Глава 1: Новая глава

С войны прошло два года. Волшебное сообщество Великобритании наконец обретало мир и покой. Наступило новое тысячелетие, и это, казалось, было самое подходящее время для переосмысления. По крайней мере, именно такие слова использовала Гермиона.

— Тебе правда стоит подумать о консультации по карьере, Рон. — Кудрявая ведьма лежала, вытянувшись, на их кровати, держа в руках большой буклет о карьерах. Рон сидел на краю матраса и чистил ботинки — привычка, в которую он вошёл после стольких министерских приёмов с Гермионой. — Это открыто для всех выпускников Хогвартса.

— В отличие от тебя, я, вообще-то, никогда не заканчивал Хогвартс, ’Миона. Помнишь?

— Так что письмо от профессора МакГонагалл на прошлой неделе просто подтверждало это, да?

Рон хихикнул. Его девушка знала его слишком хорошо.

— Ладно, хорошо. Она предлагала мне подумать о принятии её рекомендации насчёт почётного диплома. Довольна?

Гермиона протянула руку и нежно провела пальцем линию по спине Рона, на губах сформировалась озорная улыбка.

— Очень.

Рот Рона растянулся в улыбке.

— ’Миона, нам надо идти на ту вечеринку в отделе мракоборцев через полчаса.

— Она начинается через полчаса… — Гермиона прикусила нижнюю губу и накручивала на палец прядь своих пышных волос. — Мы можем быть… модно опоздавшими, если хочешь…

— МИСТЕР УИЗЛИ!

Рон был вырван из этого весьма приятного воспоминания резким, отрезвляющим голосом Минервы МакГонагалл.

С трудом восстанавливая выражение лица (которое теперь, вероятно, стало глубококрасным), Рон вошёл в кабинет МакГонагалл и сел на стул перед её столом. Он простоял у кабинета больше десяти минут, но так погрузился в свои мысли, что не заметил, как бывшая преподавательница раз за разом зовёт его по имени.

— Итак, мистер Уизли, раз вы наконец решили откликнуться на зов, — сказала профессор МакГонагалл, глядя на Рона с раздражением поверх очков, — предлагаю начать консультацию по карьерным вопросам.

Сколько бы лет ни было Рону, когда МакГонагалл говорила с ним, он всегда чувствовал себя так же, как в пятнадцать: неловко, нервно и переживая, что завалил своё эссе по Трансфигурации. Он предполагал, что большинство людей чувствуют то же самое со своими бывшими учителями, но МакГонагалл была особенно строга по сравнению со многими.

— Э-э, да, — пробормотал он, неловко потирая шею. — То есть, я знаю, что у меня не так много достижений…

— Мистер Уизли, не принижайте себя так, — перебила МакГонагалл. — Если я правильно помню, вы получили семь С.О.В. за свои хогвартские годы. Или моя память подводит меня?

— Ну, да. Получил семь. — сказал Рон, чувствуя неловкость, как всегда, когда его хвалили. — Но я никогда особо не выделялся ни в одном из них. Не как Гарри или Гермиона…

— А я была уверена, что даю карьерный совет Рону Уизли, а не мистеру Поттеру или мисс Грейнджер. У вас семь С.О.В. — совершенно достойное количество квалификаций, не говоря уже о ваших различных внеучебных занятиях.

— Вы имеете в виду квиддич?

МакГонагалл закатила глаза. У неё был вид человека, теряющего терпение.

— Не только квиддич, Уизли. Хотя в этом отношении вы, несомненно, доказали свою доблесть. Нет; я имею в виду всё, что вы сделали.

Рон сидел в недоумении.

МакГонагалл вздохнула.

— Мистер Уизли, неужели от вас ускользнуло, что вы сыграли инструментальную роль в спасении волшебного мира от Лорда Волан-де-Морта?

— О, — сказал Рон. — Это.

— Да, именно это. — сказала профессор МакГонагалл. — Вы неоднократно показывали себя храбрым, героическим, а также обладающим чрезвычайно умным стратегическим складом ума. Таким образом, перед вами открыто множество различных карьерных вариантов. Вы сейчас проходите стажировку в штабе мракоборцев, верно?

Рон кивнул. Ему действительно нравилось работать с мракоборцами, но он никогда не чувствовал, что это по-настоящему для него. Конечно, в школе он хотел стать мракоборцем, но после всего, что случилось во время второй войны, он не чувствовал, что профессия ему подходит. Не говоря уже о том…

— Ну, этого хотел Гарри, и я едва ли мог не пойти с ним.

МакГонагалл подняла бровь.

— Мистер Уизли, вы серьёзно пытаетесь сказать мне, что вы в штабе мракоборцев только потому, что считали, будто бросите мистера Поттера, если выберете другую карьеру?

Рон завозился на стуле.

— Ну, — пробормотал он, не глядя профессору в глаза. — Не совсем в тех словах, но… да.

МакГонагалл вздохнула. Она, казалось, слегка сдулась в своём кресле.

— Я давно знала, что вы чувствовали себя в тени Поттера, но никогда не понимала, что всё настолько плохо.

Рон посмотрел на свои ступни; он не привык видеть обычно стоическую МакГонагалл такой.

— Рональд, — сказала МакГонагалл, заставив Рона занервничать ещё сильнее; он никогда прежде не слышал, чтобы она называла его по имени. — Уверяю вас: вы не бросите Поттера, если захотите карьеру, отличную от его.

— Но к какой карьере я подхожу? — пробормотал Рон, чувствуя себя очень неловко. — Я вряд ли гений, как Гермиона, верно?

— Не помню, чтобы мисс Грейнджер победила мой гигантский шахматный набор в возрасте двенадцати лет.

Прежде чем Рон успел ответить, профессор МакГонагалл призвала из ближнего ящика несколько разных карьерных буклетов.

«ТАК ЗНАЧИТ, ВЫ ХОТИТЕ КАРЬЕРУ В НАПИСАНИИ?» — проорал один буклет. «ХОТИТЕ ПРОИЗВЕСТИ ФУРОР В ВЫПЕЧКЕ?» — проревел другой.

— Профессор, я не думаю, что хоть что-то из этого…

— Уизли, — сказала МакГонагалл, словно не слыша его. — Ваши ключевые сильные стороны — стратегия и упорство. Возможно, у вас не всегда есть сырой природный талант некоторых ваших сверстников, но вы работаете усерднее всех, если действительно чего-то хотите. Поэтому я рекомендовала бы карьеру, основанную на том, что вы любите делать.

— Но написание и выпечка…?

— Вам нравятся оба занятия, не так ли?

— Откуда вы…?

— Мисс Грейнджер, похоже, уважает вас больше, чем вы сами себя.

Рон попытался не расплыться в улыбке.

Мерлин, как же он любил эту кудрявую всезнайку…

~ ~ ~ ~ ~

Пять лет, казалось, пролетели в мгновение ока. Рон готовил завтрак, а Гермиона читала «Ежедневный пророк», потягивая утренний кофе.

— Тут ещё один обзор тех новых продуктов «Уизли-Визли».

— О нет, только не это снова, ’Миона…

— Люди их любят, Рон! — воскликнула Гермиона, вылезая из-за стула и обвивая руки вокруг талии Рона; от этого мурашки взорвались по спине рыжего. — Удивительно, что никто раньше не додумался делать сладости, помогающие людям с проблемами психического здоровья…

Рон тоже не понимал, почему никто не додумался. Для него это было так очевидно, когда он начинал в «УУВ»: множество людей нуждались в поддержке и помощи — и почему бы им не иметь сладости, которые помогут в этом? От посттравматического стресса после второй магической войны до тревожности и депрессии — у «Визли» теперь была целая линейка продуктов, помогающих людям. И, конечно, Рон позаботился держать цены как можно ниже. Он знал, каково это — не иметь возможности позволить себе необходимое, и не желал причинять это другим людям в таком же положении.

— А что, кстати, сказано в обзоре? — спросил он, пытаясь удерживать сердечный ритм в норме, пока мягкие руки Гермионы нежно сжимали его нижнюю часть груди.

— Десять из десяти, пять золотых звёзд и так далее, и тому подобное, — сказала Гермиона, тыкаясь носом ему в спину. — Что, учитывая, кто делает эти сладости, нисколько меня не удивляет.

— Очень смешно, любовь.

— Я серьёзно! — сказала Гермиона, улыбаясь ему снизу вверх. — Эти сладости — отличная идея, и они помогают стольким людям! Тебе правда стоит больше гордиться своими достижениями!

— Я просто делаю сладости для магазина приколов.

— И делаешь очень многих людей очень счастливыми. Точно так же, как ты делаешь счастливой меня.

— ’Миона, я не смогу готовить, если ты будешь продолжать со мной флиртовать.

Гермиона хихикнула, отчего уши Рона покраснели.

— Ну, я не собираюсь прекращать в ближайшее время, Рон. — Кудрявая ведьма ухмыльнулась, плутовское выражение сформировалось на её губах. — Если только ты не попробуешь заставить меня остановиться.

Рон поднял бровь, а затем вывалил готовую яичницу-болтунью на две тарелки рядом.

— Гермиона Грейнджер, это приглашение?

Рон почувствовал, как руки Гермионы разжались на его талии, и обернулся посмотреть на неё. Она опиралась на кухонный стол, с озорным блеском в глазах.

— Да, мистер Конфетник. Да, это приглашение…