Глава 1: Новая глава

Джейми Поттер обычно не срывает свидания в первые двадцать минут, но, справедливости ради, это ещё даже не началось, когда она уже поняла: будет катастрофа. Он повёл её к мадам Паддифут. Вот честно, что в её облике наводит на мысль, будто ей нравятся скатерти с оборочками и хоть что-нибудь розовое? Единственное приличное в этом кошмарном заведении — сэндвичи к чаю, особенно с огурцом. (По её мнению, мадам Паддифут что-то делает со сливочным маслом, но что именно, она пока не выяснила.)

Ну и ладно. Свидание, может, и оказалось катастрофой, зато она поела сэндвичей с огурцом. К тому же, хотя они и не разговаривали, Адаму с Когтеврана, кажется, понравился тот мерзкий фруктовый чай, который он пил. Ни за что она не станет целоваться с парнем, у которого во рту вкус вишни.

Когда они выходят (ну, она выходит, а он скорее торопливо удирает, бедолага), Джейми взъерошивает короткие волосы, заправляет прядку за ухо и направляется на главную улицу, высматривая подруг, хотя думает, что они всё ещё в «Трёх мётлах»: Реми требуется целая вечность, чтобы допить чёртову чашку чая.

Кажется, краем глаза она замечает рыжую макушку, но нет, проверять, он ли это, она не собирается, чёрт возьми.

Она заходит в «Три метлы» и видит подруг в глубине зала, там же, где их оставила. Первой её замечает Сири, и серые глаза тут же загораются.

— Ха, я выиграла, — объявляет Сири с торжествующей ухмылкой. — Я же сказала, что она свалит в первые полчаса. Гоните денежки, сучки.

Реми закатывает глаза, глядя в чашку, делает аккуратный глоток, а затем лезет в сумочку и достаёт галеон. Петра лишь ворчит, роясь в карманах в поисках монеты.

Джейми закатывает глаза и плюхается рядом с Реми.

— Такая скукотища.

— Могла бы тебе сразу сказать, сэкономила бы время, — язвит Сири.

— Но сходила я не зря. По крайней мере, поела сэндвичей с огурцом.

Реми ставит чашку на стол и сердито смотрит на неё.

— И ты не додумалась захватить нам? Они же стоят каких-то безумных денег.

— Прости, — говорит Джейми, толкая Реми плечом. — Я была слишком занята тем, что набивала рот, лишь бы не пришлось поддерживать разговор.

— А зачем ты вообще согласилась? Да, он симпатичный, но у тебя бывали и получше, — спрашивает Петра, наконец находя галеон и неохотно кладя его на раскрытую ладонь Сири.

— Разве не очевидно? — тянет Сири с ухмылкой. — Она пытается отвлечься от своей всепоглощающей любви к Лилу Эвансу.

Джейми фыркает.

— Ещё чего.

— Врёшь. Нельзя два года пытаться поцеловать парня и ничего к нему не чувствовать.

— Никогда не слышала об азарте погони? — парирует Джейми, прекрасно зная, что Сири-то слышала: уж кому, как не ей, знать, как сладка победа.

— Конечно, но два года!

— Оно того стоит. Ну должен же этот рот годиться хоть для чего-нибудь.

Сири хохочет, Петра краснеет, а Реми демонстративно игнорирует замечание, возвращаясь к своему чаю.

— Ты там скоро закончишь? — требует Джейми, и Реми бросает на неё выразительный взгляд.

— Да. Угомонись.

Проходит ещё несколько минут, прежде чем она в последний раз ставит чашку на блюдце.

— Слава Мерлину. И что бы ты делала, будь ты маглой? Чай бы давно остыл, — стонет Джейми.

— Эй, Эванс! Сюда! — вдруг кричит Сири, вставая и подзывая его пальцем.

Джейми оглядывается и видит, как Лил идёт к ним от стойки с озадаченным, усталым выражением на своём (бесспорно, красивом) лице.

— Чего тебе, Блэк? — спрашивает он, разглядывая её, и, блядь, у него такие зелёные глаза, что это просто неприлично.

— Мы тут как раз задумались: что происходит, когда у вас, маглов, остывает чай? Что вы делаете? — спрашивает Сири, склоняя голову набок и приоткрывая губы с притворным любопытством. Петра прикрывает рот, чтобы спрятать смешок, а Реми сердито смотрит на них обеих.

— Пользуемся кухонной плитой, разогреваем в кастрюльке, — объясняет Лил. На мгновение он переводит взгляд на Джейми, и ей хочется ему подмигнуть, но она сдерживается. — А что, собираешься в ближайшее время заглянуть к маглам в гости?

— Смотря что ты имеешь в виду. Это приглашение?

Лил закатывает глаза, а Сири смеётся.

— С удовольствием посмотрел бы, как ты пытаешься разобраться с магловской бытовой техникой.

— Эй, вообще-то я ходила на магловедение, — дуется Сири. — У меня по нему было «Превосходно».

— А потом ты благополучно забыла всё, кроме магловского транспорта, — замечает Джейми.

Губы Сири медленно растягиваются в улыбке.

— Хочу мотоцикл.

Реми стонет.

— Только не начинай опять.

— Чёрный, — мечтательно вздыхает Сири.

Реми качает головой.

— Да ладно тебе, Рем, это же было бы потрясающе, — говорит Джейми. — Тебе бы понравилась девчонка на мотоцикле? — с ухмылкой спрашивает она Лила.

— Смотря какая девчонка. Хотя вряд ли мои родители сочли бы это безопасным.

— Ой, малюсенький Лилличек не хочет пугать своих мамочку и папочку? — передразнивает Сири.

Лил закатывает глаза и ничего не отвечает.

— Ну а я пойду за сливочным пивом, — объявляет Джейми, хлопая ладонями по столу и выбираясь из-за него. — Вам что-нибудь взять? — спрашивает она, обводя взглядом всех, включая Лила.

— Да, я бы ещё выпила, — говорит Петра с благодарной улыбкой.

— А тебе, Реми? Хотя, наверное, не стоит: ты же опять будешь пить целую вечность.

К удивлению Джейми, Лил фыркает.

Реми возмущённо ахает.

— Лил!

— Прости, но это правда! — говорит Лил, пытаясь скрыть улыбку и совершенно с этим не справляясь. Это до чёртиков мило, и Джейми немного ненавидит себя за то, что поддаётся его обаянию. — Чего тебе принести? Я угощаю.

Реми несколько мгновений сердито смотрит на него, прежде чем ответить:

— От сливочного пива я бы не отказалась, спасибо.

Лил ухмыляется, как и подобает такому обаятельному засранцу, и Джейми приходится уйти из-за стола, пока никто не заметил, как она краснеет.

— О, Джейми, от сливочного пива я бы не отказалась! — кричит ей вслед Сири, и Джейми закатывает глаза.

— Сучка, — бормочет Джейми, нащупывая в кармане кошелёк.

— А ты разве не должна быть на свидании? — спрашивает Лил, протискиваясь сквозь толпу к свободному месту у стойки. Он берёт её за локоть и освобождает ей место рядом.

Она удивлённо смотрит на него; кокетливое замечание уже вертится на языке, но она заставляет себя его проглотить и просто улыбается.

— Была, но не сложилось.

Лил подтягивает рукав, чтобы взглянуть на часы.

— Мы в Хогсмиде ещё и часа не пробыли. Всё было настолько ужасно? Адам ведь хороший парень.

Джейми косится на Лила, совершенно не понимая, как к этому относиться. Раньше он никогда не интересовался тем, с кем она встречается. Более того, он всегда был вполне доволен, когда она переключалась с него на кого-нибудь другого.

— Он повёл меня к мадам Паддифут, — отвечает Джейми, открывая кошелёк и доставая несколько монет.

Когда она поднимает глаза, Лил морщится.

— Серьёзно? — А потом смеётся. — Не повезло.

Она ухмыляется и резко толкает его локтем в бок, с удовольствием слушая страдальческий стон.

— Три сливочных пива, пожалуйста, месье Росс, — говорит она с широченной улыбкой.

— Перед такой улыбкой не устоять, — говорит месье Росс, подмигивая ей. — А тебе что, Эванс?

— Два сливочных пива, пожалуйста. Спасибо.

— Какие манеры, — поддразнивает месье Росс, но кивает и отходит.

— Мама тебя хорошо воспитала, — добавляет Джейми, и её улыбка становится насмешливее.

— К людям всегда нужно относиться с уважением, — возражает он, и ещё в прошлом году Джейми непременно упомянула бы Снейп и спросила, заслуживает ли та хоть какого-нибудь уважения. Но с того дня у озера прошло уже несколько месяцев, и теперь куда проще игнорировать Снейп, чем ввязываться в мелочные разборки.

Джейми ничего не отвечает, лишь кладёт монеты на стойку и благодарно улыбается, когда месье Росс возвращается с их сливочным пивом.

— Вот это да.

Джейми отвинчивает крышку с бутылки.

— Что?

— Я дал тебе — признаю, сам того не осознавая — прекрасную возможность съязвить насчёт Северы, а ты ею не воспользовалась. — Он протягивает руку и легонько прижимает тыльную сторону ладони ко лбу Джейми. Хорошо, что она ещё не успела отпить, а то бы точно всё выплюнула. — Ты не заболела? — осведомляется он, убирая руку, а у неё покалывает кожу, и она чувствует, как розовеют щёки.

Она делает большой глоток сливочного пива и только потом отвечает:

— Слушай, Эванс, может, мне и тошно от самого её существования, но я не дура: я знаю, что она была твоей подругой. Я не настолько жестока.

Он задумчиво смотрит на неё, и она невольно запускает руку в волосы от волнения: он никогда ещё так на неё не смотрел — по крайней мере, без откровенного раздражения.

— Что ж, я впечатлён, — только и говорит он, подхватывая свои две бутылки и направляясь обратно к их столику.

Она выдыхает, глядя ему вслед и ненавидя то, как колотится сердце у неё в груди. И, возможно, Сири была права: все эти разговоры о том, будто она два года бегает за ним ради одного чёртова поцелуя, — полная чушь.

Она поворачивается к стойке, чтобы забрать оставшиеся две бутылки, но одну уже подхватывает унизанная кольцами рука Сири.

— Эй, ты в порядке? — спрашивает та, глядя на неё серьёзно.

Джейми криво улыбается ей.

— Да, всё нормально. Спасибо.

Сири улыбается и легонько толкает её плечом.

— Ты ведь знаешь, что Эванс не мог от тебя оторваться? Говорю тебе, у тебя такой вид, будто ты только что из постели после ночи отличного траха. — Она подмигивает и ведёт Джейми обратно к столику, обхватив её свободное запястье.

Джейми закатывает глаза: по её мнению, волосы у неё скорее растрепал ветер — она же не какая-нибудь потаскушка. Но, эй, если ей удаётся наводить паиньку Лила Эванса на грязные мысли, то это небольшое недоразумение вполне можно и не прояснять.