Глава 1: Время закаляет

1 сентября 2015 г.

Дорогие мама и папа!

Ну вот, вы просили писать почаще — сегодня первое утро в Хогвартсе, а я уже пишу вам письмо. Надеюсь, вы довольны!

Ладно, сразу скажу то, чего вы так ждёте. Пуффендуй! Я немного поговорил с шляпой, но это заняло совсем немного времени — не то что у Харприта Чаудари, которого вызвали сразу после меня: Распределяющая шляпа думала над ним добрых пять минут. В итоге он тоже попал на Пуффендуй, так что мы живём в одной спальне.

Интересно, профессор Спраут вообще опустила шляпу, когда та распределяла Джеймса? Он попал на Гриффиндор, но вы, наверное, и так знаете. Я пишу до завтрака, но мы договорились встретиться там, чтобы вместе сходить в совятню и отправить письма домой. Надеюсь, Тор справится — она впервые понесёт письмо так далеко!

Странно быть так далеко от дома. Кажется, прошлой ночью я спал не так хорошо: кровати очень удобные, но это пока не моя кровать. К счастью, никто не храпит! Или пока не храпит. Но если я буду скучать по вам, всегда можно написать письмо, а до Рождества и правда не так уж долго.

Утро у меня будет насыщенное: заклинания с профессором Флитвиком, потом работа с источниками и сочинение с мадам Пинс, а после обеда — зельеварение с профессором Брюстером, а затем полёты. Урок полётов у меня не вместе с гриффиндорцами, но Джеймс очень его ждёт. Думаю, он хочет похвастаться, как много налетал на старых гоночных мётлах тёти Джинни. Ну, мне пора бежать на завтрак, чтобы начать день.

Крепко обнимаю, пишите скорее!

Седрик

P. S. Пап, я познакомился с парой ребят, которые сказали, что знают тебя по визитам домой! Луиза Этередж или как-то так — она не стала писать фамилию по буквам, — велела передать привет.

Дадли Чанг, в прошлом Дурсль, с облегчением отметил, что жена сделала вид, будто не заметила лёгкой дрожи в его голосе, когда он закончил читать письмо за ужином. Чжоу по дороге с работы захватила рыбу с картошкой фри — ни у кого из них не было сил готовить. Дадли налил им по большому бокалу вина. Белого, разумеется: к рыбе полагалось белое. С матерью он, может, и не разговаривал, но кое-что от неё всё же перенял.

Проблема была в том, что без Седа в Хогвартсе дом казался таким тихим. До его рождения Дадли и Чжоу прожили вместе всего несколько месяцев, да и не в этом доме. Седрик не был особенно шумным ребёнком, но он стал неотъемлемой частью обстановки. Последние несколько месяцев за ужином только и говорили, что о предстоящей поездке Седрика в Хогвартс: о поезде, распределении, факультетах, расписании. Теперь всё это уже случилось, а человека, которому происходящее было бы интереснее всех, не было рядом, чтобы разделить эти впечатления. Дадли подумал, что победа вышла какой-то пустой.

— Пуффендуй, — покачала головой Чжоу. — Надо же, могли бы и догадаться.

Дадли пожал плечами.

— Главное, чтобы он был счастлив.

В Смелтингсе тоже были факультеты, хотя Дадли попал на свой куда более прозаическим способом: учитель первого курса написал и спросил, какой язык он хочет изучать, потому что в тот год учеников распределяли именно так. После долгих возмущений по поводу того, какая же это, чёрт возьми, заграничная затея, родители осторожно выбрали испанский.

«На нём во многих странах говорят, — буркнул отец. — Много новых рынков. Раз уж ему придётся что-то учить, пусть это будет полезно для бизнеса».

В результате Дадли попал в Тюдор-хаус. Шляпа, пожалуй, была куда более эффективной системой.

За столом повисла тишина. Обычно её нарушал Седрик, но теперь Дадли полил картошку уксусом и сказал:

— Я помню Этереджей. Хорошая семья: во время визита они были очень милы. Они прекрасно приняли новость, что Луиза — ведьма. Кажется, за ту поездку они скупили пол-Косого переулка.

Чжоу кивнула и отпила вина.

— Похоже, он заводит друзей.

Дадли протянул руку через стол и взял её за руку. Чжоу улыбнулась ему.

— В первую ночь в спальне я ни с кем не заговорила и проплакала до самого утра, — сказала она. — Кажется, у него дела идут лучше.

Дадли не хотелось вспоминать свою первую ночь в Смелтингсе — школе, где верили в посвящения. Некоторые были официальными, например исполнить все семь куплетов «Caveat Smeltonia!» перед всей школой. Другие проходили тайком: старшие мальчики пробирались в спальню первокурсников после отбоя, размахивая тростями Смелтингса. От этого воспоминания волосы на затылке вставали дыбом, а мышцы напрягались. Дадли был рад, что последний год в Смелтингсе ему пришлось провести в укрытии, в той ужасной, убогой квартирке в Лондоне. Так он сохранил лишь воспоминание о том, как за ним пришли выпускники. По крайней мере, сам он не был из тех, кто размахивал тростью.

— У него всё отлично, — сказал Дадли, и он действительно так думал. — Он на Пуффендуе, значит, он… — Дадли замолчал и сосредоточился. — Рядом с кухнями, верно?

Чжоу ухмыльнулась.

— Вижу, чтение перед сном помогает?

Когда в начале лета пришло письмо из Хогвартса, приглашавшее Седрика учиться там, Дадли немного запаниковал. Чжоу знала Хогвартс — знала его очень хорошо, — но Дадли понятия не имел, с чего начать. Однако благодаря тому, что Гарри принял его в Отряд Дамблдора после рождения Седа, у Дадли были люди, к которым можно было обратиться за помощью. И не прошло и четырёх часов с тех пор, как стало известно, что Дадли Дурсль хочет узнать о Хогвартсе, как к его окну на сове прилетел сияющий твёрдый переплёт «Хогвартса: истории».

— У Гермионы полкнижной полки разных изданий, — уныло объяснил Рон, когда Дадли поблагодарил их в следующие выходные. — Поверь, это ты нас выручаешь, освобождая место в гостевой комнате.

Дадли признался бы — только не Гермионе, — что читать он не особо любил. Он пытался: разумеется, не в Смелтингсе, а уже позже, — но чтение просто было не для него. Но ради Седрика он готов был стиснуть зубы и потерпеть. Поэтому каждый вечер после ужина, разобрав бумаги, до которых не добрался за день, и посмотрев с Чжоу свежую серию «Острова любви», он читал несколько страниц «Хогвартса: истории». Сколько мог выдержать, по крайней мере. Похоже, кое-какие знания он всё же усвоил.

— Я бы знал, где находится гостиная факультета, куда бы он ни попал, — сказал Дадли, возможно, с некоторой гордостью.

— Ну давай, — сказала Чжоу. Она отодвинула стул от обеденного стола, откинулась на спинку, вытянула ноги и склонила голову под невероятным углом.

Дадли задумался.

— Когтевран находится на пятом этаже, у… западной… лестницы? — Он помолчал. — Чтобы попасть внутрь, надо ответить на загадку.

— Не уверена, что за это полагаются очки, — сказала Чжоу. — Я тебе уже столько раз рассказывала про этот проклятый молоток у двери.

— Ладно, хорошо, — сказал Дадли. Её нога коснулась его ноги, и он потянулся за бокалом вина, едва не опрокинув его. — Пуффендуй, как я уже говорил, у кухонь, а ещё надо… постучать по каким-то бочкам, кажется?

Чжоу пожала плечами.

— Похоже на правду. Не могу сказать, что сама там бывала.

— Гриффиндор находится высоко, в башне на седьмом этаже, — сказал Дадли. — А пароль всё время меняется…

— Хорошо, — одобрительно кивнула Чжоу.

— А Слизерин… он под школой, это я знаю. — Он пожал плечами. — Что-то там про туалет?

Чжоу приподняла бровь.

— Это Тайная комната, — сказала она.

— Я всё время их путаю, — сказал Дадли. — Это же была комната Слизерина, да?

— Да, — сказала она, вздрогнув. — Только не знаю, откуда ты это взял.

Дадли пожал плечами.

— Наверное, что-то читал в «Пророке».

— И всё же, — сказала Чжоу, — из «Хогвартса: истории» ты не узнаешь, как попасть в Тайную комнату. Её обнаружили уже после выхода последнего издания…

Дадли обеспокоенно посмотрел на неё.

— Ты хочешь сказать, что Гермиона Грейнджер посоветовала мне некачественную книгу?

Они оба разразились хохотом. Тень от отсутствия Седрика понемногу рассеивалась. Если не зацикливаться на этом, вечер мог оказаться таким же, как и любой другой, когда Сед просто гостил у Поттеров или у друга из маггловской школы, а они могли отдохнуть и насладиться заслуженным тихим вечером.

— Господи, она и правда помешана на этой книге, — сказала Чжоу. — Знаешь, она всё пытается уговорить издательство «Пикси-пресс» позволить ей выпустить новое издание?

— Нет, — сказал Дадли.

Он нисколько не сомневался, что Гермиона могла страстно увлечься этой идеей. Нет, он просто не мог поверить, что такой серьёзной кудрявой ведьме — она едва ли выпадала из заголовков, продолжая добиваться от Министерства расширения прав волшебных палочек для нечеловеческих магических существ, — поставили такую цель, а потом отказали. Она была настоящей стихией.

— Ага, — сказала Чжоу. — Если подумать, это вполне логично. После всего, что узнал Гарри, кто-то должен написать новую версию. Например, там определённо стоило бы подробнее рассказать о Тайной комнате, после того как Гарри спас Джинни…

Чжоу продолжала говорить, но Дадли перебил её:

— О Тайной комнате? — переспросил он.

Он припомнил, что читал о ней в «Хогвартсе: истории». Эта глава была куда интереснее большинства остальных, но подробностей там явно недоставало.

— Об утерянной, почти наверняка мифической Тайной комнате, которую никто не видел уже целое тысячелетие?

Чжоу пожала плечами.

— Ой, да, Гарри спускался туда на втором курсе, — сказала она. — Мы разве никогда об этом не говорили? Там целая история была.

— Нет, ни разу, — сказал Дадли.

Он смутно знал, что Гарри пережил в Хогвартсе множество приключений. Конечно, ему было известно и о возвращении лорда Волдеморта, и о смерти Седрика Диггори, и о том годе, который Гарри провёл в бегах, и о битве. Но военные байки Отряда Дамблдора часто сливались в одно, а Гарри предпочитал как можно меньше рассказывать о конкретных подробностях того, через что прошёл. Дадли представил Седрика, который беззаботно спал в своей постели в замке; один его родитель был магглом, другой — полукровным волшебником.

— А чудовище в комнате, оно не…

— Мёртвое, — сказала Чжоу. — Не волнуйся, твой кузен с ним разобрался.

Она покачала головой.

— Серьёзно, тебе стоит написать ему. Узнать, как они с Джинни. Может, если пригласишь его куда-нибудь и нальёшь пару кружек, он расскажет тебе про Тайную комнату.

Сквозь лёгкую винную дымку Дадли смутно понимал, что жена, возможно, подталкивает его провести время с Гарри не только ради удовлетворения любопытства к тому, о чём он прочитал. Но всё равно идея казалась отличной. Дадли чувствовал, что в ближайшие недели и в доме Чангов, и в доме Поттеров может стать чуточку слишком тихо.

Привет, Гарри!

Гриффиндор, да? Наверное, вы с Джинни гордитесь. Седрик написал и рассказал хорошие новости. (Он на Пуффендуе. На случай, если Джеймс не слишком часто пишет домой!)

Не знаю, как ты, а я тут чувствую себя странно. Наверное, тебе немного легче, пока рядом Альбус и Лили, которые всё ещё носятся по дому и устраивают беспорядок, но мы ужасно скучаем по Седу. Если на этой или следующей неделе у тебя найдётся свободный вечер после работы — когда ты не ловишь злодеев, — может, сходим выпить? В «Дырявом котле»? Первая выпивка за мой счёт.

Чжоу шлёт привет всем вам — и передаёт кучу ругательств по поводу матча «Гарпий» с «Торнадо», которые я не стану записывать.

Дадли

Большой Д!

Как насчёт пятницы? На этой неделе я всё равно на дежурстве в конторе, так что вряд ли что-нибудь случится.

Иногда мне кажется, что с другими детьми становится только хуже. Лили совсем убивается, что скучает по Джеймсу, а Эл стал совсем тихим. Ты же знаешь, как он умеет замыкаться в себе. И поверь, Джеймс нам всё рассказал. Если этот ребёнок будет писать в сочинениях столько же слов, сколько тратит на подробнейшее описание каждого мгновения церемонии распределения, Гермионе придётся потесниться на своём пьедестале.

Могу встретиться с тобой после работы в «Котле»? Нам есть о чём поговорить! Надеюсь, вы с Чжоу держитесь.

Г.