперь были пусты, как свежий свиток пергамента.

Выходные распростёрлись перед Драко, как кошка в солнечном луче.

Гермиона нахмурилась, перебирая некоторые из своих бумаг.

— Значит, нам придётся делать это в понедельник? Или…

Перси проигнорировал её и прошагал за спину Драко.

— Эй, Большой Ди. Выходит, у нас у всех сегодня вечер свободен… почему бы не отметить? Ты с Гермионой; я с Пэнси — немного поедим, немного выпьем…

У Драко живот провалился сквозь пол.

— О… ну, то есть, мы…

— Ты сказал, что у тебя нет планов! — быстро перебил Перси. — Ты только что это сказал! — Его ярко-голубые глаза горели, наблюдая за Драко так, как барристер наблюдает за свидетелем, которого только что загнал в угол на трибуне.

Глаза Драко расширились. Он посмотрел на Гермиону. Она смотрела на него с равным шоком, дикие кудри обрамляли её лицо. Он одарил её выразительным взглядом, пытаясь донести, что она должна перехватить разговор, но безуспешно. Грейнджер была непривычно молчалива.

— Полагаю… — начал Драко.

— Отлично! Устроим ужин. У нас. В семь. — И с пружинкой в шаге Перси ушёл, насвистывая.

Драко наклонился к Гермионе.

— Понятия не имею, что только что произошло… Почему ты не вмешалась, Грейнджер?

— Я не могла… там нечего было сказать. — Гермиона выглядела громом поражённой.

Они уставились друг на друга в тревожном молчании ещё мгновение.

— Драко… кажется, нас только что развел Перси Уизли.

Драко позволил этой реальности улечься. Их что… переиграли?

— На самом деле… я не думаю, что пятничный проект вообще существовал, Драко —

— О! И к нам ещё присоединятся Эрни и Луна. Увидимся через час! — Сияющий Перси прервал Гермиону чрезмерно восторженным взмахом руки. — Ну, через пятьдесят две минуты. До встречи, — крикнул он от двери, а затем выскользнул из офиса.

— Ну… дерьмо, — сказал Драко.

***********************

— Мы ведь не пойдём на это, правда? — спросила Гермиона из своего кокона из одеяла, туфли опасно свисали с её пяток. Они грозили свалиться с края кровати при каждом покачивании её ноги.

Драко вздохнул и провёл руками по волосам.

— Надо с этим покончить. Он победил, мы проиграли… Теперь мы должны вытерпеть и выстоять.

— Мы могли бы придумать отговорку… — предложила она с непомерной надеждой.

— Ладно, — сказал Драко с дразнящей усмешкой и ткнул её в рёбра. — Выкладывай худшее, Грейнджер. Какая у нас отговорка?

— Я… сломала ногу.

— Эпискеи.

— У тебя… случился эмоциональный срыв после чрезмерного употребления глютена.

— Легко опровергнуть. У меня нет аллергий и крепкий эмоциональный склад.

Гермиона сбросила одеяло и прижала его к кровати своей фирменной внезапной атакой.

— Ты заболел драконьей оспой.

Он посмотрел на неё, его выражение смягчилось. Когда она лукаво улыбнулась ему, он не смог не улыбнуться в ответ.

— Как насчёт этого? Мы идём. И пьём много алкоголя. А если станет совсем плохо, ты можешь попросить Поттера или Рыжую прислать Патронуса, чтобы сказать, что случилась чрезвычайная ситуация.

Она застонала.

— Ладно. Но я не буду веселиться.

— Вот это моя ведьма.

После того как Гермиона ушла в душ переодеваться, Драко заметил маленькую пятнистую сову, стучащую в окно. Она ворвалась через проём в тот момент, когда он отодвинул защёлку, её длинные уши дёргались от раздражения из-за того, что пришлось ждать.

Сова, которую он знал слишком хорошо.

Надпись: Д, что на тебе сегодня? У меня есть мантия, которую нужно погладить, или маггловский костюм. Не в смысле костюм, чтобы стать магглом. Магловский костюм. Костюм для маггла. -Т

Надпись: Это будет не такой уж званый ужин. Повседневные рабочие мантии. И самое главное, тебя не пригласили, Тео. -Драко Люциус Малфой

Надпись: Значит, ты все-таки берешь Грейнджер? Я думал, ты уже обосрался всё испортил. -Т

Надпись: Раз уж мы теперь встречаемся, то да, я беру Грейнджер. И повторяю: ты не идёшь. -Драко Люциус Малфой

Надпись: Я надену костюм. Более экзотичный. У меня сегодня сногсшибательное свидание, подожди, пока не увидишь её. -Т

Надпись: НЕ ПРИХОДИ. Тебя буквально не приглашали. -ДЛМ

Он отправил последнее послание как раз когда Гермиона вышла из душа, вытирая волосы полотенцем.

— Я слышала сов, — заявила она.

Драко вздохнул и откинулся на подушки.

— Тео завидует нашему светскому мероприятию и тоже хочет пойти на вечеринку.

— Мог бы занять моё место, — проворчала она. Затем просветлела. — Вообще-то —

— Хорошая попытка, но ты ни за что не оставишь меня там одного с этими придурками.

Гермиона горестно вздохнула, и они молча оделись. Она сменила юбку-карандаш и блузку на сливовое вязаное платье.

Драко снял свежую оксфордскую рубашку, которую носил на работу в тот день, расстёгивая каждую манжету натренированными руками. Затем выбрал ещё одну свежую оксфордскую рубашку из своей коллекции свежих оксфордских рубашек.

Они следили за часами, словно это был обратный отсчёт до судного дня, каждый пытаясь впитать последние мгновения свободы.

Драко провёл почти десять минут, проверяя свои мантии на катышки и складки, застёгивая и расстёгивая их на плечах. Гермиона сменила серьги трижды, затем в четвёртый раз (хотя это была первая пара, которую она примерила, так что это не считалось).

Наступило семь часов. Они посмотрели друг на друга.

— Кажется… я хочу сменить носки, — сказал Драко.

— О да, серые ужасны, — согласилась Гермиона.

Наступило пять минут восьмого. Они посмотрели друг на друга.

— Невежливо приходить с пустыми руками, — предположила Гермиона.

— На кухне должно быть несколько бутылок вина.

Она кивнула и повернулась, чтобы выйти из комнаты.

— О, и Грейнджер — обязательно читай каждую этикетку внимательно. Выбор вина никогда не должен быть поспешным.

Как оказалось, Гермиона Грейнджер, победительница малоизвестной премии Хогвартса за Бодрость и Скорочтение, не разделяла определения «медленно» Драко. Впрочем, винные этикетки не славятся особой многословностью.

Поэтому Драко пришлось взять дело в свои руки. Когда Гермиона спросила его о различиях между Сира, Гренашем и Мурведром, он одарил её полноценной лекцией о терруаре региона Лангедок во Франции и его микроклиматах (которые способствуют его разнообразному ассортименту сортов вина).

Драко даже подумал, что ей это показалось интересным, пока не увидел, как её глаза скользнули к часам. Он проследил за её взглядом с нахмуренным лбом.

— Как это возможно?! — воскликнула она. — Прошло всего пять минут! — Драко был глубоко оскорблён.

Его обида быстро растаяла, когда Гермиона закусила нижнюю губу (мило), а затем сказала:

— Знаешь, если подумать… опоздать на десять минут не так уж и плохо. Когда я принимаю гостей, приятно иметь лишнее время на подготовку.

— Так…

— Так… мы можем выйти через пять минут? Пятнадцать минут опоздания — это ничто в масштабах званого ужина.

Увы, последние пять минут исчезли, словно их стёрли с часов Скарабатывающим заклинанием. В пятнадцать минут восьмого откладывать было больше нельзя.

Драко глубоко вздохнул, и вместе они с треском трансгрессировали.

Гермиона

Перси и Пэнси жили в маленькой квартирке в маггловском Лондоне. Это был на удивление скромный дом, учитывая, что Пэнси происходила из рода с поколенческим богатством, а Перси был известен как самый самодовольный из Уизли. Хотя, возможно, она ошиблась в одном из них? Или даже в обоих?

Гермиона в последний раз повернулась к Драко.

— Не думаешь, что мы могли бы сейчас сбежать? Нас ещё никто не видел, — взмолилась она. — Давай, сделай свою «драконовскую» штуку; вычихни нас из этой передряги! Ты же должен быть ворчливым.

Губы Драко дрогнули, пока он накручивал на палец локон и очерчивал её фигуру серебряными глазами.

— Нас просто втянут в очередной поздний вечер. Или хуже — в похищение, — сказал он. — Нам просто нужно… как ты говоришь, эта маггловская фраза? Надраться и наклюкаться —

И прежде чем Гермиона успела его поправить, он решительно постучал в дверь.

— Подожди, я не готова! Драко —

Дверь распахнулась.

Пэнси появилась в дверном проёме со скоростью дикой кошки, бросающейся на добычу. Её фирменный гладкий боб имел грань, которой можно было порезаться, а лицо было зачаровано в мягкое, туманное совершенство. Несоответствие оставило у Гермионы чувство лёгкого опьянения ещё до того, как она переступила порог.

— Входите, входите! Посмотри на себя, Гермиона, сколько лет, сколько зим.

Когда они вошли в прихожую, Пэнси поцеловала Гермиону в обе щеки с широкой ухмылкой и ледяной хваткой.

Перси стоял за Пэнси, неловко заслонённый от обзора. Время от времени он высовывал голову то справа, то слева и махал вялой рукой.

Отпустив Гермиону, Пэнси обратила внимание на Драко с самодовольной улыбкой.

— Привет, Драко, — промурлыкала Пэнси с пошлым оценивающим взглядом, прошедшим по всей длине тела Драко. Он неловко поёжился рядом с Гермионой.

— Мы принесли вино, — сказала Гермиона, выставляя бутылку вперёд.

— О, это… — Пэнси вгляделась в этикетку.

— Маггловское вино, — уточнила Гермиона.

Улыбка Пэнси осталась приклеенной к лицу, когда она повернулась к Перси.

— Почему бы тебе не взять это и не поставить на кухню, детка? Отлично подойдёт для готовки.

Гермиона тихо рассмеялась, но смех медленно умер, когда она поняла, что Пэнси не шутит.

— Итак, что на ужин? — спросил Драко.

— Ну, кое-кто, — Пэнси одарила Гермиону безумной улыбкой со слишком многими зубами и странным хихиканьем, — постановил, что домовые эльфы больше не должны быть семейными слугами.

Гермиона ощетинилась. И не без причины!

— Они всё ещё могут служить семьям, — горячо сказала Гермиона, — просто не как рабы.

На мгновение воцарилось напряжение, пока Пэнси рассматривала Гермиону.

— Что ж, возможно, это и правда, но мы больше не могли их себе позволить, — наконец вмешался Перси. Гермиона бросила на Драко озадаченный взгляд. Разве Пэнси не из богатой семьи?

— Он имеет в виду, что мы не хотим тратить деньги на этих, э-э, бедных маленьких созданий. Верно, детка? — вставила Пэнси с яркой улыбкой. — Нам пришлось их отпустить. Ради свободы.

Группа всё ещё толпилась в тусклой прихожей, не имея возможности полностью войти в пространство из-за хозяев. Жёсткая поза Перси и Пэнси не приглашала к непринуждённому обходу.

— Что ж, я рада, что вы поддерживаете их свободу. Это абсолютно замечательно, — сказала Гермиона. Внутренне она сомневалась, что Пэнси испытала хоть малейшую перемену в сердце, но Драко довольно крепко сжимал её руку, и дебаты о домовых эльфах не казались самым изящным началом для вечеринки, на которую она предпочла бы не приходить.

На самом деле, она лишь чудом избежала того, чтобы наложить проклятие на Пэнси несколько минут назад. Она могла поспорить позже; сейчас ей нужно было взять себя в руки.

— Так… сегодня будет еда? — спросил Драко. С каждой секундой он выглядел всё более и более обеспокоенным.

— О, не глупи, Драко. Я теперь умею готовить! Правда, мой долговязый лев?

— Умеешь, моя тыквенная пастилка, — сказал Перси, обвивая руками талию Пэнси.

— Уверена, будет очень вкусно, — солгала Гермиона.

— Так и будет! Жаркое займёт всего около четырёх часов. Всё остальное полностью готово. — Пэнси подкрепила свою мысль небрежным взмахом руки.

Желудок Гермионы ухнул. Рука Драко покинула её, чтобы сжаться вокруг её запястья.

— Четыре часа с какого момента? — слабо спросила Гермиона.

Пэнси мрачно улыбнулась Гермионе.

— Ты знала, что домовый эльф может приготовить жаркое примерно за пять минут? Боюсь, я сама не справлюсь.

С этими словами Пэнси повернулась и пошла обратно в дом, жестом приглашая Драко и Гермиону следовать.

Драко, должно быть, почувствовал, как она напряглась рядом с ним.

— Много алкоголя, — пробормотал он ей на ухо, успокаивающе поглаживая её по спине. — Мы справимся.

С этими ободряющими словами она последовала за Пэнси внутрь, Драко за ней, и позволила двери закрыться с зловещим стуком.

— Итак, сначала игры или экскурсия? — спросила Пэнси, когда все собрались в крошечном коридоре.

— Экскурсия, — быстро сказал Драко. — Экскурсия.

— Извините за беспорядок, — сказала Пэнси, пробираясь через захламлённую гостиную. — Мы всё ещё обустраиваем этот маленький дом. Племянники и племянницы этого вот всегда создают мерзкий беспорядок, правда, дорогой?

— Ну, они просто… — Перси неловко замолчал.

Драко, благослови его, попытался вмешаться.

— Кстати, как Виктуар и… э-э…

— Очаровательны, как всегда, — ответил Перси в тот же момент, когда Пэнси сказала:

— Грязнули.

К этому моменту группа прошла всего три метра от прихожей до гостиной. Пэнси неловко загородила кухню своим телом.

— Как насчёт остальной части экскурсии? — сказал Перси после паузы. — Может, начнём сверху, Пэнси-Пус?

— Как хочешь; это твоя ночь, Перси-Пирожок.

— Мне выбирать? — Он потёр руки и крепко зажмурился, словно ответ придёт к нему, если он войдёт в контакт со своим внутренним «я». — К Ней!

Гермиона нахмурилась. Кто эта «она», которую они должны были навестить? У Перси был тайный ребёнок от Пэнси? Это многое объясняло, но…

Перси взволнованно повернулся, и вместе четверо волшебников и волшебниц поднялись по лестнице. Перси взлетал через две ступеньки, а Гермиона плелась за группой, волоча ноги по каждой скрипучей ступеньке.

Наверху лестницы на Гермиону обрушился запах, одновременно невыносимый и неразличимый.

Пэнси приоткрыла дверь прямо на площадке с небольшим визгом восторга.

— Это, — сказала она с величественным жестом, — моё рабочее пространство.

Дверь распахнулась, открывая непримечательную комнату, едва вмещающую двух взрослых, не говоря уже о четырёх. Все три доступные стены содержали полки, заставленные бледно-розовыми стеклянными бутылочками с надписью «Her?» от «Pansinity».

На небольшом рабочем столе стояла миска для смешивания и несколько маленьких бутылочек маггловских эфирных масел, а также котлы, ярко окрашенные тюбики и чаны с разными ингредиентами, которые казались в основном декоративными.

— Вот и всё, — сказал Перси без необходимости. — Вот здесь… Ну, я не знаю, вообще-то, мне сюда нельзя. Много разных запахов.

— Понюхай это, Дрейк, — взмолилась Пэнси, кружа большую миску под носом Драко, пока он не сдался и не изобразил глубокий вдох.

— Это… апельсин.

— Близко. Бриз из сацумы.

Когда Пэнси отвернулась, Драко расширил глаза на Гермиону и одарил её сжатой улыбкой. Она спрятала ответную ухмылку за рукой, что также дало ей краткую передышку от вездесущих ароматов.

— Это маггловские эфирные масла, Пэнси? — Гермиона указала на беспорядок на рабочем столе.

— О да! Хорошее замечание, — подмигнула Пэнси. — Я нахожу, что они придают определённый —

— Гораздо дешевле, — объявил Перси, пока Пэнси заканчивала:

— … je ne sais quoi.

Пэнси швырнула миску обратно на верстак.

— И дешевле, — сказала она напряжённо. — Всякий раз, когда я расстраиваюсь или раздражаюсь —

— Или досаждаюсь, — предложил Перси.

— Или досаждаюсь, — согласилась Пэнси, — или злюсь, я поднимаюсь сюда и просто дыыыыыышу.

Её голос ушёл в нижний регистр, и она откинула голову назад, обнажив шею, с долгим выдохом. Затем голова Пэнси резко поднялась, снова настороженная, сверкая яркой улыбкой с зубами.

— И всё уходит. Словно это было Эванеско.

— Просто так, — сказал Драко.

— Просто так, — согласилась Пэнси.

Все медленно кивнули, скорее от нечего делать, чем от настоящего согласия. Казалось, сказать больше было нечего.

— В спальню? — предложил Перси.

Группа повернулась, чтобы уйти. На выходе Гермиона заметила, что дверь в чулан слегка приоткрыта. Она заглянула внутрь и могла бы поклясться, что видела несколько салонных ванночек «Сликеази» для волос, припрятанных в глубине.

***********************

— А вот и моё счастливое место, — объявил Перси, когда они переступили порог спальни.

У неё определённо были качества спальни — примерно так же, как у чудовища Франкенштейна были качества человека: всё это соединялось вместе несколько неуклюже и бесформенно.

Вдоль стены рядом с дверью висели стойки со стильной женской одеждой, словно выставленной на продажу: платья с пайетками, меха, шёлковые халаты и блузы с перьями. Пространство стены над стойками служило витриной для головных уборов, хотя Гермиона не могла припомнить, чтобы когда-либо видела Пэнси в шляпе. Вообще.

Там были береты всех цветов, замысловатые гоночные шапочки, канотье, обёрнутые шёлковой лентой, и всё более нелепые фасцинаторы. Один особенно красивый напоминал розовый лотос. Когда Гермиона обратила на него внимание, марлевые лепестки раскрылись. Маленькая голубая бабочка вылетела в воздух, затем растворилась в ничто, словно сон, ускользающий из памяти. Появилась вторая, нежная бабочка.

Перси целеустремлённо прошагал мимо бабочки, отбросив её рукой, мимо мини-бутика, мимо большой, удобной на вид кровати, покрытой кремово-белым шёлком, словно крем-патисьер.

Он не упомянул стопки подушек драгоценных оттенков, выстроенных в аккуратную горизонтальную пирамиду у стёганого изголовья. Вместо этого он остановился, раскинув руки, перед маленьким уголком комнаты, который сначала был скрыт от глаз цветочной ширмой.

С лёгким вздохом Перси сел на вторую кровать в комнате — довольно жалкую на вид односпальную кровать, задвинутую в угол.

— Это моя кровать, — гордо сказал Перси.

Низкий комод служил одновременно прикроватной тумбочкой, его дерево было того же светлого дуба, что и кровать. Гермиона предположила, что обе вещи прибыли прямо с чердака «Норы».

Это было… что ж, довольно скудно, хотя и безупречно выглажено и чисто.

— Взгляните хорошенько, вы двое; вот где рождается гениальность. — Он закинул костлявую лодыжку на колено.

— Не хочешь устроить нам реконструкцию? — спросил Драко, следуя за Перси.

— Я сделаю вам даже лучше, — ответил Перси, подняв палец. — Как насчёт настоящего дела?

С этим сочным кусочком Перси лёг и положил голову на единственную белую подушку. Он вытянул длинные ноги поверх коричневого клетчатого одеяла и закрыл глаза.

— Для начала мне нужна полная тишина.

Гермиона поймала взгляд Драко, но ей пришлось отвести глаза, прежде чем кто-то из них фыркнул. Пэнси выглядела готовой в любой момент шикнуть на них.

После двух мучительных минут тишины Перси сел.

— Проект по регулированию метёл! — воскликнул он, подняв палец вверх. — Есть прецедент, который мы упустили. Департамент магического транспорта заблокировал резолюцию о перемещении через камин в 1912 году —

— Акт о прочистке дымоходов, да, — перебила Гермиона. — Но, Перси, я цитировала это в отчёте —

— Совершенно верно. Но затем он появился снова в 1915 году под другим названием. На этот раз через ДМС. «Обновление Международного соглашения о безопасности Флоо» — звенит колокольчик?

Разум Гермионы быстро работал, складывая то, что предлагал Перси.

— Троянский конь, значит? Мы оборачиваем дополнительные правила в безобидное обновление ДМС? Это не ужасная идея, но, Перси, всё исследование было сделано. Я как раз передала его Драко вчера; он собирался собрать формулировки для первого черновика. Если мы изменим стратегию —

Она посмотрела на Драко за помощью, но он выглядел так, словно его поразило Петрификус Тоталус.

— Нам придётся всё выбросить, — объявили Гермиона и Перси в унисон. Она сказала это со стоном. Перси сказал это с восторгом ребёнка, которому поручили заночевать в «Сладком королевстве».

— Хватит разговоров о работе, вы двое! — вмешалась Пэнси, усаживаясь на колени Перси. Она что-то прошептала ему на ухо и хихикнула, прижимаясь телом к нему.

Гермиона оглядела комнату, отчаянно пытаясь найти, куда бы деть глаза.

К несчастью, то, что привлекло её внимание, было отражением света от комода Перси. Пэнси начала визжать, пока Перси щекотал её, так что Гермиона с радостью приняла это отвлечение и направилась туда. Верхний ящик был наполовину открыт, внутри приютился личный Омут памяти.

Она не собиралась смотреть.

На самом деле она старалась не смотреть.

Но к её крайнему несчастью, она мельком увидела то, что, по-видимому, было началом Пэнси и Перси —

Гермиона ахнула.

— О боже милостивый! — Пэнси вскочила с колен Перси и поспешила к ней, затем убрала Омут памяти.

— Мне так жаль! — Пэнси неловко хихикнула, затем повернулась к Перси, который последовал за ней к злополучному артефакту. — Я же говорила тебе прибраться здесь, дорогой, — сказала она сквозь натянутую улыбку.

— Ей нравится критиковать мою форму после, — сказал Перси в сторону Драко. — Уверен, ты знаешь.

Драко выглядел так, словно только что проглотил галлон лимонного сока.

Пэнси шлёпнула Перси по заднице.

— Мне нужно держать тебя в лучшей форме, правда, детка?

— Точно! Ручкастая Пэнси, вот как я тебя называю.

Гермиона взглянула на Драко. Он уже смотрел на неё в ответ, глаза передавали безмолвный, травмированный крик.

Они направились обратно вниз, и Гермиона пожелала, чтобы следующим занятием был раунд Обливиэйта.

— Ты в порядке, Грейнджер? — прошептал Драко ей на ухо, беря её за руку.

— Много алкоголя, да? — прошептала она в ответ. Он сжал её руку в согласии, пока Перси жестом приглашал их собраться вокруг него в гостиной.

— Гранд-финал! — объявил он.

Послушно Драко и Гермиона придвинулись ближе, пока Пэнси парила рядом с снисходительной улыбкой на лице.

— Что ж, я наконец сдался, — начал Перси, — и купил себе плазменное магическое зеркало высшего класса. Полагаю, вы могли бы назвать меня «покупательно-любопытным».

— О, Дин Томас изобрёл такие! — воскликнула Гермиона с энтузиазмом. Его вдохновили маггловские телевизоры. Обычно они были огромными и подключались к Омуту памяти — если вы были достаточно богаты, чтобы его иметь, — или к простым флаконам с воспоминаниями. Плазма поставлялась со стандартным интерактивным голосом, заменяющим пульт.

Она знала, что Дин любил использовать своё зеркало, занимающее целую стену, для воспроизведения воспоминаний о фильмах, поскольку электроника не работала в его магической квартире. У них с Драко тоже было плазменное зеркало — большое и статное, гордо висящее в их гостиной.

Зеркало Перси и Пэнси, с другой стороны, было лишь немного больше ручного. Оно выглядело неуютно маленьким на фоне в остальном простой, яично-белой стены, но Перси всё равно решил его повесить.

Гермиона понятия не имела, как они нашли такое крошечное. У него была узкая железная рама, но с вплетённой серебряной проволокой, почти как седые и белые волосы.

Драко шагнул вперёд, чтобы рассмотреть его.

— Привет, красавчик, — проворковало зеркало голосом зрелой женщины.

— Она любит, когда её называют Люсиль, — предложил Перси.

— Привет… Люсиль, — попробовал Драко.

— Это просто зеркало; у него нет имени, — раздражённо огрызнулась Пэнси. — Правда ведь? — добавила она зеркалу с неприязнью.

— Я не понимаю вопроса и не буду на него отвечать.

Пэнси фыркнула и раздражённо провела рукой по волосам.

— Она считает, что я слишком критична. Ещё один её недостаток, — сказало зеркало комнате. — Скажи бледному подойти ближе… мне нравятся его глаза.

Щёки Драко порозовели, и он шагнул ближе к Гермионе.

— Ты и правда критична! — Лицо Пэнси покраснело, и она начала терять самообладание.

— Я тебя не критикую, — надменно сказало зеркало. — И если ты беспокоишься о критике… иногда диета — лучшая защита.

— Мерлиновы сиськи! — Пэнси попыталась поправить волосы в зеркале, которые растрепались от её взволнованных пальцев.

— Возможно, тебе просто нужно подстричься и начать заново, дорогая —

Пэнси заставила зеркало замолчать взмахом палочки.

— Не заглушай зеркало, детка! — Перси возился с палочкой и делал странные рывковые движения, словно решая, снимать ли чары. — Ты же знаешь, она чувствительная…

Боже милостивый, в мире не хватило бы напитков, чтобы пережить этот вечер. Взгляд Гермионы блуждал, пытаясь сосредоточиться на чём угодно, кроме ссорящейся пары. Блеснувшая золотая записка на нижней полке книжного шкафа привлекла её внимание.

— О, ваши награды за толщину котлов, Перси! — громко сказала она, прерывая то, что стало очень жутким спором, полным широко раскрытых глаз и натянутых улыбок. — Удивлена, что они не выставлены на кофейном столике, чтобы все видели.

Пэнси подлетела к Гермионе.

— Ну, выбор был между ними и тем ужасным плакатом «ПЕРСИ ГОВОРИТ ЧТО», который подарили ему братья, — сказала Пэнси. — Так что я сказала: «Давай, Перси! Выставляй свои маленькие награды!» И он выставил.

— Мило с твоей стороны, — сказал Драко.

Громкий стук в дверь прервал их разговор, и Пэнси скользнула к входу.

— О, хорошо, вы добрались!

Эрни Макмиллан вошёл, с Луной Лавгуд под руку.

— Привет всем! Так это, значит, старое обиталище? — Эрни слегка выпятил грудь, надменно оглядываясь. У него уже появилась седина в зачёсе, но походка была такой же знакомой и многозначительной, как в школе. — Отличное шоу!

— Здравствуйте! — сказала Луна лёгким, воздушным тоном. — Спасибо, что пригласили Эрни, а значит, и меня в придачу. — Она оглядела комнату большими круглыми глазами, затем добавила: — У вашего дома очень характерный запах. Могу я предположить, что вы развешиваете фрукты и овощи вдоль границ участка, чтобы отпугнуть бракл-блaйтов?

Пэнси тупо уставилась на неё.

— Что, Луна?

— Бракл-блaйты, — настойчиво сказала Луна. — Ну знаете. Существа, которые приносят ненадёжную ауру в места, где обитают.

Про себя Гермиона подозревала, что и запах, и аура исходили от средства для волос Пэнси.

— Нам придётся это проверить, — сказала Пэнси, уже оглядываясь в поисках, куда бы перевести внимание.

Перси шагнул вперёд, обнял Пэнси за талию, затем пожал руки Луне и Эрни.

— Всегда рады вам обоим! Мы всегда ценим твоё экспертное мнение, Луна.

Луна ярко улыбнулась.

— Позитивный настрой — первый шаг к избавлению от браклов! Я была бы в восторге, если бы станцевала для вас изгоняющий танец.

Гермиона фыркнула.

Луна сузила глаза на Гермиону.

— Конечно, не все понимают, — сказала она, внезапно потеряв свой воздушный тон. — Тем, кто держится за факты и цифры, всегда будет трудно с бедой бракл-блaйтов.

Гермиона подавила желание закатить глаза.

Тем временем Эрни заметил Драко, который парил чуть позади плеча Гермионы, и его глаза загорелись.

— Как поживаешь, старина? — Эрни выпутался из группы у двери и хлопнул Драко по плечу. Гермиона сдержала ухмылку при виде глубокого раздражения Драко.

— О, знаешь, — проворчал Драко. — Приятель.

— Капитально! — Эрни направился в гостиную. Луна сделала реверанс Пэнси и поплыла за ним.

— Ладно, теперь я действительно хочу уйти, — пробормотал Драко ей на ухо.

— Немного выпивки, старый ты сухарь? — тихо спросила Гермиона в идеальной имитации Эрни. Драко фыркнул.

Группа влилась в гостиную, шумный разговор Эрни вливал так необходимую жизненную силу в то, что стало затхлым и неловким мероприятием.

Пока остальные обсуждали обычное (счёт в квиддиче и погоду), Перси поймал Гермиону за локоть и начал говорить тихо.

— Гермиона, я знаю, что произошедшее наверху, вероятно, разочаровало тебя…

Её мысли немедленно обратились к Омуту памяти. Неужели он собирается объяснить свои… действия?

— Я хотел убедиться, что ты знаешь — с регулированием метёл — что мы не начнём с нуля, не по-настоящему. Работа, которую ты сделала, была феноменальной; она всегда такая. Мы узнали довольно много из твоего тщательного отчёта и рекомендаций. Я хотел убедиться, что ты это знаешь.

— О, ничего себе, — она была одновременно поражена этим вдумчивым замечанием и польщена. — Спасибо, что сказал это, Перси.

Когда они направились садиться в гостиной, Гермиона почувствовала на себе прожигающий взгляд. Она подняла глаза и увидела хмурое лицо Пэнси.

Что теперь?

— Как насчёт того вина? — спросила Пэнси у группы. — Гермиона?

— О, ну —

— Только винная стойка немного спрятана. На сааааамом деле, — пропела Пэнси, — почему бы нам не пойти проверить вино вместе? Устроим маленькую девичью вылазку. Давай, Гермиона, Луна… все пойдём!

Гермиона нутром знала, что не должна идти за Пэнси.

— О, я —

— Девичья вылазка! — Глаза Пэнси были широко раскрыты, ярко-красная помада начинала размазываться в уголке.

Гермиона никогда раньше не нервничала из-за Пэнси. Очевидно, ведьма была необычной. Раздражающей, да. Но теперь по её спине пробежал холодный озноб настоящего страха.

— Похоже, мне придётся пойти, — сказала Гермиона с неловким смехом.

Две ведьмы последовали за Пэнси на крошечную кухню. Ножи рубили призрачные овощи, а раковина продолжала пениться и перемывать один и тот же котёл снова и снова. Это было воображение Гермионы, или некоторые ножи угрожающе повернулись в её сторону, когда она вошла?

Едва Гермиона переступила порог кухни, как Пэнси высунула голову из кладовой.

— Вино вот здесь, девчушка, — позвала Пэнси.

Нерешительно Гермиона шагнула к кладовой, которая казалась глубиной с гардеробную.

— Давай, — тихо сказала Пэнси.

Гермиона заглянула внутрь, затем увидела, как изогнутая тень упала рядом с её телом. Гермиона обернулась; Пэнси встала позади неё. Теперь путь Гермионы из маленького пространства был заблокирован стройным, но на удивление сильным телом Пэнси. Она также подошла так близко, что их груди почти соприкасались. Никогда в жизни Гермиона не чувствовала себя более неуютно.

— Какое вино ты любишь? — спросила Пэнси.

— Эм…

— Я делаю своё вино из плодов дирижабельных слив, — предложила Луна. Она добровольно прошла через кухню за Гермионой. Лёгким движением блондинка нырнула под руку Пэнси и протиснулась в кладовую рядом с Гермионой. — Мы рассказываем секреты?

Глаза Пэнси метнулись к глазам Гермионы и удержали их там так яростно, словно она схватила её запястье железной хваткой.

— Не знаю, Луна. Есть ли у кого-нибудь секрет, которым он хочет поделиться с группой? — Пэнси склонила голову. — А у тебя, Гермиона?

— Ну, если это о мальчиках, то Эрни храпит во сне, — вставила Луна, прежде чем Гермиона успела ответить. — Вероятно, просто плохая поза для сна. Я изгоняю его нарглов каждую ночь, так что дело не в этом.

Пэнси нахмурилась, на мгновение отвлекшись.

— Что?

— Это не сексуально, — заверила её Луна. — Для этого Эрни любит, когда его связывают…

Гермиона сжала палочку, но напомнила себе, что было бы очень грубо аппарировать прямо сейчас. И это также выглядело бы виновато. По-видимому, «выглядеть виноватой» теперь было актуальной проблемой.

Губы Пэнси изогнулись вверх, и она повернулась обратно к Гермионе.

— Да, мы с Перси тоже используем довольно ассортимент инструментов.

Сердце Гермионы упало до самых пяток. Как долго она собиралась здесь торчать?

— У него есть любимый? — вежливо спросила Луна.

— Лопатка, хотя он не любит игрушки так сильно, как я. Но ты бы всё об этом знала, не так ли, Гермиона? — спросила Пэнси с слишком широкой улыбкой.

Мозг Гермионы на мгновение перестал работать.

— Что — Ты думаешь — Я — Перси — что?

— Твоя романтическая история, конечно. — Пэнси пригладила волосы. — Он сказал мне, что вы были близки.

Волна эмоций захлестнула Гермиону — ярость, страх, смятение.

— Что? Нет, я никогда — буквально, я бы никогда — я никогда не хотела и не рассматривала ничего даже отдалённо похожего на свидание с Перси. Никогда. Не сейчас. Не когда-либо. Никогда.

— У вас совпадающие ауры, — заметила Луна с безмятежной уверенностью.

— Я совершенно не согласна, и сейчас не время — отрезала Гермиона, поворачиваясь к Луне. В тесноте кладовой Гермиона теперь чувствовала горячее дыхание Пэнси на своём ухе и поняла, что Луна стоит достаточно близко, чтобы разглядеть каждую светлую ресницу.

— О, не нужно всего этого, Гермиона. Теперь между нами нет секретов, а? Но позволь предупредить тебя. — Лицо Пэнси приблизилось ещё больше. Её губы были почти у самого уха, и это заставило Гермиону вздрогнуть. — Если ты снова к нему подкатишь, я убью тебя Авадой с улыбкой. Ты меня поняла, девчушка?

Гермиона слегка повернула голову. Их носы почти соприкасались. Глаза Пэнси были ледяными.

— Это действительно, действительно не будет проблемой, — настаивала Гермиона.

Пэнси ярко улыбнулась, но тепла на её лице по-прежнему не было. Переключение было жутким.

— Хорошо!

Она отступила.

— Вы двое выберите бутылку вина, пока я проверю жаркое!

Гермиона повернулась обратно к винным стойкам, встревоженная. Луна наклонилась.

— Я почти уверена, что ты ей не нравишься, — заметила Луна.

Гермиона издала долгий, громкий вздох.

— Думаешь?

Луна схватила её за руку.

— Если бы ты просто позволила мне избавить твои волосы от нарглов —

— Мы это уже обсуждали.

— Твоя потеря, — огрызнулась Луна. Она холодно отпустила руку Гермионы, затем схватила бутылку вина, оставив Гермиону одну в затхлой кладовой.