Глава 1: 1.

—Вот дерьмо! — раздался голос из центра гостиной Гриффиндора.

—Следи за языком, Джонатон! — одёрнул его другой, более женский голос.

—Джорджия… — простонал первый. — Мерлин, ты прямо как мама!

—Буду считать это комплиментом, — сказала Джорджия. — Она нас убьёт, когда мы вернёмся!

—Если вернёмся… — сглотнул Джонатон, глядя, как к ним приближается настороженная шестнадцатилетняя версия их матери. Палочка у неё была наготове.

—Кто вы? — нахмурилась Гермиона. Она окинула взглядом двух подростков, ненамного старше неё самой. — Я вас не узнаю. И уж точно вы не гриффиндорцы…

—Э-э… — Джонатон несколько раз открыл и закрыл рот и неопределённо пожал плечами. — Поверишь, если я скажу, что мы путешественники во времени? — нерешительно спросил он.

—Путешественники во времени? На чём? — осторожно спросила Гермиона.

—На маховике времени, — Джорджия позволила подозрительному предмету повисеть у себя в руке, а затем аккуратно спрятала его в мантию.

—Вам обоим не может быть больше семнадцати! Где вы достали маховик времени?! — рявкнула Гермиона.

—Мы… ну… вроде как сами его сделали… — Джорджия виновато поёжилась под взглядом ведьмы и отметила про себя, что за прошедшие годы тот ничуть не изменился.

—Сами сделали? В семнадцать лет? — нахмурилась Гермиона. В этот миг портрет Полной Дамы распахнулся, и в гостиную ввалилась большая компания гриффиндорцев.

Пока шёл ужин, гостиная приятно пустовала, и Гермиона ушла пораньше, чтобы этим воспользоваться. А потом ниоткуда появились эти двое — до странности знакомые.

—Эй, Грейнджер, кого это ты, наверное, несправедливо обвиняешь? — спросил Фред, направляясь к ним вместе с Джорджем. За ними потянулась шумная компания друзей, а также Гарри, Рон и Джинни.

—Я никого несправедливо не обвиняю! — огрызнулась Гермиона.

—Правда? И чем же эти милые молодые люди тебя так обидели, что ты боишься за свою жизнь или безопасность? — Фред вопросительно приподнял брови.

—Возникли из воздуха, — бесстрастно ответила Гермиона.

—Вот как? И как же они это провернули? Или всё чтение наконец свело тебя с ума? — поддразнил её Фред.

—Они путешественники во времени, — фыркнула Гермиона и чуть опустила палочку, чтобы повернуться к злобному близнецу.

—Путешественники во времени?! — Фред загорелся энтузиазмом и посмотрел на пару, всё ещё стоявшую на прицеле у Гермионы. — Как вас зовут?

—Я Джонатон, а это моя сестра-близнец Джорджия, — с нервной улыбкой сказал Джонатон и пожал Фреду руку.

—Я Фред, Фред Уизли, а это мой брат-близнец Джордж. Тебе не повезло познакомиться с Гермионой… — Фред указал на кудрявую ведьму, которая, похоже, вот-вот пустит дым из ноздрей, так свирепо она на него смотрела. — Это Гарри Поттер… Он ещё знаменит в ваше время? Мой брат Рон и моя сестра Джинни… — продолжил Фред, указывая на всех по очереди. — Анджелина Джонсон, Алисия Спиннет, Ли Джордан, Кэти Белл, Оливер Вуд, а также наши домашние подглядыватели и главные сплетницы Лаванда Браун и Парвати Патил.

—Гарри Поттер и в наше время знаменит, — кивнул Джонатон и с усмешкой пожал плечами. — Прости, тётя… Ай! — Он раздражённо посмотрел на сестру, которая ткнула его локтем в рёбра.

—Следи за языком! — прошипела она.

—Он ведь ничего не сказал? — нахмурился Джордж.

—Но собирался, — ответила Джорджия.

—Так вы знаете нас в будущем? А фамилии свои назовёте? — Фред лукаво усмехнулся.

—Нет, — тут же ответила Джорджия.

—Вы будущие гриффиндорцы с рыжими волосами Уизли, — заметила Джинни, и на её лице появилась такая же хитрая улыбка. — Предположу, что ваша фамилия — Уизли, но понятия не имею, от кого из нас вы произошли.

—Кто слишком много предполагает, тот дурак, — вызывающе пожала плечами Джорджия. — Фамилию мы вам не скажем.

—С таким характером она точно Уизли, — рассмеялась Анджелина.

—Так от какого же Уизли вы… — Джинни задумчиво постучала пальцем по подбородку. Её братья тем временем смотрели на двух пока ещё не существующих детей Уизли с ужасом.

—Джин, как ты можешь быть такой спокойной? Тебя совсем не пугает, что они могут оказаться твоими детьми, внуками или даже правнуками? — спросил Джордж, вытаращив глаза.

—Не особо. Они определённо наши дети. Они нас узнали и потому промолчали, но внешне на меня похожи мало — разве что цветом волос. Билла, Чарли и Перси я бы тоже исключила: если бы они были их детьми, то, скорее всего, уже всё нам рассказали бы — последствия ведь были бы не такими серьёзными. Держу пари, это дети кого-то из вас троих.

—На сколько спорим? — ухмыльнулся Джонатон.

—Итак, круг сузился до Фреда или Джорджа… — оживился Рон.

—А почему не ты? — Джордж выглядел слегка встревоженным.

—Потому что моим детям ни за что не пришло бы в голову заключить пари быстрее, чем твоим, — усмехнулся Рон.

—Из какого вы времени? — спросил Фред, наконец обретя голос.

—Мы не можем ответить! — сказала Джорджия и свирепо посмотрела на брата, который уже собирался открыть рот.

—Ну ты и зануда! — проворчал Джонатон.

—Почему нет? — одновременно с ним спросил Фред.

—Потому что это может нарушить ход времени, Фред! Ну это же очевидно! — воскликнула Гермиона. — Мы примерно знаем, сколько им лет. Если узнаем, когда они прибыли, то сможем вычислить, когда они родились, а значит, и когда были зачаты. Тогда можно будет точно установить, когда ты или Джордж завели детей…

—Я знаю! В этом и был смысл! — огрызнулся Фред.

—Смысл?! Ты хочешь это знать?! — недоверчиво посмотрела на него Гермиона.

—Конечно, я, чёрт возьми, хочу это знать! Кто бы не хотел?! — возразил Фред.

—А я не хочу! — сказала Гермиона. — Представь, что ты знаешь почти точные время и дату, когда зачнёшь ребёнка. Думаю, даже тебе такое давление не выдержать!

—Я под давлением выступаю лучше, между прочим! — ухмыльнулся Фред.

—Мозг, может, и лучше, а вот насчёт твоей анатомии я сомневаюсь, — сказала Гермиона.

—Ты явно недооцениваешь мою способность сосредоточиться исключительно на сексе и ни на чём больше… — Фред усмехнулся и подмигнул Гермионе, наблюдая, как румянец заливает ей щёки.

—Фу! Ну можно не надо? — Джорджия с ужасом и отвращением посмотрела на всю компанию, особенно на Фреда. Джонатона это, кажется, смутило не так сильно, но он побледнел.

—Я же говорила, что она Уизли. И одна из ваших, — торжествующе улыбнулась Джинни.

—Отлично сработано, тётя Джин, — просиял Джонатон. — Я в тебе не сомневался!

—Кажется, мне нужно присесть… — произнёс Фред с нездоровым видом.

—Мне тоже… — подхватил Джордж и направился к диванам у камина. За ними последовали все остальные. Сначала небольшая компания, которая и так там собралась, а потом и вся гостиная: люди незаметно пододвигались поближе или меняли направление, чтобы подслушать.

—Итак, как именно вы путешествовали во времени? — после короткой паузы спросил Фред.

—На маховике времени, — ответила Джорджия и достала его из кармана.

—Можно посмотреть? — Фред протянул руку.

—Не думаю, что это хорошая идея… — сказала Джорджия. — Пока что во времени потерялись только мы. Лучше не рисковать.

—И зачем же вы отправились так далеко в прошлое? — спросила Джинни.

—Мы не собирались… — начал объяснять Джонатон.

—И, что важнее, с чего вам вообще пришло в голову, что создавать маховик времени — хорошая идея?! — в отчаянии спросила Гермиона.

—Ну… это из-за родителей… — вздохнул Джонатон. — Они оба говорили, что жалеют: не поняли много лет назад, как хорошо им вместе, и зря потеряли столько времени… — Он замолчал на полуслове.

—Если… когда вы увидитесь с ними в будущем, то поймёте: они влюблены друг в друга до смешного сильно, — с нежностью улыбнулась Джорджия. — Только я не про эту приторную любовь из кино, так что не паникуйте, — рассмеялась она, заметив, как оба близнеца скривились.

—Нам было трудно поверить, что они не были влюблены всегда. Или хотя бы что между ними никогда ничего не было, — сказал Джонатон.

—Через несколько дней у них годовщина, и мы хотели устроить что-нибудь особенное, — пояснила Джорджия.

—Вот мы и попытались изобрести разновидность маховика времени… — сказал Джонатон.

—Но он вообще-то не должен был отправлять нас в прошлое, — объяснила Джорджия.

—Он должен был показать нам, что тогда происходило, — будто ты смотришь воспоминания другого человека в Омуте памяти, — Джонатон оживился, как это бывало с близнецами, когда речь заходила о новых идеях и изобретениях.

—Мы хотели показать им, что они не теряли времени зря, что всё это время между ними что-то было, — пожала плечами Джорджия.

—То есть ваша мама тоже здесь? — с воодушевлением ухватилась за эту деталь Джинни.

—Э-э… — Джорджия несколько раз открыла и закрыла рот, а затем снова пожала плечами. На её губах застыло нечто среднее между улыбкой и гримасой, пока она смотрела на тётю.

—Вот дерьмо! Ну молодец, Джорджи! — снова выругался Джонатон и раздражённо взглянул на сестру.

—Следи за языком! — во второй раз одёрнула его Джорджия.

—Есть какое-нибудь слово получше, чем «ой-ой, кажется, мы случайно нарушили ход времени, сообщив отцу, что он уже знаком с нашей матерью, так что теперь он может запаниковать и начать разбирать под микроскопом отношения со всеми знакомыми ему девушками, настолько себя накрутить, что мы перестанем существовать, потому что их отношения не сложатся естественно»?! — прорычал Джонатон. Фреду вдруг ужасно захотелось сказать ему, чтобы он не разговаривал с сестрой в таком тоне.

—Не разговаривай так с сестрой, — сказала Гермиона вместо него, отчего Фред озадаченно нахмурился. Гермиона не обратила на это внимания: скрестила руки на груди и уставилась на Джонатона. Прошло всего две секунды — он уже потупил взгляд и пробормотал Джорджии извинения.

—А почему нас до сих пор не отвели к директору? — спросила Джорджия с лёгкой улыбкой.

—Потому что… — начал Фред и посмотрел на лицо своей будущей племянницы… или дочери. От этой мысли он слегка побледнел: Мерлин, ему ведь всего восемнадцать! Каким бы из близнецов ни был их отец, они наверняка из очень далёкого будущего!

—Профессора Дамблдора не так давно сместили с должности и заменили отвратительной, злобной жабоподобной тварью. Мы не стали бы подвергать вас такой встрече, даже если бы ситуация была куда страннее, — вздохнула Гермиона.

—Значит, хоть в чём-то вы согласны… — усмехнулся Джонатон.

—Вы дети Фреда, — выпалила Гермиона, не подумав о последствиях.

—И почему ты так решила, Грейнджер? — хрипло спросил Фред.

—По его ухмылке… Джонатон ухмыляется точно так же, как ты. Такому нельзя научиться у дяди — только у отца, — тихо, но твёрдо сказала Гермиона, взглянув на Фреда.

—Мы же близнецы, одинаковые, — нахмурился Фред. Половина компании тем временем наблюдала за ними с понимающими улыбками.

—Почти одинаковые, — поправила его Гермиона.

—Ты можешь отличить нас друг от друга? — спросил Фред, только сейчас осознав, что за все годы знакомства Гермиона ни разу не назвала его Джорджем.

—Конечно могу! — Гермиона, казалось, даже обиделась.

—Как?

Фред всё ещё хмурился, а Джордж уже улыбался.

—Потому что! — фыркнула Гермиона, и на её щеках снова проступил очаровательный румянец. — Потому что я не люблю чего-то не знать, ясно?! Когда я впервые встретила вас, а потом подружилась с Роном и поняла, что мне придётся проводить с вами обоими больше времени, я решила обязательно научиться вас различать. Я люблю знать всё, в том числе и то, с кем именно разговариваю.

—Тебе пришлось бы очень внимательно за нами наблюдать, чтобы теперь так легко нас различать, — поддразнил её Фред.

—Настолько внимательно, что я смогу шантажировать тебя по множеству поводов, если понадобится, — усмехнулась Гермиона, заметив, как удивление на лице Фреда сменилось уважением.

—Ловко, Грейнджер. Очень ловко, — рассмеялся Фред и кивнул.

—Значит, вы дети Фреда? — с надеждой спросил Джордж.

—Ты всегда дразнил маму и говорил, что мы и твои дети тоже: если проверить нашу ДНК, окажется, что мы твои дети, потому что у вас с папой одинаковая ДНК, так что… — Джонатон пожал плечами и усмехнулся.

—И как его жена к этому относится? — невозмутимо спросил Фред.

—Тётя Анджи… — Джонатон шлёпнул ладонью по рту и зажмурился, а потом виновато опустил голову.

—Джонатон! — раздражённо хлопнула его по руке Джорджия.

—Джорджи, не бей брата, — сказал Фред и поморщился: это прозвучало до ужаса по-родительски.

—Прости, пап, — Джорджия опустила глаза. Фред содрогнулся, услышав, как его назвали папой. Слишком уж странно.

—Ты уже зовёшь её Джорджи? — нахмурился Джонатон.

—Я бы никогда не назвал дочь Джорджией и не звал бы её Джорджи. Если подумать, нам, наверное, следовало догадаться, что я ваш… папа… хотя бы по её имени! — признал Фред.

—Я бы растрогался, что ты назвал в мою честь одного из детей, если бы сейчас не хотел так сильно тебя ударить, — прорычал Джордж. Его щёки приобрели чудесный уизливский оттенок. Анджелина пристально разглядывала ногти и отказывалась смотреть куда-либо ещё.

—А что тётя Анджи сказала про то, как Джордж дразнил твою маму? — Алисия оказалась худшей подругой на свете — именно так решила Анджелина в этот момент.

—…Она сказала дяде Джорджу, что если он не перестанет дразнить маму, то он будет единственным отцом, который у нас когда-либо будет, — пробормотал Джонатон.

После короткой паузы компания захихикала, а вскоре разразилась громким смехом. Анджелина как раз украдкой взглянула на Джорджа, когда он украдкой взглянул на неё, — и она снова прыснула. Анджелина пожала плечами, Джордж повторил за ней и подмигнул, а затем отвернулся.

—Вы на меня не сердитесь? Не собираетесь теперь избегать друг друга любой ценой или делать что-нибудь ужасное? — ошеломлённо спросил Джонатон, когда смех стих.

—Нет. Ты не виноват: это твой отец нарочно тебя подставил, — сказал Джордж, выразительно глядя на Фреда.

—Слава Мерлину! Рокси бы меня убила! — простонал Джонатон, проговорившись уже во второй раз за день.

—Кто такая Рокси? — нахмурился Джордж.

—Э-э… потом увидишь, — покачал головой Джонатон.

—Может, ты просто перестанешь говорить, Джон? — фыркнула Джорджия.

—Хорошая мысль, Джорджи. Отличная, — согласился Джонатон, замолчал и откинулся на спинку кресла рядом с сестрой.

—Нет уж, ему не удастся замолчать! — Джордж указал на него пальцем. — Он уже сдал меня и Анджи. Пусть продолжает и сдаёт собственного отца! Хочу знать, кто твоя мама!

—Нет! Нельзя! — в панике покачала головой Джорджи. — Родители всегда говорили нам, что их отношения развивались постепенно. Они даже не понимали, что тогда… ну, то есть сейчас… друг другу нравятся. Мама говорила, что всё должно произойти само собой, что они должны разобраться в этом сами. Они слишком упрямые, чтобы что-то сделать, если им просто всё рассказать или подтолкнуть их друг к другу!

—Значит, мы с «тётей Анджи» не такие? — фыркнул Джордж.

—Ты сам говорил, что друзья и родные вас тогда почти что свели вместе, да и ты её уже практически любил, так что… — усмехнулся Джонатон. Улыбка Джорджа тут же исчезла: его щёки вспыхнули ярко-красным, и он уткнулся лицом в ладони.

—Я и правда так сказал? — пробормотал он.

—Ага. Но тётя Анджи говорила то же самое, так что всё нормально, — улыбнулась Джорджия.

Джордж тут же поднял голову и посмотрел на Анджелину — она смотрела прямо на него. Анджелина широко улыбнулась и пожала плечами, а на лице Джорджа расплылась такая же глупая улыбка.

—Может, обсудим это позже… без зрителей? — предложил он.

—Я бы хотела, — улыбнулась Анджелина и шутливо толкнула хихикающую Алисию.

—Ладно, раз тебя назвали в мою честь… — Джордж указал на Джорджию. — Значит, и его, должно быть, назвали в чью-то честь… — Он указал на Джонатона.

—Э-э… — Джонатон поморщился.

—Ты же помнишь, что мама говорила о путешествиях во времени и всяких побочных эффектах! — предостерегла его Джорджия.

—Мама рассказывала вам о путешествиях во времени? — усмехнулся Фред. — Предупреждала о них?!

—Ага, вроде того. На всякий случай, если мы когда-нибудь попадём в подобную ситуацию. Она говорила, что несчастные случаи случаются постоянно. — Джорджия сложила руки, и её лицо приняло странное выражение. — Она знала, что мы сюда попадём… — пробормотала она, раздражённо нахмурившись.

—Думаешь? — усмехнулся Фред.

—Вот же… — начал Джонатон и посмотрел на сестру. До них обоих наконец дошло.

—Это уже случалось с вами! Ну, с теми вами, которых мы знаем из будущего! Вы практически предупредили нас, что делать и что говорить! — воскликнула Джорджия, изо всех сил стараясь не смотреть на Гермиону.

—Ага, смотрите-ка… — улыбнулся Джонатон. Он вытащил из конца косы сестры резинку, и та тут же расплелась. Рыжие волосы рассыпались пышной кудрявой массой — так они лежали у неё от природы. Компания изумлённо уставилась на Джорджию, а потом все посмотрели на Гермиону. Теперь она была почти точной её копией, если не считать цвета волос. Ведь всё было очевидно.

—Джонатон! — в панике воскликнула Джорджия.

—А что? — пожал плечами Джонатон. — Мама почти дословно сказала нам, что говорить. Она была просто помешана на своих «предупреждениях», а папа всегда говорил: если она слишком уж серьёзно к чему-то относится, надо её игнорировать…

—Ты так говорил?! — взвизгнула Гермиона, обращаясь к Фреду.

—Ну, ещё не говорил, но, очевидно, скажу когда-нибудь в будущем. — Фред не смог сдержать лёгкую ухмылку, пока разъярённая ведьма прожигала его взглядом.

—Я тебя убью, когда ты это скажешь! — фыркнула Гермиона.

—О, то есть ты уже допускаешь, что мы сойдёмся и у нас родится хотя бы одна пара близнецов? — поддразнил её Фред.

—Фред Уизли, клянусь Мерлином, если ты не перестанешь быть таким умником… — Гермиона прищурилась.

—И что ты сделаешь? Выйдешь за меня? — рассмеялся Фред.

—Это ни черта не смешно, Фред! — воскликнула Гермиона. — Судя по словам Джорджи, я больше так не думаю. Она сказала, что всё должно произойти само собой, а в происходящем сейчас нет ничего естественного!

—Ну, они не исчезают, значит, я так понимаю, приехали из будущего, всё испортили и всё нам рассказали, а ты это слишком глубоко обдумала и решила, что надо совершенно ясно объяснить им: если они когда-нибудь отправятся в прошлое, то ничего не должны выдавать… — улыбнулся Фред. — История о том, как мы сошлись, очень расплывчатая, да? — Он многозначительно взглянул на своих будущих детей.

—Да, очень, — кивнула Джорджия.

—Только ты могла добиться чего-то, изо всех сил стараясь помешать этому случиться, — тихо рассмеялся Фред.

—Отстань, я всё ещё не уверена, что это не сработает! — фыркнула Гермиона.

—Да уверена ты, — поддел он её. — Они всё ещё здесь…

—Ничего это не доказывает, — возразила Гермиона.

—Ещё как доказывает. Доказывает, что я тебе нравлюсь, — торжествующе улыбнулся Фред.

—Или доказывает, что я нравлюсь тебе… — Гермиона пожала плечами.

—Это очень мило, что ты пыталась помочь будущим версиям этих двоих, но, думаю, можно сказать, что много лет назад они точно не были влюблены, — вставила Лаванда.

—А? — нахмурился Джонатон.

—Они всегда такие, — сказала Джорджия.

—Ага, всех вокруг это сводит с ума. Никто не понимает, как у них получается, но получается… ещё как получается, — пожал плечами Джонатон, улыбнувшись.

—Раз ты так говоришь, — надулась Лаванда.

—Ой, Рэй… У нас с тобой всё получится. — Фред подмигнул Гермионе, и та раздражённо поёрзала под его взглядом.

—Можно не надо? Ты же знаешь, как я ненавижу, когда ты меня так называешь! — рявкнула Гермиона.

Джонатон лукаво улыбнулся родителям.

—Ты ведь знаешь, что он называет тебя Рэй не потому, что это самое короткое сокращение твоей фамилии? И не потому, что это мужское имя, и не потому, что оно тебя бесит? А потому что…

—Договоришь эту фразу — и я буду думать над ужасным, но подходящим наказанием до самого дня, когда вы отправитесь в прошлое! — Фред с лёгкой тревогой посмотрел на будущего сына.

—Не договоришь — и я сделаю ровно то же самое, — самодовольно улыбнулась Гермиона.

—Не слушай её. Могу гарантировать, что моё наказание будет в тысячу раз хуже! — сказал Фред.

—Да брось, пап! Мамы всегда придумывали наказания похуже, и уж точно поизобретательнее! — рассмеялась Джорджия.

—Рэй… как в «лучик солнца», — Джонатон скрестил руки на груди и откинулся в кресле, словно дело было сделано.

—Ты серьёзно? — Гермиона поняла, что едва дышит, и повернулась к Фреду. Тот успел сменить все оттенки — от зелёного до ярко-красного.

—Я никогда не бываю серьёзным, — проворчал Фред, всё больше напоминая капризного ребёнка.

—Фред? — Гермиона подалась вперёд и вопросительно вскинула брови, ожидая ответа.

—Да! Ладно?! Хорошо! — Он вскинул руки и посмотрел прямо на Гермиону — кудрявую ведьму, в которую совершенно неосознанно влюблялся неизвестно сколько времени. — Сначала я стал так тебя называть, потому что это тебя бесило и это было сокращение от «Грей» — как в «Грейнджер». А потом, совсем недавно, вдруг понял, что ты и правда похожа на лучик солнца. Ты почти всегда улыбаешься и шагаешь легко, даже когда мой брат-дубина тебя разозлил или расстроил; даже когда мы с Джорджем дурачимся, устраиваем фокусы и розыгрыши; даже когда ты уткнулась в книгу — особенно когда ты уткнулась в книгу. Ты просто… ты всегда сияешь, и вокруг тебя всегда такое тёплое сияние, что теперь я звучу как какой-то сентиментальный дурак! — проворчал Фред.

—А я думал, ты говорил, что это не какая-то приторная любовь из кино, — хихикнул Джордж, и Фред швырнул в него подушку.

—Ну, не совсем, — сказал Джонатон. — Иногда бывает и такое, но у них настоящая любовь, её почти видно. В будущем они из тех пар, про которых невозможно представить, что они могут быть порознь. Мир просто не имел бы смысла.

—Книжный червь и шутник… — вздохнул Фред.

—Кто бы мог подумать? — Гермиона улыбнулась ему, и от этой улыбки сердце Фреда радостно ёкнуло.

—Тётя Джин, дядя Джордж, тётя Анджи, дядя Гарри… — начал перечислять Джонатон всех, кто, вообще-то, догадался, пока они улыбались ещё не сложившейся паре.

—Итак, как нам вернуть вас в своё время? — задумалась Гермиона.

—Не знаю, — ответила Джорджия.

—Дай-ка мне ещё раз посмотреть на маховик времени, — попросил Фред и протянул руку.

—Ты правда считаешь, что это хорошая идея? — Джорджия выглядела немного нервной.

—Я не буду его трогать, просто хочу посмотреть, — сказал Фред, жестом попросив её достать предмет из мантии. Джорджия нерешительно вынула его из кармана и позволила ему повиснуть у себя в руке. Фред внимательно изучал маховик.

—Объясните, как вы его сделали… — попросил он, не отрывая взгляда от маленького светящегося шарика.

Джорджия и Джонатон подробно рассказали, как именно они создали маховик времени, а потом замолчали. Фред всё ещё разглядывал его.

—Вы вернётесь сами, — сказал он. — Дело в том, как вы составили заклинание для пятого и шестого этапов. Вместо того чтобы отправить вас назад наблюдателями, оно отправляет вас участниками. Сколько вы здесь пробудете, зависит от того, сколько раз вы повернули маховик: именно это активирует чары, с помощью которых вы отправились в прошлое. Думаю, у вас осталось минут сорок пять, а потом вы вернётесь в своё время.

—Откуда ты это знаешь? — нахмурилась Гермиона.

—Потому что я такой же умный, как ты, а может, и умнее. Просто у меня нет бумажки, которая это доказывает: мне никогда не было интересно, что можно получить благодаря этой бумажке, — пожал плечами Фред.

—Папа такой же гений, как и ты, мам, — сказала Джорджия. — Ты говорила, что вы так хорошо ладите именно потому, что он не отстаёт от тебя и бросает тебе вызов.

—С вызовами у него точно всё в порядке, — пробормотала Гермиона.

—Но, похоже, ты всё равно меня любишь, — ухмыльнулся Фред.

—Похоже на то, — фыркнула Гермиона.

—Так в чью честь тебя назвали? — спросил Джордж у Джонатона.

—В честь папы, — ответила Гермиона.

—И давно ты понял, что они и твои дети тоже? — спросил Фред Гермиону.

—С того момента, как мы выяснили, что Джорджи назвали в честь Джорджа.

—И ты решил сидеть молча и ничего не говорить? — возмутился Фред.

—Именно, — кивнула Гермиона, и на губах у неё заиграла усмешка.

—Спасибо, что дал мне понервничать в одиночку, — Фред скрестил руки на груди и развалился в кресле, снова превратившись в капризного ребёнка.

—Да брось! Тебе нужно было время, чтобы свыкнуться с мыслью, что это твои дети, прежде чем узнать, что ты зачал их со мной, — рассмеялась Гермиона. — К тому же я сама пребывала в вечном шоке!

—Можете всё-таки сказать, из какого вы времени? — умоляюще посмотрел на детей Фред.

—Нет, тут мама права, — покачала головой Джорджия.

—Прости, пап, — поморщился Джонатон.

Следующие минут сорок они болтали почти ни о чём. Потом Джорджию и Джонатона утянуло обратно в их время, оставив компанию в неловком молчании.

—Ну что… — начал Джордж. — Анджи… Может, прогуляемся? Или ещё что-нибудь?

—Конечно, Уизли, — улыбнулась Анджелина и вышла из гостиной. Джордж последовал за ней.

Все остальные повернулись к Гермионе и Фреду.

—Что? — нахмурилась Гермиона.

—Мы с тобой не такие уравновешенные, как эти двое, — ухмыльнулся Фред.

—Ты правда не хочешь это обсудить? Ваши дети только что вернулись из будущего, а вы даже не встречаетесь! — воскликнула Джинни.

—Уверена, мы ещё до этого доберёмся, — рассмеялась Гермиона, глядя на возмущённую Джинни.

—Как ты можешь быть такой невозмутимой?! — взвизгнула та.

—Потому что твой брат не даст мне просто обо всём забыть и спокойно уйти, Джин, — фыркнула Гермиона.

—Это точно, — кивнул Фред и улыбнулся.

—Ты вообще собираешься пригласить меня на свидание? — Гермиона сверкнула на него глазами.

—А смысл? — пожал плечами Фред. — И так очевидно, что ты мне нравишься. Мы только что встретили наших будущих детей, а если бы ты мне не нравилась, они вряд ли появились бы на свет и вернулись сюда. Так что просто буду называть тебя своей девушкой — и дело с концом.

—А если я не хочу называть тебя своим парнем? — Гермиона пренебрежительно скрестила руки на груди.

—Но ведь хочешь, — сказал Фред.

—С чего ты взял?! — фыркнула она.

—Потому что у нас будут дети.

—Пока у нас нет детей, и вряд ли появятся, если ты продолжишь в том же духе! — прорычала Гермиона.

—Чепуха, — ухмыльнулся Фред. — Пока мы их помним, они существуют. Значит, ты хочешь называть меня своим парнем.

—Фред, нельзя использовать тот факт, что наши ещё даже не зачатые дети существуют в нашей памяти, как предлог, чтобы не позвать меня на свидание! — Гермиона встала и направилась к выходу. Фред вскочил и остановил её, не дав сделать и шага, затем развернул к себе. Он притянул её поближе и пристально посмотрел ей в глаза, легко положив руки ей на бёдра.

—Гермиона, я не приглашу тебя на свидание, потому что ты найдёшь повод отказать мне, хотя сама этого не хочешь, — улыбнулся он. Гермиона затаила дыхание от того, как близко он стоял, и положила руки ему на грудь.

—Ты не можешь просто объявить меня своей девушкой и ждать, что я спокойно это приму, — сказала она. Голос её слегка дрогнул, пока она не сводила с него глаз.

—Могу, потому что ты и правда не против. Ну, быть моей девушкой, — добавил Фред.

—Я отказываюсь ходить по школе и говорить всем, что я твоя девушка, а ты мой парень, если никто из нас не пригласил другого на свидание! — возмутилась она, разрываясь между желанием оттолкнуть Фреда и притянуть его ещё ближе. Мерлин, как же всё это сбивало с толку.

—Не придётся. Они и без нас всё сделают, — он кивнул на людей, которые не слишком-то скрытно за ними подглядывали, и улыбнулся.

—Им не на что опереться, кроме коротких объятий, — заметила Гермиона.

—И двух детей из будущего. А ещё это школа, полная неугомонных подростков с чересчур буйным воображением. Пару дней — и наше «короткое объятие» превратится в страстный поцелуй! — широко улыбнулся Фред. Гермиона знала, что он прав.

—Но для верности… — Фред наклонился и прижался губами к её губам, не дав ей опомниться.

В одно мгновение все её страхи насчёт Фреда и будущего исчезли, тревоги растаяли, а сердце словно ожило. Ничего более освобождающего она никогда не чувствовала. Не успев даже задуматься, Гермиона убрала руки с его груди и обвила ими шею Фреда, запустив пальцы в рыжие волосы. Фред перенёс руки с её бёдер на талию и обнял её крепкими длинными руками. Поцелуй стал глубже, и он наконец понял, что значит чувствовать себя целым.

Их пылкий поцелуй прервали свист и одобрительные возгласы. Гермиона густо покраснела и уткнулась Фреду в шею.

—Думаю, теперь вы и сами всё поняли, но Гермиона Грейнджер — моя девушка… Так что идите и разнесите новость, — рассмеялся Фред. Гермиона ткнула его локтем в бок.

—Ты всё ещё не пригласил меня на свидание! — прошипела она.

—Не вижу смысла задавать вопрос, на который и так знаю ответ, — просто сказал он.

—Ты хотя бы сделаешь мне предложение, когда придёт время? — фыркнула Гермиона.

—Серьёзно обдумаю. Но я не против оттащить тебя в Министерство и просто покончить с этим, — пожал плечами Фред.

—Только попробуй! — яростно сверкнула глазами Гермиона.

—Да замолчи ты, глупая ведьма! — улыбнулся Фред и притянул Гермиону к себе для ещё одного обжигающего поцелуя.

—Я серьёзно, Фред. Ты должен спросить, хочу ли я стать твоей женой! — Она не смогла сдержать глупую улыбку, расползшуюся по лицу.

—Зачем задавать вопрос, если я уже знаю ответ? — усмехнулся Фред.

—Я твоей маме пожалуюсь!

—Тогда я сделаю тебе предложение, какого ещё не бывало! — провозгласил он.

Гермиона рассмеялась, уткнувшись ему в грудь, и поняла, что, пожалуй, только что приняла лучшее и самое простое решение в своей жизни. Хотя решать-то, по сути, было и нечего.